Творческий вечер Николая Серова в ЦДЛ

79 7 Ирина ШАТЫРЁНОК (Беларусь) - 20 декабря 2016 A A+
«Творческий вечер Николая Серова в ЦДЛ»
После нашего мягкого, влажного воздуха, сонных полей за окном поезда, ранних предзимних сумерек, Москва встретила нас привычной картинкой бирюзово-голубых стен Белорусского вокзала – визитная карточка, задул морозный ветер, под ногами скользкий льдистый тротуар. Московское небо в конце ноября особенно холодное и бесстрастное, отчужденно смотрит на людские потоки, поглощаемые подземным метро. Люди, как муравьи, бегут, снуют, спешат,  но каждый человек гигантского мегаполиса знает в городе свои тропинки.
.
Отправились и мы в исторический центр на перекладных, на Большую Никитскую, в ЦДЛ. Тихая, по московским меркам узкая улица, лежит в стороне от центральной транспортной Садово-Кудринской. Для творческих людей «Центральный дом литераторов им. А.А. Фадеева, 1955 г., архитектор А.Е. Аркин» – легендарное место, здесь проводятся литературные, музыкальные вечера, международные фестивали, из дальних уголков собираются в столицу гости, ценители высокой словесности, литературы и поэзии.
Здесь 25 ноября в Малом зале состоялся творческий вечер поэта из белорусского города Гродно, нашего талантливого земляка и современника Николая Серова. Сам он не любит о себе рассказывать, но мне известно, что Николай Иванович по образованию чистый технарь. В его биографии довольно скупо написано: «Родился в Гродненском районе, семье учителя. Окончил с золотой медалью среднюю политехническую школу, в 1976. поступил в БГУ на научно-производственное отделение физфака, оттуда был призван в ряды СА, службу проходил на Севере. Работал, приобретал различные профессии на предприятиях Гродно и Москвы, С 1985г. по 1993г. учился в БГТУ (диплом с отличием) и аспирантуре, сдал кандидатские экзамены. Писать начал в раннем детстве, печатается с 2004 года».
Николай Серов пишет на русском языке, автор сборников «Синий сон» (2006), «Над озером белым», «Ночные дожди» (2008), «TRIOLETS» (2013). В последнее время увлечен твердыми формами западноевропейской лирики — триолетом, сонетом, требующими особого поэтического мастерства, кропотливой работы со словом. Первая   книга  «ВЕНЕЦ ПРИРОДЫ: XIV Венок венков сонетов»  – в 2016 году увидела свет.
.
Казалось бы, вся жизнь Серова не была напрямую связана с творчеством, техническое образование, карьера такая же – вырос на производстве до заместителя гендиректора крупного предприятия. Но если родился с душой поэта, то никакая карьера, должности не избавят от душевной маеты, она будет донимать по ночам, мучить стихотворными строками, стихи рождаются и просятся на бумагу.
Оказалось – в выборе друзей он человек осторожный, держит дистанцию, но когда сближается, делается искренним, откровенным, умеет доверять и дружить. Сокровенное у поэта – его поэтические строки. Есть у поэта одна особенность. Пишет только перьевой ручкой и чернилами, в минуты вдохновения это может быть бумажная салфетка, обрывок листка, тетрадь, блокнот.
Московская сторона предупредила нас, из-за пробок, что сильно усложняют городскую жизнь, москвичи постоянно опаздывают, поэтому пока Малый зал ЦДЛ  заполнялся гостями, на экране шла презентация документальных фильмов, посвященных творчеству поэта из Беларуси.
Открыла и профессионально провела творческий вечер организатор, московская журналистка Татьяна Драгныш. Музыкальное сопровождение откликнулся провести пианист Кирилл Кедук, наш земляк из Гродно, несмотря на  свой еще молодой возраст, он лауреат многих международных престижных конкурсов. Пианист прилетел в Москву из Гродно, где организовал уже третий фестиваль «TyzenHouse», участники –  музыканты с мировыми именами. В программе музыканта прозвучали, созвучно и органично вплетаясь в канву вечера, усилив его высокий настрой, мастерски исполненные произведения Ф. Шопена.
