Русский вектор. Философическая записка о стране спасения

557 2 Олег МОНОМАХ (Украина) - 23 октября 2017 A A+

Замес истории в ХХI веке складывается так, что благонамеренному человечеству, тяготеющему к жизни по совести, по Божиим заветам, кажется, не на что больше (на Земле) надеяться, кроме как на русский народ, на жизнестойкость русского государства. Сами русские люди (даже шире: люди со святорусским мирочувствованием) порой сознают это лишь на безотчётном уровне: ощущение правоты русской истории – в крови, но понимание смыслов размыты, цели государства не определены, православно-консервативно-государственнический нарратив, как многие понимают, не сформулирован.

Мы должны прояснить многие; что есть «Русская весна», для чего Крым и Новороссия… Для чего соблазны то гей-парадами, то омерзительными блокбастерами. Так и до слова «русский» доберутся, как на Евроукраине, и до слова «христианин» – как пытаются на Западе.

 

***

В древних сказаниях, былинах – россыпи выражений «святорусский» и «Святая Русь». Как в золоте отчеканил митрополит Иоанн (Снычёв): «Спасение души – смысл жизни человеческой. Этой главной цели подчиняется, в идеале, вся народная жизнь. Русь не потому “святая”, что живут на ней сплошные праведники, а потому, что стремление к святости, к сердечной чистоте и духовному совершенству составляет главное содержание и оправдание её существования». 

Философ Вл. С. Соловьёв (за 33 года до Октябрьской революции, в 1884-м), размышляя о народном идеале и предназначении России, в известном Открытом письме Аксакову, замечает: «Святая Русь требует святого дела». 
Подразумевалось и совершенно справедливо, что святое дело Руси может быть только «общеполезным вселенским делом», не мелочным, но имеющим планетарное значение. Всякая идея иного уровня будет как тот заячий тулупчик, расползётся по швам.

Иван Бунин через 40 лет, в 1924 году в Париже произнёс речь «Миссия русской эмиграции». И в ней, уже после катастрофы, обрушившей империю русских царей, мы видим проявление русского мессианского мирочувствования: «… мы некий грозный знак миру и посильные борцы за вечные, божественные основы человеческого существования, ныне не только в России, но и всюду пошатнувшиеся». 

Человеческое существование, спасение человечества – вот русская забота.

 

***

О русском мессианстве, о том, что у России свой путь, что она не «не как все», писали многие. Немецкий философ (со святорусским сознанием) Вальтер Шубарт в книге «Европа и Душа Востока» (1938) говорит: «Мессианское жизнеощущение русских восходит к XVI столетию (речь о идее «Москва – Третий Рим») <…> Мессианской является русская национальная идея от Священного Союза Александра I – до большевистской пропаганды освобождения мирового пролетариата. Меняются формы её проявления, но для острого взгляда очевидна её неизменная сущность».

В чём же её сущность? Хотел открыть это и И.Р. Шафаревич. В своей книге «Русофобия», опровергая миф о «рабской душе», он замечает: «Утверждение, что идея «Третьего Рима» и революционная марксистская идеология XX века составляют единую традицию, принадлежит Бердяеву, которого, по-видимому, особенно пленило созвучие Третьего Рима с Третьим Интернационалом. Но ни он, ни кто-либо другой не пытался объяснить, каким образом эта концепция передавалась в течение 400 лет…». Концепция действительно никак не свидетельствует о «рабстве души», но Шубарт говорит об ином, его ответ о «неизменной сущности» лежит в иной плоскости: «Это – мессианский ход мыслей».

 

***

Впервые всемирность русского мирочувствования была выражена в 1492 году митрополитом Зосимой Брадатым в «Изложение Пасхалии на осьмую тысящу лет…». То был год страшный, кризисный – 7000-й год от сотворения мира, когда ожидался да не свершился конец света. Даже вычисления даты Пасхи на 1493 год уже не было. Флорентийская уния 1439 года («достижение» экуменизма XV в.) и последовавшая вскоре гибель Византии (1453) воспринимались православным сознанием как напоминание о приближении конца. Митрополит Зосима обосновал продолжение истории тем, что Москва стала «новым градом Константина» («последний стал первым» в череде христианских столиц, вслед за Римом и Константинополем). 

