Схватка двух империй

3 1 Александр АЛИЕВ - 10 февраля 2014 A A+

…К этой войне ни в России, ни в Японии никто не стремился ради собственной выгоды. Проблема заключалась в политике обоих государств, политике, чьи корни  уходили на полвека назад. Всё это время Россия и Япония следовали одинаковыми курсами на Азиатском континенте, которые когда-нибудь должны были привести к конфликту.
Последовательное продвижение нашей страны к Тихому океану имело достаточно простые причины: единственный российский порт в Азии – Владивосток – замерзал на несколько месяцев. Императоры и их министры лелеяли мечту о незамерзающих гаванях в тёплых морях Маньчжурии и Кореи, где корабли могли бы разгружаться и стоять в доках в любое время года.
В ноябре 1860 года по Пекинскому договору с Китаем всё маньчжурское восточное побережье от реки Амур до реки Ялу переходило под контроль русских. Эта территория стала называться Приморьем или Приморской областью. Затем русские высадили десант на острове Цусима, и лишь вмешательство мощной британской эскадры заставили их уйти. Английские интересы состояли, разумеется, в поддержании собственных позиций в этом регионе и в недопущении усиления положения других.
Определённое равновесие сил на Дальнем Востоке сохранялось следующие десять лет, и это удерживало Россию от дальнейших шагов. Но в 1875 году остров Сахалин, бывший до того совместным владением, полностью оказался в наших руках. В Японии данный факт вызвал крайне болезненную реакцию, и в умах японцев с той поры поддерживался страх, что соседняя огромная северная страна стремится к доминированию в Азии.
.
Феодальная островная империя, разбуженная революцией Мэйдзи Исин, начала в ту пору интенсивные преобразования на западный манер.  Индустриализация требовала ресурсов и рынков, каковых у Японии не было. Оглядевшись, она увидела, что европейцы отламывают куски территории у ослабевшего Цинского Китая, и стала следовать их примеру. Установление контроля над Кореей вызвало в 1894 году Японо-китайскую войну, закончившуюся сокрушительным поражением для китайцев, которые вынуждены были по Симоносекскому договору признать полную независимость Корейского королевства. Дальше – больше. Япония захватывает Тайвань (Формозу), Пескадорские острова и нацеливается на Ляодунский полуостров, где находится город, называемый на Западе Порт-Артур.
Россия же была настолько обеспокоена перспективой установки японского контроля над Ляодуном, что заключила трёхсторонний российско-французско-германский союз. Эти государства имели, как уже говорилось, свои виды на Китай и рассматривали Японию как врага. Поэтому ещё до подписания Симоносекского договора министры трёх западных держав потребовали от японского МИДа, чтобы Страна восходящего солнца отказалась от своих планов оккупации Ляодунского полуострова. Япония, тогда ещё не в состоянии противостоять таким мощным странам, вынуждена была подчиниться, но японцы ничего не забыли.
.
Теперь и Россия стала форсировать своё присутствие на Дальнем Востоке. В 1891 году началось строительство Транссибирской магистрали, в 1898-м с китайским правительством был подписан договор об аренде Порт-Артура и соседнего порта Далянь (Дальний) сроком на двадцать пять лет. Попутно выторговано было право на сооружение железной дороги в Маньчжурии. Вот тогда-то Токио решил жёстко остановить экспансию России, но в России-то об этом и не подозревали.
В 1902 году Англия и Япония заключили странное соглашение о протекции. Если одна из стран окажется втянутой в войну на Дальнем Востоке, то другая должна соблюдать нейтралитет и удерживать третьи от вступления в эту войну. Но если какая-либо из третьих стран всё-таки вступит в войну на стороне врага, подписавшая соглашение держава должна будет поддержать своего союзника. Это было сделано для того, чтобы грядущая Русско-японская война не переросла в мировую бойню. Вскоре аналогичное соглашение было заключено между Россией и Францией.
Подстраховавшись таким образом, Россия и Япония развернули открытую борьбу за Китай, Маньчжурию и Корею. Получив в том же 1902-м у корейской королевской семьи концессию на эксплуатацию лесов в верховьях реки Ялу (в концессию эту, к слову, входили император Николай II, вдовствующая императрица Мария Фёдоровна, некоторые Великие князья, статс-секретарь А.М. Безобразов, императорский наместник на Дальнем Востоке и командующий войсками в Порт-Артуре и Маньчжурии вице-адмирал Е.И. Алексеев), русские начали валить строевой лес на корейской стороне, а в скором времени войска наши использовали сей предлог для оккупации всей области.
К июлю 1903 года дела находились в таком состоянии, что министр иностранных дел Японии Дзютаро Комура предупредил русских: Япония считает, что Россия ведёт неприкрытую экспансию в Азии и угрожает Стране восходящего солнца. Японцы стремятся к переговорам, говорят дипломаты, но переговоры должны произойти немедленно.
