Камертон

Дерзость таланта. Заметки о романе Дмитрия Дивеевского «Ось Земли»

2 комментариев (см. ниже)

Порой литературные критики сетуют на то, что постсоветская эпоха еще не подарила нам глубоких и масштабных произведений, способных взволновать душу, а тем более оставить след в памяти потомков. C этой мыслью нельзя не согласиться. Заметных произведений прозы и, правда, не хватает. Зато на книжном рынке властвует суетливая толпа творцов, набивших руку на бесконечных и похожих друг на друга гламурных и детективных сюжетах. Так навязывается обществу принцип «хлеба и зрелищ», который всегда приводил к развалу некогда стабильных государств. Ибо лишенный духовных опор гражданин превращается в разрушителя. Сегодня в России это приветствуется. Сегодня это кому-то надо.

Поэтому не перестаешь удивляться отваге издателей, решившихся представить на суд общественности совсем не обычное, выходящее за рамки устоявшихся штампов и исторических оценок произведение хорошо известного серьезному читателю автора Дмитрия Дивеевского «Ось земли». Эти издатели рискуют навлечь на себя гнев сегодняшних законодателей моды на литературный ширпотреб тем, что уже в который раз знакомят публику с материалом, переворачивающим укоренившиеся взгляды на русское общество, его историю, ведущуюся вокруг него борьбу мировых сил.

Уже в первых строках романа читателя приглашают к серьезному разговору: «Россия – ось земли, ее сакральная сердцевина. Без нее немыслимо движение земного мира к свету. Придавишь ее, принизишь – и над Землей расстилается мгла. Придавили незваные гипнотизеры живородный дух этой особенной страны и тут же поползли по континентам черные тучи войн – некому их остановить. Повалили социализм в бурьян – и не стало для порабощенных народов светлой полосы над горизонтом, затянуло их в круговорот собственных национальных катастроф. Все в мире связано с самочувствием русского пространства, все связано с ним».

Если читатель готов, то стоит перевернуть страницу и перенестись вслед за писателем в мир перемещений по времени вместе с главными героями, которые умудряются побывать там, где именно в этот момент происходит нечто для нашей страны весьма важное. Герои эти – и ярый апологет «особости» России Порфирий Поцелуев, и профессор славистики Дрезденского университета Александр Зенон, и русский пахарь из бывших эсеров Дмитрий Булай, и его внук – российский разведчик Данила Булай, и сотрудница ЧК Ольга Хлунова, и православный священник отец Петр.

Автор разложил «Ось земли» на несколько исторических пластов и даже литературных жанров. При всей разбросанности сюжета по времени и пространству (действие происходит и в древней Палестине, и в России царя Ивана Грозного, и в подвалах НКВД, и в текущем десятилетии с его главным событием – падением нью-йоркских «башен-близнецов») мысль автора, в конечном счете, вращается вокруг судеб России века сегодняшнего и предшествующего ему. Шпионский детектив, действия которого разворачиваются в Германии и Англии, по существу подхватывает главную тему – философско-историческое осмысление предназначения России в мире. Все части произведения добротно «подогнаны» одна к другой. Эмоциональные тона в оценке курса Сталина нижегородскими крестьянами – меняющееся с течением времени отношение к политике государства – подкрепляют куда более сложную философскую природу апологии советского режима Порфирием Поцелуевым. Местами автор ударяется в публицистику, опровергая устоявшиеся штампы в представлениях о российской истории, местами его книга – это смесь детектива, фантасмагории, исторического романа. Пожалуй, так еще никто не писал.

« Вы полагаете, все это съедобно?», – спросит пытливый читатель. «Еще как! Рукопись проглатывается залпом!», – могу ответить я на правах привередливого рецензента, которого не так-то просто склонить к прочтению книги современника от корки до корки.

Талант всегда искренен. Он не умеет говорить неправду, потому что неправда – доля бесталанных. То, с какой смелостью Дмитрий Дивеевский говорит о взаимоотношении советской деревни и сталинизма, делает ему честь. Этот сложнейший вопрос он излагает устами бывшего активного эсера, ушедшего из политики в крестьянскую жизнь, много повидавшего Дмитрия Булая, о революционной работе которого рассказано в романе «Окоянов». Из рассуждений Дмитрия Булая вырастает действительное отношения народа к социализму – далёкое от черно-белых полотен антисталинистов и от розово-красных полотнищ певцов революции. В его книге русский пахарь сомневается, негодует, страдает и своим природным нюхом ищет собственный путь в кровавых зигзагах новой системы.

Психологизм романа четко проявляется на страницах, посвященных зловещей роли спецслужб в раскручивании маховика сталинских репрессий. Казалось бы, об этом уже написаны горы литературы, но мало кто касался глубинных истоков зверства, выросшего в душах советских чекистов того периода. Автор углубленно занимается внутренним миром сотрудника ЧК-НКВД, он ставит в центр внимания бесчувственную и жестокую до садизма Ольгу Хлунову, прослеживая происхождение ее бесноватости. Описание перерождения человека, получившего невидимую власть над людьми – без сомнения, сильная сторона произведения. Конфликт одержанных бесами чекистов и верующего христианина отца Петра – эпизод вечной схватки в душах людей, и то, что убитый, но не сломленный священник оставляет после себя духовного наследника из числа чекистов, прямо указывает на убежденность автора в том, что добро должно торжествовать.

