«Чернигов… Десна… Каштаны…»

6 6 Виталий ТОПЧИЙ (Украина) - 13 декабря 2014 A A+

(были-небылицы в образах и лицах)

.

Бывают в жизни события, которые неожиданно оставляют в душе свой заметный след. О них обязательно хочется рассказать. Памятным для меня стало одно из посещений нашего черниговского Молодёжного театра. А предыстория такова. Случайно встретил в городе артиста Александра Мавсякова. Он уже давно не черниговец, потому что живёт и работает в Днепропетровске. Но жители города до сих пор помнят его замечательные роли на сцене Молодёжки. Приехал он к нам, чтобы сыграть в спектакле «Старший сын». Там у него заглавная роль, играет музыканта Сарафанова. И главный режиссёр театра Геннадий Касьянов, решив возобновить постановку спектакля, пригласил Мавсякова вспомнить «молодость». Так неожиданно для себя Александр вновь оказался в Чернигове. Ну, а я вот так нежданно получил приглашение на спектакль по пьесе А.В. Вампилова «Старший сын».

В прошедшие 80-е годы много говорили о сибирском писателе и драматурге Александре Валентиновиче Вампилове (1937-1972). О его таланте и преждевременной смерти. Он ушёл из жизни за два дня до своего 35-летия. Трагедия произошла на Байкале. Моторная лодка, в которой он плыл со своим приятелем, перевернулась. Друг выплыл, а вот ему не судилось. В студёной байкальской воде отказало сердце. Вампилов ушёл из жизни, но его творчество не забылось, оказалось востребованным. Во многих театрах Советского Союза ставились его пьесы, по ним снимались фильмы. А композитор Г. Гладков даже написал оперу «Старший сын».

На «Ленфильме» был снят цветной двухсерийный телевизионный фильм «Старший сын» (1976). В нём играли выдающиеся советские артисты театра и кино: Е. Леонов, Н. Караченцов, М. Боярский, С. Крючкова. Фильм этот запомнился, но тогда я не задумался, почему главный герой Александр Сарафанов (Евгений Леонов) в разговоре со студентом Володей Бусыгиным (Николай Караченцов) вспоминает Чернигов. В далёком 1945 году, будучи военным, он познакомился в нашем городе с его матерью. «Твоя мать славная женщина… Боже мой! Суровое время, но разве можно его забыть! Чернигов… Десна… Каштаны… Ты знаешь ту самую мастерскую на углу?.. Ну, швейную!».

И вот теперь на сцене черниговского Молодёжного театра эти слова произнёс артист Александр Мавсяков. И сразу возникли вопросы, на которые захотелось найти ответ. Ведь просто так в жизни ничего не бывает. Тем более в творчестве. Вот почему Чернигов появился в пьесе Вампилова? Какие-то же чувства наш город вызывал у него, раз он вспомнил о нём в своей пьесе. Да непросто вспомнил, а ещё привёл и некоторые подробности. Вот эта швейная мастерская на углу. Значит, он бывал в Чернигове! Тогда каким ветром его занесло к нам? А интересно, существует ли мастерская теперь, и на каком таком черниговском углу она находилась?

Такую вот кучу вопросов я задал себе, но долго ломать голову над ними не стал. Слишком большой материал, связанный с жизнью и творчеством А. Вампилова нужно было бы поднимать. А голова была забита совсем другим. Но всё же для очистки совести спросил режиссёра Г.С. Касьянова, знает ли он, почему в спектакле «Старший сын» упоминается Чернигов? Он только пожал плечами. Так и отложились эти вопросы у меня на «потом». Мол, со временем как-нибудь разберусь. Но как всё взаимосвязано в нашей жизни! Вот это «потом» само меня разыскало. А чтобы стало ясно, как это случилось, не обойтись без рассказа о черниговском художнике Олеге Синельнике.

.

***

.

