Что такое народная школа и есть ли у неё будущее

21 3 Станислав МИНАКОВ - 07 мая 2016 A A+
Станислав Минаков
Что такое народная школа и есть ли у неё будущее
Издана книга об опыте просветителя С. А. Рачинского
В самом начале года вышла в свет интересная и красивая книга Ирины Ушаковой «Народная школа Рачинского. Письма из Татевской усадьбы» (Общество содействия православному просвещению «Изографъ», 2016).
Можно восклицать (и нужно!), что нынешние «образовательные реформы», включая пресловутый ЕГЭ и умерщвление гуманитарной составляющей, ведут образование России к погибели, а народ во тьму малограмотности и бездуховности, а можно вот так, терпеливо, шаг за шагом, возделывать трудную ниву — как поступает молодой писатель Ирина Ушакова, посвятившая уже вторую книгу личности, писаниям, идеям своего земляка Сергея Александровича Рачинского (1833–1902), выдающегося русского человека, подлинного подвижника (имеется инициатива по его канонизации как святого Русской православной церкви), неутомимого делателя, забытого нами сельского педагога и поразительного мыслителя, с которым Л. Толстой советовался об устройстве сельской школы в Ясной Поляне, от коего П. Чайковский получал записи народных песен, которым В. Розанов был духовно наставляем в вопросах сочинительства. С. А. Рачинский занимает достойнейшее место в сонме своих современников, среди которых также музыкант Ференц Лист, поэты Фёдор Тютчев и Каролина Павлова, писатели и мыслители братья Аксаковы и Алексей Хомяков, педагоги Константин Ушинский и Николай Страхов. Все они составляли круг друзей Рачинского.
К слову, Чайковский работал над операми «Мандрагора» и «Раймонд Люллия» по либретто Рачинского, ценил его советы относительно своих музыкальных произведений и посвятил ему свой «Первый струнный квартет».
С. А. Рачинский, представитель древнего дворянского рода, посвятивший свою жизнь созданию русской сельской школы, родился и скончался в селе Татево Бельского уезда, а был, меж тем, профессором Московского университета, впервые возглавившим кафедру физиологии растений, первым переводчиком на русский язык книги Ч. Дарвина «Происхождение видов», членом-корреспондентом Императорской Санкт-Петербургской Академии наук по отделению русского языка и словесности.
Татевский учитель Рачинский утверждал, между прочим, что «судьба целого мира зависит от будущности русского народа». А его мысль «…если народ погрязнет в невежестве, то позор и проклятие нашему мёртвому образованию» прозвучала провидчески перед невиданной революционной смутой.
Кое-кто помнит замечательную картину «Устный счет в сельской школе…», но не все знают, что точное ее название «Устный счет. В народной школе С. А. Рачинского». Есть пытливые, что назовут автора этого замечательного полотна, даже в качестве любимого, — Н. П. Богданова-Бельского (1868—1945), а вот кто таков Рачинский — не знает теперь почти никто. Меж тем, именно он изображен на этой картине Богданова (Бельский — приставка-псевдоним, поскольку родился живописец в д. Шитики Бельского уезда Смоленской губернии). К слову, Коля Богданов был из бедноты, и вышел как раз из учеников Сергея Александровича, создавшего за тридцать лет на свои средства около трех десятков сельских школ и на свои же средства помогавшего профессионально реализоваться наиболее ярким своим ученикам, которые становились не только сельскими учителями (около сорока человек!) или художниками-профессионалами (три воспитанника, включая Богданова-Бельского и Тита Никонова) но и, скажем, законоучителем царских детей, как выпускник Петербургской духовной академии протоиерей Александр Васильев.
Учениками и сподвижниками Рачинского в разные годы были графиня Евгения Борисовна Ефимовская (1850–1925) — будущая устроительница Леснинского монастыря в Седлецкой губернии (ныне Польша), педагог и общественный деятель Александр Иванович Миловидов, оставивший свои воспоминания об учителе Рачинском. Все эти люди собраны и представлены в книге «Народная школа Рачинского».
Трудами С. А. Рачинского было положено начало педагогики для народной церковно-приходской школы, закреплённое обширной практикой. Их совместная с обер-прокурором Святейшего Правительствующего Синода К. П. Победоносцевым деятельность по усовершенствованию реформы образования только-только находила практическое применение и обещала колоссальные успехи.
Стараниями Сергея Александровича были воссозданы Общества трезвости, объединившие к началу XX в. десятки тысяч человек по всей Империи. За подвижнический труд сельского учителя Рачинского благодарили Императоры Александр III и Николай II.
