Не отзвенели стаи лебедей!..

5 2 Валентин СОРОКИН - 25 июля 2016 A A+
Валентин Сорокин
Не отзвенели стаи лебедей!..
.
Валентину СОРОКИНУ – 80!
Редакция журнала КАМЕРТОН поздравляет русского поэта, переводчика, публициста, педагога Валентина СОРОКИНА с Юбилеем! Желаем Валентину Васильевичу здоровья, высоты духа, новых творческих свершений, любви и благодарности читателей и учеников!
.
***
.
Салаватские дали.
Заревые края.
Где-то там на Урале
Бродит юность моя.
.
И рокочут громами
Медногорлые дни.
И летят за холмами
Птицы ночи – огни…
И всё та же планета.
Только сам я не тот:
Где ты, молодость, где ты,
Мой шестнадцатый год?
.
Объявись и воскресни
Гвалтом утренних смен,
Мудрой крановой песней,
Перекликом сирен.
.
На лугу, на откосе,
Осыпая росу,
Не тебя ли я бросил,
Словно эхо в лесу?
Вьются пчёлы средь пыла,
И звенит куковьё.
То, что было, – уплыло,
То, что будет, – моё.
.
Синь озёрная
.
Синь озёрная, скальный гранит.
Облаков серебристые спины.
И на взгорье недальнем горит
Пламя красное старой рябины.
.
К ней стремится рассвет и закат,
Солнце клонится, падают звёзды.
А вон там, на лугу, Салават
Метит стрелами буйные вёрсты.
.
И в башкирский разбуженный быт
С-под руки, окаймлённой парчово,
Залетает, как цокот копыт,
Беркутиная речь Пугачёва.
.
Слава краю, героям его,
Слава братству и грохоту боя!
На высотах пути моего
Голос прошлого – шумы прибоя…
.
Это – ветры и волны озёр.
Это – гроздья рябины в просторе.
Всё берёт понимающий взор,
С грозной волею предков не споря.
.
О, свобода, царица огня,
Не ржавеет отважное время, –
Я и сам оседлал бы коня,
Вскинул меч
и привстал бы на стремя!
.
Среди Африк, Америк, Европ
Есть у каждого память-судьбина,
Где из тысяч обстуканных троп
На одной – полыхает рябина.
.
Мчится воин
.
Слава Богу, отбесились ветры.
Степь лежит, жарой обожжена.
И на все прямые километры –
Светлый дождь, река и тишина.
.
Хорошо родиться на Урале,
Где хранят доныне времена,
Как в бою хрипели и скакали
Кони, обрывая стремена.
.
Диким смерчем, тяжкою метелью
Налетал внезапно Емельян.
Край,
безумно кинутый веселью,
Превратился в грозный океан.
.
Шла расплата, и под скрежет стали,
Вжиканье косы или кнута
Господа и слуги трепетали, –
Дыба избавителя крута.
.
Он кипел, ярился – к роте рота.
Сотрясал корону скорый слух.
Невозможно вырвать у народа
Пламя правды и бунтарский дух.
.
Величался в зыке колокольном
Царь-заступник,
принимая лесть.
Но уже на сговоре окольном
Нёс предатель будущую месть.
.
Голова на плахе кумачёва.
А в глазах казачьих, что ни день,
Мчится храбрый воин Пугачёва
По дорогам русских деревень.
.
Мы с тобой
.
В этих белых рощах соловьиных
Бродит лось, доверчивостью смел,
Я в стихах, как в золотых былинах,
Всю тебя, глазастую, воспел.
.
Травы расправляются от дрожи,
Радостно сияют небеса.
Ведь недаром на мои похожи
И твои славянские глаза.
.
Добрый лось и мы с тобой умыты
Тёплым, серебрящимся дождём,
Были б дети счастливы, а мы-то
Как-нибудь в России проживём.
.
Вечен свет страдания и слова,
Подвиги не требуют прикрас,
Пушкина обитель
и Кольцова,
Блока и Есенина у нас!..
.
Журавли от Дона до Урала
Крыльями звенят нам с высоты,
Нет, весна ещё не отыграла,
И горят за окнами цветы.
.
Пусть кивает тополь и сиренью
Реченька к нему обращена, —
Ты одна — моё благодаренье,
Ты — моя сестрёнка и жена.
.