На творческий вечер пришли москвичи-белорусы, среди них писатель Алесь Кожедуб, издатель, писательница Галина  Турчина,  председатель союза писателей Республики Алтай Брунтай Бедюров, азербайджанский поэт Ахмед Абулов, доцент РУДН Огтай Гусейнов, поэт, главный редактор газеты «Азербайджанская диаспора» Алиш Авез, поэтесса-переводчик Ирина Василец, поэт Виктор Жеребин, поэтесса Таня Ткачева, перводчики Евгения Драгныш и Анастасия Кравчук и др. Прозвучали стихи Николая Серова в переводе на английский, китайский, азербайджанский языки. Московские телевизионщики подготовили полнометражный фильм о творческом вечере.
.
Недавно прочитала у одного современного русского прозаика такие слова: зачем такой жанр: встречи автора с читателем, зачем читателю автор, если есть книга. Действительно – зачем? Сегодня в книжных магазинах море книг, любых, удовлетворят разные темы и  запросы. К сожалению, поэзия стала уделом немногих, она по-настоящему ЭЛИТАРНОЕ ИСКУССТВО. Ценителей и любителей поэзии никогда не было много, поэтому всех, кто пришел на встречу с поэтом Николаем Серовым, можно отнести к элитарным читателям!
Новая книга «ВЕНЕЦ ПРИРОДЫ: XIV Венок венков сонетов» вышла в сентябре, получила книгу с дарственным автографом, предложила осенью провести творческий вечер. В Гродно литературные встречи обычно проводятся в областной библиотеке имени Е.Карского на улице Замковой, в Королевском новом замке. По легенде польский король Стефан Баторий был женат на старой и сварливой женщине, уезжал от нее поохотиться в лесах возле Гродно, здесь и заложил свой замок, что-то вроде охотничьего имения, где у него была любимая женщина, дочь местного лесника, и сын. Такая красивая легенда.
На мое предложение провести творческую встречу на улице Замковой, Серов посмотрел на меня долгим взглядом и сказал – надо подумать.
«Надо подумать» по Серову вылилось в творческий вечер в стенах знаменитого ЦДЛ. Это не только мекка литературной Москвы, но и ее сердце, душа, здесь стены хранят многие славные имена.
.
Некоторые выдержки из моего выступления.
Скажу, что мне нравится в поэзии Николая Серова, что ищу в его поэтическом творчестве. У каждого поэта есть свои любимые цвета, они делают слово сочным, разноцветным, живописным, видимым и осязаемым. У Серова есть свои приемы изобразительности, через колористику поэт усиливает художественные образы, через цветовую стихотворную палитру лучше распознается его внутренний мир. Его любимые цвета – лучезарные символы, к ним относятся малахитовый, багряный, пурпурный, золотой, дымчатый, медный, бронзовый, алый, сизый, бирюзовый, все оттенки синего…
Голубая медуница,/И цикорий голубой, /Новой голубой страницей/Неба свет над головой.
Повилика в бурьяннике диком/Расцвела синеглазым огнем.
Багряными, охряными  листами/Карминно выткет осень свой узор/И задымит прощальными кострами,/Окутав в дым окрестный кругозор.
.
Требовательность к себе.  Серова отличает исключительная тщательность в работе, и такой же взыскательный отбор изобразительных средств языка, его богатство, редкостная штучность, здесь надо обладать  врожденным чутьем на слово. И простотой. Поэт не боится простоты, к ней еще надо прийти в творчестве, а это большое испытание.
Величие и помпезность в стихах грозят живому слову, выхолащивается его сердцевина, горячее ядро застывает, приобретается опасная твердость, теряется подвижность и зыбкость. Исчезает простота, естество и тепло речи. Идет подмена искусственным пафосом, и тогда – стоп поэзия.
Таких живых, отзывчивых стихов, на которые откликаются люди, у Серова много, первое время он даже смущался, может, ему казались слишком простыми впечатления, которые вызывают у читателей его некоторые стихотворения. А мне кажется, что сочетание величия и простоты – доказательство  поэтического таланта.
Для примера приведу книгу «Синий сон» (стихи, Минск: Конфидо, 2006. – 256стр.), в нее вошли стихи, написанные еще в прошлом столетии. Казалось бы, все в прошлом, книга опубликована более 10 лет назад. Но нет, поэт терзается несовершенством своей строки и правит, правит, правит…
Что это за странное беспокойство? Оно одолевает, мучает, терзает его, книга превращена в истерзанное поле брани, на ее страницах поэт своей рукой рядит, свободно перемещает, вычеркивает, находит новые строфы и строки. Вечное несовершенство, желание укротить, придать поэтическому почерку более сильное звучание или мягкое выражение, не знаю. Природа творчества от нас сокрыта, таит в себе множество загадок, в данном случае некое авторское своеволие – творю все по своей воле.