Сельский учитель Рачинский — один из немногих, кто осознал назревающую катастрофу крушения «старого мира» и взывал к тогдашнему образованному обществу: «Может быть, следует заменить учение о добрых нравах учением о нравах свободных, старое благочестие, поклонение недосказанному Богу поклонением естественному человеку — этому внешнему выражению мировых сил, доступному нашему здравому смыслу? Нет! Из глубочайшего дна нашей души поднимается сознание того, что все эти новые учения, вся эта новая нравственность для человека недаром бременящего землю, совершенно негодно…».
Современник Рачинского, педагог и один из его биографов В. Т. Георгиевский писал: «Рачинский показал, что высшая наука совместима с глубокой религиозностью, — и церковность, ставши основой начальной народной школы, способна дать ей особую жизненную силу, так, что народ русский, получив просвещение в духе христианства, под постоянным благодатным воздействием Церкви православной, носительницы православного духа, может явиться единственным в мире народом, который способен будет сказать своё жизненное слово прочим народам Востока и Запада, ждущим нового откровения».
* * *
Новая книга И. Ушаковой охватывает историю села Татева и «дворянского гнезда» Рачинских–Боратынских, и собственно Татевской школы, есть в ней и главка «Идеи Рачинского в современной школе. Опыт Ивановской на Лехте школы (Борисоглебский район Ярославской области)». В книге о Рачинском рассказывает и сам К. Победоносцев, тут читатель найдет и переписку С. Рачинского с В. Розановым. Завершает том глава о внедрении идей Рачинского в современную педагогику и жизнь.
В книге мы почерпнем информацию о различных духовно-просветительских центрах от Камчатки до Калининграда, созданных в память выдающегося педагога и для возрождения его практики, информацию об организации Обществ трезвости, начало которой было положено татевским учителем. Впервые за последнее столетие опубликована статья Рачинского о его методе лечения заикания, применявшемся в Татевской школе, рассказано, как в конце XIX века создавалась православная община.
«Деятельность создателя образцовой народной церковно-приходской школы в 1870–1890-х годах С. А. Рачинского, благотворителя и мецената, члена-корреспондента Императорской Санкт-Петербургской Академии наук по отделению русской словесности, члена Общества ревнителей русского исторического просвещения в память императора Александра III, сегодня является наглядным примером созидания нравственно здорового общества, примером повышения уровня культуры и образования, образцом служения Отечеству», — убеждена Ирина Ушакова.
Краеведам и любителям старины будет интересна выведенная для широкого читателя история села Татева и «дворянского гнезда» Потёмкиных–Рачинских–Боратынских.
Очерк графа С. Д. Шереметьева, фрагменты писем современников С. А. Рачинского и его дневниковые записи, опубликованные здесь впервые, помогут читателю воссоздать историческую картину Российской империи на рубеже XIX–XX вв. в зеркале одной дворянской усадьбы и её окрестностей.
Автор книги напоминает нам, что польский дворянский род Рачинских служит России с 1654 г. Это военные, учёные, историки, педагоги, юристы, врачи, музыканты, писатели, художники, артисты, священники, инженеры — огромная генеалогия от Рюриковичей и Радзивиллов. Всё это должно непременно стать предметом будущего изучения историков, литераторов и искусствоведов, убеждена И. Ушакова, а новая книга об «учителе века» С. А. Рачинском — еще один шаг в начале этого пути.
Напомним, что прежняя книга, «Из доброго сокровища сердца своего» (издательство «Родное пепелище», Нижний Новгород, 2013), была составлена И. Ушаковой именно из трудов (статей и писем) русского педагога-просветителя и удостоена престижной Международной премии Союза писателей России «Имперская культура» им. Э. Володина. Десяток лет собирала по крупицам «золотые россыпи» архивов, живых свидетельств и публикаций печатных изданий москвичка Ушакова — уроженка «рачинских» мест, чьи предки происходят из смоленско-тверских окрестностей.
Многие страницы новой книги написаны И. Ушаковой в усадьбе Рачинских в Татеве, и имеют характер душевного разговора с читателем, поэтому и дан такой подзаголовок книги — «Письма из Татевской усадьбы». Автор книги верит, что для кого-то это издание откроет неизвестные страницы жизни Рачинского и его окружения, для кого-то станет примером созидательной деятельности, а кому-то внушит надежду на то, что добрые семена, посеянные нашими великими предками, спустя столетие, дают всходы.
Книга проникнута мыслью о том, что судьба школы — это судьба народа и его будущего. Она написана не только в память о великом педагоге, но и для того, чтобы сегодняшняя школа смогла перенять этот серьёзный педагогический опыт и вернуться к тому уровню знаний, каким отличалась во всём мире и царская, и советская школа.
