Она выстояла в поединке с собой

Сергей Варяжский
Она выстояла в поединке с собой
Памяти выдающейся писательницы Ариадны Громовой
Такой сложный литературный жанр, как фантастика, являющийся «искусством воображения», всегда считался уделом писателей «мужского сословия». Такие именитые фантасты, как Аркадий и Борис Стругацкие, Борис Штерн, Леонид Ашкинази, Иван Ефремов и другие, внесли колоссальный вклад в развитие отечественной фантастики. Но при этом было принято считать, что женщина-писатель, тем более – фантаст, это, что-то, сверхъестественное, далекое, за пределами возможного. И тем не менее, в отечественную фантастику наши женщины вписали и свои имена. Среди них киевлянка Ариадна Григорьевна Громова (Давиденко), которой 2 декабря исполняется ровно век. А имя ее, к сожалению, особенно, на малой родине сегодня оказалось забытым…
Ариадна Громова (Давиденко)
И, к сожалению, тому есть причины, как в прошлом, так и суровом настоящем, особенно, среди части современного украинского общества.
Ариадна родилась 2 декабря 1916-го в Киеве (хотя и по некоторым данным, в Москве, но это не подтверждено) в учительской семье Григория и Антонины Давиденко. После окончания школы она пошла по родительским стопам, поступив в 1934-м на филологический факультет Киевского университета. Именно там, и именно в студенческие годы впервые проявился ее писательский талант. К моменту окончания университета повести и этюды Ариадны Григорьевны Давиденко уже активно печатались на страницах украинских журналов, а ее публикации стали известны и всей стране. Незадолго до начала Великой Отечественной войны она встретила свою первую и единственную любовь и с этого момента вошла в историю современной отечественной литературы, как Ариадна Громова.
.
Несмотря на приближающиеся войска фашистских оккупантов, Ариадна Григорьевна не эвакуировалась из Киева (хотя друзья и предлагали ей уехать) – тяжело заболел муж Борис и она, верная своему долгу осталась с ним. В первые дни оккупации страшное словосочетание Бабий Яр еще не было известно ни самим киевлянам, ни всему мировому сообществу, но дух его уже витал и над Крещатиком, и над Подолом, и на Лукьяновке.
Этой фотографии ровно 75 лет. Осень  1941-го – бюсты Сталина и Ленина, как «врагов украинского народа»,  посажены на кол и повешены… Комментарии, как говорится, излишни.
Но совсем скоро в ее семью пришла страшная беда. При подходе немецких войск к Киеву Ариадна Громова, известная киевская журналистка, как уже говорилось, не смогла эвакуироваться из-за болезни мужа-еврея. Как только по Киеву разнеслась страшная весть о трагедии Бабьего Яра, ей, при помощи верных друзей, удалось подделать графу о национальности в его паспорте, но лифтерша в их доме, украинская селянка-переселенка, безоговорочно принявшая «новую власть», сразу же донесла о национальной принадлежности мужа Ариадны, и Борис Громов исчез в бездонной пучине человеческой боли Бабьего Яра.
С той страшной осени 1941-го улыбка навсегда исчезла с лица этой красивой молодой женщины…
С того момента красивая, жизнерадостная и улыбчивая молодая  женщина, превратилась в задумчивую даму, старавшуюся понять смысл человеческой искренности и подлости. Она, по свидетельству друзей, не была, ни ярой сторонницей советского строя, ни активной комсомолкой, но, после подлой измены тех, кому она верила, после смерти мужа, она нашла выходы в киевское подполье и вступила в него.
.
Благодаря своему известному журналистскому прошлому и именам родителей, не менее известных в Киеве педагогов, она по заданию подполья пришла работать в аппарат киевского бургомистра Владимира Багазия на должность корректора делопроизводства. Благодаря этому, подполью были известны многие планы, как немецкого командования, так и коллаборационистов. А, планы эти были ужасающими по цинизму и трагизму…
Листовка от 22 октября 1941-го гласит: «Як репрессивные меры по поводу саботажа, сегодня 100 жителей города были расстреляны. Это предупреждение. Каждый житель Киева является ответственным за каждый акт саботажа».
Благодаря Громовой такие «предупреждения» и иные варварские приказы и распоряжения подпольщиками переправлялись на неоккупированную территорию, в партизанские отряды и становились достоянием гласности для советских бойцов, воюющих с ненавистным врагом.
