Горячая осень 1962-го, или Охлаждающая операция «Анадырь»

Загрузить статью с иллюстрациями в формате PDF…

 

В мировой истории последнего столетия было столько военных конфликтов и вооруженных противостояний, что до сих пор ученые историки и политологи так и не могут дать точный ответ, каковы последствия того или иного конфликта или чем закончилось то или иное вооруженное противостояние.

 

Достаточно будет вспомнить, что за период уже ушедшего в историю ХХ века, мир на себе испытал ужасы Первой и Второй мировых войн, кровопролитные войны в Корее и Вьетнаме, до сих пор кровоточащие последствия арабо-израильских и индо-пакистанских войн, гражданские войны на просторах бывшей Российской империи, Европы, Азии, Африки и Латинской Америке. Подсчитано, что за период с 1901 по 2000 годы оружие для разрешения межгосударственных конфликтов применялось более семисот раз…

 

Однако стоит сказать лишь одно словосочетание «Карибский кризис», как тональность аналитической мысли резко меняется. Полвека назад мир стоял на грани войны. Новой войны, ракетно-ядерной, возможно – мировой. Не такой уж это большой срок для истории, чтобы забыть то, что было, или не дать полный и всеобъемлющий анализ происшедшего.

 

А может не стоит гадать на «карибской гуще», а взять «в оборот» официальные документы той поры, пройтись по военно-политической обстановке, вспомнить о том, что есть такая позиция, как «обеспечение внешней безопасности страны», и прийти к тому знаменателю, который и даст ответ – так что же это за такое событие было под названием «Карибский кризис», каковы его причины и каким образом он был разрешен…

 

«Карибский кризис» родился не на пустом месте и не осенью 1962-го, а значительно раньше, а точнее десятью годами ранее, когда генерал Фульхенсио Батиста совершил 10 марта 1953-го (аккурат после смерти Сталина) военный переворот, а уже в апреле разорвал все дипломатические отношения с Советским Союзом.

 

В ответ на установление диктатуры Батисты уже на рубеже 1955-1956 годов начались забастовки и стачки, а 12 февраля на известной яхте «Гранма», прибывшей  из Мексики на Кубу, высадился десант с еще неизвестным революционером Фиделем Кастро. Весной 1958-го началась полномасштабная партизанская война,  сильно испугавшая США, считавшие Кубу своей «загородной дачей». И эта действительно народная война закончилась поражением Батисты 1 января 1959-го. А спустя год, Советский Союз признал новое правительство Кубы и установил с этой страной дипломатические отношения. Первые шаги по блокаде Кубы США и рядом стран Карибского бассейна начались практически сразу, когда кубинский сахар перестал экспортироваться. На помощь пришел Советский Союз и другие страны, члены СЭВ, которые стали основными импортерами главного продукта острова Свободы. В ответ на блокаду кубинское правительство национализировало всю остававшуюся на острове собственность США. Общая стоимость конфискованного американского имущества составила триллион долларов…

 

Президент США Эйзенхауэр призвал Конгресс и Сенат разорвать дипломатические отношения с Кубой, что и было сделано в январе 1961-го, и приступил к интенсивной подготовке вторжения на остров.

 

Дата 17 апреля 1961-го стало «черным днем» для спецслужб США и диверсионных отрядов Батисты, когда в районе Плая-Хирон (более известном, как залив Кочинос, т.е. Свиней) был полностью разгромлен десант из числа кубинских эмигрантов, высаженный при активной помощи вооруженных сил США).

 

 

 

Уже тогда все СМИ США и ряда других стран заявили о советской военной помощи и угрозе интересам США и странам Латинской Америки. Да, действительно Советский Союз оказал военную помощь для создания на Кубе собственных вооруженных сил, вот только инициатором этого стали сами США…

 

Советско-кубинское военное сотрудничество началось после событий 4 марта 1960 года, когда на рейде порта Гаваны был взорван французский теплоход «Ле Кувр», доставивший боеприпасы, приобретенные в Бельгии. Все попытки кубинского правительства закупить вооружение в западных странах блокировались Соединенными Штатами Америки. Вот тогда СССР и предоставил военную помощь.