Япония выдвигает проект договора из шести статей, касающихся особых интересов обеих стран. Россия настаивает, чтобы переговоры происходили в Токио, и выдвигает контрпредложения. Всё лето и начало осени тянутся в вялых обсуждениях. Наконец, русские заявляют, что нужно говорить о Корее, а не о проблемах Маньчжурии, поскольку та находится в сфере их интересов. Между серединой октября 1903 и серединой января 1904 года дипломаты двух государств обмениваются шестью различными проекта договора. Но становится уже ясно, что основы для принятия соглашения нет: и Россия, и Япония стремятся к контролю над Дальним Востоком и продолжают вооружаться в ожидании войны, хотя (парадокс!) и не верят в её начало.
В конце концов, японцы согласились считать Маньчжурию вне своих интересов, если только русские уйдут из Кореи, оставив её Японии. Россия вряд ли могла надеяться на большее, но она хотела большего. Министр Комура попросил скорейшего ответа на данное предложение, однако наши тянули. Японцы ожидали около трёх недель. Между тем они получали всё больше сведений о русских военных приготовлениях и планах Петербурга послать мощный флот вокруг Европы, Африки и Азии на Дальний Восток. Четвёртого февраля (двадцать второго января) 1904 года японцы решили, что ждали они более чем достаточно. Спустя  день посол Японии Курино сообщил российскому министру иностранных дел графу В.Н. Ламздорфу, что он имеет указание прервать дипломатические отношения с Россией и вернуться на родину. Русские засуетились, дабы хоть как-то исправить дело – адмиралу Алексееву полетел поток закодированных телеграмм, и он обратился в японский МИД. Но было уже поздно. Японцы приняли решение. Никаких переговоров больше не будет.
.
Насколько же были готовы обе империи к вооружённому противостоянию?
Российские военные приготовления отличались особой поспешностью, ибо наши сухопутные и морские дела на Дальнем Востоке находились в довольно запущенном состоянии. Только в 1898 году, когда военным министром стал генерал от инфантерии и генерал-адъютант А.Н. Куропаткин, положение сдвинулось в лучшую сторону. По инициативе Алексея Николаевича началось усиление крепостей и перевод туда новых войск. К 1900 году в Маньчжурии и Сибири находилась 150-тысячная армия. Куропаткин не мог действовать быстрее, ибо требовалось организовать снабжение войск, а у него был ограниченный бюджет, и низкая пропускная способность – три-четыре пары поездов в сутки - одноколейной Транссибирской магистрали. Самыми узкими местами являлись паромная переправа через Байкал и забайкальский участок дороги. Например, переброска одного армейского корпуса (30 тысяч человек) занимала около месяца. Куропаткин не раз заявлял, что ему потребуется от шести до семи лет, чтобы полностью усилить вооружённые силы, просил «величайшей осторожности в наших внешних отношениях, дабы мы не ввергли себя в войну в невыгодном положении».
Между генералитетом и чиновниками существовали серьёзные разногласия. Адмирал Алексеев, ведший основные переговоры с японцами, по мнению Куропаткина, прямо толкал Россию к войне, отказываясь отдать лесные концессии в Корее. Алексеев же был совершенно уверен: любая отданная концессия означает новые уступки, а политика уступок будет рассматриваться как признак слабости. Япония, мол, далеко не готова к войне, и её бряцание оружием просто блеф. Самураи никогда не осмелятся напасть на великую Россию.
Разумеется, наша страна, обладая почти трёхкратным перевесом в населении, способна была выставить пропорционально большую армию. Но!  Непосредственно для активных операций могло быть задействовано не более 80 тысяч солдат, ибо большая этой армии находилась на охране Транссиба, государственной границы и крепостей.
Русские военно-морские силы были распределены между Порт-Артуром и Владивостоком. Порт-Артурская эскадра состояла из семи эскадренных броненосцев, в том числе новейших – «Цесаревича» (французской постройки) и «Ретвизана» (американской), одного также новейшего броненосного крейсера «Баян», шести бронепалубных крейсеров: «Аскольд», «Паллада», «Диана», «Варяг», «Боярин», «Новик». «Варяг», между прочим, находился в порту Чемульпо, в распоряжении российского посланника в Корее А. Павлова.
Во  Владивостоке базировался отдельный отряд тяжёлых крейсеров – «Россия», «Громобой», «Рюрик», «Богатырь».
Все вышеозначенные силы подкреплялись мореходными канонерскими лодками, эсминцами, миноносцами, минными крейсерами и минными заградителями, а также различными транспортными судами.
Правда, владивостокский порт замерзал на три холодных месяца в году, и связь с ним поддерживалась только ледоколами, что делало корабли уязвимыми, когда они пробирались в блокированную гавань.