.
В поэзии Серова  главные  темы: природа, человек, мир вокруг, стремление к внутренней гармонии. Есть и «свои» любимые – разговор с сыном, с ушедшими братом, отцом, воспоминания о прошлом, время, его тайна, река Лета, духовная лирика, служение поэзии, его величество Слово – поэтов путь, а когда все это звучит одновременно  – получается  замечательный гимн человеку и природе, творцам нашего бытия,  пространства и времени.
.
Особо остановлюсь на таких понятиях, как русскоязычность и русский язык. Такой разрыв наблюдается и у русскоязычных поэтов Беларуси. Трудно оставаться русским поэтом в засоренной языковой среде, у нас такое явление носит названии трасянки (форма смешанной речи, в которой часто чередуются белорусские и русские элементы и структуры). Проблем с чистотой русского языка много в литературной среде и самой России, не говоря уже о других землях. Литературный корневой язык вымывается не только иностранными словами, засильем газетной публицистики, но и утерей традиционной преемственности поколений, особенно грешат «русскоязычностью» молодые, и тащат все это сегодня  в свое творчество. Там нет роскоши русского языкового богатства, всех ее разноцветных переливов, тонкого перезвона и сокровенности чувств.
В своей статье «Будь выше склоки, выше лжи…», в заголовке приведены слова из стихотворения Серова «Творцу», уже писала: «Сегодня за формулировками «русскоязычный» часто прячется обычная беспомощность, примитивная однозначность, языковая бедность русскоязычных новаторов. У русскоязычных представителей большое желание искусственно «приукрасить» то, чего нет, провоцируя в белорусской литературной среде массовость русскоязычных поэтов. Отсутствие богатства языка, природы и естества порождает повсеместную  нищету, убогость стиля, некую бессловесную монотонность. Настоящим ценителям поэзии  читать и слушать такого рода попсу невыносимо для душевного здоровья».
Здесь Николаю Серову удается держать высокую планку, его обращение к поэтическим канонам прошлого – сонетам и  триолету – доказывает его осознанный выбор, трудности его не пугают, поэт осваивает его «железные каноны», как писал в «Венке сонетов» В.Солоухин. Трудная поэтическая форма классики сонета требует к себе бережного отношения, взыскует подлинного мастерства, соблюдения всех канонов, исключая  всякую самодеятельность,  только строгость и еще раз строгость.
.
О критике. Все люди творческие, особенно в литературе, желают быть оцененными, услышанными, хотят получить отзыв о своих книгах. Сегодня мы живем в такое сложное время, когда художественная критика как таковая – не продажная, профессиональная, доброжелательная – почти исчезла. Огромное число писателей остаются не замеченными не только читателями, но и критиками, литературоведами, филологами. Внимательное прочтение и осмысление произведений требует больших затрат времени, немалых усилий, чтобы вышел всесторонний критический анализ. Сразу скажу, Серов пишет в Беларуси на русском языке, а это уже изначально предполагает «незамеченность» малочисленным цехом критиков. Все было бы гораздо проще, если бы Серов писал на роднай мове.
.
Ученичество. Поэт Николай Серов идет своим путем, у него есть свои кумиры и учителя – Арсений Тарковский, Георгий Иванов, Николай Заболоцкий, представители классического стиля русской поэзии, и в этом ученичестве есть своя закономерность. В книгах Серова есть много посвящений своим учителям, он прекрасно осознает значимость и влияние их творчества на свою поэтическую судьбу. В ученичестве можно одновременно постигать себя, и оставаться для кого-то учителем.
Начинаешь читать эпиграфы к стихам Серова из Арсения Тарковского, обращаешься к поэзии великого русского поэта, идет естественное перекрестие и благодарное почитание, своеобразная перекличка времен и литературных школ. Под впечатлением мощного таланта рождаются натурфилософские стихи Николая Серова.
У Серова много отсылок к Арсению Тарковскому с обязательным эпиграфом «А. Т.», сердечна чуткость автора, соотнесение с чужим талантом, приростание собственной метафизикой, ее видением и пониманием. В предисловии «От автора» к книге «Над озером Белым» есть такие слова: «Арсений Александрович Тарковский – мой и ваш современник, поэт, впитавший в себя животворный концентрат Серебряного века русской поэзии двадцатого века, несомненно для меня, раскроет свой могучий гений в тысячелетии третьем. Мы же должны дорасти, дострадать до высокости этого Поэта, ибо он – снизойти не волен».