 

Договор о поставках оружия не был секретным и советское правительство, только за июль 1960 года, дважды предупреждало правительство США о готовности оказывать Кубе помощь, вплоть до военного содействия в обороне острова. На Кубу начались поставки военной техники из резервов, сохранившихся со времени последней войны - тридцать танков Т-34-85 и столько же самоходных артиллерийских установок СУ-100.

 

Начались регулярные рейсы советских судов с грузами, в том числе и военными, на Кубу. С учетом возросшей активности вооруженных сил США в бассейне Карибского моря, особенно у берегов Кубы, наличием американской военной базы на острове Гуантанамо (которая, кстати, до сих пор там находится) и призывами к уничтожению правительства Кубы, вплоть до новой агрессии, военная помощь СССР по просьбе Кубы, значительно увеличилась.  К концу марта 1962 года советские суда доставили на остров 400 танков, 40 истребителей МиГ-15 и МиГ-19, радиолокационные установки, средства ПВО (только зенитные установки). Кубинских военных специалистов обучали как на месте, так и на территории СССР.

 

Наступало лето 1962-го, когда начался отсчет «Карибскому кризису». Да только начался он не в бассейне Карибского моря, а значительно ближе к Советскому Союзу – в Турции. В октябре 1961-го на северо-востоке от турецкого города Измир на американской военной базе было размещено 15 баллистических ракет  PGM-19 «Юпитер» с радиусом Действия 2400 километров, которые напрямую угрожали европейской части Советского Союза, достигая Киев и Харьков за 6 минут, а Москву за 10. Причем решение об их размещении и постановке на боевое дежурство принял Президент США Джон Кеннеди, победивший на выборах в ноябре 1960-го.

 

Это была уже реальная угроза безопасности Советского Союза, с учетом наличия у США атомных подводных лодок с баллистическими ракетами и стратегической авиации. Стоит напомнить, что к тому времени у СССР не было атомных подводных лодок с баллистическими ракетами на борту…

 

Тогда и было принято решение, вместе с продолжением оказания военной помощи Кубе, установить в «подбрюшье» США (сами же американцы презрительно называли Кубу «задним двором») советские баллистические ракеты средней дальности. Этим шагом советское военно-политическое руководство, а не только один Хрущев, предполагало охладить пыл заокеанских стратегов по применению ядерного оружия в войне против СССР, согласно планам SIOP-1 и  SIOP-2 (приняты в 1960-м и 1961-м годах) силами 6000 ядерных зарядов. Именно поэтому размещение советского ядерного оружия носило предупредительно-оборонительный характер. Но… Одно дело принять решение, а другое – выполнить его. Вот тут-то и понадобился план проведения операции «Анадырь».

 

Первый же вопрос, который возникает у читателя, почему именно столица Чукотки была избрана названием секретного плана.

 

Ответ достаточно простой: как для тайны особой важности. В начале 60-х годов прошлого столетия Советский Союз активно развивал Северный Морской Путь и занимался развитием всего Заполярья – от Кольского полуострова и архипелагов до Чукотки. Понятно, что одним-двумя судами огромное количество техники, имущества, да и самих будущих покорителей Крайнего Севера, не перевести. Соответственно был усилен флот Арктики, как судами ледокольного типа, так и другими, с различных пароходств. Ну, а то, что разведка США отслеживала эти массовые караваны судов в направлении Арктики и в ней самой – сомнений не вызывало. Плюс к этому еще и такая особенность, как загрузка судов необходимым имуществом для полярников, производилась во всех портах Советского Союза, т.е. на Балтике, Черном и Азовском морях, а также, Баренцевом, Белом, Японском и Охотском.

