Как выводили войска

584 0 Николай СТАРОДЫМОВ - 15 февраля 2018 A A+

На наших соотечественников в 80-90-х годах выпала целая череда войн большего или меньшего масштаба. Отечество (что СССР, что современная Россия) не слишком обременило себя заботой о людях, которые по его приказу прошли «горячие точки», разбросанные по всему Земному шару. Это две аксиомы – утверждения, которые настолько очевидны, что не нуждаются в доказательстве.
Итак, 15 февраля 1989 года последние подразделения советских войск покинули территорию Афганистана. Правда, сегодня известно, что «за речкой» остались еще наши военнослужащие – пограничники, советники, некоторые подразделения, помогавшие руководству страны защищать завоевания Саурской революции (будем оперировать терминами тех лет). И все же именно 15 февраля осталось в истории как символ окончания той войны. Да и не только той – всех локальных войн, в которых участвовали советские и российские граждане. 
Из года в год по страницам наших СМИ кочуют снимки, сделанные Вячеславом Киселевым и другими фотографами, которые запечатлели момент, когда по термезскому мосту прошла последняя колонна советских войск – под знаменами, с транспарантами, на которых сидели солдаты и офицеры с букетами цветов, с орденами и медалями… На других фото – улыбающиеся лица встречающих, плакаты и букеты… Ура!
Все это так, все это правильно, все это было, никаких постановочных фотосессий! 

И все же это не вся правда о тех памятных днях. За кадром остались проблемы, с которыми столкнулись военнослужащие и встречавшие их родные, прибывшие на эти торжества.
Автору этих строк довелось в те февральские дни оказаться в Кушке, где выходили последние части 5-й гвардейской мотострелковой дивизии. Следует особо подчеркнуть, что погода преподнесла тогда такой отвратительный сюрприз, который невозможно было даже представить. В этом районе снег – величайшая редкость. И тут он решил вдруг наверстать упущенное за много лет. Колонна разведывательного батальона должна была пройти по мосту через речушку Кушка ровно в 10 часов. И ровно за пятнадцать минут до этого момента с неба повалил крупный мокрый снег. Тяжелые слипшиеся комки  слегка промороженной воды, которые язык не поворачивается назвать нежным словом «снежинка», вьюжились под порывами не слишком сильного, но ощутимого студеного ветерка, плотно залепливая объективы теле- и кинокамер, фотоаппаратов. Потому их никогда и не показывают, кадры из Кушки, что там за снежной пеленой ничего не видно. И закончился снег тотчас по окончании митинга. Редкостная пакость, которую смогла преподнести погода солдатам, которые задолго до того готовились к этому торжественному моменту!
Пакость-то пакость! Да только оказалось, что этот погодный катаклизм оказался своеобразным символом того, с чем придется столкнуться интернационалистам на Родине!

Как известно, вывод войск из Афганистана проходил в течение девяти месяцев. (Так хотелось бы, чтобы этот священный для человека срок привел к рождению на советской земле эпохи мира и благоденствия!) Части и подразделения выходили на территорию Туркменистана, размещались в полевом лагере, где и проходило их расформирование. Кушка – небольшой городок, составлявший единое целое с гарнизоном, со всех сторон плотно стиснут невысокими предгорьями. Именно там, в зимней южной глинистой слякоти, и размещались выводимые войска. Цветы и торжественная встреча достались только последним колоннам – на долю остальных их не выпало.
Подготовка к выводу началась в Туркменистане загодя. 4 февраля в Ашхабаде начальник политотдела спецчастей гарнизона подполковник Владимир Наталич провел совещание. О готовности к наплыву транзитных военных докладывали: комендант железнодорожного участка подполковник Виталий Жохов, представитель службы ВОСО на воздушных трассах майор Александр Нестёркин, комендант гарнизона подполковник Геннадий Пятин, начальник военторга подполковник Анатолий Сидоренко… Вывод был однозначен: к встрече интернационалистов готовы! 
Как оказалось, гладко было на бумаге…
Как уже говорилось, Кушка – городок небольшой. Соответственно, резервов для размещения и обеспечения минимальным комфортом большого числа приезжих там было не так уж много. А тут еще извечные трения местных властей и командования гарнизона… Местные власти обладали властью административной, хотя и достаточно фиктивной. Военный гарнизон являлся главной составляющей города, своеобразной градообразующей структурой.