Историк Наталья Лактионова написала в комментариях к одной из статей Ушаковой: «Память о подвижниках земли русской очень важна. Книга о Рачинском — несомненно, в копилку возрождения России. Зрелое деяние молодого в сущности человека! … Не оставляйте вашего героя. Очень важны направления его работы — педагогика, трезвость, община, наполненные христианским смыслом — все важнейшие составляющие русской жизни. Вопреки глобалистским проектам, необходимо готовить почву, возрождать общинную жизнь. Есть опыт предыдущих поколений — надо осваивать».
* * *
Мы беседуем с И. Ушаковой о новой книге.
— Ирина Владимировна, в чем вы видите основной посыл собственно «народной школы Рачинского»?
— «Народная школа Рачинского» — это и конкретная сеть школ, созданных профессором Рачинским для крестьянских детей, и в целом его методика обучения, которую в конце XIX в. использовали даже в таких закрытых от мира странах, как Япония и Англия. В то время не было размыто понятие «народ», не начался ещё геноцид русского народа, устроенный большевиками, невозможно было представить сегодняшние нищету и рассеяние остатков сельского населения. Была полноценная жизнь в тысячелетней традиции (надо понимать, что место, где творил Рачинский — это Оковецкий лес, гидрографический центр России, где берут начало реки Волга, Днепр и Двина, где в городе Белом лежат камни со славянскими письменами, насчитывающими 4 тысячи лет!), была жизнь на своей земле, зависящая только от собственного труда, подчинённая божественным законам природы, укоренившаяся в традиции Русской Православной Церкви. Места эти славились своими угодьями, принадлежавшими Рачинским, Олениным, Нелидовым, Шереметьевым. В каждой из этих усадеб была и каменная церковь, и культурная жизнь (богатейшие библиотеки, собрания картин), и устроенный для крестьян быт: мельницы, кузницы, сыроварни.
Сергей Александрович понимал, какая мощь таится в народе, и как легко можно этой силе придать разрушительное направление, поэтому принимал меры для того, чтобы дать детям в первую очередь христианское воспитание, и затем основательные знания: церковно-славянский язык, на котором при добром раскладе исторических событий мы могли бы общаться со всеми славянскими народами, знания математики, русской грамоты, мировой литературы, навыки иконописи и церковного пения, со знаниями которых светские искусства усваивались быстрее и проще. И важно ещё, что Рачинский, как, впрочем, и десятки других помещиков, основавших школы, давал детям первоначальную профессию: мальчикам — столярное дело, пчеловодство, девочкам — ковроткачество, цветоводство… В школе Рачинского имелся переплётный станок, оранжереи на приусадебном участке, в селе работали мастера плетения мебели из лозы…
Профессор Рачинский старался выявить таланты у своих подопечных, способствовал их развитию, нескольких выпускников школы выучил на свои средства в академиях. Вот это и была народная школа Рачинского — с его пониманием народных нужд, с его творческим подходом, которого сегодня учителя, как правило, лишены, с чёткой системой воспитания на основе идеологии, которая ныне у нас запрещена Конституцией, в симфонии учителя и священника, которого сегодня не вдруг-то пустят в общеобразовательную школу.
— В чем актуальность этой темы сегодня? Иными словами, в чем необходимость книги с таким названием?
— В том и актуальность, что ценность церковного искусства осталась прежней, подход к изучению церковно-славянского и русского языков, математики оправдал себя полтора века назад, ведь лучших советских врачей, учёных, космонавтов готовили зачастую учителя царских гимназий. С приобретением начальных профессий у нас сегодня тоже проблема. А это можно организовать на базе школы. И самое больное — спасение деревни. Как говорят протоиерей Виктор Салтыков и матушка Наталья Бухарова, сохранившие от закрытия сельскую школу в селе Костяево Ивановской области, «деревню не надо спасать, в ней надо жить». Каждая сельская школа — это не только очаг спасения села, но и колыбель будущего процветания страны, даже уже потому, что единственный на определённое поколение поэт в стране, как мне думается, придёт из деревни и скажет обо всём народе, о его значении, о его судьбе в мировой истории, как говорили о нём Пушкин и Лермонтов, воспитанные с детства в сельских усадьбах, как говорили Твардовский и Рубцов.
Если будет и далее продолжаться урезание бюджета сельских школ, что мы сегодня наблюдаем, если не утвердят закон о защите от вырубки наших лесов, если не вернут в пользование крестьянам земли, отнятые у них банками в гайдаровские времена и заброшенные, то и селу, и стране в целом — конец. Мы и так уже слишком многое потеряли за последнее столетие. А во времена единой Империи в своих имениях в Конотопском уезде Черниговщины Рачинские также создавали школы для крестьянских детей, много сделали для обустройства уезда. Обо всём этом теперь и памяти нет.