Олег стал рисовать ещё в раннем детстве. Вот как он сам описывает свой первый запомнившийся детский рисунок. «На столе лежала раскрытая кулинарная книга, по которой мама в тот вечер что-то готовила. Я, совсем ещё малыш, увидел на картинке куриную тушку, лежащую на разделочной доске. Решив, что курочка грустная, я тут же сообразил, как её развеселить. Взял папину шариковую ручку и пририсовал курочке улыбку с глазками и носиком». Родители, увидев рисунок, от души посмеялись. Уже через много лет Олег понял причину родительского смеха. Он нашёл старую поваренную книгу со своим рисунком. Оказывается, курица весело смеялась своим размалёванным… гузном.

В пять лет он научился читать. Большое впечатление на него произвели «Приключения Незнайки и его друзей». Эта замечательная книга с весёлыми рисунками была любима многими поколениями советских школьников. И в моей детской душе книга писателя Н. Носова оставила самые светлые воспоминания. А пятилетнему Олежке она дала мощный толчок творчеству. Закрыв последнюю страничку приключений Незнайки, мальчишка приуныл. Неужели он больше никогда не попадёт в необычный мир таких славных человечков, и больше никогда не испытает вместе с ними такие захватывающие приключения? Стало грустно до слёз. Как же теперь он будет жить без Незнайки и его друзей? И тут к мальчишке пришло озарение. Он сам придумает продолжение! Но так как он не писатель, а рисователь, то приключения его будут рисованными.

Родители с пониманием отнеслись к фантазии сына. Мама подарила ему блокнот и шариковую ручку. Большими печатными буквами на блокноте мальчик старательно вывел: «МОИ ПРИКЛЮЧЕНИЯ». Так было положено начало растянувшемуся на несколько лет циклу забавных детских рисованных историй с продолжением. В итоге получилась «многосерийная» героическая эпопея. В ней юный художник запечатлел не только себя, а и своих школьных и дворовых друзей. Все они были его верными союзниками и могущественными героями.

О детском периоде своего творчества Олег отозвался так: «В алхимическом горниле «Приключений» переплавлялись впечатления от прочитанных мной книг, газет и журналов, увиденных фильмов и мультиков, услышанных от сверстников анекдотов и страшилок. Творчески переработанные, эти впечатления оседали на страницах моих рисованных историй. Я рисовал сразу начисто, без подготовки, том за томом, изо дня в день, из года в год. Опыт рос, а количество изрисованных тетрадей, блокнотов и альбомов становилось всё более трёхзначным».

К седьмому классу юный художник нарисовал 100 томов и остановился на 101-м. Теперь такие рисунки называются комиксами. И нынешним детям они не в диковинку. А тогда сверстники выпрашивали у Олега эти рисунки и, разглядывая себя в роли героев, не торопились их отдавать. Это была увлекательная школа рисования, оказавшая влияние на всю его дальнейшую творческую судьбу. Без карандаша в руках он себя уже не мыслил, а потому после школы поступил в Черниговский государственный педагогический университет на специальность «учитель рисования». Были в его биографии и армия, и преподавание в школе, и руководство изостудией Черниговского областного Дворца детей и юношества.

Необычный талант молодого художника заметили. В 1997 году на областном конкурсе художников-карикатуристов он получил Гран-при, а через пять лет стал победителем национального конкурса социальной рекламы. В 2010 году Министерство образования и науки вручило ему Гран-при и титул «Лучший учитель года». И все эти годы он становился неизменным участником художественных выставок и творческих проектов на Украине и за рубежом. В настоящее время Олег Синельник входит в десятку лучших газетных иллюстраторов Украины, а картины его находятся в частных собраниях многих стран. Есть его картины и в фондах Черниговского областного художественного музея. Но это теперь, когда пришло заслуженное признание.

А ведь был случай, когда художественный музей отказал в персональной выставке. Её устроители увидели в картинах молодого художника много эротики и «чересчур яркий политический подтекст». Да, времена меняются! В тоталитарном Союзе не было секса, а в демократической Украине стало слишком много эротики. Особенно организаторов выставки смутила картина «Сало в шоколаде». «Человек на ней напоминает одного высокопоставленного черниговского чиновника», — шёпотом сказала ему молодая сотрудница музея. — А вдруг он себя узнает? Ох, что тогда будет!». Да и к другим картинам имелись претензии: «Нельзя ли на них кое-что закрасить, а некоторые детали убрать?». И Олегу вспомнилась фраза американского писателя и философа Роберта Уилсона о гигантах, воспитанных пигмеями, потому научившихся жить, мысленно сгорбившись. Вот и его заставляют прогнуться, прилично причесать свои картины. В ущерб творческим принципам. Чтобы потом «пристойное и понятное» выдать за подлинное его вдохновение. Но коса нашла на камень, и выставка не состоялась.

