Боль Бабьего Яра – память душ и сердец

225 3 Сергей СМОЛЯННИКОВ (Украина) - 29 сентября 2011 A A+

Загрузить полный вариант статьи с иллюстративным материалом...

 

ДАЖЕ СПУСТЯ ВЕКА И ЭПОХИ, ОН ЗАСТАВЛЯЕТ НАС ПОМНИТЬ О СЕБЕ, НАПОМИНАЯ О СВОЕМ ПРОШЛОМ ЧЕРЕЗ УЖАСЫ ПРАВДЫ, ЧЕРЕЗ МИФЫ И ЛЕГЕНДЫ…

 

Бабий Яр. Имя этого урочища в Шевченковском районе украинской столицы известно миллионам по многочисленным источникам истории Великой Отечественной войны. Согласно же документальным и картографическим источникам территория данного урочища располагалась от современной улицы Дорогожицкой до района Куреневки, точнее, лежащей на самом подоле районе улицы Фрунзе. До событий 1941-го – 1943-го Бабий Яр был один из самых больших на территории Киева природных оврагов. Его общая длина составляла свыше 2,5 километров, а глубина в разных районах была от 10 до 50 метров. Именно этими своими естественными параметрами он и заинтересовал нелюдей в фашистской форме, а также их пособников – украинских полицаев для варварства – уничтожения сотен советских людей.

 

Многие годы киевляне считали Бабий Яр «отхожим местом», в том смысле, что жить в этих местах было нельзя, а овраг можно было использовать лишь для сброса бытовых отходов да стирки грязного белья. Детям было запрещено играть в тех опасных местах, а взрослые считали, что живущие на Сырце, рядом с яром, были носителями, как сейчас принято говорить, негативной энергии. По свидетельству киевского полицмейстера район Сырца, Куреневки и, собственно, Бабьего Яра, являлся криминогенной территорией, где жили сотни уголовников, в самом яру ежегодно пропадали десятки человек… Такую славу и приобрел он на рубеже конца позапрошлого века. Таким и оставался многие годы. Хотя, ряд историков приписывают Бабьему Яру еще и репрессии карательных подразделений НКВД, начиная с конца 1934-го, т.е. со времени, когда Киев вновь стал столицей Украины. Но эта версия не совсем верна, поскольку основных жертв «киевских расстрелов» хоронили не в самом яру, а рядом с ним – на Лукьяновском кладбище. Но, тем не менее, это рядом, совсем рядом…

 

Да и не только жертв массовых репрессий 30-х годов хоронили на Лукьяновке, но и тех, кто попал в так называемые списки по делу «Весна». Вспомните 1928-й, год 10-летия «красного террора» и его второй, не менее кровавой, волны.

 

Новые беды на киевскую землю пришли с началом Великой Отечественной. Киев, мать городов русских. Его оборона была необходима, как с военно-экономической стороны, так и политической. Полностью оккупирована Белоруссия, Прибалтика, правобережная Украина, враг под стенами «колыбели революции» - Ленинградом. Новые союзники, коими являлись британцы, не спешат с оказанием активной помощи и выжидают решения судьбы Киева и Украины. Сегодня уже известно, что в интересах стратегической обороны и сохранения частей Юго-Западного фронта Генштаб во главе с Жуковым просил разрешения оставить Киев. Ответ известен - Киев оборонять.

 

 Оборона Киева продолжалась 71 день. Но именно эти дни позволили Ставке найти новые силы на востоке страны и собрать костяк войск для первого разгрома немецких войск, произошедший под Москвой. А о событиях тех дней до сих пор напоминают остовы старых дотов, безымянные братские могилы, памятники на них, да учрежденная медаль «За оборону Киева». Но только ли они…

 

А 21 сентября 1941-го страна узнала о том, что…

 