Вот мы и призваны возвращать сначала память о славных делах своих предков, приводить в нашу жизнь таких подвижников, как Рачинские–Боратынские–Потёмкины, и далее — восстанавливать народную школу. И народную жизнь.
— Расскажите, востребована ли новая книга? Кто ее заказывает, к кому она попадает?
— Книгу ждали в нескольких школах самых отдалённых уголков России, заказывали для Центра помощи заикающимся при Петропавловской и Камчаткой епархии, для калининградского Учебно-методического центра духовно-нравственного образования им. С. А. Рачинского, для Семейных клубов трезвости, возглавляемых протоиереем Алексием Бабуриным.
Книга издана на народные деньги, которые прислали и передали люди, желающие иметь это издание для работы в школах и вузах. Мне хотелось бы отдельно поблагодарить кандидата филологических наук Татьяну Павловну Егорову за помощь в издании книги, старшину Московского купеческого общества Александра Дмитриевича Коншина-Рачинского, с которым мы создали Общество по сохранению наследия Рачинских, а также наших друзей из Семейных клубов трезвости, не без помощи которых сегодня оживает Татево.
В наши дни в разных концах России независимо друг от друга возникают школы, духовные центры, клубы трезвости имени Рачинского. В московском театре Русской драмы под руководством режиссёра Михаила Щепенко более десяти лет работает духовный центр и такой клуб трезвости, на кафедрах столичных университетов защищаются десятки диссертаций на темы, касающиеся жизни и деятельности татевского учителя.
Казаки с Дона и Кубани и наши эмигранты из Германии увезли к себе книгу о русском подвижнике просвещения, о заботнике о своём Отечестве.
— Хватит ли всем желающим? Ведь предыдущей вашей книги уже не отыщешь.
— Конечно, жаль, что тираж этого издания всего 500 экземпляров. Это только пробный вариант, можно сказать, подарочный, а хорошо бы — издать широко. То же самое было и со сборником статей и писем Рачинского «Из доброго сокровища сердца своего…», изданного, правда, тиражом вдвое большим. Десятки книг покупали сельские учителя, едва сводящие концы с концами. И деньги эти пошли на нужды Троицкой церкви в усадьбе Рачинских, для оформления экспозиции музея в Татевской школе, на дальнейшую работу по нашей теме — заказ в архивах копий документов и фотографий.
— Есть ли у вас новые проекты, так сказать, в поле и векторе Рачинского?
— Теперь будем стараться опубликовать репринт известной книги «Сельская школа», выдержавшей до революции семь изданий, за которую С. А. Рачинский был удостоен звания член-корреспондента императорской Академии наук по русской словесности.
В декабре нынешнего года на кафедре Физиологии растений МГУ, основанной Рачинским, были, наконец, открыты памятная доска и небольшой музей, рассказывающий о деятельности этого учёного. Сейчас мы прилагаем все усилия, чтобы в Смоленске и в Твери были названы улицы именем Рачинского. Можно, думаю, хоть одну из тысяч улиц Ленина на территории бывшего СССР переименовать и дать ей имя педагога-подвижника. В Болгарии, к слову сказать, есть улица, названная в честь русского дипломата Александра Викторовича Рачинского. А в России о нём и не помнят.
Очень надеемся на сотрудничество с Тимирязевской академией, первым директором которой был младший брат Сергея Рачинского Константин. Татевскому парку, много лет простоявшему безхозным, срочно нужны специалисты, знающие, как ухаживать за деревьями и как их лечить. И для студентов — это хорошая практика.
В Татево часто приезжают семинаристы Николо-Угрешской семинарии, этнографы из Москвы и Петербурга, педагоги, возрождающие церковно-приходские школы, — хоть немного побыть учениками великого педагога: посетить музейные экспозиции в школе им. С. А. Рачинского и в Музее им. Н. П. Богданова-Бельского, помолиться в Троицкой церкви, поклониться могилам святых людей, что оставили нам свои труды и образцы подвижнической жизни.
Наш коллектив энтузиастов работает с исследователями деятельности святителя Николая Японского, родившегося неподалёку от Татева — в селе Берёза. Сергей Рачинский и архиепископ Николай (Касаткин) были дружны, несколько обращённых в православие японцев готовились в школе Рачинского к поступлению в духовные семинарии Москвы и Петербурга. Мы вспоминаем святых людей, а они нас объединяют и поддерживают.
В мае 2016 г. в Татеве снова состоится фестиваль Семейных клубов трезвости и педагогические чтения им. С. А. Рачинского. Приглашаем всех желающих принять участие.
Фото из книги: На крыльце Татевской школы. Стоят Михаил Емельянов, Сергей Сеодзи, Семён Толстой, Антон Альховиков; сидит в центре С. А. Рачинский,  рядом с ним Александр Воскресенский. Фото Н. П. Богданова-Бельского. Конец 1880-х — начало 1890-х.