 

Вот и не вызвал у американских стратегических разведчиков никакого волнения массовый выход советских судов из различных портов в Мировой океан и их заходы в различные порты, в т.ч. и Кубы. Все было относительно тихо до тех пор, пока…

 

14 октября самолет-разведчик  ВВС США в ходе одного из регулярных облетов Кубы (шпионских и с нарушением воздушного пространства чужой страны) обнаружил в окрестностях деревни Сан-Кристобаль советские ракеты средней дальности Р-12. На следующий день очередной шпионский полет над территорией чужого государства выявил не только новые советские ракетные позиции, но и эскадрилью фронтовых бомбардировщиков Ил-28 у северного побережья Кубы и дивизион крылатых ракет, нацеленных на Флориду. Для Америки это был удар, да еще какой – проспать целую армию, которая появилась в 200-х километрах от США… По решению Джона Кеннеди был создан специальный Исполнительный комитет (по аналогии с началом войны после трагедии Перл-Харбора), в котором обсуждались возможные пути решения проблемы. Некоторое время заседания исполкома носили секретный характер, однако 22 октября Кеннеди выступил с обращением к народу, объявив о наличии на Кубе советского «наступательного оружия», из-за чего в США немедленно началась истерия, перешедшая в панику.

 

Даже спустя почти полвека выступление Кеннеди перед согражданами, служит примером не только «двойных стандартов», но и обмана собственного народа, впрочем, как и всего мирового сообщества, поэтому есть смысл привести  его в слегка сокращенном виде:

 

Добрый вечер, мои сограждане.

 

Наше правительство, как и обещано, пристально наблюдало за советским военным присутствием на острове Куба. На прошлой неделе было неопровержимо доказано, что ряд наступательных ракетных комплексов находится на этом превращенном в тюрьму острове. Целью их развертывания является ни что иное, как ядерный шантаж Западного Полушария... Это стремительное превращение Кубы в советскую стратегическую военную базу путем размещения там наступательного оружия дальнего действия и массового поражения представляет собой явную угрозу миру и безопасности обеих Америк. Это действие также противоречит заверениям советских представителей, высказанных как публично, так и конфиденциально, что размещение оружия на Кубе носит защитный характер и что Советский Союз не имеет никакой потребности и желания размещать стратегические ракеты на территории любой другой страны...

 

Во-первых: чтобы останавливать размещение советского оружия массового поражения на Кубе, осуществлять строгий карантин - все суда любого вида, направляющиеся на Кубу из любой страны или порта, перевозящие оружие массового поражения, будут возвращены в порт отправки. Этот карантин будет расширен к другим типам грузов. Однако это не относится к грузам, носящим жизненно важный характер.

 

Во-вторых: я приказал непрерывно вести наблюдения за Кубой и ее военными приготовлениями. Если эти наступательные военные приготовления продолжатся, любые наши дальнейшие действия будут оправданы.

 

В-третьих: любую ядерную ракету, запущенную из Кубы против любой страны в Западном Полушарии, мы расцениваем как нападение Советским Союзом на Соединенные Штаты и нанесем полномасштабный ответный удар по Советскому Союзу.

 

В-четвертых: как необходимую военную предосторожность, я укрепил нашу базу в Гуантанамо и эвакуировал сегодня оттуда обслуживающий персонал.

 

В-пятых: Сегодня вечером на заседании Организации Американских Государств мы вынесем на повестку дня вопрос об этой угрозе с целью поддержки любых наших действий, направленных на ее нейтрализацию. Остальные наши союзники во всем мире будут также приведены в готовность.

 

В-шестых: Согласно Уставу Организации Объединенных Наций, сегодня вечером мы потребуем незамедлительного созыва Совета Безопасности, чтобы принять меры против этой советской угрозы миру. Мы потребуем немедленного демонтажа и изъятия всего наступательного оружия на Кубе под контролем наблюдателей ООН.

 

Седьмое и последнее: я призываю Председателя Советского правительства Хрущева остановиться и устранить эту опрометчивую и провокационную угрозу миру во всем мире и устойчивым отношениям между нашими двумя странами. Я призываю его оставить этот опасный курс, направленный на достижение мирового господства и принять участие в исторической миссии по прекращению гонки вооружений. Он может теперь, чтобы спасти мир от катастрофы, вспомнить свои собственные слова, что не было никакой надобности размещать ракеты вне собственной территории Советского Союза и забрать их с Кубы, воздерживаясь от любых действий, которые лишь усугубят существующий кризис. Мы готовы обсудить все предложения, направленные на устранение напряженных отношений двух сторон, включая развитие действительно независимой Кубы, самостоятельно определяющей свою собственную судьбу. Мы не хотим войны с Советским Союзом, поскольку мы - мирные люди, которые желают жить в мире со всеми другими народами…

