«Я – прочитанная книга…»

Хэллоуин

Фредди Крюгер в дверь постучал 
Острым ногтем.
Джейсон Вурхиз плечами пожал: 
–Мол, я ни при чем!
Майкл Майерс мне говорит
(Лет так семь или восемь на вид):
–Трикер трит – Твой счётчик 
Включён!
И пошла по дворам малышня
Взад - вперёд,
Только мысль все гложет меня
Не уйдёт:
В той далекой, забытой стране,
Где так мало годков было мне,
Как бы я напугал в эту ночь 
Народ?
Я оделся бы как Вий 
(Кащей? Бармалей?) 
Уж не помню, кто был страшней
Для нас,  
Для детей.
Может Чертом оделся бы я,
Но одобрит ли это семья?
Да и кто, скажите, взаправду боится Чертей?
Ну открыл бы нам пьяный сосед
И как?
–Кроме водки сладостей нет – скажет –
Голяк!
Или выскочит дворник Ефим,
Да устроит всем Хэллуин:
По башке настучит и тем, и другим,
Просто так.
Чем позднее час, тем громче крики 
Детей.
Кое-кто по второму кругу пошёл –
Злодей!
Ну а я у порога стою,
Да им сладости раздаю,
Да мечтаю, чтоб вечер прошёл
Поскорей!

 

Книга Любви скучна и бесконечна…
The Book of Love is long and boring
(Peter Gabriel)

Когда придётся собирать осколки
И рассказать истории свои
Я их поставлю в ряд на книжной полке
Две главных книги: Жизни и Любви.
В Книгу Любви заглядываю редко, 
Она однообразна и скучна,
Лежит в углу как брошенная ветка
И не волнуют память имена...
В ней письма, фотографии и даты,
Обрывки старых песен, аниме.
Есть клятвы те, что я давал когда-то.
А есть и клятвы, что давались мне.
В ней много иллюстраций и инструкций,
И даже есть засохшие цветы,
Фрагменты из каких-то репродукций,
Но я люблю когда читаешь ты.
И только с полки ты ее достанешь,
Откроешь в середине, наугад,
Начнёшь читать пока вдруг не устанешь,
А я уже как тот ребёнок рад
Когда ты водишь пальцем по страницам
И загибаешь старые листы:
Я вижу как ожили чьи-то лица 
И как проснулись старые мечты!
Книга Любви скучна и бесконечна,
Она написана давным давно.
Все то что было, пусть и скоротечно,
Она хранит как древнее вино.
И хочется всю жизнь начать сначала
Чтоб слышать голос и слова твои,
И все что ты когда-то мне читала
Звучит как будто Книга о Любви.

 

***

Я - прочитанная книга 
И тяжелый переплёт.
Сжатый рот. 
В кармане фига
И слегка торчит живот.
Родился в шестидесятых, 
Двадцать лет после войны: 
Патриоты, демократы
И Отечества сыны
Для меня как марсиане –
Я живу сам по себе.
Для меня вопрос не встанет:
С кем быть в классовой борьбе?
Я не шёл на баррикады,
Белый дом не защищал.
Я не знаю слова: «Надо»,
Знаю слово: «Задолбал».
Подросли и вышли дети,
Жизнь для них не есть борьба.
И за них я не в ответе,
Как и, впрочем, за себя.
Иногда бывает грустно – 
Дым Отчизны мне не мил,
Я не прожил жизнь как русский,
Хоть по-русски говорил.

 

***

Как можно устать от любви?
Её ты своей назови,
На лавочке посреди двора
Часа так в четыре утра,
Хотя расставаться пора.
Но шепчешь на ушко слова
Простые как все дважды два.
Как можно устать от любви?
Слова вспоминаю твои,
Когда на работу иду,
Но вечера радостно жду:
Где спрячу, там и найду. 
И занят опять телефон,
Да свадьбы отчётливей звон.
Как можно устать от любви?
Настойка из слез на крови,
Бессонных, тревожных ночей,
Микстур, поликлиник, врачей,
Игрушек, футбольных мячей,
Надежд, чтобы все хорошо,
И криков что Папа пришёл.
Как можно устать от любви?
Не думай, а просто живи:
Они улетят из гнезда,
Затем, чтоб экспресс-поезда 
Умчали их ночью куда-
Нибудь вдаль, а потом
Останется фотоальбом.
…Устанешь ли ты от любви?
Не бойся, не плачь, не зови
когда в одиночество врос 
смешной и понятливый пёс
совать будет мокрый свой нос
в минуты и годы твои,
как можно устать от любви?

