Борьба с абортами – а хватит ли средств?

135 0 Юрий НОСОВСКИЙ - 24 января 2018 A A+

То, что демографическая ситуация в России далека от идеала – известно давно. Конечно, наш статистический показатель в 1,77 ребенка на одну женщину детородного возраста – это получше, чем в богатых, но, увы, очень малодетных странах «золотого миллиарда», вроде Германии или Японии, где этот показатель часто опускается даже ниже 1,4. К сожалению, научные прогнозы неумолимы – для хотя бы стабилизации численности народонаселения вышеупомянутый коэффициент должен составлять хотя бы 2,02 ребенка. Иначе - неизбежное вымирание, бОльшими или меньшими темпами.
Конечно же, среди факторов, могущих поспособствовать увеличению рождаемости, традиционно рассматривается и снижение числа абортов. Их в России тоже все еще делается немало – хотя, надо отметить, что число это с каждым годом снижается. Так, по данным https://ria.ru/society/20170130/1486782757.html министра здравоохранения Вероники Скворцовой, только за 2016 год этих операций было проведено на 13% (96,3 тысячи) ниже, чем в предыдущем году (848 тысяч) http://ru.wikipedia.org/wiki/Аборты_в_России То есть, в 2016 году прерыванием закончилось около 750 тысяч беременностей, при том, что родилось за тот же период 1,888 тысяч детишек. https://ria.ru/society/20170130/1486782757.html Практически столько же, сколько и в 1990, последнем относительно благополучном году умирающего СССР. Когда абортов было сделано 4 млн 103 тысячи – ужасающая цифра.  
Казалось бы, есть повод для радости – российская демография выправляется. Увы, ситуация здесь не столь однозначна. Рекордными по рождаемости (1 млн 940 тысяч детей) были 2014 и 2015 годы. А потом начался спад. Который в 2017 году оценивается в довольно внушительную цифру в 11%. Вот и получается, что хоть аборты и снизились на 13%, но при сопоставимом показателе снижения рождаемости демографическое улучшение произошло, так сказать, «на уровне статистической ошибки».
Как видно, российские семьи за годы после распада СССР просто все больше следуют европейской практике – где число искусственных прерываний беременности минимально. Но достигается это за счет пресловутого «планирования семьи» – широкого использования контрацептивов. Ну а «побочным эффектом» такого «планирования» является одновременное снижение и рождаемости тоже – что и привело к упоминавшимся выше «зияющим высотам» западной демографии.

Бороться с абортами: кнутом и пряником.

И все же, несколько сот тысяч абортов, на первый взгляд – это потенциально такое же количество могущих родиться детей. Не стопроцентно, правда – такие операции нередко делаются и по медицинским показаниям, для спасения жизни матери, но все же. Потому время от времени и звучат призывы что-нибудь предпринять в этой сфере.
Самыми радикальными, конечно, являются предложения запретить аборты полностью – кроме упоминавшихся медицинских показаний, конечно. Исходят они чаще всего от религиозных организаций, в первую очередь от самой влиятельной в России РПЦ – которые рассматривают аборт как однозначное убийство нерожденных детей. Менее радикальными являются проекты вывести оплату таких операций из системы ОМС – то есть, сделать их платными, как, например, в очередной раз озвученный главой Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского патриархата Владимир Легойдой.  https://ria.ru/religion/20171214/1510978532.html
Правда, дальше призывов дело обычно не идет – в мире уже накоплен богатый отрицательный опыт последствий такого радикализма, в виде «криминальных абортов» с большим риском для жизни женщин, «абортного туризма» и т.п. 
Впрочем, священноначалие выступает и с более взвешенными предложениями на этот счет. Так, патриарх Всея Руси Кирилл, по время посещения одного из церковных детских учреждений заявил, что РПЦ готова взять на себя обеспечение и воспитание детей женщин, отказавшихся прерывать беременность, но не имеющих возможности оставить ребенка себе. http://tass.ru/obschestvo/3253931
"У Церкви должен быть механизм поддержки женщин: должны быть вот такие дома, как этот, может быть, и побольше, где мы могли бы дать приют тем женщинам, кому деваться некуда или кого мы отговорили делать аборт, РПЦ должна предоставлять жилье и защиту", - сказал Патриарх Кирилл. 
Далее он сделал акцент на том, что такая поддержка должна радикально отличаться от действующего механизма в государственных учреждениях, где оставление ребенка в роддоме сопровождается отказом матери от родительских прав. 
"Если все-таки невозможно взять ребенка с собой, мы должны оставлять его у себя. Но это должно быть не усыновление, не лишение родительских прав, - сказал патриарх. - Мы должны ей говорить: ты остаешься мамой, ты можешь сюда приходить, ты можешь встречаться со своим ребенком, более того, ты можешь в любой момент забрать его с собой и увезти, но только оставьте его живым, а мы поможем его вырастить, воспитать". 