Но и здесь предательство тех, кому она верила, не прошло мимо нее. От бывших коллег – журналистов, которые знали ее еще до войны, а ныне работали в националистическом журнале немецко-фашистского гебиткомиссариата, в гестапо был направлен донос о работе Громовой на подполье. Результат один – арест, направление в концлагерь с дальнейшей отправкой в Германию.
И вновь мужество, отвага и стойкость, помноженные на преданность настоящих друзей, помогли Ариадне Григорьевне выстоять. Вообще, по свидетельству тех, кто ее знал, она была очень мужественным и смелым человеком. Два раза совершала побег, оба раза была схвачена, но третий побег удался. И до самого освобождения Киева она уже была спрятана подпольщиками Киевщины.
.
Наступил славный день 6 ноября 1943-го, когда Киев был освобожден советскими войсками. Ариадна Громова вернулась в родной город, но жить в нем, где все напоминало ей об ужасах оккупации, о смерти родных и близких людей, о предательстве, долго не смогла. И она перебралась в Челябинск, где, закончив аспирантуру, стала преподавателем местного пединститута. Именно там и появилась ее первая книга «Линия фронта – на востоке», посвященная киевскому подполью и его замечательным людям. Книга, написанная живым языком, да еще и участником тех страшных событий получила так много положительных отзывов, что Ариадна Григорьевна не мешкая приступила к написанию ее второй части. Когда в издательство «Советский писатель», где была напечатана первая книга, ею была принесена рукопись, сначала было принято решение о немедленном издании второй части «Линия фронта – на востоке». Но… Вмешалось руководство, а точнее, отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС. Причина была в том, что «партийные идеологи, ратующие за правду для народа» запретили ее издание по причине того, что автором на страницы рукописи была вынесена, мягко выражаясь, античеловеческая роль значительной части украинского населения в уничтожении евреев, военнопленных, цыган (сейчас, правда, на Украине принято говорить ромов), священников и других советских граждан.
Видя такую несправедливость, Ариадна Григорьевна, являясь уже известным писателем, проживающим в Москве, полностью перешла в жанр литературной фантастики, ибо лишь там она имела возможность говорить о честности, преданности, порядочности, доброте и искренности чувств через своих героев фантастического мира. И сразу один за одним из под ее талантливого пера выходят фантастические, но прекрасные по душевности, романы: «По следам неведомого», «Поединок с собой», «Кто есть кто?», «Вселенная за углом», «В круге света» и ряд других повестей. Все ее романы и другие произведения стали востребованными и читающей молодежью, и убеленными сединами ветеранами.
Один из лучших романов Громовой «Поединок с собой», о котором не стоит рассказывать, а лучше его прочитать, что и станет замечательным подарком к вековому юбилею писательницы.
И была еще одна страсть у Ариадны Григорьевны, пришедшая к ней после войны – это уважительное отношение к братьям нашим меньшим – к собакам и котам, которые, в отличие от тех, кого она знала по годам оккупации (да и после) никогда не предадут.
Ее роман «Мы с тобой одной крови – ты и я!», изданный двумя тиражами и посвященный заботе о «братьях наших меньших» и их преданности людям (нормальным людям), наверное, и сегодня (на мой взгляд) является лучшим произведением об уважительном отношении к животным, на котором, также стоит воспитывать молодежь.
Одна из сканированных страниц романа, в котором описана любовь и  преданность к хозяину собаки по кличке «Тайга», кошек с именами «Барс», «Соня», «Лютик», «Пушок» и вороненка «Карпуша». Возможно, этот роман может и должен войти в обязательную программу подрастающего поколения.
И все же в остальном Громова осталась верной фантастике. Ее известность в мире фантастов (причем, не только у нас в стране, но и далеко за пределами) была столь высока, что Ариадна Григорьевна вошла в состав редакционной коллегии 25-томной «Библиотеки современной фантастики»; стала известным критиком фантастического жанра; вела большую работу по переводу трудов классиков фантастики на русский язык (к примеру, произведений Станислава Лема, с польского и Рэя Бредбери с английского).
А почитателям творчества Андрея Тарковского стоит вспомнить, что рецензии на фильмы фантастического жанра писала как раз Ариадна Громова. Да это и неудивительно, ибо фантасты всего мира до сих пор признают, что наравне с писателями мужчинами Ариадна Григорьевна была одним из известнейших специалистов по теории и истории научной литературной фантастики, известнейшим критиком и теоретиком фантастики мирового уровня.