 

***

Не надо слов и 
Не надо песен:
Я ей сегодня 
Неинтересен. 
Я для неё лишь 
Пятно в тумане,
Остатки чая
В пустом стакане. 
Пиджак английский 
И нрав весёлый,
Но перед ней я
Как будто голый.
Не просто голый,
А безобразный:
Какой-то квёлый и
Несуразный.
Чего ни скажешь – 
Она не рада,
Как будто в лужу 
С разбега сяду.
Мои желания, 
Мои стремления – 
Не напечатанное 
стихотворение.
Не долетела
Стрела Амура.
Она прекрасна!
Хотя и дура.
Просто красивая
Мещанка. 
В лесу осеннем
Гриб - поганка.
Не оценила 
Как я чудесен…
Не надо слов и
Не надо песен.

 

***

Хоть я родом вышел из плебейских,
Но к тычкам чувствителен, однако:
Мне вцепился в руку полицейский 
И за спину гнёт её, собака.
Я насилья с детства не приемлю,
Ну за что, скажите, в самом деле,
Просто так воткнули рожей в землю?
И следы оставили на теле?
Я всегда в ладах бывал с законом:
Не стрелял, не убивал, не грабил.
Пока в час, назначенный ОМОНом,
Стал, вдруг, исключением из правил.
Даже если б в шайке я носился,
По ночам пальто снимал с прохожих,
Никогда бы сам не напросился,
Чтоб вот так вот, запросто, по роже.
Я из будущего не делал тайны,
Жил спокойно и не торопился,
Пока как-то вечером, случайно,
Вниз, за сигаретами, спустился...

 

***

Мы отсутствие благ компенсируем сильною волей,
Мы храним свое тело от присутствия лишних жиров.
Мы еще не смирились с присущей нам бедною долей,
И надеемся выжить в лучшем из этих миров.
Мы почти виртуозы вязанья, шитья или стирки,
Мы умеем носить три зимы одну пару сапог. 
И хотя на одежде порой появляются дырки
Это только одна из текущих и важных забот.
«Нищета не порок!» - утешаем себя вдохновенно,
«По одежке встречают», - гласит прописная мораль.
И за долгие годы наживем мы добра непременно,
Мы себя не жалеем, и других нам тоже не жаль.

 

***

Общий враг объединил страну
Раздавить его стремятся все.
Объявив священную войну,
Мы близки к задуманной мечте
Мы сейчас сильны как никогда,
Праведным огнем глаза горят.
И меня растопчет без следа
Человек – товарищ мой и брат…

 

11 сентября

ярость угнанного самолета
уступает ярости пилота
считанные краткие мгновения 
длятся как часы до столкновенья
общий вес летающего «гроба»
много меньше веса небоскреба
словно камень рухнувшего вниз
черный дым над городом повис
вдавленного в кресло пассажира
не волнует отношение мира
с ужасом прильнувшего к экранам 
в ожидании нового тарана
замер я охваченный кошмаром
а из окон опаленных жаром
с высоты орлиного полета
мимо бесполезных вертолетов
выбросился с криком человек
так начался двадцать первый век.

 

***

Одиночество Эмиграции.
Иммиграция в Одиночество.
Я еще не сошел на станции,
А уже мне чего-то хочется.
И еще не сказавши главного
Я хочу попросить прощения
У того что было славного,
Но за гранями возвращения.
Позабыв свое имя-отчество
Лишь махну на прощанье гавани,
Уплывая в свое одиночество
Как корабль в дальнее плавание.

 

***

У поэта не хватает солнца
Чтоб с людьми нормально говорить.
Не заметишь сам, как вдруг прервется
Размышлений скомканная нить.
У поэта есть свои причины
Прекращать ненужный разговор
По словам он бродит как по минам,
Он их разряжает как сапер.
У поэта скверные манеры
Он живет по собственным часам.
Обитает в разных стратосферах
Слишком доверяя своим снам.
А из долгой нити размышлений 
Скомканной в клубок глухих обид,
Разочарований и сомнений
В тишине вдруг чисто прозвучит
Та заветная, родная строчка,
Что так долго в муках он искал,
Распустившись долгожданной почкой
На корявом дереве стиха.
Побираясь где и как придется,
Не любя, не веря, не щадя
У поэта не хватает солнца
Но зато в излишестве – дождя.

Раздел