Подсчитали – прослезились?

Что ж, сама по себе задумка хорошая. Увы, и здесь таится немало «подводных камней». Для начала – как минимум, по состоянию на 2013 год число детских домов в составе РПЦ составляло 90 штук – с проживающими в них полутора тысячами детей. https://foma.ru/vladimir-legojda-novyie-xramyi-ne-pustuyut-a-obshhinyi-voznikayut-pryamo-na-glazax.html  Давайте представим себе на секундочку, что по мановению волшебной палочки ежегодно тысяч 600 беременных женщин, пока что делающих аборты, вдруг откажется от своих планов – и решат родить, а затем «временно» отдать своих детей на воспитание в церковные детские учреждения. А еще лучше – попросятся туда жить сами, для лучшей заботы и воспитания о любимых крошках.
Между тем, расходы на содержание одного ребенка в государственных детдомах, по словам бывшего детского омбудсмена Павла Астахова, составляют около миллиона рублей в год! https://www.crimea.kp.ru/daily/26088.4/2989294/ Да, в принципе сам же Астахов признавал, что эта цифра очень завышена – за счет запредельно раздутых штатов многих таких учреждений, а, скажем, «детские дома семейного типа» успешно обходятся суммами на порядок меньше. https://rg.ru/2013/02/08/astahov.html
И все же, для финансирования воспитания абсолютно всех детей, которые появятся на свет после полного отказа россиянок от абортов, потребуются суммы, исчисляемые десятками, а то и сотнями миллиардов рублей в год. И это ж только для заботы собственно о детях, а гуманная, без иронии, инициатива Патриарха, предусматривает еще и заботу об их матерях…   
То, что необходимых средств в церковном бюджете на данные цели не будет никогда – однозначно. Но это еще полбеды. Хуже, что, скорее всего, при таком уровне потенциальных «детских» расходов окажется несостоятельным и бюджет государственный. Вообще, сейчас в России в детских домах, интернатах и других заведениях подобного типа воспитывается 54 тысячи детей, еще 400 тысяч – в приемных семьях. https://www.kommersant.ru/doc/3414174 Это число, заметим, образовалось за достаточно длительный период – а не за один год. А ежегодное количество «немедицинских» абортов – превышает полмиллиона…

Одними деньгами рождаемость не поднять.