Отмету забвенье и грехи я,
Шепоты досужливой молвы,
Ты — моя отвага и стихия,
Голос колокольной синевы!
.
Только ты
.
Быть красивой — радость через край,
Верной быть — нелёгкая тревога.
Русской быть — тропа из ада в рай,
Храброй быть — через кресты дорога.
Ты, лицом и совестью светла,
Русская, идёшь через долины.
Над тобой звенят колокола
И встают герои из былины.
Ты невеста, ты жена и мать,
Дочь России,
солнышко простора,
Это каждый должен понимать, —
Ветры плачут, значит, буря скоро!..
Вновь враги за гранью темноты,
Те же, те же, новых не ищите,
Только Богородица и ты
Нас давно готовили к защите.
Ну, не плачь, прошу тебя, не плачь,
Мы испьём до дна
терпенья чащу,
Потому и не один палач
Не убьёт святую ярость нашу!
Выше смерти, выше темноты
Крест отца и матери, и деда:
Только ты — глаза твои и ты,
Только меч и слово, и победа.
Я, поэт, иду через огонь, —
Колокол,
молитва,
дуновенье…
Вижу Богородицы ладонь,
Слышу губ твоих прикосновенье!
.
Славяне
.
Наши ссоры — сердцу перегрузка,
Потому и вновь горюнюсь я,
Украинка ты и белоруска,
Русская красавица моя.
.
Перелески, реки и просторы
Так похожи, словно это мы, —
Наши ссоры — ложь и приговоры
Опытных заказчиков из тьмы.
.
Наши дети, может, украинцы,
Может, белорусы,
вновь и вновь
Говорю: мы ныне — палестинцы,
Требуется зверю наша кровь.
.
Золото он ищет и алмазы,
На Днепре, на Волге держит власть.
Ты зачем такой широкоглазой
И такой славянской родилась?
.
Мы, славяне, потеряли право
Быть собой, а Ироду везёт:
Каждый день смертельная отрава
В души наши с губ его ползёт.
.
Нам вражда, а хищникам закуска,
Но горжусь и окрыляюсь я, —
Украинка ты и белоруска,
Русь моя,
красавица моя!
.
Братьям
.
В борьбе многотрудной, упорной, суровой
С Россией, Украйной мы шли заодно.
Петрусь Бровка
.
Верные, святые белорусы,
Добрые, родные украинцы,
Мы ведь с вами — русские, мы русы,
А разделены, как палестинцы.
И в Крыму нас обучают янки,
Во Владивостоке учат драке,
Неужели мало после пьянки,
Крови ими пролито в Ираке?..
И теперь — славянской захотели:
Взрывы, взрывы, танки и ракеты,
Близнецы Качинские при деле —
Чистят перед Бушами паркеты.
Русы,
белорусы,
украинцы,
Встанем, непопятные, над Бездной,
Да, мы — палестинцы, палестинцы,
Русы мы, с отвагою железной!
С нами Жуков и Богдан Хмельницкий,
С нами Василевский, Рокоссовский,
Сталинграда ветер исполинский,
Подвиг материнский и отцовский.
Копоть пушек, может, дым от виски?..
Мы не янки.
Мы славяне.
Братья.
Предадим — кресты и обелиски
Нам с небес пошлют свои проклятья!
Минск и Киев, и Москва за нами,
Соловей и сокол на ладони,
Сердце Ярославны — наше знамя:
Слышите, звенит оно и стонет?
На просторах нам пора подняться,
Коренных соседей обнимая,
Пусть враги России потолпятся,
До Победы грозового Мая!..
Журавли кричат о чём-то Волге.
Днепр
и Неман.
Курск
и Севастополь.
Все цветы слезами понаволгли —
Под моим окном седеет тополь.
Не в Путивле, а в столице главной,
У стены Кремлёвской, не иначе,
Ты грустишь, а, может, Ярославна
Князя ждёт…
И плачет,
плачет,
плачет!
.
На просторе
.
Дуб под ветром встряхивает тело,
Взяты травы хладью луговою.
Молодость так быстро пролетела, –
Белый снег кружит над головою.
.
Мы одни с тобой, моя подруга,
В эту хмурость порешили вжиться.
Впереди звенит и плачет вьюга,
Белый снег кружится и кружится.
.
Где же дали, с поволокой синей,
Хоры звёзд, в серебряных орбитах?
