Александр Македонский и Асан-кайгы. Сказка

3 2 Муса МУРАТАЛИЕВ - 22 февраля 2013 A A+

Жил когда-то на земле кыргызов старый человек, известный по имени Асан-кайгы[1]. Он любил всё живое: покровительствовал ему, заботился о нём, а людям говорил:

– У меня душа болит обо всём. Это Всевышний указывает, чтобы я защищал всё живое. У животных, как и у людей – радости мало, а горя много.

Старик всегда радел о живых существах, которые встречались на его пути. Увидит, в лесу муравейник горит, снимет с себя чепкен[2] и потушит его. Заметит, что в лужице ылаа[3] тонет, вытащит её, положит на сухое  место, подождёт, пока та не улетит, и тогда лишь продолжит свой путь.

Однажды пронёсся слух о том, что Александр Македонский, которого кыргызы называли Искендером, во главе своего могучего войска вошёл на их родные земли. Во время продвижения армия, достигнув пределов священной долины Арстанбап, расположилась на привал.

Кыргызский хан решил остановить Александра Македонского, задобрив его дорогими подарками, чтобы тот не пошёл дальше. Собрали много золота, серебра и драгоценностей, скота видимо-невидимо. Осталось дело за малым – доставить их. Хан обратился к своему народу:

– Найдётся ли человек, кто бы отвёз эти дары завоевателю и вернулся назад?

Собравшая толпа молчала. Тогда хан рассердился не на шутку:

– Трусливые вы, мои подданные, караван с подарками придётся отвезти мне! Если я не вернусь – на трон поднимете нового хана!

– Позволь, мой хан, мне отправиться к Искендеру! – крикнул Асан-кайгы. – Только при одном условии.

– Что ты хочешь? – удивился хан.

– Захватчику не нужны наши дары. Ему нужна наша душа – джан! Лишить жизни людей – для него ничего не стоит. Пусть убьёт лучше меня, чем вас, мой хан!

– Но учти, почтенный Асан-кайгы, –оживился хан, –твой джан нужен кыргызам, побереги себя!

– Ничего не обещаю, от моего хотения ничего не зависит. Всё в руках Всевышнего!

Асан взял свой посох и отправился навстречу своей судьбе. Перевалив горы Бообаш-Ата, он спустился в долину Арстанбап. Оказалось, что македонские войска заняли долину от края до края. Он прошёл всюду беспрепятственно. Целый день старик бродил среди вражеских солдат, никто не поинтересовался, кто он такой и откуда? Заночевал Асан там же, вместе с солдатами под открытым небом. Лег, укрывшись своим поношенным чепкеном, под сенью могучего орехового исполина. Воины Македонского, увидев крепко спящего среди них чужого человека, сдернули с него чепкен и повесили высоко на ветку. Но и тогда чужак продолжал спокойно спать.

Внезапно заморосил дождь, и солдаты, прикрывшись своими, выдержавшими не одно сражение щитами, успокоились. Они дрожали от холода, а покровитель всего живого Асан-кайгы спал без задних ног, ибо густая ветка над ним не пропускала ни капельки дождя.

Наступило утро. Воины были уже на ногах, а незнакомец всё ещё спал. Подошедший толмач толкнул его в бок и сказал с горечью:

– Вот несчастье! Кто ты такой будешь?

Асан-кайгы, открыв глаза, увидел свой чепкен, висящий на ветке, а под ней великого завоевателя на вороном коне. Александр Македонский, хотя и был без доспехов, выглядел грозным и неуязвимым. Его тесно окружала охрана в полном боевом снаряжении – в доспехах, шлемах, с мечами.

– Досточтимый Искендер! – обратился Асан-кайгы. – Подбрось мне чепкен, что справа от тебя на ветке висит. В холодное утро взбираться на дерево неохота.

Толмач тут же перевел его слова.

– Да как ты смеешь командовать! – вскричал Александр Македонский. – Если тебе дорога жизнь – прочь с моих глаз!

– В народе говорится: голову режут, а язык – нет! Я привёз тебе, великий полководец, бесценный подарок от кыргызов. Вот он перед тобой!