Одной из формальных причин трагедии Бабьего Яра послужило то, что 24 сентября на Крещатике были подорваны дома, в которых располагались представители оккупационной администрации и полицай-комендатуры. Действительно, взрывы и пожары продолжались и в последующие дни, когда было уничтожено около 900 крупных жилых и административных зданий. Но это была война и четко выполнялся наказ – «не отдавать врагу ни одного работоспособного объекта». Трудно принять логику войны, но, если вспомнить историю, то и Москва уничтожалась в 1812, и Берлин в апреле 1945-го топили водами Шпрее. Не оправдывая и не осуждая действия советских спецслужб, следует отметить то, что фашистско-националистическая власть вошла в город Киев не как в «свободный Париж» в июне 1940-го, а как в город, который пережил осаду. И это главное, что следует понять в необъяснимой логике войны. Тем не менее, в отчете представителя имперского министерства оккупированных восточных областей и полицай-комендатуры Киева от 5 октября 1941 года говорилось, что пожар, распространившийся на огромной площади был инициирован большевистски настроенными политруками-евреями. Нацисты и их националисты-полицаи использовали это как повод для уничтожения еврейского населения.

 

Над Бабьим Яром памятников нет.

Крутой обрыв, как грубое надгробье…

 

Так сказал о нем поэт Евгений Евтушенко в 1961 памятном году, ведь Бабий Яр долгие годы и был лишь естественным памятником изуверства и преступления перед человечеством. С оккупацией Киева вчерашнее «гиблое место» приобрело самое страшное значение в прямом смысле этого слова.

 

Во время Великой Отечественной войны немецкие войска, занявшие Киев 21 сентября 1941-го, сразу же стали использовать Бабий Яр как место массовых расстрелов. Первый расстрел произошел 27 сентября, когда были убиты 752 пациента психиатрической больницы Павлова, находящейся в близи оврага. А 28 сентября зондеркоманда СС при пособничестве украинских полицаев захватила девять ведущих еврейских раввинов Киева и приказала им сделать воззвание: «После санобработки все евреи и их дети, как элитная нация, будут переправлены в безопасные места...».

 

По городу в различных местах было расклеено более 2 тысяч объявлений. Одновременно через дворников и управдомов распространялась дезинформация о намерении провести перепись и переселение евреев для дальнейшего обмена их на немецких плененных солдат в соотношении семь к одному. Плюс к этому, сработало «сарафанное радио» и люди пошли… Большинство из пришедших составляли женщины, дети и старики, ведь взрослое мужское население, в своем большинстве, находилось на фронтах в действующей армии. Но, кроме евреев, насильно к Бабьему Яру сгонялись представители других национальностей, а также и многонациональных или, как тогда говорили «полукровных» семей.

 

 

 

Ручьи вливаются в реку,

Фашисты и полицаи

Стоят у каждого дома,

У каждого палисада.

Назад повернуть не думай,

В сторону не свернуть.

Фашистские автоматчики

Весь охраняют путь…

 

Так писал о трагедии Бабьего Яра в одноименной поэме киевлянин Лев Озеров. Он был первым, кто увидел последствия ужаса трагедии и написал об этом очерк. Человеческая река медленно извивалась к Лукьяновскому пустырю... Отсюда до расстрельного места – рукой подать. Но разве ж могли они знать тогда, что это место станет известным всему миру Бабьим Яром.

 

Немногочисленные свидетели вспоминали, что в конце улицы Дорогожицкой был устроен пропускной пункт, за которым находилась скрытая со стороны канцелярия. Поочередно за пропускной пункт отводили до полусотни человек (дети до трех лет не учитывались), где у них отбирали вещи и заставляли раздеваться донага. Затем полицаи с помощью палок загоняли людей в проходы в насыпи на краю оврага глубиной 20-25 метров. На противоположном краю находился пулеметчик. Выстрелы заглушались музыкой и шумом самолета, который кружил над оврагом. После того как ров заполнялся 2-3 слоями трупов, сверху их присыпали землей.