В самом начале года вышла в свет интересная и красивая книга Ирины Ушаковой «Народная школа Рачинского. Письма из Татевской усадьбы» (Общество содействия православному просвещению «Изографъ», 2016).
Можно восклицать (и нужно!), что нынешние «образовательные реформы», включая пресловутый ЕГЭ и умерщвление гуманитарной составляющей, ведут образование России к погибели, а народ во тьму малограмотности и бездуховности, а можно вот так, терпеливо, шаг за шагом, возделывать трудную ниву — как поступает молодой писатель Ирина Ушакова, посвятившая уже вторую книгу личности, писаниям, идеям своего земляка Сергея Александровича Рачинского (1833–1902), выдающегося русского человека, подлинного подвижника (имеется инициатива по его канонизации как святого Русской православной церкви), неутомимого делателя, забытого нами сельского педагога и поразительного мыслителя, с которым Л. Толстой советовался об устройстве сельской школы в Ясной Поляне, от коего П. Чайковский получал записи народных песен, которым В. Розанов был духовно наставляем в вопросах сочинительства. С. А. Рачинский занимает достойнейшее место в сонме своих современников, среди которых также музыкант Ференц Лист, поэты Фёдор Тютчев и Каролина Павлова, писатели и мыслители братья Аксаковы и Алексей Хомяков, педагоги Константин Ушинский и Николай Страхов. Все они составляли круг друзей Рачинского.
К слову, Чайковский работал над операми «Мандрагора» и «Раймонд Люллия» по либретто Рачинского, ценил его советы относительно своих музыкальных произведений и посвятил ему свой «Первый струнный квартет».
С. А. Рачинский, представитель древнего дворянского рода, посвятивший свою жизнь созданию русской сельской школы, родился и скончался в селе Татево Бельского уезда, а был, меж тем, профессором Московского университета, впервые возглавившим кафедру физиологии растений, первым переводчиком на русский язык книги Ч. Дарвина «Происхождение видов», членом-корреспондентом Императорской Санкт-Петербургской Академии наук по отделению русского языка и словесности.
Татевский учитель Рачинский утверждал, между прочим, что «судьба целого мира зависит от будущности русского народа». А его мысль «…если народ погрязнет в невежестве, то позор и проклятие нашему мёртвому образованию» прозвучала провидчески перед невиданной революционной смутой.
Кое-кто помнит замечательную картину «Устный счет в сельской школе…», но не все знают, что точное ее название «Устный счет. В народной школе С. А. Рачинского». Есть пытливые, что назовут автора этого замечательного полотна, даже в качестве любимого, — Н. П. Богданова-Бельского (1868—1945), а вот кто таков Рачинский — не знает теперь почти никто. Меж тем, именно он изображен на этой картине Богданова (Бельский — приставка-псевдоним, поскольку родился живописец в д. Шитики Бельского уезда Смоленской губернии). К слову, Коля Богданов был из бедноты, и вышел как раз из учеников Сергея Александровича, создавшего за тридцать лет на свои средства около трех десятков сельских школ и на свои же средства помогавшего профессионально реализоваться наиболее ярким своим ученикам, которые становились не только сельскими учителями (около сорока человек!) или художниками-профессионалами (три воспитанника, включая Богданова-Бельского и Тита Никонова) но и, скажем, законоучителем царских детей, как выпускник Петербургской духовной академии протоиерей Александр Васильев.
Учениками и сподвижниками Рачинского в разные годы были графиня Евгения Борисовна Ефимовская (1850–1925) — будущая устроительница Леснинского монастыря в Седлецкой губернии (ныне Польша), педагог и общественный деятель Александр Иванович Миловидов, оставивший свои воспоминания об учителе Рачинском. Все эти люди собраны и представлены в книге «Народная школа Рачинского».
Трудами С. А. Рачинского было положено начало педагогики для народной церковно-приходской школы, закреплённое обширной практикой. Их совместная с обер-прокурором Святейшего Правительствующего Синода К. П. Победоносцевым деятельность по усовершенствованию реформы образования только-только находила практическое применение и обещала колоссальные успехи.
Стараниями Сергея Александровича были воссозданы Общества трезвости, объединившие к началу XX в. десятки тысяч человек по всей Империи. За подвижнический труд сельского учителя Рачинского благодарили Императоры Александр III и Николай II.