.

А вот главный режиссёр Молодёжного театра Г.С. Касьянов не побоялся косых взглядов и показал картины Олега в своём театре. Мы тоже советуем посмотреть их читателям: http://www.sinelnik.openua.net/galery.php?id_page=341

Полотна Олега Синельника ярки и самобытны, зачастую необычны своим сюжетом. Все они писаны в жанре, который сам художник определяет как ГОП-АРТ. А его родоначальником он считает своего учителя Николая Анисимовича Небылицу (1945-2000). «Словосочетание «гоп-арт» возникло зимой 1995 года. Мы с Николаем Анисимовичем сидели в мастерской, каковой являлся его рабочий кабинет в редакции «Деснянской правды», и пытались придумать какое-нибудь оригинальное название для того стиля, о котором идёт речь. В конце концов мне пришло в голову, что наш древний возглас «гоп» является квинтессенцией той молодецкой удали и озорной безбашенности, которой ярко сияли картины Небылицы. Я поделился своей мыслью с учителем, и она ему понравилась. Только к выкрику «гоп» Небылица добавил весьма существенный компонент — «арт». Так на свет родился термин «гоп-арт», после чего он был, как положено, обмыт и окончательно одобрен».

В выборе термина учитель и ученик явно не ошиблись. Их колоритные ассоциативные картины сродни искромётной молодецкой удали и полны озорства. Когда знакомился с ними, на память вдруг пришла запавшая в душу с детских лет широкая и раздольная русская песня: «Ну, дружней, звончей, бубенчики // Заливные голоса! // Эх ты, удаль молодёцкая, // Эх, ты, девичья краса!».

ГОП-АРТ стал набирать популярность, широко зашагал по родным украинским просторам. Его приверженцы появились в Беларуси и России. Но Небылица неожиданно умер, а Олег Синельник дал жанру новое необычное толкование. Продолжая озорничать, он считает ГОП-АРТ аббревиатурой и расшифровывает её так: «Гопнический Оккультный Пафос + Абсурдная Рекреационная Тантра». И не без юмора добавляет: «Странно, что оглашение смысла аббревиатуры, как правило, никому ничего не проясняет. Тем не менее, по законам жанра оно должно быть произнесено. В названии сконцентрирована вся соль этого самобытного направления. Если будете разглядывать наши картины сквозь призму данного определения, вы никогда не попадёте впросак». Читатель пусть сам попробует найти тайный «тантрический» смысл ГОП-АРТа. Мы же продолжим своё повествование. А его просто невозможно вести дальше без рассказа об учителе Олега Синельника.

.

***

.

Художник Н.А. Небылица был импозантной личностью. Мне приходилось встречаться с ним, но это было шапочное знакомство. А потому, чтобы не перепевать с чужих слов, лучше послушаем его ученика. «При первой нашей встрече выяснилось, что у нас много общего. Оказалось, мы с ним рисуем в схожей манере, любим одну и ту же музыку, литературу, нам нравится один и тот же тип женщин… Познакомившись поближе, я осознал масштаб его личности и понял, насколько Небылица не похож на остальных членов местного Союза художников. Он никогда не стремился стать одним из них: не злословил о коллегах, ни перед кем не лебезил, не хвастал, как другие, своими знакомствами с известными людьми. Внезапно выяснилось, что он живёт совершенно особой, параллельной жизнью — за ним постоянно следит КГБ, он часто ездит в Москву и Одессу, участвует в выставках нонконформистов, дружит с диссидентами, его картины покупают иностранцы».

