Камертон

Большие русские ёлки в маленькой Европе, или Как жить нельзя

Признаться, я очень неравнодушен к Риге – городу, где прошли не худшие годы жизни, где росли мои дети, где осталось много-много друзей и просто хороших людей.

К ним, родным и любимым, я и поехал на Новый Год.

 

…В эти три праздничных дня Рига была, как при жизни – оживлённая, шумная, яркая, уютная. Многолюдная. Как всегда — наполненная радушием, улыбками, неповторимым прибалтийским шармом. В Старом городе (или в «Старушке», как это называется на рижском русском языке) даже освещение включили. И все-все кафешки да ресторанчики, лавочки да магазинчики работали – мэр города специально об этом попросил. И гостиницы заполнились аж на 80% – хотя цены по этому торжественному поводу взлетели даже выше уровня самой настоящей пятизвёздочной заграницы. 

 

В последние годы это состояние стало непривычным для города, бывшего когда-то европейской столицей Страны. Непривычным – потому что после жестокого экономического краха евроиллюзий из маленькой Латвии потянулись в поисках лучшей доли большие людские потоки. Навсегда. Там остаются только те, кто не может уехать, и те, кто собирается уехать вот-вот и стать в благословенной Европе неприхотливыми и низкооплачиваемыми работягами – как раз взамен тех инородцев, которые не вписались в приказавший долго жить «мультикультурный проект».

 

А непривычную новогоднюю многолюдность в Риге создали тысячи и тысячи туристов из Российской Федерации. Кто к старым друзьям, кто по пути на шопинг и развлечения в остальную Европу – а что, Шенген-то один, а крюк небольшой. К тому же генетическая память услужливо подсказывает: как бы Европа с кукольными домиками и узенькими улочками, но своя, и все по-русски говорят.

 

И впрямь говорят. Успехи местного населения в пользовании недобитым «языком оккупантов» неоспоримы – в том числе у молодого поколения (временно не уехавшего). Вот только акцент по сравнению с «раньшим временем» усилился. Правда, тут, может быть, дело в коммерческой хитрости: говорят, платёжеспособных туристов прибалтийский акцент умиляет.

 

Что ещё говорят?

 

Что почти отобрали у соседнего Таллина лавры «новогодней русской столицы», – это с гордостью.

 

Что, может быть, русские из России привыкнут к этому маршруту и привезут ещё немножко денег, – это с надеждой.

 

Что можно делать бизнес на втюхивании русским из России латвийской недвижимости: «Старик, ты не понимаешь – это же пятилетний вид на жительство в ЕВРОПЕ!!! Всего за сотку евро!!!» Многие ведутся.

 

Что Латвия «преодолела кризис», и теперь ей за это, может быть, дадут ещё денег из Брюсселя. И даже бери выше – она теперь «европейское ядро», «образцовое национальное государство» и будет «двигать Евросоюз» к новым свершениям, – это на полном серьёзе, не смейтесь.

 

Что… «А разве мы вам совсем не нужны? А вот у нас транзит… Нет? Угу, ну ладно… Давай тогда ещё по одной».

 

…К вечеру 3 января Рига опять опустела. Русские, которые из России, увезли с собой оживлённость, многолюдность, яркость, недопотраченные деньги, московские понты – и оставили бывшую «свою Европу» один на один с её настоящим европейским выбором.

 

Жаль. Но это был свободный выбор.

 

Я не знаю, что ждёт нас в ближайшее время – процветание или испытания. И смогут ли русские из России тысячами кататься по Европе, швыряясь чаевыми и кичась своим благополучием. Может, сейчас каждый такой увеселительный вояж – как последний. Как знать.

 

Но Господь создал Европу, чтобы мы успели наконец-то понять, что не все «свободные выборы» одинаково полезны. Чтобы увидели, как нам жить нельзя.