– Они решили потешиться надо мною? За свою дерзость ты можешь поплатиться головой.

– Лишить человека жизни не только ты, даже букашка сможет. Позаботься и ты о себе.

Император с раздражением кинул:

– Обезглавить!

Рядом стоявший вельможа шепнул ему:

– Ваше Величество, уместно ли связываться с незнакомцем? Пусть выяснят, кто он такой? Почему ведет себя так дерзко?

Но Александр, не слушая совета, добавил:

– До восхода солнца!

Солдаты из охраны ринулись к старику. Неожиданно, вскрикнув в тот же миг, Александр Македонский схватил себя за шею и молниеносно спешился. За ним беспорядочно слезла со своих коней свита. Близкие вельможи, окружив полководца, испуганно спрашивали:

– О, великий император! Что случилось? Мы готовы помочь, приказывайте!

Воин, не имевший поражения в стольких сражениях, корчился от боли, как беспомощный младенец.

– Какая-то тварь укусила! – выдавил из себя Александр и убрал руку с шеи.

Все увидели чернеющую ранку размером с иголочное ушко. Спешно отправили адъютанта за доктором и стали с нетерпением ждать его появления. С виду растерянный полководец безотрывно смотрел на странника. Ему казалось, тот заранее знал, что с ним должно случиться что-то.

Асан-кайгы всё ещё стоял на прежнем месте. Теперь он был на ногах и безуспешно пытался достать чепкен. Солдаты ожидали следующего приказа, так как им не указали место казни приговорённого.

Шея императора заметно распухла, чернеющая рана расширялась на глазах. Врача всё не было. Прославленный воин попытался встать на колени, однако ноги не слушались, движения становились скованными. Его разбирала дрожь, будто начинался приступ эпилепсии.

– Видит Бог, этот киргиз знает, что за бестия проникла в меня! Спросите у него!

Асан-кайгы, как только услышал от переводчика слова императора, не дожидаясь приглашения, подошёл к лежащему на земле Искендеру и, взглянув на ранку, сказал:

– Это укус каракурта[4]. Он страшнее, чем удар меча.

– Раз знаешь, сделай что-нибудь! – закричали вельможи.

Асан, припав к шее императора, в несколько заходов отсосал яд. После солдаты отвели его обратно к дереву, где висел чепкен.

С восходом солнца Александр Македонский пришёл наконец в себя. Понял, что посланец противника на деле отменил его собственную смерть.

– Дарую тебе жизнь, почтенный аксакал! – сказал великий воин Асану. – Передай своему хану, что он прислал мне отменный дар!

– На всё воля Всевышнего, нельзя его заслуги мне приписывать, – ответил тот.

Тогда Александр Македонский спросил его:

– Не хочешь ли ты что-то мне ещё сказать?

Император рассчитывал, что старик будет благодарить его, но тот не стал этого делать. Тогда великий завоеватель продолжил:

– Я уважаю мудрецов, ты достоин моего уважения. Скажи, почтенный человек, чем могу тебя отблагодарить? Что в моей власти – то исполню!

– Если желаешь мне добра, великий Искендер, сын достопочтенного отца, верни моему народу свободу, не карай его своим мечом.

– Да будет так! – молвил полководец.

Асан-кайгы выехал в дорогу с сорока лошадьми, навьюченными дарами Искендера. Он ещё не успел доехать до своего аила, а уже пришла весть о том, что войска Александра Македонского покинули пределы долины Арстанбапа.

В народе любой знает о горемыке Асане, как он оберегал всё живое, но мало кто помнит о том, что он спас свой народ от меча Искендера.

·


[1] Кайгы (кирг.) – горемыка.

[2] Чепкен – теплая верхняя мужская одежда из толстой ткани.

[3] Ылаа – муха, беспокоящая лошадей.

[4] Каракурт (кирг.) – мизгирь, укус этого паука  смертелен.

Раздел

Комментарии

Спасибо "Камертону" за настоящего Македонского!

Спасибо Муса Мурталиеву за настоящую притчу

Добавить комментарий

CAPTCHA
This question is for testing whether or not you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.