Сельский учитель Рачинский — один из немногих, кто осознал назревающую катастрофу крушения «старого мира» и взывал к тогдашнему образованному обществу: «Может быть, следует заменить учение о добрых нравах учением о нравах свободных, старое благочестие, поклонение недосказанному Богу поклонением естественному человеку — этому внешнему выражению мировых сил, доступному нашему здравому смыслу? Нет! Из глубочайшего дна нашей души поднимается сознание того, что все эти новые учения, вся эта новая нравственность для человека недаром бременящего землю, совершенно негодно…»
Современник Рачинского, педагог и один из его биографов В. Т. Георгиевский писал: «Рачинский показал, что высшая наука совместима с глубокой религиозностью, — и церковность, ставши основой начальной народной школы, способна дать ей особую жизненную силу, так, что народ русский, получив просвещение в духе христианства, под постоянным благодатным воздействием Церкви православной, носительницы православного духа, может явиться единственным в мире народом, который способен будет сказать своё жизненное слово прочим народам Востока и Запада, ждущим нового откровения».
.
* * *
.
Новая книга И. Ушаковой охватывает историю села Татева и «дворянского гнезда» Рачинских–Боратынских, и собственно Татевской школы, есть в ней и главка «Идеи Рачинского в современной школе. Опыт Ивановской на Лехте школы (Борисоглебский район Ярославской области)». В книге о Рачинском рассказывает и сам К. Победоносцев, тут читатель найдет и переписку С. Рачинского с В. Розановым. Завершает том глава о внедрении идей Рачинского в современную педагогику и жизнь.
В книге мы почерпнем информацию о различных духовно-просветительских центрах от Камчатки до Калининграда, созданных в память выдающегося педагога и для возрождения его практики, информацию об организации Обществ трезвости, начало которой было положено татевским учителем. Впервые за последнее столетие опубликована статья Рачинского о его методе лечения заикания, применявшемся в Татевской школе, рассказано, как в конце XIX века создавалась православная община.
«Деятельность создателя образцовой народной церковно-приходской школы в 1870–1890-х годах С. А. Рачинского, благотворителя и мецената, члена-корреспондента Императорской Санкт-Петербургской Академии наук по отделению русской словесности, члена Общества ревнителей русского исторического просвещения в память императора Александра III, сегодня является наглядным примером созидания нравственно здорового общества, примером повышения уровня культуры и образования, образцом служения Отечеству», — убеждена Ирина Ушакова.
Краеведам и любителям старины будет интересна выведенная для широкого читателя история села Татева и «дворянского гнезда» Потёмкиных–Рачинских–Боратынских.
Очерк графа С. Д. Шереметьева, фрагменты писем современников С. А. Рачинского и его дневниковые записи, опубликованные здесь впервые, помогут читателю воссоздать историческую картину Российской империи на рубеже XIX–XX вв. в зеркале одной дворянской усадьбы и её окрестностей.
Автор книги напоминает нам, что польский дворянский род Рачинских служит России с 1654 г. Это военные, учёные, историки, педагоги, юристы, врачи, музыканты, писатели, художники, артисты, священники, инженеры — огромная генеалогия от Рюриковичей и Радзивиллов. Всё это должно непременно стать предметом будущего изучения историков, литераторов и искусствоведов, убеждена И. Ушакова, а новая книга об «учителе века» С. А. Рачинском — еще один шаг в начале этого пути.
Напомним, что прежняя книга, «Из доброго сокровища сердца своего» (издательство «Родное пепелище», Нижний Новгород, 2013), была составлена И. Ушаковой именно из трудов (статей и писем) русского педагога-просветителя и удостоена престижной Международной премии Союза писателей России «Имперская культура» им. Э. Володина. Десяток лет собирала по крупицам «золотые россыпи» архивов, живых свидетельств и публикаций печатных изданий москвичка Ушакова — уроженка «рачинских» мест, чьи предки происходят из смоленско-тверских окрестностей.
Многие страницы новой книги написаны И. Ушаковой в усадьбе Рачинских в Татеве, и имеют характер душевного разговора с читателем, поэтому и дан такой подзаголовок книги — «Письма из Татевской усадьбы». Автор книги верит, что для кого-то это издание откроет неизвестные страницы жизни Рачинского и его окружения, для кого-то станет примером созидательной деятельности, а кому-то внушит надежду на то, что добрые семена, посеянные нашими великими предками, спустя столетие, дают всходы.
Книга проникнута мыслью о том, что судьба школы — это судьба народа и его будущего. Она написана не только в память о великом педагоге, но и для того, чтобы сегодняшняя школа смогла перенять этот серьёзный педагогический опыт и вернуться к тому уровню знаний, каким отличалась во всём мире и царская, и советская школа.