 

Лишь за два первых «расстрельных» дня 29-30 сентября 1941-го зондеркоманда «4а» под командованием штандартенфюрера Пауля Блобеля при участии частей 6-й армии вермахта, стоявших в оцеплении и активного участия в акции Киевского куреня украинской вспомогательной полиции под командованием Петра Захвалынского расстреляли в Бабьем Яру 33 771 человек, не считая малолетних детей, а это почти все еврейское население Киева. Дальнейшие расстрелы евреев проходили 1, 2, 8 и 11 октября 1941-го, когда уже было расстреляно приблизительно 17 000 евреев из киевских пригородов и области. На рубеже 1941-го – 1942-го массово истреблялись военнопленные из Сырецкого и Дарницкого концлагерей, точное число погибших которых, неизвестно и поныне. Особо запомнилась киевлянам страшная по своему изуверству массовая казнь моряков Днепровского отряда Пинской военной флотилии. Это произошло 10 января 1942 года, когда по улицам города, раздетых, в одних лишь тельняшках, связанные колючей проволокой, прошли около сотни моряков. Все они были расстреляны также в яру. Это были не казни, этими действиями нелюдей были зверства и изуверства, которым и поныне нет ни прощения, ни объяснения.

 

Но лишь 19 ноября 1941-го в Советском Союзе впервые вслух заговорили о трагедии Бабьего Яра, когда в английских и американских газетах появилась первая информация о киевских расстрелах. Тогда же и появилась первая информация о пятидесяти тысячах расстрелянных.

 

Но «конвейер смерти» также давал сбои. Поскольку расстрелять всех прибывших за одни сутки не удавалось, то в качестве пункта временного содержания прибывших на ночь использовались помещения военных гаражей. Охрана евреев состояла преимущественно из украинцев-полицаев, что давно уже не является тайной для историков. До 11 октября, и то, по приблизительным данным, в Бабьем Яру было расстреляно от 50 до 75 тысяч советских граждан, мирных жителей и военнопленных. Всего же, до октября 1943-го в яру нашли свою безымянную могилу более 100 тысяч мирных граждан и военнослужащих Союза ССР…

 

Из воспоминаний одной из многочисленных выживших в трагедии Бабьего Яра Дины Проничевой: «Русские мужья провожали своих еврейских жен. Русские жены провожали своих еврейских мужей. Приближаясь к Бабьему Яру, мы услышали стрельбу и нечеловеческие крики. Я начала понимать, что здесь происходит, но маме ничего не говорила... Когда мы вошли в ворота, нам велели сдать документы и ценные вещи и раздеться. Один немец подошел к маме и сорвал с ее пальца, вместе с мясом, золотое кольцо. Я увидела, как группа за группой раздеваются женщины, старики и дети. Всех подводят к открытой яме, и автоматчики расстреливают их. Затем подводят другую группу... Я своими глазами видела этот ужас. Хотя я находилась не совсем близко от ямы, я все равно слышала жуткие крики обезумевших людей и приглушенные голоса детей, звавшие: «Мама, мама...»

 

Сегодня ряд украинских историков пытается всю вину за трагедию Бабьего Яра «списать» на нацистов, стыдливо замалчивая при этом, самую активную роль украинских полицаев, выполнивших самую грязную работу по поиску советских воинов, сбору еврейского населения и сгона (других слов нет и быть, не может) цыганских таборов. Трагедия Бабьего Яра это не только общая наша боль, но и общее предупреждение всему мировому обществу: от национализма до нацизма – один шаг. И имя ему – Бабий Яр…

 