Сильным козырем России являлась возможность снарядить и перебросить из Европы ещё одну эскадру, по численности примерно равную находившейся на Тихом океане на начало войны. Надо отметить, что начало войны застало на полдороге к Дальнему Востоку крупный отряд адмирала А.А. Вирениуса, двигавшийся на усиление флоту в Порт-Артуре. Это ставило перед японцами жёсткие временные рамки, как по началу военных действий (до прихода Вирениуса), так и по уничтожению Порт-Артурской эскадры (до подхода помощи из Европы). Идеальным вариантом для неприятеля была блокада этой эскадры  с последующей её гибелью после захвата Порт-Артура осаждавшими его японскими войсками.
Суэцкий канал был слишком мелок для новейших русских броненосцев типа «Бородино»; проливы Босфор и Дарданеллы были закрыты для прохода военных кораблей из достаточно мощной черноморской эскадры. Единственным путём для значимой поддержки флота Тихого океана был путь из Балтики вокруг Европы и Африки.
.
Японские армия и флот также активно (и тайно!) готовились к войне. Маршал Аритомо Ямагата, создатель модернизированной армии, полагал, что разведка является наиболее важной частью его работы, и с 1892 года начал посылать военных экспертов в Маньчжурию для оценки русских сил. Офицеры командировались в самые развитые европейские страны для обучения языкам, чтобы они потом переводили на японский книги по тактике врагов. Кабинет министров был прекрасно осведомлён о стремлении России к экспансии на Дальнем Востоке, и такие деятели, как премьер-министр маркиз Хиробуми Ито, граф Каору Иноуэ, министр иностранных дел, и маршал Ивао Ояма, командующий японской пехотой, знали больше о силе и слабости каждой великой державы, чем дипломаты и военные других стран мира.
Японцы выбрали для своей армии модель организации германского генерального штаба, изучив предварительно аналогичную организацию иных государств и решив, что германская наиболее рациональна. К 1904 году у Японии была постоянная армия в 180 000 человек, которая вместе с резервистами достигала 850 000. Конечно, была она гораздо меньше русской, однако целиком сосредоточивалась в Азии, и это давало ей преимущество. По качеству японское вооружение было примерно таким же, как в России. Русские развивали скорострельные полевые орудия, но не многие из них к началу войны находились на Дальнем Востоке. Зато русские имели уже довольно большое количество пулемётов «Максим», тогда как у японцев этого вида оружия поначалу не было вовсе, и  лишь впоследствии в армию стали поступать французские пулемёты  «гочкисс».
А вот на море у Страны восходящего солнца  было значительное превосходство – и в организации флота, и в боевых кораблях. Когда в 1895 году оба государства развернули обширную судостроительную программу, Россия обладала всеми преимуществами, поскольку большинство кораблей строила сама. Японии же приходилось закупать корабли за границей или строить по заказу на британских верфях. И к 1902 году баланс морских сил на Дальнем Востоке сильно отличался от того, что был семью годами ранее. ВМФ Японии состоял из шести новых эскадренных броненосцев, стольких же больших броненосных крейсеров, около трёх десятков лёгких крейсеров, девятнадцати эсминцев, делавших до тридцати узлов.  Наконец, пятидесяти восьми первоклассных миноносцев, которые могли сыграть наиболее важную роль в грядущей морской борьбе.
Четыре военно-морских базы были отлично укреплены и способны снабжать и ремонтировать все суда японского флота.
Нужно особо подчеркнуть: японцы никогда не позволяли себе высокомерно отзываться о русских солдатах и матросах, каковые имели репутацию одних из самых выносливых в мире. «Сила и смелость – это их характеристики в бою, - писал генерал Фуджи, глава коллегии генерального штаба, - и именно поэтому мы должны всегда быть хладнокровны и осторожны». За месяцы до разрыва дипломатических отношений японцы разработали комплексные планы сухопутных и морских приёмов ведения войны. Они состояли в том, чтобы внезапно ударить по врагу и, уничтожив его флот, сразу ввести войска в Корею и Маньчжурию. Эти войска должны были опрокинуть русских то того, как те смогут получить подкрепление по Транссибирской магистрали.
…К двум часам утра 24 января (6 февраля) солдаты и офицеры четырёх батальонов 12-й японской дивизии стали грузиться на три больших транспортных судна. В то же самое время все адмиралы и командиры Объединённого флота собрались на борту броненосца «Микаса», где были подняты флаг и вымпел командующего адмирала Хэйхатиро Того, и им было зачитано воодушевляющее послание, пришедшее от самого микадо Муцухито. Русские в это время ничего не знали; не знали и до середины следующего дня, что жребий брошен. Японцы начали войну.
.
