Форпост — это судьба

По какому сценарию будет развиваться судьба российского Кавказа

.

Даже тем, кто мало что знает о ситуации вне пределов Садового кольца, известно, что Осетия — форпост России на Кавказе. Но что это означает по нынешним временам? Почетно ли быть передовым постом мощнейшего государства Евразии в одном из наиболее сложных и взрывоопасных регионов мира?

.

Осетия находится в географическом центре Северного Кавказа. Преимущественно православная республика, в которой, впрочем, сильны позиции и традиционной осетинской веры, объединяет два мусульманских «крыла» региона. Через Северную Осетию идут основные пути в Закавказье: Военно-Грузинская дорога — на Тбилиси и Транскавказская автомагистраль — на Цхинвал. Рокский тоннель — почти четыре километра через породы Главного Кавказского хребта — соединяет север и юг Осетии. Сейчас это единственная постоянная транспортная артерия между двумя частями разделенного осетинского народа.

.

Владикавказ, заложенный как российская военная крепость, многие десятилетия, в том числе в советские времена, играл роль военно-политического, административного и культурно-образовательного центра региона. К сожалению, после развала СССР это первенство оказалось практически утрачено. Пока роль российского форпоста не перешла к какому-то другому региону или городу, хотя претендентов на это звание достаточно много. Среди основных можно назвать Грозный и Ставрополь.

.

Дело, конечно, не в формальных титулах, а в реальном влиянии на ситуацию в регионе и формирование федеральной политики в отношении Северного Кавказа. В последнее время создается впечатление, что Осетия уже не претендует на это даже формально. Постоянный отток молодого и креативного населения в Центральную Россию — кто уезжает на учебу, а кто и навсегда — негативно сказывается на интеллектуальном состоянии осетинского общественно-политического пространства. Ведь первенство в чем бы то ни было — это прежде всего идеи.

.

Но о каких идеях можно говорить, если главным событием минувшего года, по версии посетителей самого популярного республиканского информационного портала «15-й регион», стало банкротство футбольного клуба «Алания», погубленного собственными же менеджерами? Наряду с этим упоминался также крах республиканского «Диг-банка», рассмотрение бесланского дела в Страсбургском суде, окончание реконструкции Рокского тоннеля и празднование юбилея знаменитого осетинского поэта Коста Хетагурова. И это в республике, соседи которой — те же Дагестан и Чечня, не говоря уже о Грузии и Южной Осетии — весь год как будто соревновались между собой в изобретении информационных поводов!

.

Такое мелкотемье вызывает одно лишь недоумение. Создается впечатление, что геополитическое или хотя бы просто политическое мышление в Осетии сегодня не в моде. На фоне некоторого интеллектуального оскудения становится заметна и более печальная тенденция. Неопределенность современного смысла понятия форпоста, а особенно связанных с ним политических и социальных гарантий, приводит к тому, что события в сердце Северного Кавказа начинают напоминать армянский сценарий.

.

Десять лет назад тогдашний председатель Госдумы Борис Грызлов сказал, казалось бы, банальную и очевидную вещь: «Армения является форпостом России на Южном Кавказе», вызвав в Ереване бурю возмущения. Многие россияне и рядовые армяне как тогда, так и сейчас считают это скорее поводом для гордости. Однако еще десятилетие назад у армянского политического класса сложилось иное мнение, которое едва не привело к отрыву Армении от России — с катастрофическими последствиями, прежде всего для армянской государственности. Реакция части армянского общества на недавние трагические события в Гюмри, где служивший на российской военной базе солдат-срочник в необъяснимом припадке уничтожил целую семью местных жителей, включая детей, показывает, что ментальный отход от России в какой-то мере уже произошел.

.

Подобные процессы постепенно развиваются и в Осетии, и примеров тому становится все больше. В прошлом году, когда Россия и весь мир отмечали десятую годовщину бесланской трагедии, некоторые местные блогеры опустились до прямых оскорблений в адрес федерального центра и русских как таковых. По мнению этих интернет-оппозиционеров, выступающих, естественно, под псевдонимами, осетины в глазах русских — «люди второго, а может, и третьего сорта», которых якобы можно унижать и уничтожать (непонятно, правда, зачем). Статус российского форпоста, мол, приносит Осетии одни несчастья — Беслан тому пример. Поэтому от него, дескать, надо отказаться, и тогда в республике все наладится.

.

Правда, однако, заключается в том, что форпост — это судьба. Ее не выбирают, от нее не отказываются. Альтернативой взятой на себя исторической миссии может быть только прозябание на геополитических задворках Кавказа. Да и то — недолгое: слишком много счетов готовы предъявить некоторые соседи.

.

Очевидно и то, что идеи отказа от роли форпоста далеко не всегда, а может быть, и вообще никогда не возникают в самой Осетии. Значительная их часть привносится извне. Идеологами и трансляторами низведения республики до статуса рядового субъекта Северо-Кавказского федерального округа выступают главным образом либеральные публицисты и правозащитники, нашедшие приют на Западе или даже на Украине.

.

Некоторые из них последовательно выступают за объединение юга и севера Осетии в составе независимого государства вне пределов России. Очевидно, что подобный сценарий не только объективно невозможен и практически неосуществим, но и явно противоречит коренным интересам и осетин, и российского государства. А вот удастся ли наполнить осетинский форпост новым, реальным и ярким содержанием, зависит как от руководства, так и от самого осетинского общества. Эту работу никто за него делать не будет.

Похожие публикации

.

Неправильный томос, или Как Филарет с Порошенко расплевался

Михаил КОРНИЕНКО
.

Пять «голуновых» Европы, до которых никому нет дела

Михаил ЗАХАРОВ
.

Искусственный интеллект на службе ювенальной юстиции

admin