Белый снег кружится над Россией,
Над крестами деревень убитых.
.
Только мы с тобой, моя подруга,
В непогодь выходим на дорогу
Улыбнуться, оберечь друг друга,
В нищем храме поклониться Богу.
.
Мир отравлен, отчий край отравлен,
Жадностью отравлена природа,
Потому
и русский храм ограблен,
Как душа великого народа!
.
Белая луна
.
Жизнь не вечна и земля не вечна,
И не вечны звоны журавлей,
Потому я слушаю сердечно
Майский хор берёз и тополей.
.
Облака и поле — стаи, стаи,
Меж холмов широкий путь к реке.
Скоро боль в груди моей растает,
Образ счастья вспыхнет вдалеке.
.
Жду его, но вижу я упрямо
Над цветами, травами, водой,
Вся седая воскресает мама,
Говорит: «А мы живём бедой».
.
Говорит: «Страдание и горе,
Жизнь и смерть у нас переплелись,
Вот и мы от моря и до моря
Слёзною тоской перепились!»
.
Сторона, родимая сторонка,
Мне к твоим окошкам не пройти,
Там уже ни старца, ни ребёнка,
Голоса живого не найти.
.
Растворились песни по долинам,
Нищета до пепла изожгла
Хутор мой, с названьем соловьиным,
Хутор мой казачий — Ивашла.
.
Нас убили войны и обманы,
Мама, мама,
ты опять одна
На меня глядишь через туманы,
Как в пустыне белая луна!
.
Ливни детства
.
Ах, ливни детства, вы отрокотали
И отзвенели стаи лебедей, —
Угрюмей путь и необъятней дали,
И горы жизни выше и трудней.
.
Я их вершины одолеть пытался,
Над прошлым встал, над будущим я встал,
В грозу с орлом над бездной побратался:
Есть храбрецы?
Свободен пьедестал!..
.
Единственная, верная, святая, —
Ты и отвага, молодость и ты!
Опять, опять звенит лебяжья стая,
Бегут к реке глазастые цветы.
.
Проснулся день в обители небесной
И свет зари над нами, свет зари,
И вновь орёл парит над гиблой бездной
Но ни о чём ты с ним не говори!..
.
Ах, годы, горы, за бессмертной синью
Я честен был, наивен и удал,
И никому страданья за Россию
И красоты твоей я не отдал.
.
Звезда и жизнь, судьба и скалы, скалы:
Я крест Христа
сквозь непогодь пронёс, —
О, не вчера ль природа нас ласкала
Ладонями горячими от слёз?
.
Благодарю тебя, реку и дали,
И пусть мгновенно счастье у людей,
Но ливни наши не оттрепетали,
Не отзвенели стаи лебедей!..
.
Лунный щит
.
О, ветры осени моей
Огняные и золотые.
Как будто конница Батыя
Летит сюда из-за морей.
.
Всё движется и всё спешит
В трудах,
от старца до ребёнка.
А вечерами лунный щит
Висит, позвенивая тонко.
.
Вновь душу счастьем обожгло,
Созревшим звездопадом года.
Уже поёт в крови свобода, –
И радостно и тяжело.
.
Доступен, крепок ты и прост.
И по плечу раздумий бремя.
Через тебя, как через мост,
Железное грохочет время.
.
В рассвет, в рассвет из темноты.
Не жалуешься, не пеняешь.
Две стороны соединяешь,
Два берега – собою ты.
.
Доверчивая стая
.
Мне ль в любимцах у вечности быть,
Быстротечна ты, жизнь, и права.
Только будет клубиться и плыть
Над Россией моей синева.
.
Будет ветер стремиться вперёд,
И на поле, где клонится рожь,
Кто-то сильный и новый, придёт,
На меня вдохновеньем похож.
.
Он доверчиво глянет вокруг.
Запылает от дум голова.
Белой стаею выпустит вдруг
Из хозяйских ладоней слова.
.
Эх вы, лебеди-соколы, вы
Полетите с земли на звезду,
Мимо скошенной мною травы,
Положив под крыло борозду.
.
Край мой древний меж впадин и гор
Так, чтоб сизые перья найти,
Голубыми огнями озёр
Вам полнеба осветит в пути.
.
И опять повторится, опять –
Песня, сумерки, сказка в дому.