А почему, собственно, была?.. Да, когда пришел скорбный день прощания с ней 12 ноября 1981-го, многочисленные ее друзья и соратники говорили, что с ней ушла целая эпоха. Но осталось ее творческое наследие, как и остался долг общества и власти перед ней – издать вторую часть книги «Линия фронта – на востоке», и как память к 100-летнему юбилею писательницы, и как книгу правды, за которую так болела красивая женщина, подпольщица, киевлянка. Ведь сами понимаете – в Киеве такую книгу не издадут.
Памяти выдающейся писательницы Ариадны Громовой
.
Такой сложный литературный жанр, как фантастика, являющийся «искусством воображения», всегда считался уделом писателей «мужского сословия». Такие именитые фантасты, как Аркадий и Борис Стругацкие, Борис Штерн, Леонид Ашкинази, Иван Ефремов и другие, внесли колоссальный вклад в развитие отечественной фантастики. Но при этом было принято считать, что женщина-писатель, тем более – фантаст, это, что-то, сверхъестественное, далекое, за пределами возможного. И тем не менее, в отечественную фантастику наши женщины вписали и свои имена. Среди них киевлянка Ариадна Григорьевна Громова (Давиденко), которой 2 декабря исполняется ровно век. А имя ее, к сожалению, особенно, на малой родине сегодня оказалось забытым…
И, к сожалению, тому есть причины, как в прошлом, так и суровом настоящем, особенно, среди части современного украинского общества.
Ариадна родилась 2 декабря 1916-го в Киеве (хотя и по некоторым данным, в Москве, но это не подтверждено) в учительской семье Григория и Антонины Давиденко. После окончания школы она пошла по родительским стопам, поступив в 1934-м на филологический факультет Киевского университета. Именно там, и именно в студенческие годы впервые проявился ее писательский талант. К моменту окончания университета повести и этюды Ариадны Григорьевны Давиденко уже активно печатались на страницах украинских журналов, а ее публикации стали известны и всей стране. Незадолго до начала Великой Отечественной войны она встретила свою первую и единственную любовь и с этого момента вошла в историю современной отечественной литературы, как Ариадна Громова.
.
Несмотря на приближающиеся войска фашистских оккупантов, Ариадна Григорьевна не эвакуировалась из Киева (хотя друзья и предлагали ей уехать) – тяжело заболел муж Борис и она, верная своему долгу осталась с ним. В первые дни оккупации страшное словосочетание Бабий Яр еще не было известно ни самим киевлянам, ни всему мировому сообществу, но дух его уже витал и над Крещатиком, и над Подолом, и на Лукьяновке.
Но совсем скоро в ее семью пришла страшная беда. При подходе немецких войск к Киеву Ариадна Громова, известная киевская журналистка, как уже говорилось, не смогла эвакуироваться из-за болезни мужа-еврея. Как только по Киеву разнеслась страшная весть о трагедии Бабьего Яра, ей, при помощи верных друзей, удалось подделать графу о национальности в его паспорте, но лифтерша в их доме, украинская селянка-переселенка, безоговорочно принявшая «новую власть», сразу же донесла о национальной принадлежности мужа Ариадны, и Борис Громов исчез в бездонной пучине человеческой боли Бабьего Яра.
С того момента красивая, жизнерадостная и улыбчивая молодая  женщина, превратилась в задумчивую даму, старавшуюся понять смысл человеческой искренности и подлости. Она, по свидетельству друзей, не была, ни ярой сторонницей советского строя, ни активной комсомолкой, но, после подлой измены тех, кому она верила, после смерти мужа, она нашла выходы в киевское подполье и вступила в него.
.
Благодаря своему известному журналистскому прошлому и именам родителей, не менее известных в Киеве педагогов, она по заданию подполья пришла работать в аппарат киевского бургомистра Владимира Багазия на должность корректора делопроизводства. Благодаря этому, подполью были известны многие планы, как немецкого командования, так и коллаборационистов. А, планы эти были ужасающими по цинизму и трагизму…
Благодаря Громовой такие «предупреждения» и иные варварские приказы и распоряжения подпольщиками переправлялись на неоккупированную территорию, в партизанские отряды и становились достоянием гласности для советских бойцов, воюющих с ненавистным врагом.
Но и здесь предательство тех, кому она верила, не прошло мимо нее. От бывших коллег – журналистов, которые знали ее еще до войны, а ныне работали в националистическом журнале немецко-фашистского гебиткомиссариата, в гестапо был направлен донос о работе Громовой на подполье. Результат один – арест, направление в концлагерь с дальнейшей отправкой в Германию.