.
Нам недоступно отличить
Природы дар косноязычья,
Но для того и стоит жить,
Чтобы отыскивать различья.
И мысль, как смертная тоска
По неприступному редуту,
Стучит, как правда, у виска,
Торопит каждую минуту.
Ты воспитуй нас немотой,
Как губка, пасынки твои мы,
Когда в разгадке непростой,
За полшага к тебе, стоим мы. («Над озером белым»)
.
Николай Серов взялся за большой труд, издать в 2017 году к 110-летию Арсения Тарковского книгу стихов «Во имя отца и сына», проект посвящен памяти его духовного наставника.
На творческом вечере в ЦДЛ присутствовала дочь известного поэта и сестра кинорежиссера Андрея – Марина Арсеньевна Тарковская, писательница, переводчик. Она поблагодарила Николая Серова за память к поэтическому наследию ее отца, подарила свою книгу  «Теперь у нас новый адрес…Московские адреса Тарковских».
По этому поводу Марина Тарковская поделилась вот чем:
«Книжонка маленькая, мы объездили с ней те места, которые связаны с Тарковскими. Когда-то Василий Шукшин, он был однокурсником Андрея, сказал «Где же нам будут вешать мемориальные доски, у нас столько адресов, будут потом трудности у тех людей, которые захотят отметить нашу память».
Почему-то  Тарковских преследует бездомовье, и, может быть, это не случайно, потому что поэт по сути своей бродяжник, он ищет какого-то града небесного, богословские темы. Мы москвичи по линии мамы, мы строили кооператив, потом с мужем двадцать лет выплачивали деньги, потом расширились, приобрели какую-то квартирьёшку, такое и у мамы. Неумение, нежелание бороться, карабкаться было у Андрея. Когда папы не стало, нам позвонили, сказали, что в Белом зале будет прощание с А.Т., я сказала себе  - этого не будет никогда, с папой будут прощаться в Большом зале, где он выступал, бывал на вечерах друзей-поэтов… К сожалению, народа было мало».
.
Специально к творческому вечеру в Москве, в подарок для Марины Тарковской поэт привез из Гродно один экземпляр будущей книги, как он сам уверяет, над сборником еще придется поработать, что-то сократить, что-то добавить, но будущий вариант книги стихов «Во имя отца и сына» уже вырисовывается. Нам стоит только пожелать поэту из Гродно сил и здоровья его завершить.
.
Старожилы и организаторы презентации говорили, что в новейшие времена это первый пока и единственный творческий вечер поэта из Беларуси.
Под сводами Малого зала в тот вечер ЦДЛ два часа звучали стихи поэта Николая Серова. За долгие дни и ночные бессонницы их много скопилось в душе, часть уже напечатана на книжных страницах, написанное быстрой рукой на случайных листках, ждет будущих публикаций. Наконец, поэт смог щедро поделиться со слушателями своей радостью сердца, праздничным грузом, своим светом и чувствами. Не скупился, освобождался от творческого бремени, чтобы вскоре новые поэтические строки затопили до краев свободное место.
И как тут не вспомнить слова-напутствия поэта.
.
Пустые строки не пиши,
Когда они с душой в разладе,
И против правды не греши
Словечка красненького ради.
Будь выше склоки, выше лжи
И суетливость — не приемли,
Пространству, времени служи
И гласу внутреннему внемли.
.
…Мы возвращались из холодной Москвы, сегодня чаще равнодушной и малочувствительной к людям, их заботам и проблемам, чем хотелось бы. Привезла много радостных впечатлений, воспоминаний и сравнений из прошлой жизни, переполненная новыми историями, встречами с новыми людьми, разговорами, планами.
Далеко-далеко от нас осталась сдержанная отрешенность столицы, плотная людская тесность в метро, какая-то суетливая не расположенность друг к другу, отстраненность, чужая многоликость и многоголосие. Всего лишь взгляд со стороны. А когда первопристольная была доброй и отзывчивой – Москва слезам не верит, с характером да еще и каким, на том и стоит, и правильно делает. Если бы верила каждому чужаку, пришельцу, иногородцу и проходимцу, давно бы ее, величавую матушку, разнесли в пыль, разобрали по камешку.
Утренний Гродно обрадовал нас уютной пустынностью, непривычной тишиной – ни людей, ни машин. Возвращение домой всегда желанно и так сладостно долгожданно. Только у себя дома хорошо пишется, дышится, живется. Надо ненадолго уехать, чтобы оценить все сродство и кровность своей души с родной стороной.