Из воспоминаний очевидца ужаса Бабьего Яра: «Я остановился поблизости, и находившиеся на поляне украинцы стали нагружать машину вещами. С этого места я видел, что прибывавших евреев - мужчин, женщин и детей, встречали также украинцы и направляли к тому месту, где те должны были по очереди складывать свои пожитки, пальто, обувь, верхнюю одежду и даже нижнее белье. В определенном месте евреи должны были складывать и свои драгоценности. Все это происходило очень быстро: если кто-нибудь задерживался, украинцы подгоняли его пинками и ударами. Я думаю, что не проходило и минуты с момента, когда человек снимал пальто, до того, как он уже стоял совершенно голый. Не делалось никакого различия между мужчинами, женщинами и детьми… Раздетых евреев направляли в овраг примерно 150 метров длиной, 30 метров шириной и целых 15 метров глубиной. В этот овраг вело 2 или 3 узких прохода, по которым спускались евреи. Когда они подходили к краю оврага, немецкие полицейские хватали их и укладывали на трупы уже находившихся там расстрелянных евреев. Это происходило очень быстро. Трупы лежали аккуратными рядами. Как только еврей ложился, подходил немецкий полицейский с автоматом и стрелял лежавшему в затылок. Евреи, спускавшиеся в овраг, были настолько испуганы этой страшной картиной, что становились совершенно безвольными… Это был конвейер, не различавший мужчин, женщин и детей. Детей оставляли с матерями и расстреливали вместе с ними… В яме я увидел трупы, лежавшие в ширину тремя рядами, каждый примерно 60 метров. Сколько слоев лежало один на другом, я разглядеть не мог. Вид дергающихся в конвульсиях, залитых кровью тел просто не укладывался в сознании, поэтому детали до меня не дошли… В то время, как одни люди раздевались, а большинство ждало своей очереди, стоял большой шум. Украинцы не обращали на него никакого внимания. Они продолжали в спешке гнать людей через проходы в овраг. С места, где происходило раздевание, овраг не был виден, так как он находился на расстоянии примерно 150 метров от первой группы одежды. Кроме того, дул сильный ветер и было очень холодно. Выстрелов в овраге не было слышно… Из города прибывали все новые массы людей и они, по-видимому, ничего не подозревали, полагая, что их просто переселяют».

 

Даже после сентября-октября 1941-го при Бабьем Яру существовал временный лагерь для тех, кто должен был остаться в массовой братской могиле. Отступая из Киева и пытаясь скрыть следы преступлений, нацисты и их пособники в августе-сентябре 1943 частично уничтожили лагерь, откопали и сожгли на открытых «печах» десятки тысяч трупов, кости перемалывались на привезенных из Германии машинах, пепел был рассыпан по окрестностям Бабьего Яра. Но это были жертвы лишь верхних слоев массового захоронения. В ночь на 29 сентября 1943 года в Бабьем Яру произошло восстание занятых на работах у печей 329 заключенных-смертников, из которых спаслись всего 18 человек, остальные 311 были расстреляны. Спасшиеся узники выступили свидетелями попытки нацистов скрыть факт массового расстрела. Именно они и рассказали правду о последних днях киевских футболистов, участников «матча смерти», а также о казни членов ОУН, сторонников Мельника, среди которых была украинская поэтесса Елена Телига, ее муж, у которого была возможность спастись, но он предпочел остаться с женой, и коллектив редакции газеты «Украинское слово», во главе с редактором Иваном Рогачем.

 

И выстрелы, выстрелы, звезды внезапного света,

И брат обнимает последним объятьем сестру.

И юркий эсэсовец лейкой снимает все это.

И залпы. И тяжкие хрипы лежащих в Яру.

А люди подходят и падают в яму, как камни…

Дети на женщин и старики на ребят.

И, как пламя, рвущимися к небу руками

За воздух хватаются и, обессилев, проклятья хрипят.

Девочка, снизу: - Не сыпьте землю в глаза мне…

Мальчик: - Чулочки тоже снимать?...

И замер, В последний раз обнимая мать…

 

Кто не верит – вот оно страшное подтверждение варварства, мерзости и подлости убийц из Бабьего Яра. На фотографии четко видно, как украинские полицаи роются в вещах убитых мирных граждан. Это не просто фотография. Это осуждение преступлений фашистов и их прислужников, украинских коллаборационистов.

 

До сих пор ученые многих стран всего мира спорят – сколько жертв «принял в себя» Бабий Яр. По разным подсчетам, большей частью расчетных, в Бабьем Яру на протяжении сентября 1941-го – октября 1943-го было расстреляно от 70 000 до 120 000 человек. В общее число всех погибших включено и население пяти цыганских таборов.

 

После освобождения Киева в разрушенный город приехал писатель Илья Эренбург и попросил очевидцев показать место трагедии. 14-летний Игорь Иванов, тогда еще подросток, а со временем, главный архитектор Киева, стал первым проводником писателя. Это он первым показал, где карательные отряды расстреливали толпы голых людей, где уничтожали моряков Пинской флотилии, где сжигали трупы...