Между тем, именно духовенство и могло бы внести решающий вклад в решение проблем российской демографии. Только не «точечной» благотворительной помощью, способной помочь от силы проценту нуждающихся (хотя, разумеется, такая помощь тоже нужна) – а влиянием на духовно-нравственное состояние общества. Ведь в той же Германии и денег, и жилья, и немалой социальной помощи нуждающимся хватает – а вот матерями немки хотят становиться все меньше и меньше.
Зато почему-то довольно бедные в материальном плане жительницы преимущественно мусульманских республик Северного Кавказа заводят по несколько детишек – а, скажем, жительницы российских мегаполисов, куда побогаче, чаще ограничиваются одним ребеночком «для души». Да и то, нередко в уже ну очень зрелом возрасте, благодаря процедурам ЭКО  – ведь сначала ж надо получить престижное образование, работу, купить машину, жилье, пожить в свое удовольствие…
Да, воцерковленные православные христианки, как правило, аборты не делают – и детей обычно заводят побольше одного. Только ж таких «воцерковленных», по данным соцопросов, от силы всего несколько процентов – от общего количества «захожан», забегающих в храмы посвятить воду/куличи пару раз в год. https://www.pravda.ru/faith/religions/25-10-2012/1132326-believe-0/ Причем, добрая треть из них вообще не верит в базисные положения православного вероучения. 
Может, Церкви стоило бы призывать не к запретам абортов для «внешних» методами государственного принуждения – а прилагать больше усилий для «воцерковления» формальных «православных, составляющих 90% населения России» – тогда проблема и прерывания беременности, и отказа от многодетных семей решилась бы сама собой?    

Грех – или подвиг?

А взять до сих пор так удовлетворительно и не решенное на богословском уровне противоречие между признанием священным права на жизнь любого нерожденного ребенка – и, мягко говоря, осуждением многих способов зачатия таких детей? Имеется в виду утверждение греховности добрачных и внебрачных интимных связей, да даже и бытующее де-факто среди многих рядовых верующих и священников представление о том, что «невенчанный брак – это блуд». 
Собственно, сваливать всю вину только на батюшек несправедливо. Немалая часть даже атеистически настроенных среднестатистических родителей тоже без особой радости (чтобы не сказать – с осуждением) отнесется к «залету» пусть даже и любимой дочери, если за внеплановой беременностью не маячит перспектива скорой свадьбы. 
Ну так стоит ли удивляться, что многие несчастные девчонки идут на аборт не только из-за того, что им негде жить и нечем будет кормить будущего ребеночка – а потому, что с такими бытующими в обществе настроениями «мать-одиночка» рискует превратиться в «парию» до конца жизни? Опять же, многие ли мужчины, даже и из православных семей, захотят взять в жены женщину с чужим ребенком? И аборт в этом случае видится решением всех таких проблем. Правда, потом грозят уже проблемы другие, медицинские – вплоть до бесплодия, ну так они же развиваются не во всех случаях, отчего бы и не рискнуть? 
И потом, каждый человек стремиться к счастью. Другое дело, что понимание счастья у каждого может быть разное, не обязательно заключающее в материальном благополучии – жертвенность, героизм тоже для многих привлекательны. Но если женщина сама не чувствует заботы, любви со стороны родных, общества, церковной общины за свою материнскую миссию из-за ее «греховности» – как ей поверить в том, что у ее будущего ребенка со всем этим будет благополучнее? Оттого и возникает соблазн не выводить его в мир, избавляя тем самым не только от жизни, но и от страданий…

 ***

Подводя итоги, приходится признать не очень радостные вещи. Ни Церковь, ни государство, несмотря на высказываемые благие намерения максимально искоренить аборты с параллельным увеличением рождаемости, просто не готовы к реальному решению столь сложной задачи. Максимум, что получится (и уже получается – см. начало статьи) – это «чистое» снижение абортивных операций, но лишь за счет «культуры планирования семьи», грубо говоря «борьбы с залетами». А для серьезных успехов на этом поприще необходима куда более фундаментальная подготовка – в общественной, финансовой, духовной сфере. 
В противном случае, если вдруг, паче чаяния, в России будет дополнительно появляться несколько сот тысяч детишек, спасенных от абортов (но не от причин, вынуждающих их матерей отказываться, пусть даже и временно, от материнства) нам придется вспомнить грустную поговорку: «Прежде чем загадать желание – подумай, а вдруг оно сбудется?»