 

Мои сограждане, никто не сможет с точностью предугадать, какие шаги придется сделать и на какие затраты или жертвы придется пойти, чтобы ликвидировать этот кризис. Но самая большая опасность сейчас состояла бы в том, чтобы не делать ничего. Дорога, которую мы выбрали, полна опасностей, но этот путь наиболее совместим с нашим характером и храбростью нашей нации и нашими обязательствами во всем мире. Стоимость свободы всегда высока, но американцы всегда были готовы платить за это. И единственное, что мы никогда не сможем сделать — это пойти по пути сдачи позиций и капитуляции.

 

Наша цель состоит не в мире за счет свободы, а в мире и свободе, как в этом полушарии, так и, мы надеемся, во всем мире. И видит Бог, эта цель будет достигнута.

 

Спасибо и доброй ночи.

 

22 октября 1962 года.

 

Действительно своеобразный документ, в котором все направлено только на развенчивание агрессии Советского Союза. Однако при этом, ни  слова о развертывании американских ракет в Турции и планах по их установке в Японии. Ни слова о том, что количество наступательных ядерных ракет в США в 15 раз больше, чем в СССР. Ни слова о том, что Куба является страной, признанной в мире. Ну, и т.д. и т.п. Достаточно будет сказать, что мир, весьма своеобразно, отнесся к этому заявлению, считая также США виновными в событиях на Кубе, а ООН даже не стала рассматривать заявление США. Не стоит забывать и о том, что еще не улеглись страсти в Берлине, и еще не остыл цементный раствор в «Берлинской стене». Именно поэтому, кроме обращения к согражданам Кеннеди послал письмо советскому лидеру, уже более аргументированное и конкретное.

 

И сразу же  Хрущев дал ответ  Президенту США.

 

Уважаемый господин Президент!

 

Получил Ваше письмо от 23 октября, ознакомился с ним и отвечаю Вам.

 

Представьте себе, господин Президент, что мы поставили бы Вам те ультимативные условия, которые Вы поставили нам своей акцией. Как бы Вы реагировали на это? Думаю, что Вы возмутились бы таким шагом с нашей стороны. И это было бы нам понятно.

 

Поставив нам эти условия, Вы, господин Президент, бросили нам вызов. Кто Вас просил делать это? По какому праву Вы это сделали? Наши связи с Республикой Куба, как и отношения с другими государствами, независимо от того, какое это государство, касаются только двух стран, между которыми имеются эти отношения. И если уж говорить о карантине, упоминаемом в Вашем письме, то его, как это принято в международной практике, могут устанавливать только государства по договоренности между собой, а не какая-то третья сторона. Существуют, например, карантины на сельскохозяйственные товары и продукты. Но в данном случае речь идет совсем не о карантине, а о гораздо более серьезных вещах, и Вы это сами понимаете.

 

Его Превосходительству господину  Джону Ф. Кеннеди,

 

Президенту Соединенных Штатов Америки

 

г. Вашингтон

 

А события на острове Свободы стали угрожающими. Все силы сторон по оба берега Мексиканского залива были приведены в состояние полной боевой готовности. Кризис набирал обороты, развивался стремительно и в чрезвычайно опасном направлении. США активно стали готовить войска для вторжения на Кубу и довели группировку сил вторжения до 250 000 человек. На базу Гуантанамо в срочном порядке было переброшено 16 000 морских пехотинцев, на 40 аэродромах рассредоточились бомбардировщики с ядерным оружием на борту. ВМС США «блокадной группировки»  состояли из  2 крейсеров, 118 эсминцев, 13 подводных лодок, 65 десантных и 42 вспомогательных судов. В боевую готовность были приведены воздушные силы США в Европе, подводные лодки с ракетами заняли позиции для ядерного удара по Советскому Союзу. Силы вторжения на Кубу в десятки раз превосходили возможности советской военной группировки и кубинских  вооруженных сил. Наступили решающие и самые напряженные, тревожные дни, в любой из которых мог вспыхнуть огромнейший факел ракетно-ядерного пожара. Шли интенсивные переговоры по дипломатическим каналам. Это был тот опаснейший период Карибского кризиса, его апогей, когда ядерное противостояние достигло критической черты, ибо никто не мог предсказать огромных трагических последствий ядерной катастрофы для всего человечества.