После нашего мягкого, влажного воздуха, сонных полей за окном поезда, ранних предзимних сумерек, Москва встретила нас привычной картинкой бирюзово-голубых стен Белорусского вокзала – визитная карточка. Задул морозный ветер, под ногами скользкий льдистый тротуар. Московское небо в конце ноября особенно холодное и бесстрастное, отчужденно смотрит на людские потоки, поглощаемые подземным метро. Люди, как муравьи, бегут, снуют, спешат, но каждый человек гигантского мегаполиса знает в городе свои тропинки.
.
Отправились и мы в исторический центр на перекладных, на Большую Никитскую, в ЦДЛ. Тихая, по московским меркам узкая улица, лежит в стороне от центральной транспортной Садово-Кудринской. Для творческих людей «Центральный дом литераторов им. А.А. Фадеева, 1955 г., архитектор А.Е. Аркин» – легендарное место, здесь проводятся литературные, музыкальные вечера, международные фестивали, из дальних уголков собираются в столицу гости, ценители высокой словесности, литературы и поэзии.
Здесь 25 ноября в Малом зале состоялся творческий вечер поэта из белорусского города Гродно, нашего талантливого земляка и современника Николая Серова. Сам он не любит о себе рассказывать, но мне известно, что Николай Иванович по образованию чистый технарь. В его биографии довольно скупо написано: «Родился в Гродненском районе, семье учителя. Окончил с золотой медалью среднюю политехническую школу, в 1976. поступил в БГУ на научно-производственное отделение физфака, оттуда был призван в ряды СА, службу проходил на Севере. Работал, приобретал различные профессии на предприятиях Гродно и Москвы, С 1985г. по 1993г. учился в БГТУ (диплом с отличием) и аспирантуре, сдал кандидатские экзамены. Писать начал в раннем детстве, печатается с 2004 года».
Николай Серов пишет на русском языке, автор сборников «Синий сон» (2006), «Над озером белым», «Ночные дожди» (2008), «TRIOLETS» (2013). В последнее время увлечен твердыми формами западноевропейской лирики — триолетом, сонетом, требующими особого поэтического мастерства, кропотливой работы со словом. Первая   книга  «ВЕНЕЦ ПРИРОДЫ: XIV Венок венков сонетов»  – в 2016 году увидела свет.
Казалось бы, вся жизнь Серова не была напрямую связана с творчеством, техническое образование, карьера такая же – вырос на производстве до заместителя гендиректора крупного предприятия. Но если родился с душой поэта, то никакая карьера, должности не избавят от душевной маеты, она будет донимать по ночам, мучить стихотворными строками, стихи рождаются и просятся на бумагу.
Оказалось – в выборе друзей он человек осторожный, держит дистанцию, но когда сближается, делается искренним, откровенным, умеет доверять и дружить. Сокровенное у поэта – его поэтические строки. Есть у поэта одна особенность. Пишет только перьевой ручкой и чернилами, в минуты вдохновения это может быть бумажная салфетка, обрывок листка, тетрадь, блокнот.
Московская сторона предупредила нас, из-за пробок, что сильно усложняют городскую жизнь, москвичи постоянно опаздывают, поэтому пока Малый зал ЦДЛ  заполнялся гостями, на экране шла презентация документальных фильмов, посвященных творчеству поэта из Беларуси.
Открыла и профессионально провела творческий вечер организатор, московская журналистка Татьяна Драгныш. Музыкальное сопровождение откликнулся провести пианист Кирилл Кедук, наш земляк из Гродно, несмотря на  свой еще молодой возраст, он лауреат многих международных престижных конкурсов. Пианист прилетел в Москву из Гродно, где организовал уже третий фестиваль «TyzenHouse», участники –  музыканты с мировыми именами. В программе музыканта прозвучали, созвучно и органично вплетаясь в канву вечера, усилив его высокий настрой, мастерски исполненные произведения Ф. Шопена.
На творческий вечер пришли москвичи-белорусы, среди них писатель Алесь Кожедуб, издатель, писательница Галина  Турчина,  председатель союза писателей Республики Алтай Брунтай Бедюров, азербайджанский поэт Ахмед Абулов, доцент РУДН Огтай Гусейнов, поэт, главный редактор газеты «Азербайджанская диаспора» Алиш Авез, поэтесса-переводчик Ирина Василец, поэт Виктор Жеребин, поэтесса Таня Ткачева, переводчики Евгения Драгныш и Анастасия Кравчук и др. Прозвучали стихи Николая Серова в переводе на английский, китайский, азербайджанский языки. Московские телевизионщики подготовили полнометражный фильм о творческом вечере.