 

Именно в те ноябрьские дни 1943-го, рассказывая о трагедии на окраине Киева, Илья Эренбург впервые назвал ее «Бабий Яр». Сразу после освобождения Киева в Бабьем Яру побывал корреспондент «Правды» Борис Полевой, а прославленный украинский кинорежиссер Александр Довженко начал уже снимать фильм с таким же названием «Бабий Яр». Помощниками в этом были оставшиеся в живых на Подоле киевляне, доживающие свой век в хатах-мазанках солдатские вдовы и старые бабки. И проживали они на подольском переулке, который так и назывался - Бабий Яр...

 

Правда, сегодня появились исследования на тему того, кто же первым поднял тему Бабьего Яра в прессе. Так, по одним из них, которые все же стоит проверить, Илья Эренбург не был в ноябре 1943-го в Киеве, а послал туда, по его же просьбе, молодого сотрудника Льва Марковича Озерова. Озеров действительно сам просился в Киев, поскольку родился и вырос в Киеве на Подоле, а в Бабьем Яру потерял не только многих друзей и знакомых, но и своих родных. Он действительно сделал, как сейчас принято говорить, «убойный репортаж», правда, за подписью Эренбурга. А известная поэма «Бабий Яр», которая стала первой, была написана именно Львом Озеровым. Тяжелые, страшные, вызывающие к мщению, а главное, к не повторению, строки той поэмы, написанной в 1944-м, и сегодня режут слух. Только несколько строк:

 

Небеса стоят как стена, начинающаяся с земли.

На земле стоит тишина - здесь, где братья мои легли.

Здесь не хочет расти трава. А песок, как покойник, бел

Ветер свистнет едва-едва: это брат мой там захрипел.

Так легко в этот Яр упасть, стоит мне на песок ступить, -

И земля приоткроет пасть, старый дед мой попросит пить.

Мой племянник захочет встать, он разбудит сестру и мать.

Им захочется руку выпростать. Хоть минуту у жизни выпросить.

Где ты, маленький, покажись, я оглох от боли тупой.

Я по капле отдам тебе жизнь, я ведь тоже мог быть с тобой.

Гневно дернулась борода, раздалось из ямы пустой:

- Нет, не надо сюда. - Ты стоишь? Не идешь? Постой!

 

У тебя ли не жизнь впереди? Ты и наше должен дожить.

Ты отходчив - не отходи. Ты забывчив - не смей забыть!

И ребенок сказал: - Не забудь. И сказала мать: Не прости.

И закрылась земная грудь. Я стоял не в Яру - на пути.

 

Он к возмездью ведет - тот путь, по которому мне идти.

Не забудь… Не прости… Никогда… Ни за что…

 

Но настоящее раскрытие трагедии Бабьего Яра произошло во время Нюрнбергского процесса. Позволю себе привести сообщение советской чрезвычайной комиссии касательного этого вопроса.

 

ИЗ СООБЩЕНИЯ ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ КОМИССИИ О РАЗРУШЕНИЯХ И ЗВЕРСТВАХ, СОВЕРШЕННЫХ НЕМЕЦКО-ФАШИСТСКИМИ ЗАХВАТЧИКАМИ В ГОРОДЕ КИЕВЕ

 

Массовое истребление мирных граждан и советских военнопленных

 

«Немецкие палачи с первых же дней захвата Киева проводили массовое истребление населения путем истязаний, расстрелов, повешения, отравления газом в «душегубках». Людей хватали прямо на улицах, расстреливали большими группами и в одиночку. Для устрашения населения вывешивались объявления о расстрелах... Фашисты массами убивали мужчин, женщин, детей, стариков и больных…

 

Специальная Комиссия в составе: председателя Н. С. Хрущева, членов Комиссии: Наркомпроса УССР академика П. Тычина (так в тексте документа, правильно Тычины – прим. автора), секретаря Союза советских писателей УССР академика М. Рыльского, кандидата биологических наук Академии наук УССР Д. Марковского, с участием медицинских экспертов: профессоров Я. И. Пивовонского, Ю. Ю. Крамаренко, А. М. Зюкова и судебно-медицинского эксперта профессора Н. А. Шепелевского в присутствии представителя Чрезвычайной Государственной Комиссии В. Д. Шевцова установила, что, по неполным данным, в Киеве замучено, расстреляно и отравлено в «душегубках» более 195 тысяч советских граждан, в том числе:

 

1. В Бабьем Яру - свыше 100 тысяч мужчин, женщин, детей и стариков.