 

Остальной мир не очень-то и поддерживал США. Угрозы Кеннеди о вторжении на Кубу подверглись серьезной критике, ибо все понимали, что если будет вторжение на Кубу, то ответная реакция может произойти в Европе. Да и к блокаде Кубы было иное отношение. Ряд европейских стран, причем из разных лагерей, заявили, что она противоречит международному праву, и что блокада является актом войны. В то же время,  ни размещение ракет в Турции, ни ответное размещение ракет на Кубе никаких соглашений не нарушало. Таким образом, США оказывались в роли стороны, развязавшей войну. В связи с этим, при обсуждении такого варианта возникали опасения по поводу реакции не только Советского Союза, но мирового сообщества. Поэтому решение о введении блокады было вынесено на обсуждение Организации американских государств (ОАГ), а не ООН. Акция США была названа не «блокадой», а «карантином», что означало не полное прекращение морского сообщения, а лишь препятствие поставкам вооружений. Было решено ввести карантин 24 октября с 10 утра по местному времени.

 

И карантин начал действовать. Эскадры ВМС США окружили Кубу с четким приказом ни в коем случае не открывать огонь по советским судам без личного приказа президента. К этому времени на Кубу шли еще 30 судов. Хрущев и советское военно-политическое руководство решили, что подводным лодкам и четырем судам с ракетами Р-14 — «Артемьевску», «Николаеву», «Дубне» и «Дивногорску», следует продолжать идти прежним курсом. А остальным, не успевшим добраться до Кубы, было дано указание идти домой, чтобы  свести к минимуму возможность возникновения конфликта.

 

Одновременно с этим решением вооруженные силы СССР и стран Варшавского договора были приведены в состояние повышенной боеготовности. Отменили все увольнения.  А 26 октября утром Никита Сергеевич отправил новое, менее воинственное послание Кеннеди. В письме он предложил американцам вариант демонтажа установленных ракет и возвращения их в СССР. В обмен он требовал гарантий того, что «Соединенные Штаты не вторгнутся своими войсками на Кубу и не будут поддерживать никакие другие силы, которые намеревались бы совершить вторжение на Кубу». А также предложил в ответ вывести ракеты из Турции и отказаться от размещения и в Японии. Закончил он письмо знаменитой фразой «Нам с вами не следует сейчас тянуть за концы веревки, на которой вы завязали узел войны».

 

Карибский кризис продолжался всего 13 дней. Но он имел чрезвычайно важное психологическое и историческое значение. Человечество впервые в своей истории оказалось на грани самоуничтожения. Разрешение кризиса стало переломным моментом в холодной войне и началом разрядки международной напряженности. 28 октября начался демонтаж советских ракет. Последняя советская ракета покинула Кубу через несколько недель, и 20 ноября блокада Кубы была снята. А через месяц американцами из Турции были вывезены ракеты «Юпитер».

 

Был и еще один важный момент – день 27 октября, когда над Кубой советскими средствами ПВО был сбит американский самолет-шпион U-2. При этом погиб его пилот  майор Рудольф Андерсон. А чуть позже, ствольной зенитной артиллерией были подбиты и два самолета фоторазведки ВМС США RF-8A «Крусейдер», один из которых, разбился. Это еще раз показало американской стороне, что решимость советских и кубинских войск по обороне Кубы была достаточно высокой.

 

Однако мирное разрешение кризиса удовлетворило не всех. До сих пор принято считать, что оно стало дипломатической неловкостью для Хрущева и Советского Союза, которые выглядели дающими задний ход в ситуации, которую сами же и создали. Но это не так. Хрущев добился от руководства США гарантий ненападения на Кубу, которые, несмотря на опасения Кастро, были соблюдены и соблюдаются по сей день. Через несколько месяцев американские ракеты в Турции, спровоцировавшие Хрущева и советское военно-политическое руководство на размещение оружия на Кубе, были также демонтированы. На Кубе были оставлены все средства ПВО, а также отдельная мотострелковая бригада, узел связи и другие части. А через семь лет Советский Союз создал ракеты, способные достичь любого города и военного объекта в США непосредственно с территории СССР, а также построил серию достаточно надежных подводных носителей ядерного оружия – подводные стратегические крейсера проекта 667.