Историк Наталья Лактионова написала в комментариях к одной из статей Ушаковой: «Память о подвижниках земли русской очень важна. Книга о Рачинском — несомненно, в копилку возрождения России. Зрелое деяние молодого в сущности человека! … Не оставляйте вашего героя. Очень важны направления его работы — педагогика, трезвость, община, наполненные христианским смыслом — все важнейшие составляющие русской жизни. Вопреки глобалистским проектам, необходимо готовить почву, возрождать общинную жизнь. Есть опыт предыдущих поколений — надо осваивать».
.
* * *
.
Мы беседуем с И. Ушаковой о новой книге.
.
— Ирина Владимировна, в чем вы видите основной посыл собственно «народной школы Рачинского»?
— «Народная школа Рачинского» — это и конкретная сеть школ, созданных профессором Рачинским для крестьянских детей, и в целом его методика обучения, которую в конце XIX в. использовали даже в таких закрытых от мира странах, как Япония и Англия. В то время не было размыто понятие «народ», не начался ещё геноцид русского народа, устроенный большевиками, невозможно было представить сегодняшние нищету и рассеяние остатков сельского населения. Была полноценная жизнь в тысячелетней традиции (надо понимать, что место, где творил Рачинский — это Оковецкий лес, гидрографический центр России, где берут начало реки Волга, Днепр и Двина, где в городе Белом лежат камни со славянскими письменами, насчитывающими 4 тысячи лет!), была жизнь на своей земле, зависящая только от собственного труда, подчинённая божественным законам природы, укоренившаяся в традиции Русской Православной Церкви. Места эти славились своими угодьями, принадлежавшими Рачинским, Олениным, Нелидовым, Шереметьевым. В каждой из этих усадеб была и каменная церковь, и культурная жизнь (богатейшие библиотеки, собрания картин), и устроенный для крестьян быт: мельницы, кузницы, сыроварни.
Сергей Александрович понимал, какая мощь таится в народе, и как легко можно этой силе придать разрушительное направление, поэтому принимал меры для того, чтобы дать детям в первую очередь христианское воспитание, и затем основательные знания: церковно-славянский язык, на котором при добром раскладе исторических событий мы могли бы общаться со всеми славянскими народами, знания математики, русской грамоты, мировой литературы, навыки иконописи и церковного пения, со знаниями которых светские искусства усваивались быстрее и проще. И важно ещё, что Рачинский, как, впрочем, и десятки других помещиков, основавших школы, давал детям первоначальную профессию: мальчикам — столярное дело, пчеловодство, девочкам — ковроткачество, цветоводство… В школе Рачинского имелся переплётный станок, оранжереи на приусадебном участке, в селе работали мастера плетения мебели из лозы…
Профессор Рачинский старался выявить таланты у своих подопечных, способствовал их развитию, нескольких выпускников школы выучил на свои средства в академиях. Вот это и была народная школа Рачинского — с его пониманием народных нужд, с его творческим подходом, которого сегодня учителя, как правило, лишены, с чёткой системой воспитания на основе идеологии, которая ныне у нас запрещена Конституцией, в симфонии учителя и священника, которого сегодня не вдруг-то пустят в общеобразовательную школу.
— В чем актуальность этой темы сегодня? Иными словами, в чем необходимость книги с таким названием?
— В том и актуальность, что ценность церковного искусства осталась прежней, подход к изучению церковно-славянского и русского языков, математики оправдал себя полтора века назад, ведь лучших советских врачей, учёных, космонавтов готовили зачастую учителя царских гимназий. С приобретением начальных профессий у нас сегодня тоже проблема. А это можно организовать на базе школы. И самое больное — спасение деревни. Как говорят протоиерей Виктор Салтыков и матушка Наталья Бухарова, сохранившие от закрытия сельскую школу в селе Костяево Ивановской области, «деревню не надо спасать, в ней надо жить». Каждая сельская школа — это не только очаг спасения села, но и колыбель будущего процветания страны, даже уже потому, что единственный на определённое поколение поэт в стране, как мне думается, придёт из деревни и скажет обо всём народе, о его значении, о его судьбе в мировой истории, как говорили о нём Пушкин и Лермонтов, воспитанные с детства в сельских усадьбах, как говорили Твардовский и Рубцов.
Если будет и далее продолжаться урезание бюджета сельских школ, что мы сегодня наблюдаем, если не утвердят закон о защите от вырубки наших лесов, если не вернут в пользование крестьянам земли, отнятые у них банками в гайдаровские времена и заброшенные, то и селу, и стране в целом — конец. Мы и так уже слишком многое потеряли за последнее столетие. А во времена единой Империи в своих имениях в Конотопском уезде Черниговщины Рачинские также создавали школы для крестьянских детей, много сделали для обустройства уезда. Обо всём этом теперь и памяти нет.
Вот мы и призваны возвращать сначала память о славных делах своих предков, приводить в нашу жизнь таких подвижников, как Рачинские–Боратынские–Потёмкины, и далее — восстанавливать народную школу. И народную жизнь.