 Как известно, шпионско-исторический роман является благодарным литературным материалом. У Дмитрия Дивеевского борьба разведок – это передовой край столкновения различных по природе цивилизаций. К чему предназначена деятельность западных спецслужб, какие цели они преследуют? Какие задачи решает российская разведка в противодействии им? Не пройдёт читатель и мимо таких наблюдений над спецификой деятельности «рыцарей плаща и кинжала»: «Разведка работает с душами, как с тончайшими музыкальными инструментами, исполняющими свои партии в многоголосье жизни. Когда разведчик с тонким слухом улавливает в звучании одинокой скрипки крохотный диссонанс, он незаметно берет ее в руки, подкручивает колки, а затем уверенной рукой проводит смычком по струнам и скрипка звучит по-иному. Она звучит так, как нужно разведчику. Что, что? Вы говорите, что он заставляет нежную скрипку играть по чуждой ей партитуре? Полноте! Главное в мире – красота. А он, разведчик, всегда уверен, что именно его партитура лучше всего подходит для этой скрипки. Он наслаждается ее звуком, и она отдается его искусству».

Линия романа, относящаяся к нашим дням, ставит в центр событий работающего за рубежом российского разведчика Данилу Булая. Он расставляет в Дрездене силки для тех, кто прячется за крупнейшей провокацией текущего десятилетия – подрыве 11 сентября 2001 года нью-йоркских башен-близнецов. Российские читатели уже прочли разоблачительную книгу итальянского журналиста Джульетто Кьеза, а, может быть, посмотрели его же документальный фильм об этом заговоре американских спецслужб против собственного народа. Дмитрий Дивеевский в своих выводах ведет читателя дальше: события 09/11 – результат заговора «мирового правительства». Нити заговора ведут в Лондон, а известные, ныне здравствующие персонажи (вроде британского экс-премьера Тони Блэра) в той или иной степени вовлечены в реализацию коварного замысла. Предвижу скепсис при упоминании «мирового правительства», а тем более появляющихся в книге «масонов». Однако если мы мало что знаем об этих силах, так только потому, что они не стремятся афишировать себя. Быть в тени и при этом дергать за нити принятия важнейших политических решений – таков их закон, установленный несколько столетий назад. Однако время от времени эти люди проявляют себя – в дейтельности Бильдербергского клуба, Трёхсторонней комиссии, Совета по международным отношениям или Федеральной Резервной Системы США, опрокинувшей мир в очередной кризис.

А помогает автору доходчиво раскрывать подоплеку известных мировых событий, потрясших человечество в последний век, мировоззренческий спор двух персонажей – ушедшего в мир иной в 30-е годы литературного критика Порфирия Поцелуева и нашего современника, германского профессора Александра Зенона, потомка русских эмигрантов. Они переносятся из одной эпохи в другую, не переставая в бурной полемике искать корни судьбоносной революции 1917 года, сталинских чисток и нынешней псевдодемократии – причем в мировом масштабе, от Вашингтона до Москвы.

Монолог демонического Порфирия не оставляет камня на камне от демократических иллюзий добропорядочного германского профессора. «Ты жизнь прожил, миллион книг прочитал и о какой-то западной демократии щебечешь! Ты, что, слабоумный? Вон, в Америке заговорщики в ЦРУ и Пентагоне гигантский террористический акт провели, взорвали торговый центр в Нью-Йорке. Взорвали под руководством больших политиков. Теперь наружу вылезли белые нитки, и что? Расскажи мне, какое-такое расследование ведет американская демократия, чтобы вывести это историческое надругательство над народом на чистую воду. Покажи на примерах, как по требованию общественности учреждаются комиссии, возбуждается прокуратура, кипит Конгресс и так далее. Нету этого! Факты провокации и подлога налицо, целый ряд гражданских инициатив требует реального расследования – и не делается ничего. Террористический акт, в котором погибли три тысячи человек, террористический акт с применением самолетов и крылатых ракет спецслужбами против собственного народа, террористический акт в котором два американских пассажирских самолета были сбиты американскими же истребителями, этот теракт не расследуется. Напротив, его прикрывает весь американский правящий класс, потому что по итогам этого теракта получил войну-кормилицу. Вот это фратерните, вот это либерте! Вот это демократия! Давай встанем и поклонимся статуе Свободы, у которой в голове дыры!»

 Поблагодарим автора за яркую зарисовку. Оставшаяся на планете в единственном числе сверхдержава прочно оседлала конька демократии и погоняети его до изнеможения, как только на горизонте появляется лидер, недостаточно прилежно усваивающий пожелания из Вашингтона! Ну, а если речь заходит, скажем, о Саудовской Аравии, граждане которой почти поголовно состоят в списке лиц, непосредственно исполнивших теракт 11 сентября, то тут можно и не торопиться. В этом и подобных случаях, когда речь заходит о друзьях Белого Дома, демократический конек замедляет свой пропагандистский ход настолько, что некоторые его принимают за… черепаху!

Автор, взявшийся писать такое историко-философское полотно, уподобился реставратору, возвращающему обществу первозданный облик старинной фрески. Не сомневаюсь, что новая книга, вышедшая в четырёхтомном собрании романов Дмитрия Дивеевского («Окоянов», «Дровосек», «Альфа и Омега», «Ось земли»), изданном в Рязани, найдёт своего читателя.