Итак, 24 января (6 февраля) флагман «Микаса» повёл главные силы японского флота из гавани Сасебо. Адмиралу Того было предписано идти в Порт-Артур, где стоял на якоре российский флот, и произвести в ночь на 27 января (9 февраля) торпедную атаку. Если атака окажется успешной, тогда на следующее утро эсминцы, броненосцы и броненосные крейсера вступят в бой, дабы завершить уничтожение неприятеля.
Жизнь в Порт-Артуре между тем текла своим чередом. Русские были осведомлены, что японский посол отозван из Петербурга, но никакого военного конфликта не ожидали. Начальник Эскадры Тихого океана адмирал О.В. Старк, узнав, что японский консул в Чифу зафрахтовал британский пароход, на котором из Порт-Артура и Дальнего эвакуировали всех японских граждан, запрашивал наместника Алексеева, не следует ли привести эскадру в боевую готовность. «Такие действия могут оказаться преждевременными», - отрицательно покачал головой тот. В результате не были поставлены противоторпедные сети, а большинство орудий на кораблях и береговых батареях находилось в густой смазке, предохранявшей их от маньчжурской зимы. Более того, беприпасы были розданы не всем.
В ту ночь почти все наши эсминцы стояли во внутренней гавани, а крупные корабли в сопровождении двух эсминцев располагались на внешнем рейде. Эти два эсминца - «Бесстрашный» и «Расторопный» - были в морском дозоре – им полагалось идти с огнями, фиксировать каждый встречный корабль в радиусе двадцати миль, останавливать его и досматривать.
Вскоре «Бесстрашный» и «Расторопный», крейсировавшие недалеко от эскадры, заметили десять странных кораблей, подходивших к ним по ветру и без огней. Намерения их были явно недружелюбными, поэтому эсминцы поспешили назад на якорную стоянку, где их командиры поднялись на флагманский броненосец «Петропавловск» с докладом к адмиралу Старку.
На флотилии японских эсминцев опознали русские корабли-разведчики, и головной эсминец отвернул в сторону, чтобы по возможности избежать встречи. Одновременная атака теперь была невозможна, суда в темноте быстро рассеялись.
Крейсер «Паллада» дежурил в эту ночь на рейде, охраняя эскадру, его огни, ярко горевшие на горизонте, были прекрасным ориентиром. Японцы направились прямо на них. Моряки с «Паллады» также заметили появление неизвестных судов, однако не были готовы к тому, что это враги. Эсминец «Сиракумо» подойдя на дистанцию выстрела, выпустил торпеду, которая поразила крейсер в левый борт, проделав большую дыру в угольном трюме, причём запасы угля воспламенились.
Один за другим японские эсминцы выходили на линию атаки, пускали торпеду, резко разворачивались и уходили. Но из восемнадцати торпед только три достигли цели. Вскоре после «Паллады» сильный взрыв раздался на борту броненосца «Ретвизан», а затем содрогнулся от взрыва «Цесаревич». Оба корабля также были поражены в левый борт.
Вскоре вражеские эсминцы ушли под защиту основного флота, а русские корабли, получившие повреждения, подняли якоря и направились на мелководье внутренней гавани. Теперь они на несколько месяцев оказались выведенными из строя.
Утром адмирал Х. Того приказал своему подчинённому вице-адмиралу С. Дева с четырьмя крейсерами отправиться на разведку, чтобы оценить результаты ночной атаки и повреждения, нанесённые русским кораблям. Дева приблизился к гавани на семь миль и сделал вывод, что атака парализовала неприятеля, после чего устремился к Того с докладом. Он смог убедить своего начальника, что момент для немедленного удара главными силами флота исключительно удачен.
При приближении к Порт-Артуру японские корабли были замечены русским крейсером «Боярин», нёсшим патрулирование; он немедленно поспешил к своим, подняв сигнал: «Враг на виду и в силе».
Вскоре началась перестрелка между флотами. Она не была особенно удачной, однако японцам удалось повредить броненосцы «Петропавловск», «Полтава», крейсера «Аскольд», «Баян» и «Диана». Особенно серьёзно потрёпан был лёгкий крейсер «Новик». Но потом стало понятно, что Дева был чересчур оптимистичен в своих выводах: японские корабли попали под прицельный огонь береговых батарей и вынуждены были лечь на обратный курс.
Сражение не принесло решающей победы ни одной из сторон. Потери русских составили около 150 человек, японцев – около 90 человек.
.
27 января (9 февраля) эскадра из шести крейсеров и восьми  миноносцев  контр-адмирала С. Уриу вынудила к бою стоявшие в корейском порту Чемульпо крейсер «Варяг» и канонерскую лодку «Кореец». После 50-минутного боя получивший тяжёлые повреждения «Варяг» был затоплен, а «Кореец» взорван.
В тот же день продолжилась начавшаяся ещё накануне высадка частей 1-й японской армии под командованием барона Т. Куроки общей численностью 42,5 тысячи человек.
28 января (10 февраля) Япония, наконец, официально объявила войну России.
8(21) февраля японцы заняли город Пхеньян, к концу апреля вышли к реке Ялу, по которой проходила корейско-китайская граница…
.
***