От себя добавлю, что это был человек широкого и весёлого нрава, настоящий эпикуреец. Он любил жизнь и наслаждался ею в полной мере. А эта «мера» ну никак не обходилась без водки! Олег рассказывал, что как-то увидел в мастерской своего учителя огромный целлофановый пакет доверху забитый закрутками от водочных бутылок. « И это всё вы?» — удивлённо спросил ученик. «Ну почему же только я? Друзья помогли!» — прозвучал ответ. А нужно сказать, что все друзья Небылицы были ему под стать — сильны, веселы, талантливы. Но вот это увлечение «оковитой» подорвало у многих здоровье, некоторые рано ушли из жизни. Почему такие таланты искали утешения на дне стакана? Чего же не хватало им в жизни? Если говорить о Небылице, он умер в расцвете своих физических и творческих лет, когда к нему, наконец-то, пришло признание: его первые официальные выставки стали проходить с успехом на Украине и за рубежом.

Вот я держу в руках тоненькую книжку стихов замечательного черниговского поэта Станислава Рыбалкина (1935-1995). Называется она «В плену совдеповских пространств». В этом названии, думается, и заключён главный ответ на вопрос. Советская идеология цепко держала людей в своём плену, а кто в ней сомневался, находился под неусыпным чекистским надзором. Николай Небылица попал на учёт в КГБ за участие в неформальной выставке художников-авангардистов, проходившей 15 сентября 1974 года в Москве («Бульдозерная выставка»). Из-за резких высказываний в адрес власти, его часто вызывали для профилактических бесед и настоятельно советовали «не высовываться».

Печально, что такие незаурядные люди оставались в своей стране невостребованными. Картины художников пылились в мастерских, а писатели и поэты печатали свои произведения самиздатом. Об этом самиздатовском времени песня Александра Галича «Мы не хуже Горация». Звучат в ней такие слова: «Есть, стоит картина на подрамнике! // Есть, отстукано четыре копии! // Есть магнитофон системы "Яуза"! // И этого достаточно!» Достаточно, чтобы быть услышанным, но за эти «четыре копии» нередко приходилось держать ответ. Власть делала всё, чтобы за такими людьми тянулась дурная слава инакомыслящих. На них косо смотрели, нередко они не имели стабильной работы, перебивались случайными заработками. Ощущение отверженности и незащищённости в обществе, которое ими пренебрегало, часто находило свой выход в браваде за рюмкой спиртного. Естественно, ни к чему хорошему это не приводило, а только ухудшало и без того шаткое их положение.

.

***

.

Из всего шумного творческого бомонда, посещавшего гостеприимного Небылицу, своим талантом выделялся Пётр Пиница (1939-1999). Замечательный поэт с драматичной судьбой. О его жизни в Чернигове много рассказывал известный черниговский поэт Святослав Хрыкин (к сожалению, он ушёл из жизни в прошлом году). О Святославе и его антологии «Русская поэзия Чернигова (двадцатый век)» я писал, статья была опубликована в «Камертоне». Есть в ней и стихи Петра Ивановича Пиницы. http://webkamerton.ru/2012/02/velikaya-provincialnaya-kultura-poety-chernigovshhiny/

Шагать в ногу со временем Петр Пиница не смог. Его по-детски открытая душа искренне верила в доброе человеческое начало. Но жизнь за порогом отчего дома оказалась «с чёрненькой каёмочкой». В стихотворении «Колобок» он о себе с сожалением скажет: «Я с открытой душой, // Наболевшей душой… // Быть я добрым хотел, // Да и сам вот не рад…». И покатилась его добрая душа колобком по ухабам и кочкам жизни. Строил Братскую ГЭС, учился на историческом факультете иркутского университета. После смерти Сталина многие люди поверили, что с приходом к власти Н.С. Хрущёва в стране наступил период радикальных преобразований. Поверил в «хрущёвскую оттепель» и П. Пиница. Он стал активным участником студенческих собраний в поддержку свободы слова. Но жестоко ошибся, потому что за свои вольнолюбивые устремления попал в поле зрения КГБ. Таким «неблагонадёжным» нечего было делать в университете. Со второго курса его отчислили.

.