.
Недавно прочитала у одного современного русского прозаика такие слова: зачем такой жанр: встречи автора с читателем, зачем читателю автор, если есть книга. Действительно – зачем? Сегодня в книжных магазинах море книг, любых, удовлетворят разные темы и  запросы. К сожалению, поэзия стала уделом немногих, она по-настоящему ЭЛИТАРНОЕ ИСКУССТВО. Ценителей и любителей поэзии никогда не было много, поэтому всех, кто пришел на встречу с поэтом Николаем Серовым, можно отнести к элитарным читателям!
Новая книга «ВЕНЕЦ ПРИРОДЫ: XIV Венок венков сонетов» вышла в сентябре, получила книгу с дарственным автографом, предложила осенью провести творческий вечер. В Гродно литературные встречи обычно проводятся в областной библиотеке имени Е.Карского на улице Замковой, в Королевском новом замке. По легенде польский король Стефан Баторий был женат на старой и сварливой женщине, уезжал от нее поохотиться в лесах возле Гродно, здесь и заложил свой замок, что-то вроде охотничьего имения, где у него была любимая женщина, дочь местного лесника, и сын. Такая красивая легенда.
На мое предложение провести творческую встречу на улице Замковой, Серов посмотрел на меня долгим взглядом и сказал – надо подумать.
«Надо подумать» по Серову вылилось в творческий вечер в стенах знаменитого ЦДЛ. Это не только мекка литературной Москвы, но и ее сердце, душа, здесь стены хранят многие славные имена.
.
Некоторые выдержки из моего выступления.
Скажу, что мне нравится в поэзии Николая Серова, что ищу в его поэтическом творчестве. У каждого поэта есть свои любимые цвета, они делают слово сочным, разноцветным, живописным, видимым и осязаемым. У Серова есть свои приемы изобразительности, через колористику поэт усиливает художественные образы, через цветовую стихотворную палитру лучше распознается его внутренний мир. Его любимые цвета – лучезарные символы, к ним относятся малахитовый, багряный, пурпурный, золотой, дымчатый, медный, бронзовый, алый, сизый, бирюзовый, все оттенки синего…
Голубая медуница,/И цикорий голубой, /Новой голубой страницей/Неба свет над головой.
Повилика в бурьяннике диком/Расцвела синеглазым огнем.
Багряными, охряными  листами/Карминно выткет осень свой узор/И задымит прощальными кострами,/Окутав в дым окрестный кругозор.
.
Требовательность к себе.  Серова отличает исключительная тщательность в работе, и такой же взыскательный отбор изобразительных средств языка, его богатство, редкостная штучность, здесь надо обладать  врожденным чутьем на слово. И простотой. Поэт не боится простоты, к ней еще надо прийти в творчестве, а это большое испытание.
Величие и помпезность в стихах грозят живому слову, выхолащивается его сердцевина, горячее ядро застывает, приобретается опасная твердость, теряется подвижность и зыбкость. Исчезает простота, естество и тепло речи. Идет подмена искусственным пафосом, и тогда – стоп поэзия.
Таких живых, отзывчивых стихов, на которые откликаются люди, у Серова много, первое время он даже смущался, может, ему казались слишком простыми впечатления, которые вызывают у читателей его некоторые стихотворения. А мне кажется, что сочетание величия и простоты – доказательство  поэтического таланта.
Для примера приведу книгу «Синий сон» (стихи, Минск: Конфидо, 2006. – 256стр.), в нее вошли стихи, написанные еще в прошлом столетии. Казалось бы, все в прошлом, книга опубликована более 10 лет назад. Но нет, поэт терзается несовершенством своей строки и правит, правит, правит…
Что это за странное беспокойство? Оно одолевает, мучает, терзает его, книга превращена в истерзанное поле брани, на ее страницах поэт своей рукой рядит, свободно перемещает, вычеркивает, находит новые строфы и строки. Вечное несовершенство, желание укротить, придать поэтическому почерку более сильное звучание или мягкое выражение, не знаю. Природа творчества от нас сокрыта, таит в себе множество загадок, в данном случае некое авторское своеволие – творю все по своей воле.
.