 

2. В Дарнице - свыше 68 тысяч советских военнопленных и мирных граждан.

 

3. В противотанковом рву, у Сырецкого лагеря и на самой территории лагеря - свыше 25 тысяч советских мирных граждан и военнопленных.

 

4. На территории Кирилловской больницы - 800 душевнобольных.

 

5. На территории Киево-Печерской лавры - около 500 мирных граждан.

 

6. На Лукьяновском кладбище - 400 мирных граждан.

 

На основании заявлений советских граждан, протоколов опроса, свидетельских показаний, материалов специальной комиссии, заключений судебно-медицинской экспертизы и личным расследованием, Чрезвычайная Государственная Комиссия установила, что разрушения в городе Киеве, поголовное ограбление населения, массовые истязания и убийства мирных советских граждан и военнопленных произвели по указаниям германского правительства и верховного командования…

 

Кроме уже известных имен фашистских палачей, на момент проведения следствия чрезвычайная комиссия не выяснила фамилии их прислужников из числа украинских полицаев, чего также забывать нельзя. А фамилии названных палачей должны быть прокляты навсегда.

 

Фашистские прислужники и иже с ними сегодня чувствуют себя вольготно: настало, мол, наше время. Поэтому неслучайно, что в 1996 году депутат Ровенского горсовета Шкуратюк под бурные аплодисменты своих «патриотов однодумцев» цинично провозгласил на одном из заседаний горсовета: «Я горжусь тем фактом, что среди 1500 карателей в Бабьем Яру было 1200 полицаев из ОУН и только 300 немцев».

 

 Вот вам и ответ, кто вместе с фашистами устроил в Киеве кровавую бойню. А в наши дни эти вдохновители кровавых оргий и расправ над женщинами, стариками и детишками, эти каратели и палачи нагло претендуют на льготы ветеранов Второй мировой войны - участников боевых действий. И самое обидное, что кое-где на Украине они их получают…

 

Прошли годы, и в районе Бабьего Яра появился монумент жертвам массовых расстрелов. Интересна его судьба, о которой, видимо, стоит рассказать особо, точнее не именно этого мемориала, а вообще, создания пантеона памяти.

 

Как уже было отмечено, с первых же дней освобождения Киева трагедия Бабьего Яра стала известна не только советской общественности, но и всему миру. Но далеко не всем известно, что в это же время было запланировано строительство мемориала. И первым с этой идеей выступил Никита Сергеевич Хрущев, первый секретарь ЦК КПУ, а фактически руководитель УССР.

 

С учетом того, что Бабий Яр стал символом страданий мирного населения во время Великой Отечественной войны 13 марта 1945 года СНК УССР и ЦК Компартии Украины приняли постановление № 378 «О сооружение монументального памятника на территории Бабьего Яра». Но оно так и не было выполнено, за исключением установки памятной доски, но дата 13 марта была запомнена Бабьим Яром… Тем более, что мы к ней вернемся.

 

В марте 1950-го (есть даже утверждения, что 13-го числа) Хрущев снова вернулся к ней, но возникновение «дела о космополитах» не только приостановило строительство, но и чуть не повредило карьере самого Никиты Сергеевича. А чтобы не возникало более соблазна на тему трагедии Бабьего Яра, а также в целях дальнейшего развития жилищного строительства в Киеве и расширения административных границ города, было принято решение замыва отрогов Бабьего Яра, что привело к трагедии 13 марта 1961-го, известной, как «Куреневская трагедия».