 

На этом, можно было бы и точку поставить, но есть одно историческое обстоятельство, о котором следует сказать особо. Это успешное (именно так) проведение всей операции «Анадырь», несмотря на то, что в конечном итоге ее заключительная фаза была негативной. Однако «Анадырь» состоялся, а как и каким образом – отдельный рассказ.

 

«Анадырь» с тропическим уклоном

 

 

 

Мы, воины Советского Союза,

 

Держали курс не «к теще на блины»!

 

В далекий край в отсеках с важным грузом,

 

Рискуя жизнью, океаном шли!

 

Так написал о проведении операции «Анадырь» один из ее участников Виталий Боровик. В хрестоматии международных отношений эту операцию наши противники называли прекрасной по замыслу и исполнению. В наших источниках, и, скорее всего, с подачи самих Штатов – провальной. А давайте все же разберемся, где истина.

 

Карибский кризис имел место с 14 по 27 октября, и именно в этот период на Кубе, практически незаметно для противника острова Свободы, появилась Группа советских войск на Кубе в количестве 50 тысяч военнослужащих, а также достаточно мощная группа гражданского технического и обслуживающего персонала, численностью в 30 тысяч человек.

 

С первого дня, руководил операцией генерал-полковник Плиев Исса Александрович, а спланировали ее генерал-полковник Иванов Семен Павлович и генерал-лейтенант Грибков Анатолий Иванович. Можно как угодно расписывать события октября 1962-го, особенно в части появления советских войск на Кубе, но то, что этот адекватный и ответный шаг, заставил США смотреть на весь мир иначе – факт неоспоримый.

 

После размещения ядерных арсеналов США по всей Европе, появление «в подбрюшье» войск СССР, было воспринято в Вашингтоне, как самое омерзительное оскорбление, по сравнению с которым блекнет даже Перл-Харбор. Еще бы, про… (простите) проспать у себя под носом такую группировку.

 

А она была впечатляющей: дивизия ракетных войск с 40 пусковыми установками и 60 ракетами Р-12 и Р-14; четыре мотострелковых полка; зенитно-ракетная дивизия, зенитно-артиллерийская дивизия; истребительный авиаполк; минно-торпедный авиаполк; вертолетный полк; два полка фронтовых крылатых ракет; два танковых батальона; дивизион ракетных катеров, вооруженных крылатыми ракетами П-15; отряд судов обеспечения; подразделения тыла, включающие полевой хлебозавод и три госпиталя, сформированных на базе военного госпиталя Киевского военного округа.

 

Все это появилось благодаря тому, что  в июле-октябре в операции «Анадырь» приняли участие 85 грузовых и пассажирских судов, которые совершили 183 рейса на Кубу и обратно. Позже Анастас Микоян утверждал, что «только на транспорт мы израсходовали 20 миллионов долларов». Дорогая цена, но оправданная. Мир стоит дороже.

 

Единственным провалом операции считается неудавшийся прорыв  блокады четырьмя советскими дизель-электрическими подводными лодками. Но можно ли назвать провалом то, что всего четыре лодки проекта 641 были направлены на Кубу с задачей скрытно преодолеть противолодочный рубеж и противостоять группировке из 180 кораблей ВМС США, всемерно усиленной противолодочной авиацией…

 

Все четыре лодки Б-4, Б-36, Б-59 и Б-130 из состава 69 бригады подводных лодок Северного флота так и не смогли скрытно преодолеть блокаду и были вынуждены всплыть. Но как…

 

Они всплывали с гордо поднятым Военно-Морским Флагом Советского Союза, чем вызвали восхищение у многочисленно превосходящего противника. Да еще заставили подумать американских адмиралов в том, что советские моряки будут драться до последнего вздоха.