В поэзии Серова  главные  темы: природа, человек, мир вокруг, стремление к внутренней гармонии. Есть и «свои» любимые – разговор с сыном, с ушедшими братом, отцом, воспоминания о прошлом, время, его тайна, река Лета, духовная лирика, служение поэзии, его величество Слово – поэтов путь, а когда все это звучит одновременно  – получается  замечательный гимн человеку и природе, творцам нашего бытия,  пространства и времени.
.
Особо остановлюсь на таких понятиях, как русскоязычность и русский язык. Такой разрыв наблюдается и у русскоязычных поэтов Беларуси. Трудно оставаться русским поэтом в засоренной языковой среде, у нас такое явление носит названии трасянки (форма смешанной речи, в которой часто чередуются белорусские и русские элементы и структуры). Проблем с чистотой русского языка много в литературной среде и самой России, не говоря уже о других землях. Литературный корневой язык вымывается не только иностранными словами, засильем газетной публицистики, но и утерей традиционной преемственности поколений, особенно грешат «русскоязычностью» молодые, и тащат все это сегодня  в свое творчество. Там нет роскоши русского языкового богатства, всех ее разноцветных переливов, тонкого перезвона и сокровенности чувств.
В своей статье «Будь выше склоки, выше лжи…», в заголовке приведены слова из стихотворения Серова «Творцу», уже писала: «Сегодня за формулировками «русскоязычный» часто прячется обычная беспомощность, примитивная однозначность, языковая бедность русскоязычных новаторов. У русскоязычных представителей большое желание искусственно «приукрасить» то, чего нет, провоцируя в белорусской литературной среде массовость русскоязычных поэтов. Отсутствие богатства языка, природы и естества порождает повсеместную  нищету, убогость стиля, некую бессловесную монотонность. Настоящим ценителям поэзии  читать и слушать такого рода попсу невыносимо для душевного здоровья».
Здесь Николаю Серову удается держать высокую планку, его обращение к поэтическим канонам прошлого – сонетам и  триолету – доказывает его осознанный выбор, трудности его не пугают, поэт осваивает его «железные каноны», как писал в «Венке сонетов» В.Солоухин. Трудная поэтическая форма классики сонета требует к себе бережного отношения, взыскует подлинного мастерства, соблюдения всех канонов, исключая  всякую самодеятельность,  только строгость и еще раз строгость.
.
О критике. Все люди творческие, особенно в литературе, желают быть оцененными, услышанными, хотят получить отзыв о своих книгах. Сегодня мы живем в такое сложное время, когда художественная критика как таковая – не продажная, профессиональная, доброжелательная – почти исчезла. Огромное число писателей остаются не замеченными не только читателями, но и критиками, литературоведами, филологами. Внимательное прочтение и осмысление произведений требует больших затрат времени, немалых усилий, чтобы вышел всесторонний критический анализ. Сразу скажу, Серов пишет в Беларуси на русском языке, а это уже изначально предполагает «незамеченность» малочисленным цехом критиков. Все было бы гораздо проще, если бы Серов писал на роднай мове.
.
Ученичество. Поэт Николай Серов идет своим путем, у него есть свои кумиры и учителя – Арсений Тарковский, Георгий Иванов, Николай Заболоцкий, представители классического стиля русской поэзии, и в этом ученичестве есть своя закономерность. В книгах Серова есть много посвящений своим учителям, он прекрасно осознает значимость и влияние их творчества на свою поэтическую судьбу. В ученичестве можно одновременно постигать себя, и оставаться для кого-то учителем.
Начинаешь читать эпиграфы к стихам Серова из Арсения Тарковского, обращаешься к поэзии великого русского поэта, идет естественное перекрестие и благодарное почитание, своеобразная перекличка времен и литературных школ. Под впечатлением мощного таланта рождаются натурфилософские стихи Николая Серова.
У Серова много отсылок к Арсению Тарковскому с обязательным эпиграфом «А. Т.», сердечна чуткость автора, соотнесение с чужим талантом, приростание собственной метафизикой, ее видением и пониманием. В предисловии «От автора» к книге «Над озером Белым» есть такие слова: «Арсений Александрович Тарковский – мой и ваш современник, поэт, впитавший в себя животворный концентрат Серебряного века русской поэзии двадцатого века, несомненно для меня, раскроет свой могучий гений в тысячелетии третьем. Мы же должны дорасти, дострадать до высокости этого Поэта, ибо он – снизойти не волен».
.
Нам недоступно отличить
Природы дар косноязычья,
Но для того и стоит жить,
Чтобы отыскивать различья.
