Провинциальный тупик Северного Кавказа

5 0 Яна АМЕЛИНА - 04 сентября 2015 A A+

В регионе нет реальных планов комплексного развития

.

Вот и кончилось лето. Расслабленная атмосфера отпусков и безделья совсем скоро сменится трудовыми буднями. И, по всей видимости, Северный Кавказ ждет очередное повторение все того же старого, до боли напоминающего «день сурка» общественно-политического сезона, когда ничего, по сути, не происходит, а местные СМИ подробно отчитываются о посещениях тем или иным федеральным чиновником тех или иных промышленных или сельскохозяйственных объектов.

.

Как заметил в августовском интервью «Российской газете» министр по делам Северного Кавказа Лев Кузнецов, «регион сегодня стоит на пороге таких перемен, которые позволят всей России, всем ее жителям вновь открыть Кавказ в качестве поставщика качественных продуктов и места полноценного отдыха». «Наша задача — обеспечить процветание Кавказа как экономического, аграрного и курортного центра страны, — пояснил он. — Я уверен, что возможности Северного Кавказа по разным отраслям, будь то промышленность, туризм или сельское хозяйство, реализованы не до конца, потенциал есть, это подтверждают показатели роста практически по всем направлениям».

.

«Сегодня руководством страны поставлена задача сделать регион одним из оплотов стабильности, — продолжает он. — И сельское хозяйство, и туризм — это факторы, способствующие созданию благоприятных экономических и социальных условий для местного населения.

.

…Северный Кавказ должен стать одной из территорий, обеспечивающих продовольственную безопасность, и ключевым участником программы импортозамещения в этой сфере». В регионе будет создан туристический центр не кавказского или российского, а мирового уровня, да еще и «доступный по цене для большинства граждан». Помимо природных условий, ставка будет делаться, например, на столь популярный сегодня в Европе гастрономический туризм, добавил министр Кузнецов.

.

Планы, безусловно, и реалистичные, и вполне позитивные как для региона, так и для страны в целом. Однако северокавказскому социально-экономическому базису, хотя бы и проектируемому, явно не хватает общественно-политической надстройки, которая (а не инвестиции сами по себе) наполнила бы его реальным содержанием.

.

Место Северного Кавказа в общероссийской системе координат до сих пор не указано. С одной стороны, к чести федерального центра, антироссийские кампании вроде «Хватит кормить Кавказ» перестали отравлять общественную атмосферу. С другой — особенно если судить по некоторым экспертным докладам, представляемым на федеральном уровне, — отношение к региону фактически не изменилось. Он по-прежнему предстает в Москве в качестве возмутителя спокойствия, оплота архаики и радикализма разных сортов. Примета региона в глазах значительной доли российской общественности — безнадежное клеймо отсталости.

.

Для такого отношения есть определенные основания. В настоящее время Северный Кавказ является скорее объектом, чем субъектом отношений «центр — регион», причем не столько в финансовом (хотя это накладывает серьезные ограничения на креативность северокавказских инициатив), сколько в общественно-идеологическом плане. Таким не приходится претендовать на первенство — туризма и сельского хозяйства более чем достаточно.

.

Впрочем, спрос на прорывные инициативы в любой области, судя по всему, отсутствует не только в региональном или российском, но и в мировом масштабе. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на карту и прослушать пару выпусков новостей. Северный Кавказ практически напрямую граничит с Ближним Востоком, где который год бушует кровопролитная война, на глазах видоизменяющая карту макрорегиона.  Связывающие регион транспортные артерии, упирающиеся в заблокированные границы (армяно-турецкая, армяно-азербайджанская, грузино-югоосетинская, грузино-абхазская…), иссякают на глазах. Возобновление их полноценной работы, как и прокладка новых коммуникаций, невозможно по очевидным политическим и военным причинам, во всяком случае в обозримом будущем. А значит, проекты авто- и железной дороги Алагир — Цхинвал и далее на Иран, автодороги Грозный — Тбилиси или Аваро-Кахетинской автодороги, восстановления российско-армянского железнодорожного сообщения через Абхазию и прочее, и прочее так же малореальны, как и в момент зарождения этих планов.

.

Однако вывести Северный Кавказ из провинциального тупика — не только транспортного — может лишь разблокирование региона. По всем направлениям. Регион задыхается не столько от отсутствия производительных сил и средств (значимость которых очевидна), сколько от отсутствия идей. Не находя применения, кавказская энергетика, накал которой все еще выше среднероссийской, выливается в экстремистские формы (уход в криминал или радикально-исламистские структуры вроде запрещенной в России террористической группировки «Исламское государство») или просто бесполезно растворяется в пространстве. Единственным, кто еще делает попытки заявить о себе на федеральном уровне, остается Грозный, но и они становятся все менее убедительными.

.

(Без)идейное бессилие, как в капле воды, отражается в творчестве северокавказских телекомпаний (о прессе говорить не приходится, но дело в целом так плохо, что не спасает и «картинка»). Проблема в том, что им практически нечего показывать. В середине августа стало известно о закрытии североосетинской государственной телерадиокомпании «Осетия ТВ». Ликвидация компании связана с отсутствием средств на ее развитие (до 2018 года в республиканском бюджете на эти цели закладывалось 165 млн руб., хотя передачи транслировались пока только в интернете). Дело, однако, не в деньгах и не в способах трансляции, а в контенте.

.

«Осетии ТВ», создававшейся как национальное телевидение «для освещения главных политических, социальных, экономических, культурных и спортивных событий в Осетии и за ее пределами», было особо нечего сказать своим зрителям. Впрочем, это проблема не только Осетии — те же сложности преследовали, в частности, татарское национальное телевидение «Татарстан — Новый век», да и другие аналогичные проекты, с трудом выходившие за рамки фольклорно-этнографических. Старые народные традиции во многом отжили свое. Нового же, современного, привлекательного, соответствующего уровню требований и задач XXI века и при этом имеющего характерные национальные,  а не космополитические черты, пока не появилось.

.

Если создать повестку дня для национального телевидения не получается, его проще закрыть — заодно и деньги сэкономить. Может быть, именно их и не хватало на развитие в Северной Осетии туризма и сельского хозяйства.