 

В эти же тревожные дни один лозунг объединял советских и кубинских воинов: «Родина или смерть». Моральный дух был, как ни когда, высокий и  каждый военнослужащий до конца бы выполнил свой священный долг по защите Кубинской революции, даже если бы пришлось погибнуть...

 

Ни на одну провокацию, особенно после всплытия, не отреагировали советские подводники, а ведь после многодневных атак и угроз применения оружия, нервы могли не выдержать.

 

По воспоминаниям участников того рискованного и непредсказуемого похода, самые грамотные действия были предприняты начальником штаба  бригады капитаном 2-го ранга Архиповым Василием Александровичем, который был старшим на борту Б-59 и своими умелыми действиями и здравым смыслом предотвратил мировой вооруженный конфликт.

 

Но наиболее важным этапом всей операции, были морские перевозки, осуществленные судами Министерства морского флота и вспомогательными судами ВМФ СССР.

 

Перевозка личного состава и техники морем производилась на пассажирских и сухогрузных судах торгового флота из портов Балтийского, Черного и Баренцева морей, конкретно - Кронштадта, Лиепаи, Балтийска, Севастополя, Феодосии, Николаева, Поти и Мурманска. Погрузка производилась в обстановке повышенной секретности. О пункте разгрузки не сообщалось даже старшим офицерам. Капитанам судов были выданы три пакета с секретными инструкциями. Первый пакет надлежало вскрыть после оставления территориальных вод СССР. Во втором говорилось о вскрытии третьего только после прохода соответствующей точки в Атлантике. И только в третьем был окончательный приказ: «Следовать на Кубу». Портами приема груза на Кубе были: Гавана, Мариэль, Матансас, Кабаньяс, Баия-Онда, Ла-Исабела, Нуэвитас, Никаро, Касильда, Сьенфуэгос, Сантьяго-де-Куба. Первые транспорты вышли с курсом на Кубу 10 июля, а уже 25-го начали входить в указанные порты.

 

Однако не только техника, вооружение и ракеты были в трюмах судов и на палубе. Самый драгоценный груз, который они везли на Кубу – были советские люди, воины, инженеры, специалисты.  

 

Для такой переброски было задействовано 85 судов, на долю которых пришлось до 180 рейсов. Большинство судов принадлежало Черноморскому пароходству. Это прежде всего пассажирские суда «Победа», «Грузия», многострадальный «Адмирал Нахимов», и «Латвия», которые занимались перевозкой гражданских специалистов, а также  сухогрузы и  турбоходы, перевозившие технику и личный состав: «Физик Вавилов», «Химик Зелинский», «Металлург Бардин», «Металлург Аносов», «Физик Курчатов», «Металлург Банков», «Ленинский комсомол», «Мария Ульянова» и многие другие. Как вспоминают участники той операции, режим погрузки был жесткий. Личный состав, оказавшись в районе порта, уже не имел права выйти за пределы. Район порта охранялся спецподразделением. Всякая связь с внешним миром пресекалась. Все это распространялось и на экипажи судов, включая капитанов. Остро стояла проблема размещения личного состава. Трюмы набивались людьми, как бочки селедкой, а ведь более 20 суток солдатам, сержантам придется  находиться в раскаленной солнцем стальной коробке, и только ночью им разрешат по 20-25 человек выходить на палубу, чтобы глотнуть свежего воздуха. Не каждому под силу был этот долгий путь. Были болезни и даже смерти во время перехода. Хоронили их по морскому обычаю. 

 

Операция «Анадырь» - крупнейшая после Второй мировой войны, не имевшая аналогов в военном искусстве, беспримерная и непревзойденная, уникальная военная акция по степени достижения цели, по выполнению оперативно-стратегической задачи, по минимизации потерь личного состав и боевой техники. Сама операция была закодирована под стратегическое учение с перебазированием всех видов и родов войск, боевой техники морем из различных районов Советского Союза на Север и проводилась под грифом «совершенно секретно». Все что связано с операцией «Анадырь» хранилось в глубокой тайне более 30 лет. Вся система управления войсками осуществлялась только устными распоряжениями, в крайнем случае, шифровками. И не было ни одного случая утечки информации.