И мысль, как смертная тоска
По неприступному редуту,
Стучит, как правда, у виска,
Торопит каждую минуту.
Ты воспитуй нас немотой,
Как губка, пасынки твои мы,
Когда в разгадке непростой,
За полшага к тебе, стоим мы. («Над озером белым»)
.
Николай Серов взялся за большой труд, издать в 2017 году к 110-летию Арсения Тарковского книгу стихов «Во имя отца и сына», проект посвящен памяти его духовного наставника.
На творческом вечере в ЦДЛ присутствовала дочь известного поэта и сестра кинорежиссера Андрея – Марина Арсеньевна Тарковская, писательница, переводчик. Она поблагодарила Николая Серова за память к поэтическому наследию ее отца, подарила свою книгу  «Теперь у нас новый адрес…Московские адреса Тарковских».
По этому поводу Марина Тарковская поделилась вот чем:
«Книжонка маленькая, мы объездили с ней те места, которые связаны с Тарковскими. Когда-то Василий Шукшин, он был однокурсником Андрея, сказал «Где же нам будут вешать мемориальные доски, у нас столько адресов, будут потом трудности у тех людей, которые захотят отметить нашу память».
Почему-то  Тарковских преследует бездомовье, и, может быть, это не случайно, потому что поэт по сути своей бродяжник, он ищет какого-то града небесного, богословские темы. Мы москвичи по линии мамы, мы строили кооператив, потом с мужем двадцать лет выплачивали деньги, потом расширились, приобрели какую-то квартирьёшку, такое и у мамы. Неумение, нежелание бороться, карабкаться было у Андрея. Когда папы не стало, нам позвонили, сказали, что в Белом зале будет прощание с А.Т., я сказала себе  - этого не будет никогда, с папой будут прощаться в Большом зале, где он выступал, бывал на вечерах друзей-поэтов… К сожалению, народа было мало».
.
Специально к творческому вечеру в Москве, в подарок для Марины Тарковской поэт привез из Гродно один экземпляр будущей книги, как он сам уверяет, над сборником еще придется поработать, что-то сократить, что-то добавить, но будущий вариант книги стихов «Во имя отца и сына» уже вырисовывается. Нам стоит только пожелать поэту из Гродно сил и здоровья его завершить.
.
Старожилы и организаторы презентации говорили, что в новейшие времена это первый пока и единственный творческий вечер поэта из Беларуси.
Под сводами Малого зала в тот вечер ЦДЛ два часа звучали стихи поэта Николая Серова. За долгие дни и ночные бессонницы их много скопилось в душе, часть уже напечатана на книжных страницах, написанное быстрой рукой на случайных листках, ждет будущих публикаций. Наконец, поэт смог щедро поделиться со слушателями своей радостью сердца, праздничным грузом, своим светом и чувствами. Не скупился, освобождался от творческого бремени, чтобы вскоре новые поэтические строки затопили до краев свободное место.
И как тут не вспомнить слова-напутствия поэта.
.
Пустые строки не пиши,
Когда они с душой в разладе,
И против правды не греши
Словечка красненького ради.
Будь выше склоки, выше лжи
И суетливость — не приемли,
Пространству, времени служи
И гласу внутреннему внемли.
.
…Мы возвращались из холодной Москвы, сегодня чаще равнодушной и малочувствительной к людям, их заботам и проблемам, чем хотелось бы. Привезла много радостных впечатлений, воспоминаний и сравнений из прошлой жизни, переполненная новыми историями, встречами с новыми людьми, разговорами, планами.
Далеко-далеко от нас осталась сдержанная отрешенность столицы, теснота в метро, какая-то суетливая нерасположенность друг к другу, отстраненность, чужая многоликость и многоголосие. Всего лишь взгляд со стороны. А когда Первопрестольная была доброй и отзывчивой – Москва слезам не верит, с характером да еще и каким, на том и стоит, и правильно делает. Если бы верила каждому чужаку, пришельцу, иногородцу и проходимцу, давно бы ее, величавую матушку, разнесли в пыль, разобрали по камешку.
Утренний Гродно обрадовал нас уютной пустынностью, непривычной тишиной – ни людей, ни машин. Возвращение домой всегда желанно и так сладостно долгожданно. Только у себя дома хорошо пишется, дышится, живется. Надо ненадолго уехать, чтобы оценить все сродство и кровность своей души с родной стороной.
.
Изображение: фото Ю. Казаковой.
Раздел