— Расскажите, востребована ли новая книга? Кто ее заказывает, к кому она попадает?
— Книгу ждали в нескольких школах самых отдалённых уголков России, заказывали для Центра помощи заикающимся при Петропавловской и Камчаткой епархии, для калининградского Учебно-методического центра духовно-нравственного образования им. С. А. Рачинского, для Семейных клубов трезвости, возглавляемых протоиереем Алексием Бабуриным.
Книга издана на народные деньги, которые прислали и передали люди, желающие иметь это издание для работы в школах и вузах. Мне хотелось бы отдельно поблагодарить кандидата филологических наук Татьяну Павловну Егорову за помощь в издании книги, старшину Московского купеческого общества Александра Дмитриевича Коншина-Рачинского, с которым мы создали Общество по сохранению наследия Рачинских, а также наших друзей из Семейных клубов трезвости, не без помощи которых сегодня оживает Татево.
В наши дни в разных концах России независимо друг от друга возникают школы, духовные центры, клубы трезвости имени Рачинского. В московском театре Русской драмы под руководством режиссёра Михаила Щепенко более десяти лет работает духовный центр и такой клуб трезвости, на кафедрах столичных университетов защищаются десятки диссертаций на темы, касающиеся жизни и деятельности татевского учителя.
Казаки с Дона и Кубани и наши эмигранты из Германии увезли к себе книгу о русском подвижнике просвещения, о заботнике о своём Отечестве.
— Хватит ли всем желающим? Ведь предыдущей вашей книги уже не отыщешь.
— Конечно, жаль, что тираж этого издания всего 500 экземпляров. Это только пробный вариант, можно сказать, подарочный, а хорошо бы — издать широко. То же самое было и со сборником статей и писем Рачинского «Из доброго сокровища сердца своего…», изданного, правда, тиражом вдвое большим. Десятки книг покупали сельские учителя, едва сводящие концы с концами. И деньги эти пошли на нужды Троицкой церкви в усадьбе Рачинских, для оформления экспозиции музея в Татевской школе, на дальнейшую работу по нашей теме — заказ в архивах копий документов и фотографий.
— Есть ли у вас новые проекты, так сказать, в поле и векторе Рачинского?
— Теперь будем стараться опубликовать репринт известной книги «Сельская школа», выдержавшей до революции семь изданий, за которую С. А. Рачинский был удостоен звания член-корреспондента императорской Академии наук по русской словесности.
В декабре нынешнего года на кафедре Физиологии растений МГУ, основанной Рачинским, были, наконец, открыты памятная доска и небольшой музей, рассказывающий о деятельности этого учёного. Сейчас мы прилагаем все усилия, чтобы в Смоленске и в Твери были названы улицы именем Рачинского. Можно, думаю, хоть одну из тысяч улиц Ленина на территории бывшего СССР переименовать и дать ей имя педагога-подвижника. В Болгарии, к слову сказать, есть улица, названная в честь русского дипломата Александра Викторовича Рачинского. А в России о нём и не помнят.
Очень надеемся на сотрудничество с Тимирязевской академией, первым директором которой был младший брат Сергея Рачинского Константин. Татевскому парку, много лет простоявшему безхозным, срочно нужны специалисты, знающие, как ухаживать за деревьями и как их лечить. И для студентов — это хорошая практика.
В Татево часто приезжают семинаристы Николо-Угрешской семинарии, этнографы из Москвы и Петербурга, педагоги, возрождающие церковно-приходские школы, — хоть немного побыть учениками великого педагога: посетить музейные экспозиции в школе им. С. А. Рачинского и в Музее им. Н. П. Богданова-Бельского, помолиться в Троицкой церкви, поклониться могилам святых людей, что оставили нам свои труды и образцы подвижнической жизни.
Наш коллектив энтузиастов работает с исследователями деятельности святителя Николая Японского, родившегося неподалёку от Татева — в селе Берёза. Сергей Рачинский и архиепископ Николай (Касаткин) были дружны, несколько обращённых в православие японцев готовились в школе Рачинского к поступлению в духовные семинарии Москвы и Петербурга. Мы вспоминаем святых людей, а они нас объединяют и поддерживают.
В мае 2016 г. в Татеве снова состоится фестиваль Семейных клубов трезвости и педагогические чтения им. С. А. Рачинского. Приглашаем всех желающих принять участие.
Фото из книги: На крыльце Татевской школы. Стоят Михаил Емельянов, Сергей Сеодзи, Семён Толстой, Антон Альховиков; сидит в центре С. А. Рачинский,  рядом с ним Александр Воскресенский. Фото Н. П. Богданова-Бельского. Конец 1880-х — начало 1890-х.