Их нельзя потерять, отыскать,
Можно вырастить
лишь самому.
Валентину СОРОКИНУ – 80!
Редакция журнала КАМЕРТОН поздравляет русского поэта, переводчика, публициста, педагога Валентина СОРОКИНА с Юбилеем! Желаем Валентину Васильевичу здоровья, высоты духа, новых творческих свершений, любви и благодарности читателей и учеников!
.
***
.
Салаватские дали.
Заревые края.
Где-то там на Урале
Бродит юность моя.
.
И рокочут громами
Медногорлые дни.
И летят за холмами
Птицы ночи – огни…
И всё та же планета.
Только сам я не тот:
Где ты, молодость, где ты,
Мой шестнадцатый год?
.
Объявись и воскресни
Гвалтом утренних смен,
Мудрой крановой песней,
Перекликом сирен.
.
На лугу, на откосе,
Осыпая росу,
Не тебя ли я бросил,
Словно эхо в лесу?
Вьются пчёлы средь пыла,
И звенит куковьё.
То, что было, – уплыло,
То, что будет, – моё.
.
Синь озёрная
.
Синь озёрная, скальный гранит.
Облаков серебристые спины.
И на взгорье недальнем горит
Пламя красное старой рябины.
.
К ней стремится рассвет и закат,
Солнце клонится, падают звёзды.
А вон там, на лугу, Салават
Метит стрелами буйные вёрсты.
.
И в башкирский разбуженный быт
С-под руки, окаймлённой парчово,
Залетает, как цокот копыт,
Беркутиная речь Пугачёва.
.
Слава краю, героям его,
Слава братству и грохоту боя!
На высотах пути моего
Голос прошлого – шумы прибоя…
.
Это – ветры и волны озёр.
Это – гроздья рябины в просторе.
Всё берёт понимающий взор,
С грозной волею предков не споря.
.
О, свобода, царица огня,
Не ржавеет отважное время, –
Я и сам оседлал бы коня,
Вскинул меч
и привстал бы на стремя!
.
Среди Африк, Америк, Европ
Есть у каждого память-судьбина,
Где из тысяч обстуканных троп
На одной – полыхает рябина.
.
Мчится воин
.
Слава Богу, отбесились ветры.
Степь лежит, жарой обожжена.
И на все прямые километры –
Светлый дождь, река и тишина.
.
Хорошо родиться на Урале,
Где хранят доныне времена,
Как в бою хрипели и скакали
Кони, обрывая стремена.
.
Диким смерчем, тяжкою метелью
Налетал внезапно Емельян.
Край,
безумно кинутый веселью,
Превратился в грозный океан.
.
Шла расплата, и под скрежет стали,
Вжиканье косы или кнута
Господа и слуги трепетали, –
Дыба избавителя крута.
.
Он кипел, ярился – к роте рота.
Сотрясал корону скорый слух.
Невозможно вырвать у народа
Пламя правды и бунтарский дух.
.
Величался в зыке колокольном
Царь-заступник,
принимая лесть.
Но уже на сговоре окольном
Нёс предатель будущую месть.
.
Голова на плахе кумачёва.
А в глазах казачьих, что ни день,
Мчится храбрый воин Пугачёва
По дорогам русских деревень.
.
Мы с тобой
.
В этих белых рощах соловьиных
Бродит лось, доверчивостью смел,
Я в стихах, как в золотых былинах,
Всю тебя, глазастую, воспел.
.
Травы расправляются от дрожи,
Радостно сияют небеса.
Ведь недаром на мои похожи
И твои славянские глаза.
.
Добрый лось и мы с тобой умыты
Тёплым, серебрящимся дождём,
Были б дети счастливы, а мы-то
Как-нибудь в России проживём.
.
Вечен свет страдания и слова,
Подвиги не требуют прикрас,
Пушкина обитель
и Кольцова,
Блока и Есенина у нас!..
.
Журавли от Дона до Урала
Крыльями звенят нам с высоты,
Нет, весна ещё не отыграла,
И горят за окнами цветы.
.
Пусть кивает тополь и сиренью
Реченька к нему обращена, —
Ты одна — моё благодаренье,
Ты — моя сестрёнка и жена.
.
Отмету забвенье и грехи я,
Шепоты досужливой молвы,
Ты — моя отвага и стихия,
Голос колокольной синевы!