 

И вот наступил год 2011-й. Сначала 70-летие со дня начала Великой Отечественной войны, когда день 22 июня по праву стал Днем Всенародной Памяти и Скорби, а затем и последние дни сентября, начиная с 27 числа, которые также должны стать те ми же самыми Днями Всенародной Памяти и Скорби. Что ждет нас 27 – 30 сентября там, в Бабьем Яру?

 

Конечно же, память, о которой были написаны десятки поэм, в том числе и киевлянина Иммануила Глейзера, написанная в 2005 году.

 

Киев золотой порой – яркий праздник цвета.

Облетающей листвой кружит бабье лето.

Чем-то городу грозит первая прохлада:

В нитях солнечных сквозит приближенье ада.

 

Всем евреям дан указ - молодым и старым:

В точный день и в точный час быть над Бабьим Яром.

Всем помыться и сложить, не забыть отдельно,

Все, что довелось нажить - ценности и деньги.

 

Чтоб в такой пуститься путь. Главное ли дело –

«То да это не забудь, соберись умело?»

Запасли еду и мыло, брали ложки в серебре

И одежки, чтоб хватило. Всем на холод – в октябре!

Пара кукол для девчонок, две машинки – пацанам.

 

Отчего ж дрожит ребенок? Или что-то чует сам?

Люди шли под смутной ношей, на повозках скарб везли,

В тот обрыв, травой поросший, в сущий ад родной земли.

А вокруг стояли скопом - и мололи разный вздор,

 

Кто глазел, а кто от окон отводил свой влажный взор.

И текли потоком души, что-то теплилось пока.

«Что, зачем и почему же?» - бились мысли у виска…

И седые, и грудные с воплями – в один овраг.

 

Бог не спас, мои родные. Всех накрыл кровавый мрак…

Это – жизнь. И мало в ней святого. И у зла прописки нет в аду.

Бабий Яр. Теперь два этих слова навсегда стоят в одном ряду

В списке, где Освенцим и Треблинка, Бухенвальд, Дахау, Равенсбрюк.

Собибор, Майданек... Не заминка, - времени на всех не хватит, друг.

 

В Бабьем Яре спорит с тишиною надпись из давидова псалма:

«Боль моя всегда передо мною». Это голос сердца – не ума.

Это искра Ветхого Завета. В ней спрессован всех времен пожар.

Вы, живые, помните об этом, чтоб не повторился Бабий Яр.

 

«… Вы, живые, помните об этом, чтоб не повторился Бабий Яр». Как можно не согласиться с этими строками, ведь они для всех. Одним, погибшим, как память, другим, живущим, как напоминание. Ведь Бабий Яр – это всенародное кладбище, где лежат десятки тысяч евреев, тысячи русских, украинцев, цыган и представителей еще многих национальностей, о которых мы уже не узнаем никогда. А, говоря о мемориале Бабий Яр следует помнить, что на его, как писал Евтушенко «крутом обрыве, как грубом надгробье…», есть еще один памятник той эпохи – это Лукьяновское военное кладбище.

 

Телевышка, как маяк, установленный на Лукьяновском пустыре, приведет вас и к Бабьему Яру, и к Лукьяновскому военному кладбищу. Оно тоже является частью мемориала, хотя, почему-то, до сих пор и непризнанного, ибо мимо него в последний путь шли еврейские семьи на свою погибель, мимо него проходили советские солдаты и матросы, плененные в Киеве и под ним. Но не все смогли пройти мимо, многие сотни остались там навсегда. До сих пор неизвестно, сколько же бойцов и командиров было убито по дороге в лагерь и в сам Бабий Яр, а осталось лежать на пустыре, где уже в июне 1941-го появились первые захоронения. Сначала, как место погребения «бесхозных тел» расстрелянных военнопленных, затем, как кладбище погибших советских воинов, а уже после Победы это место стало заповедным, на котором и сегодня хоронят немногих ветеранов Великой Отечественной. Но сколько же на нем безымянных могил тех, кого «ждал» Бабий Яр.

И все погребенные в них, также жертвы Бабьего Яра, чего забывать никогда не стоит…

 

Бабий Яр. Это словосочетание географической местности и сегодня продолжает кровоточить, о чем в пору бить колокола…