На основе мысли о Москве как новом граде Константина в 1522-1523 годы и явилась чеканная формула: «Москва – Третий Рим», которую вывел старец Филофей Псковский. «Все христианские царства пришли к концу и сошлись в едином царстве нашего государя, согласно пророческим книгам… ибо два Рима пали, а третий стоит, а четвертому не бывать». Сразу скажем, что это пророчество ничем не опровергнуто, несмотря на все горести Руси в ХХ веке.
Действительно, если справедливо говорить о могуществе и обширности сменявших друг друга хищнических империй в XVI–XXI вв. – Испании, Великобритании, США, употребляя выражение «над Империей никогда не заходит Солнце», то с не меньшим основанием можно заметить, что над миром никогда не затихала и не затихает – ни днём, ни под звёздами – молитва святой Руси. Духовный кризис ХХ века взрывной волной распространил православную веру из России по всем континентам – вместе с эмигрантами, создававшими в зарубежье церковные общины, храмы, монастыри. 

В свой час Москва как духовный центр мира вновь стала явью. Сбылось пророчество другого Соловьёва – преподобного Алексия Зосимовского (в миру Фёдор Алексеевич Соловьёв). Иеромонах Серафим (Роуз) передаёт нам о нём: «Старец Алексий Зосимовский, находясь в Чудовом монастыре при выборах Патриарха (1917), слышал, как люди плакали, и кто-то громко воскликнул: "Пропала, значит, наша Россия, пропала Русь Святая!" И вдруг громким голосом он спрашивает: "Кто это тут говорит, пропала Россия, что погибла? Нет, нет, она не пропала, не погибла и не погибнет, не пропадет, но надо через великие испытания очиститься от греха русскому народу. Надо молиться, горячо каяться. Россия не пропадет, и не погибла она»…

 

***

Ожидания философа Соловьёва не оправдались. Православный интеллектуал либерального толка, он создал изящную умственную конструкцию, став очередным идеологом экуменизма. «Святое дело» Руси он видел в «примирении» православия и католичества, когда «православие и католичество не будут исключать друг друга». 

Возможно, одним из благ революции 1917 года было то, что экуменистическая фантазия Соловьёва в ХХ веке не реализовалась. ХХI век со всей резкостью сфокусировал наш взгляд на теме экуменизма, показал, что никак нельзя «оставаясь православным, быть вместе с тем католиком». Дело не только в догматических расхождениях, дело в последствиях, порождённых древними европейскими ересями, которые перерастали в новые. 

Вместо экуменистического проекта в России был осуществлён проект коммунистической революции. Однако и в нём речь шла о братстве народов. Христиан в проекте заменили пролетариями, которым «нечего терять». Под знаменем идеи коммунизма достигли многого, но на рубеже 80-90-х всё рухнуло стремительно…

 

***

После взлёта – падение. Заметим, после духовного подвига 1492 года духовное падение было явлено буквально на персональном уровне. Митрополиту Зосиме словно бы отмстили некие сущности, «столкнув его копытами в ересь и грех». Макарий (Булгаков) говорит о нём: «Зосима был самый недостойный из всех Русских первосвятителей и единственный между ними не только еретик, но и вероотступник». Зосима был смещён буквально через два года. Ересь – обличена; великий князь Иван III в итоге встал на сторону борцов с «ересью жидовствующих», принеся покаяние, что не прислушивался к мнению духовенства, держал в правящей верхушке еретиков. 

Плоды массового вероотступничества в XVIII-XIX веках и государственного отступничества в феврале 1917-го мы и поныне расхлёбываем, полагая, что и сейчас, как 500 лет назад, высшая светская власть открыто встанет на сторону борцов с современной «ересью жидовствующих».

 

***

Примечательно в высшей мере, что в упомянутом послании старца Филофея (о Третьем Риме) содержится рассуждение о пагубности содомитского греха. В ХХI веке тема вновь оказалась актуальной. Старец Филофей, высказав замечание, что «старого Рима церковь пала по неверию ереси», пишет Василию III о грехе содомии: «… Так пойми, благочестивый царь, что пророк не мертвым, уже погибшим содомлянам такое говорил, но живым, творящим злые дела. <...> Бог сотворил человека и семя в нем для рождения детей, а мы сами свое семя убиваем и отдаем в жертву дьяволу. И мерзость такая преумножилась не только среди мирян, но и средь прочих, о коих я умолчу, но читающий да разумеет». 