.
Только ты
.
Быть красивой — радость через край,
Верной быть — нелёгкая тревога.
Русской быть — тропа из ада в рай,
Храброй быть — через кресты дорога.
Ты, лицом и совестью светла,
Русская, идёшь через долины.
Над тобой звенят колокола
И встают герои из былины.
Ты невеста, ты жена и мать,
Дочь России,
солнышко простора,
Это каждый должен понимать, —
Ветры плачут, значит, буря скоро!..
Вновь враги за гранью темноты,
Те же, те же, новых не ищите,
Только Богородица и ты
Нас давно готовили к защите.
Ну, не плачь, прошу тебя, не плачь,
Мы испьём до дна
терпенья чащу,
Потому и не один палач
Не убьёт святую ярость нашу!
Выше смерти, выше темноты
Крест отца и матери, и деда:
Только ты — глаза твои и ты,
Только меч и слово, и победа.
Я, поэт, иду через огонь, —
Колокол,
молитва,
дуновенье…
Вижу Богородицы ладонь,
Слышу губ твоих прикосновенье!
.
Славяне
.
Наши ссоры — сердцу перегрузка,
Потому и вновь горюнюсь я,
Украинка ты и белоруска,
Русская красавица моя.
.
Перелески, реки и просторы
Так похожи, словно это мы, —
Наши ссоры — ложь и приговоры
Опытных заказчиков из тьмы.
.
Наши дети, может, украинцы,
Может, белорусы,
вновь и вновь
Говорю: мы ныне — палестинцы,
Требуется зверю наша кровь.
.
Золото он ищет и алмазы,
На Днепре, на Волге держит власть.
Ты зачем такой широкоглазой
И такой славянской родилась?
.
Мы, славяне, потеряли право
Быть собой, а Ироду везёт:
Каждый день смертельная отрава
В души наши с губ его ползёт.
.
Нам вражда, а хищникам закуска,
Но горжусь и окрыляюсь я, —
Украинка ты и белоруска,
Русь моя,
красавица моя!
.
Братьям
.
В борьбе многотрудной, упорной, суровой
С Россией, Украйной мы шли заодно.
Петрусь Бровка
.
Верные, святые белорусы,
Добрые, родные украинцы,
Мы ведь с вами — русские, мы русы,
А разделены, как палестинцы.
И в Крыму нас обучают янки,
Во Владивостоке учат драке,
Неужели мало после пьянки,
Крови ими пролито в Ираке?..
И теперь — славянской захотели:
Взрывы, взрывы, танки и ракеты,
Близнецы Качинские при деле —
Чистят перед Бушами паркеты.
Русы,
белорусы,
украинцы,
Встанем, непопятные, над Бездной,
Да, мы — палестинцы, палестинцы,
Русы мы, с отвагою железной!
С нами Жуков и Богдан Хмельницкий,
.
С нами Василевский, Рокоссовский,
Сталинграда ветер исполинский,
Подвиг материнский и отцовский.
Копоть пушек, может, дым от виски?..
Мы не янки.
Мы славяне.
Братья.
Предадим — кресты и обелиски
Нам с небес пошлют свои проклятья!
Минск и Киев, и Москва за нами,
Соловей и сокол на ладони,
Сердце Ярославны — наше знамя:
Слышите, звенит оно и стонет?
На просторах нам пора подняться,
Коренных соседей обнимая,
Пусть враги России потолпятся,
До Победы грозового Мая!..
Журавли кричат о чём-то Волге.
Днепр
и Неман.
Курск
и Севастополь.
Все цветы слезами понаволгли —
Под моим окном седеет тополь.
Не в Путивле, а в столице главной,
У стены Кремлёвской, не иначе,
Ты грустишь, а, может, Ярославна
Князя ждёт…
И плачет,
плачет,
плачет!
.
На просторе
.
Дуб под ветром встряхивает тело,
Взяты травы хладью луговою.
Молодость так быстро пролетела, –
Белый снег кружит над головою.
.
Мы одни с тобой, моя подруга,
В эту хмурость порешили вжиться.
Впереди звенит и плачет вьюга,
Белый снег кружится и кружится.
.
Где же дали, с поволокой синей,
Хоры звёзд, в серебряных орбитах?
Белый снег кружится над Россией,
Над крестами деревень убитых.