Писать стихи запретить ему не могли, но начались проблемы с их опубликованием. В Иркутске вышел единственный при его жизни поэтический сборник «Предчувствие», ставший в скором времени библиографической редкостью (1971). В последующие годы стихи его перестали печатать. Только уже когда Пиница жил в Чернигове, они стали появляться в местных газетах. Тогда самиздатом вышли его сборники «Брезентоград» (1997) и «Колобок» (1999). И все эти годы жизнь его была «дорожной» и беспокойной. «И в судьбе моей дорожной // Ощущение беды».

Когда Пиница учился в Иркутске, друзья, тайком от него, отправили его стихи в Литературный институт им. А.М. Горького. Там их оценили по достоинству и пригласили Пиницу в Москву. Так он стал студентом Литературного института, учился в семинаре поэзии, который вёл Александр Твардовский. Признанный советский поэт по-отечески заботился о своём ученике, бывшем самым старшим среди студентов. Узнав, что у него начались серьёзные проблемы со здоровьем (Пиница облучился, когда служил на атомной подводной лодке), Твардовский водил его по кремлёвским врачам, обслуживающих только «кремлёвских сидельцев». Об этом случае из жизни Пиницы рассказал его друг и ученик черниговский поэт Игорь Виноградов. А когда Пиница после института решил уехать на родину, Твардовский настоятельно советовал остаться ему в Москве, говоря, что провинция его сгубит.

В институте к Пинице относились с большим уважением, а его ёрнические нецензурные стихи были популярными среди студентов. Ещё на строительстве Братской ГЭС Пётр Пиница познакомился с Евгением Евтушенко, а в Иркутске — с Александром Вампиловым и Валентином Распутиным. Именно в общежитии у Пиницы остановились Вампилов и Распутин в одну из своих поездок в Москву. Об этом можно прочитать в воспоминаниях «Вечер с Вампиловым» Н.Березовского (http://litberez.narod.ru/vamp.htm). Вот только автор совсем ничего не знал об украинских корнях Пиницы, а потому считал его сибиряком. А уже в Москве, на творческих тусовках, Пиница подружился с В.М. Шукшиным, хотя был младше его на целых 10 лет. Видимо, здесь не последнюю роль сыграло то обстоятельство, что оба служили на флоте.

Время, к сожалению, доказало правоту слов Твардовского. Провинция сгубила талант Петра Пиницы. А если не полностью, то не дала ему развернуться во всю свою ширь и мощь. Имя замечательного черниговского поэта не прозвучало громко на весь Советский Союз, вот как его знаменитых друзей. Пётр Пиница умер в Чернигове на 60-м году жизни, похоронили его на родине в райцентре Городня Черниговской области. На Украине, уже после смерти Петра Пиницы, его поэзия была отмечена международными литературными премиями им. Николая Гоголя и Григория Сковороды. А в Чернигове вышла книжка его стихов «Ухожу в кленовые метели» (2012). По этому случаю Пётр Пиница непременно сказал бы свою любимую присказку: «А посему прошу налить!».

.

***

.

Вот так неожиданно пьеса Александра Вампилова вывела на разговор о черниговских художниках и поэтах. Незаурядные личности, они оставили свой яркий след в общественной и духовной жизни нашего города. И стало понятно, почему Вампилов в своей пьесе «Старший сын» вспомнил Чернигов.

Вместе с поэтом Петром Пиницей и художником Николаем Небылицей он бродил по тенистым черниговским улицам и любовался с Вала красавицей Десной. А вот швейной мастерской, о которой вспоминал Сарафанов в «Старшем сыне», уже давно нет. Она находилась на первом этаже пятиэтажного дома, на перекрёстке улиц Авиации и Льва Толстого. Теперь здесь находится филиал банка.

Давно уже нет среди нас и Александра Вампилова, и Петра Пиницы, и Василия Шукшина. Но память об их дружбе жива. Шукшин пригласил своего друга на эпизодическую роль, когда снимал фильм «Странные люди». А Вампилов в «Старшем сыне» вложил в уста своего героя реплику о Чернигове. Так он поблагодарил своего друга Петра Пиницу за славные дни, проведённые на черниговской земле. Мучавшая меня загадка «Старшего сына» Александра Вампилова открылась. А всё благодаря воспоминаниям художника Олега Синельника о своём учителе Николае Небылице.