Через 500 лет мировой гей-парад с триумфом шагает по планете, желая легализоваться и на просторах Руси. Вот уже и в Сербии (в сентябре 2017-го) власти Белграда влились в пёстрые ряды гей-парада, пропагандируя содомию, став «как все на демократическом Западе». Перед тем мы слышали, как Папа римский летом 2016 говорил, что католики «должны извиниться не только перед геями». Вероятно, и перед теми, кто относит себя к третьему, четвёртому, пятому и т.д. полу, кому не дозволялось создать «семью» со скотами и прочее. Он сказал «не только». Похоже, готов извиниться за тех, кто выступал против эвтаназии, легализации наркотиков, «узаконенной» проституции, «гонений на сатанизм»…

Знаете, если бы после февраля 1917-го  осуществился экуменистический проект (что при обезбоженных либералах Временного правительства вполне могло быть) и не наступил бы Октябрь, Русь в ХХ веке точно бы духовно погибла, став Богу не интересной. Проект «объединения церквей» был зарублен, разъединённость сохранилась. Заложено в древности было. 

Владимир Креститель (в Х веке) неспроста прогнал латинян, послов Папы: «Идите, откуда пришли, ибо и отцы наши не приняли этого». Отцы – и не обязательно язычники – прогнали римского епископа, не исключено, узнав об эпохе «плутократии» в Риме. На Руси и своего блуда хватало. Чистоты и святости русская душа хотела. Это и поныне в крови. 

Вальтер Шубарт показывает разделённость Востока и Запада, существующую на глубинном уровне: «Грек чувствует мир органически, римлянин стре¬мится к механизации... Греческий полис и римскую империю нельзя привести к одному знаменателю… Римляне, в отличие от греков, не создали никакой философии: даже философствуя, они остаются юристами… Мы унижаем греков, называя их предшественниками римлян… Противоположность между римской и греческой сущностями – фактор первостепенного значения в мировой культуре. Он разделил Римскую империю, а затем и христианскую Церковь на две части, каждую со своей собственной судьбой. Этот фактор действует и сегодня в антитезе России и Европы…»

Как и в XXI веке – словно во исполнение слов Христа: «Думаете ли вы, что Я пришел дать мир земле? Нет, говорю вам, но разделение» (Лк.12, 51). 

Гниющее должно быть отсечено.

 

***

Один из идеологов либеральной доктрины философ Григорий Померанц, размышляя о предназначении Израиля, писал: «Даже Израиль я хотел бы видеть не чисто еврейским государством, а убежищем для каждого “перемещенного лица”, для каждого человека, потерявшего родину, центром вселенской международной диаспоры (которая растет и ширится). Если у еврейского народа, после трех тысяч лет истории, есть некоторая роль, то скорее в этом, а не в том, чтобы просто выжить и быть как все».

Это умозаключение советского атеиста, как мы понимаем, не вполне в иудейской традиции. Израиль после Второй мировой войны создавался не для людей «без корней», но именно для тех, кто видел в Палестине Землю Обетованную, где обретут силу многие из заповедей иудаизма, не исполняющиеся вне её. 

Слово «мессианство» происходит от еврейского «машиах» –  «помазанник»; на древнегреческом –  «христос». Иудеи, как известно, не признали и не признают Христа Спасителем мира, несмотря на предсказания пророков о Нём. Они ожидают прихода Машиаха, который даст им власть над миром. В понимании православных – они ожидают антихриста, который воцарится на время, до Второго пришествия Христа. Удерживающая сила – святая Русь, которая есть не просто народный идеал, а неизменная матрица, и такой ей оставаться до скончания века. Так понимает историю русский человек. Так понимают ход истории люди со святорусским образом мышления, вне зависимости от этнического происхождения. 