И вновь мужество, отвага и стойкость, помноженные на преданность настоящих друзей, помогли Ариадне Григорьевне выстоять. Вообще, по свидетельству тех, кто ее знал, она была очень мужественным и смелым человеком. Два раза совершала побег, оба раза была схвачена, но третий побег удался. И до самого освобождения Киева она уже была спрятана подпольщиками Киевщины.
.
Наступил славный день 6 ноября 1943-го, когда Киев был освобожден советскими войсками. Ариадна Громова вернулась в родной город, но жить в нем, где все напоминало ей об ужасах оккупации, о смерти родных и близких людей, о предательстве, долго не смогла. И она перебралась в Челябинск, где, закончив аспирантуру, стала преподавателем местного пединститута. Именно там и появилась ее первая книга «Линия фронта – на востоке», посвященная киевскому подполью и его замечательным людям. Книга, написанная живым языком, да еще и участником тех страшных событий получила так много положительных отзывов, что Ариадна Григорьевна не мешкая приступила к написанию ее второй части. Когда в издательство «Советский писатель», где была напечатана первая книга, ею была принесена рукопись, сначала было принято решение о немедленном издании второй части «Линия фронта – на востоке». Но… Вмешалось руководство, а точнее, отдел пропаганды и агитации ЦК КПСС. Причина была в том, что «партийные идеологи, ратующие за правду для народа» запретили ее издание по причине того, что автором на страницы рукописи была вынесена, мягко выражаясь, античеловеческая роль значительной части украинского населения в уничтожении евреев, военнопленных, цыган (сейчас, правда, на Украине принято говорить ромов), священников и других советских граждан.
Видя такую несправедливость, Ариадна Григорьевна, являясь уже известным писателем, проживающим в Москве, полностью перешла в жанр литературной фантастики, ибо лишь там она имела возможность говорить о честности, преданности, порядочности, доброте и искренности чувств через своих героев фантастического мира. И сразу один за одним из под ее талантливого пера выходят фантастические, но прекрасные по душевности, романы: «По следам неведомого», «Поединок с собой», «Кто есть кто?», «Вселенная за углом», «В круге света» и ряд других повестей. Все ее романы и другие произведения стали востребованными и читающей молодежью, и убеленными сединами ветеранами.
И была еще одна страсть у Ариадны Григорьевны, пришедшая к ней после войны – это уважительное отношение к братьям нашим меньшим – к собакам и котам, которые, в отличие от тех, кого она знала по годам оккупации (да и после) никогда не предадут.
Ее роман «Мы с тобой одной крови – ты и я!», изданный двумя тиражами и посвященный заботе о «братьях наших меньших» и их преданности людям (нормальным людям), наверное, и сегодня (на мой взгляд) является лучшим произведением об уважительном отношении к животным, на котором, также стоит воспитывать молодежь.
И все же в остальном Громова осталась верной фантастике. Ее известность в мире фантастов (причем, не только у нас в стране, но и далеко за пределами) была столь высока, что Ариадна Григорьевна вошла в состав редакционной коллегии 25-томной «Библиотеки современной фантастики»; стала известным критиком фантастического жанра; вела большую работу по переводу трудов классиков фантастики на русский язык (к примеру, произведений Станислава Лема, с польского и Рэя Бредбери с английского).
А почитателям творчества Андрея Тарковского стоит вспомнить, что рецензии на фильмы фантастического жанра писала как раз Ариадна Громова. Да это и неудивительно, ибо фантасты всего мира до сих пор признают, что наравне с писателями мужчинами Ариадна Григорьевна была одним из известнейших специалистов по теории и истории научной литературной фантастики, известнейшим критиком и теоретиком фантастики мирового уровня.
А почему, собственно, была?.. Да, когда пришел скорбный день прощания с ней 12 ноября 1981-го, многочисленные ее друзья и соратники говорили, что с ней ушла целая эпоха. Но осталось ее творческое наследие, как и остался долг общества и власти перед ней – издать вторую часть книги «Линия фронта – на востоке», и как память к 100-летнему юбилею писательницы, и как книгу правды, за которую так болела красивая женщина, подпольщица, киевлянка. Ведь сами понимаете – в Киеве такую книгу не издадут.
Раздел

Комментарии

Замечательный материал о человеке, которого, к сожалению, мало знают в Украине. А, надо, чтобы знали и помнили.

Добавить комментарий

CAPTCHA
This question is for testing whether or not you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.