.

Через несколько лет после окончания Русско-японской войны многие из её участников стали публиковать мемуары. Одними из наиболее значимых являются воспоминания генерала А.Н. Куропаткина, в которых он пытался осмыслить истинные причины поражения России и обрисовать события, до основания потрясшие высшие слои Империи. Вот характерные строки.
«В начале восемнадцатого и в девятнадцатом столетиях мы вели великие войны с такими правителями как Карл XII и Наполеон. Мы испытывали в них поражения, но, в конце концов, одерживали абсолютные победы. В восемнадцатом веке между поражением под Нарвой и победой под Полтавой прошло девять лет; в девятнадцатом веке между поражением под Аустерлицем и нашим вступлением в Париж также был девятилетний интервал.
События, произошедшие на Дальнем Востоке в 1904-1905 годах, могут, благодаря их исторической важности и значению для России и всего мира, быть поставлены в один ряд с теми, через которые Россия прошла в начале восемнадцатого и девятнадцатого веков. В битве с Карлом XII и Наполеоном русские люди, как один были с царём и храбро выносили все испытания и жертвы, повышая мощь и качество армии, относясь к ней доброжелательно, веря в неё, желая ей успехов и уважая за её ратные подвиги. Народ понимал необходимость победы, не колеблясь шёл на новые жертвы и не начинал смуты из-за потраченных усилий. Совместные усилия царя и народа давали нам полную победу. В наши дни победа даётся теми же усилиями, которыми завоёвывали её наши предки в начале двух прошедших веков.
Если бы великая Россия, ведомая царём, прониклась общей смелой идеей и желанием победить японцев, то, не щадя живота своего и времени, необходимого для сохранения российской неприкосновенности и достоинства, наша доблестная армия, поддерживаемая верой в её правителя и единая с народом, сражалась бы до конца, пока враг не был бы разбит…»
Так или иначе, война между Российской и Японской империями всё равно бы началась, если не в 1904 году, то в скором будущем. Оба государства имели схожие амбиции – стремились к доминированию в Азии и были просто обречены на столкновение. Как и почему они сделали это, и что произошло в ходе конфликта – пусть над этим думают те, кто хочет извлечь уроки истории из этой давней  войны.

.

Изображение:

.

"1904 год; 31 мая-2 июня Русско-японская война 1904-1905 годов; Бой под Вафангоу 31 мая-2 июня 1904 г."
Автор неизвестен (инициалы «З.П.») Типолитография Товарищества И.Д. Сытина в Москве.
40×55 см.
Плакат. Бумага, типографский оттиск
1905 г.

Текст под изображением:
.
«Бой под Вафангоу. После кинчжоускаго боя японцы стали особенно настойчиво теснить русских к северу. Наступление их началось небольшою стычкой 21 мая у дер. Хундзяпудза, закончившейся неудачею для японцев. 25 мая Куроки двинул передовой отряд к северу, но этот отряд был опрокинут нашими заставами. Вскоре, однако, японцы заняли Саймацзы, после чего генерал Штакельберг сделал попытку двинуть отряд на выручку Порт-Артура; с этою целью решено было принять бой на вафангоуской позиции, которая и была укреплена. 31 мая японцы перешли в наступление, но неудачно. Второй бой начался 1 июня, в полдень, к югу от Вафангоу и также окончился поражением японцев. 2 июня японцы получили значительныя подкрепления, и снова пошли в атаку; огнем всей своей артиллерии они подбили 13 орудий наших 3 и 4 батарей 1 артиллерийской бригады и, пользуясь превосходством сил, обошли наш правый фланг. Этот обход решил исход сражения; русские вынуждены были отступить».