Место для людей «без корней» не Израиль – Америка. Идею американской мечты в «Эпосе Америки» обозначил Джеймс Адамс. Это мечта «о стране, где жизнь каждого человека будет лучше, богаче и полнее, где у каждого будет возможность получить то, чего он заслуживает». На обывательском уровне это мечта о стране «где каждый может внезапно разбогатеть», мечта о неисчерпаемых возможностях потребителя. Немудрёная мечта в свой час преобразилась в идею о мировом господстве, о новом миропорядке, в хищнически-потребительскую идею. Вожди Америки теперь след в след топают за Карлом XII, Наполеоном, Адольфом… Кто не слышит лязга гусениц у границ Руси, кто не видит блеска снайперских прицелов пушек на самолётах и кораблях, кто не чувствует свежего запаха ракетного топлива, заправляемого в крылатые ракеты НАТО?.. Прежде у нас бывало: после Нарвы – Полтава, после пожара в Москве – Березина, после катастрофы 1941-го – Сталинград и беспощадно-красивый флаг над Берлином. Шведы, очнувшись от русских полей, сочинили себе гимн, в котором есть слова «Здесь, на Севере, хочу я жить и умереть». Слово «Березина» у французов до сих пор синоним катастрофы и апокалипсиса. У немцев такое слово – «Сталинград». Вопрос к нынешнему поколению: какая из тенденций победит – Нарва (тяжёлое поражение русских в 1700) или Полтава (блистательная победа русских войск в 1709)? 

Первые шаги после Беловежского сговора – это Приднестровье, это Русская весна, Крым, Новороссия… После духовного подъёма не обрушиться бы нам! 

Если Америка – страна для потерявших родину и поддавшаяся искусу владеть миром, то Русь, раскинувшаяся меж трёх океанов, для тех, кто в святой Руси нашёл свою духовную Родину. Не для того хищного Запада, который видит здесь «мировую бензоколонку» или «холодильник», забитый «консервами» с полезными ископаемыми.

 

***

Первые шаги, ведущие по лестнице к осознанию Отечества как мирового духовного центра делались и до Филофея. В литературе XV века нескольких великих князей – Димитрия Донского, Бориса Тверского, Василия II, Ивана III –  сравнивали с римским императором Константином Великим, основавшим христианскую державу. Но лишь при Василии III (сын Ивана III) было сказано: «Так пусть знает твоя державность, благочестивый царь, что все православные царства христианской веры сошлись в едином твоем царстве…» Так по законам гармонии живёт и развивается музыка.

Понимание святой Руси как русского государственного идеала начало складываться много прежде, во всяком случае «Поучение» Владимира Мономаха дает основание так думать. Великий князь дал ответы на все вызовы времени – собрал русские земли, ликвидировал и разогнал внешних врагов, примирил и усмирил внутренних противников. 

Нам говорит Мономах в своём Поучении: «А вот вам и основа всему: страх Божий имейте превыше всего».

 

***

Что из всего этого следует? Что дальше?

Вальтер Шубарт: «Россия не стремится ни к завоеванию Запада, ни к обогащению за его счет, она хочет его спасти (написано в преддверии Второй мировой войны, но мысль Шубарта глубже. – О.М.). Русская душа ощущает себя наиболее счастливой в состоянии самоотдачи и жертвенности. Она стремится ко всеобщей целостности, к живому воплощению идеи о всечеловечности…» 

Православный философ Геннадий Шаманов (2013): «… Такой спасительной идеей мне представляется мысль о русском народе как наиболее пригодном для созидания нового типа цивилизации, для закладки её фундамента. Которым может стать поначалу союз Российских народов, а затем и более обширный союз (или просто сообщество) всех благонамеренных народов Земли, осознавших хищный характер Запада и необходимость цивилизации нового типа, ещё небывалой в истории». 

Теперь мы знаем, для чего «Русская весна», Крым, первая попытка Новороссии. Во имя чего жертвы и тяготы, которых со временем станет больше. Это наш исторический код.

Теперь мы знаем, зачем им гей-парады и «европейская Украина». Это их исторический код. 

Заведомая ложь о том, что они на «светлой» стороне истории, должна быть разоблачена. Их «свет» – той же природы, что и у люцифера (с латыни – «светоносный»). Это вовсе не свет Истины. Они не стесняются лгать, осуществляя чудовищные замыслы, будь то «демократизация Сербии», «Арабская весна» или «Европейская Украина».

Стоит прямо сказать о Западе как о пространстве, в котором с изящной улыбкой торжествует тёмная сила, кристаллизуя вокруг себя духовный мрак. Ветры тянут густой этот мрак на святую Русь. Но мы знаем, что ныне лежит на весах. По большому счёту либо ты со святой Русью, либо ты нацелен на неё вместе с американскими «томагавками» и гей-парадами. Осознав это – и Украину вернём в пространство корневой Руси. После катастроф Русь не развеивалась аки дым, она неизменно восставала из пепла.