 

Одним из сложных элементов была разгрузка огромного контингента войск и боевой техники с судов, как правило, в ночное время суток, скрытно. Требования были жесточайшие - в кратчайший срок подготовить позиции, замаскировать технику, выставить боевое дежурство. Работы велись с полным напряжением сил в джунглях, где нет нормального движения воздуха, мучили духота, зной и  водопад ливневых дождей. Но каждый солдат, матрос и офицер понимали, что от него зависит успех всей операции. Была создана дорожная сеть подъездных путей к позиционным районам. Общий объем работ, выполненных в тех тяжелых условиях, оказался невообразимо велик. И все это в непривычных условиях, где не всегда была нормальная санитарно-эпидемиологическая обстановка. Однако было сделано главное – все стартовые позиции баллистических ракет, зенитно-ракетные и зенитно-артиллерийские батареи, эскадрильи на аэродромах уже 9 сентября были в боевой готовности.

 

Указом Президиума Верховного Совета СССР № 1739 от 1 октября 1963 года «за образцовое выполнение специального задания правительства» 1001 военнослужащий и служащий СА и ВМФ был награжден орденами и медалями: орденами Ленина награждено 18 человек; Красного Знамени – 38; Красной Звезды – 591; «Знак Почета» - 1; медалями «За отвагу» - 138; «За боевые заслуги» - 205; «За трудовую доблесть» -  6 и  «За трудовое отличие» - 4 человека.

 

КУБА ДАЛЕКО… КУБА РЯДОМ

 

Слова этой песни, очень популярной в середине 60-х годов прошлого столетия, напоминают нам о том, что и как было сделано, дабы обуздать взорвавшиеся аппетиты заокеанских стратегов.

 

Куба была в центре внимания всего человечества. Мир действительно «висел на волоске» от развязывания Третьей мировой войны. В одном из своих выступлений после октябрьских событий 1962 года Фидель Кастро заявил: «Во всем величии будет сиять страна, которая во имя защиты маленького народа, на тысячи миль отдаленного от него, положила на весы термоядерной войны благополучие, выкованное за 45 лет созидательного труда и ценой огромных жертв! История не знает подобных примеров солидарности. Это и есть интернационализм!».

 

Однако интернациональная помощь и учебно-боевая деятельность советских войск на Кубе не обошлась без жертв. Известно о 66 советских воинах и 3 служащих СА и ВМФ, которые погибли или умерли при различных обстоятельствах, связанных с выполнением обязанностей военной службы.

 

Руководство Кубы при поддержке Главнокомандующего Фиделя Кастро решили к 60-летию Советских Вооруженных Сил в феврале 1978-го создать мемориал, посвященный советскому солдату-интернационалисту. За короткий срок неподалеку от старого кладбища, из илучших материалов построили значительный мемориальный комплекс. На его территорию с почетом перенесли останки советских воинов.

 

Среди покоящихся на воинском кладбище немало солдат и офицеров, которые погибли в результате автокатастроф в 1962 году – накануне и в период Карибского кризиса. По рассказам очевидцев, многие советские водители в то тревожное время, когда мир оказался на гране ядерной катастрофы, по несколько суток оставались за рулем. Им приходилось срочно доставлять все необходимое для размещения советских войск и техники. Часть советских солдат и офицеров, покоящихся на воинском кладбище, погибли при оказании помощи кубинцам при ликвидации последствий урагана «Флора» в 1963 году.

 

Ежегодно 23 февраля, 9 мая и 7 ноября здесь проводятся торжественные церемонии возложения венков, в которых традиционно принимают участие сотрудники посольств, представители кубинских государственных ведомств, Революционных Вооруженных Сил, политических и общественных организаций, а также военные атташе ряда стран Азии, Африки и Латинской Америки.

 

А те воины, которые после кризиса выполняли свой воинский долг на Кубе, с гордостью говорят о том, что они были на самом передовом боевом рубеже защиты Родины и мира.

 

Сегодня еще много ветеранов тех событий, живущих в России, Украине, Белоруссии, Казахстане. Ведь в основном, они были 1941-1945 годов рождения. Отзовитесь, ветераны. Расскажите нам правду о своем подвиге во имя мира.