.
Только мы с тобой, моя подруга,
В непогодь выходим на дорогу
Улыбнуться, оберечь друг друга,
В нищем храме поклониться Богу.
.
Мир отравлен, отчий край отравлен,
Жадностью отравлена природа,
Потому
и русский храм ограблен,
Как душа великого народа!
.
Белая луна
.
Жизнь не вечна и земля не вечна,
И не вечны звоны журавлей,
Потому я слушаю сердечно
Майский хор берёз и тополей.
.
Облака и поле — стаи, стаи,
Меж холмов широкий путь к реке.
Скоро боль в груди моей растает,
Образ счастья вспыхнет вдалеке.
.
Жду его, но вижу я упрямо
Над цветами, травами, водой,
Вся седая воскресает мама,
Говорит: «А мы живём бедой».
.
Говорит: «Страдание и горе,
Жизнь и смерть у нас переплелись,
Вот и мы от моря и до моря
Слёзною тоской перепились!»
.
Сторона, родимая сторонка,
Мне к твоим окошкам не пройти,
Там уже ни старца, ни ребёнка,
Голоса живого не найти.
.
Растворились песни по долинам,
Нищета до пепла изожгла
Хутор мой, с названьем соловьиным,
Хутор мой казачий — Ивашла.
.
Нас убили войны и обманы,
Мама, мама,
ты опять одна
На меня глядишь через туманы,
Как в пустыне белая луна!
.
Ливни детства
.
Ах, ливни детства, вы отрокотали
И отзвенели стаи лебедей, —
Угрюмей путь и необъятней дали,
И горы жизни выше и трудней.
.
Я их вершины одолеть пытался,
Над прошлым встал, над будущим я встал,
В грозу с орлом над бездной побратался:
Есть храбрецы?
Свободен пьедестал!..
.
Единственная, верная, святая, —
Ты и отвага, молодость и ты!
Опять, опять звенит лебяжья стая,
Бегут к реке глазастые цветы.
.
Проснулся день в обители небесной
И свет зари над нами, свет зари,
И вновь орёл парит над гиблой бездной
Но ни о чём ты с ним не говори!..
.
Ах, годы, горы, за бессмертной синью
Я честен был, наивен и удал,
И никому страданья за Россию
И красоты твоей я не отдал.
.
Звезда и жизнь, судьба и скалы, скалы:
Я крест Христа
сквозь непогодь пронёс, —
О, не вчера ль природа нас ласкала
Ладонями горячими от слёз?
.
Благодарю тебя, реку и дали,
И пусть мгновенно счастье у людей,
Но ливни наши не оттрепетали,
Не отзвенели стаи лебедей!..
.
Лунный щит
.
О, ветры осени моей
Огняные и золотые.
Как будто конница Батыя
Летит сюда из-за морей.
.
Всё движется и всё спешит
В трудах,
от старца до ребёнка.
А вечерами лунный щит
Висит, позвенивая тонко.
.
Вновь душу счастьем обожгло,
Созревшим звездопадом года.
Уже поёт в крови свобода, –
И радостно и тяжело.
.
Доступен, крепок ты и прост.
И по плечу раздумий бремя.
Через тебя, как через мост,
Железное грохочет время.
.
В рассвет, в рассвет из темноты.
Не жалуешься, не пеняешь.
Две стороны соединяешь,
Два берега – собою ты.
.
Доверчивая стая
.
Мне ль в любимцах у вечности быть,
Быстротечна ты, жизнь, и права.
Только будет клубиться и плыть
Над Россией моей синева.
.
Будет ветер стремиться вперёд,
И на поле, где клонится рожь,
Кто-то сильный и новый, придёт,
На меня вдохновеньем похож.
.
Он доверчиво глянет вокруг.
Запылает от дум голова.
Белой стаею выпустит вдруг
Из хозяйских ладоней слова.
.
Эх вы, лебеди-соколы, вы
Полетите с земли на звезду,
Мимо скошенной мною травы,
Положив под крыло борозду.
.
Край мой древний меж впадин и гор
Так, чтоб сизые перья найти,
Голубыми огнями озёр
Вам полнеба осветит в пути.
.
И опять повторится, опять –
Песня, сумерки, сказка в дому.
Их нельзя потерять, отыскать,
Можно вырастить
лишь самому.
Раздел