Основной материальный и финансовый поток вливался сюда именно через военных. Плюс к этому город-гарнизон был приграничным, режимным, соответственно, армейскому руководству приходилось оглядываться на руководство пограничное. Такой вот клубок. 
И кому, скажите на милость, в этих условиях  брать на себя основную нагрузку по приему выводимых войск? Правильно: некому!
Местные власти заняли позицию, которую выразил председатель горисполкома Сахи Гульмурадов:
- Выводить – выводим. Встречать – встречаем. А остальное – дело военных.
С этого размежевания все и пошло! Какого вопроса ни коснись, оказывалось, что он продуман не до конца. Или вовсе о нем никто не думал!
Итак, в небольшой городок-гарнизон прибывает немалый воинский контингент, по числу людей сопоставимый с населением Кушки. Перво-наперво, им нужно питаться. Для солдат поставили палатки-столовые. (К слову, нужно отдать должное и командованию, и местным властям: солдат этих подразделений кормили неплохо, обеспечивали в том числе и фруктами-овощами). А где поесть офицерам? Планировалось, что офицеры будут питаться в солдатской столовой – с них даже по этой причине удержали «пайковые». Ага, как же, разбежались!.. Приехавшие из Афганистана при деньгах, они хотели и могли себе позволить обедать в ресторане! Однако ресторанов в Кушке не было, вместо них имелось единственное кафе с названием, которое еще в царские времена дал некий юморист – «Арктика». Плюс офицерская столовая, построенная из расчета реального числа «ртов».  Понятно, что не хватало всего – столов, стульев, рабочих рук обслуживающего персонала. В результате в очереди, чтобы поесть, приходилось стоять от получаса и больше. 
Чтобы хоть как-то смягчить ситуацию, начальник военторга гарнизона капитан Алексей Федотов ввел систему комплексных обедов, а также вышел с ходатайством о введении очередности посещения столовой… На деле же его усилия свелись в основном к выделению нескольких столов для представителей вышестоящих штабов. И вряд ли можно было винить персонально этого офицера, коль ситуация не была продумана в целом. 
Проблемы были с водой – все же юга, пусть и зимние! То есть руки помыть перед едой – проблема! И это для людей, приученных Афганом к соблюдению гигиены – приученных не засиженными мухами пожелтевшими плакатами, а перенесенными гепатитом и тифом. Помыться после долгого марша по горам и пустыне в бане – тоже проблема. А ведь в Афгане между частями и подразделениями развернулось целое негласное соревнование на лучшую баню!.. По вопросу помывки личного состава в Кушке разгорелся небольшой, но все же конфликт между тремя тыловыми службами – военторга, КЭЧ и медиками. Разгорелся, да так и затух, постепенно, по мере того, как военнослужащие покидали гарнизон. 

А ведь предпосылки для очень тяжких последствий пренебрежений требованиями гигиены были! Позволю себе остановиться на этом моменте подробнее. 
Как-то в пятницу, не то 3-го, не то 10-го февраля того далекого уже 1989 года в местный госпиталь обратился с жалобой на плохое самочувствие солдат. Дежурный врач осмотрел его и поставил диагноз «ТПЗ,  ОРЗ?». ОРЗ – это понятно всем. А вот ТПЗ означает «тифозно-паратифозное заболевание» - по-простому брюшной тиф. Вопросительный знак означает то, что симптомы у заболевшего солдата соответствовали обоим заболеваниям. Туркменистан – в эпидемиологическом отношении регион опасный. Однако в госпитале своего инфекциониста не было, потому анализы делали в местной больнице. А там в связи с наступающими выходными соответствующего специалиста уже не оказалось… Короче говоря, решение проблемы решили оставить на понедельник. Не поставив в известность командование части, в котором служил солдат.
Об этом факте случайно узнали прибывшие в гарнизон на период вывода эпидемиологи из Ташкента. Они-то и забили тревогу – при столь высокой концентрации войск на небольшой территории единичное заболевание тифом могло легко превратиться в эпидемию.  В результате разбирательства выяснилось, что прихворнувший солдат работает… водовозом! 
Благо, страшный диагноз не подтвердился. А если бы, не дай бог, и в самом деле тиф проник в столовую! Сколько людей – местных, транзитных, приезжих – оказались под угрозой заражения! К счастью, обошлось!
К слову, о приезжих. Кушка – был город закрытый. То есть въезд посторонним сюда был запрещен. Соответственно, и на церемонию вывода попасть сюда могли далеко не все желающие. Сколько скандалов пришлось выдержать билетным кассирам, военным комендантам станций, пограничникам, которые вынуждены были препятствовать проезду желающих в Кушку! Казалось бы, ату их, черствых чинуш в погонах и бюрократов, которые не  шли навстречу матерям и женам, стремившимся на встречу с возвращающимися с войны близкими! Но, как оказалось, не так уж они были неправы, кассиры и коменданты, когда не допустили превышения более чем ограниченных возможностей Кушки обеспечить столь могучую волну приезжих. 
Впрочем, как то нередко бывает, ограничения касались в основном законопослушных граждан. Потому что в Кушку пробралось немало людей. Речь в данном случае идет не о тех, кто приехал официально, по приглашению, для участия в торжествах. Были здесь, в частности, делегации из Львова, Днепропетровска… Для них, естественно, были приготовлены места ночлега, пусть и не слишком комфортабельные, но были! Тем же, кто приехал по частным приглашениям,  зачастую приткнуться было некуда. Единственная гостиница оказалась переполненной, поговаривали, правда, что в нее можно было вселиться, если дать «на лапу», но такие разговоры идут всегда и везде, где появляется понятие «дефицит». Под временное проживание можно было приспособить некоторые временно пустующие здания, но этим никто не озаботился. 
- Из Афгана люди едут с деньгами, захотят – найдут где жить, - откровенно высказался представитель местных властей на совещании. 
Вообще желающих вытянуть из кошельков приезжих побольше денег находилось немало. 
На период прохода через Кушку потока выводимых войск здесь ввели «сухой закон». Вернее, попытались ввести. Потому что местные власти пошли по привычному пути: изъяли спиртное из официальной продажи и бодро отчитались перед вышестоящими инстанциями. В результате цены на горячительные напитки взлетели до небес – напомним, что из Афгана люди ехали при деньгах. Поскольку на вечерах отдыха, которые проходили в гарнизонном клубе, контроль бы пожестче, желающие «оттянуться» переместились на дискотеку в клуб железнодорожников, где за деньги можно было   добыть все. В том числе и «жриц любви», которых в Советском Союзе не было как класса, однако которых немало правдами и неправдами оказалось в тот период в городке. 

…Да, торжества были. И радость возвращающихся, и счастье встречающих. И надежда на будущий мир – без войны. 
Это сегодня мы знаем, что тот далекий день 15 февраля 1989 года был последним, когда все мы, воины могучей державы, стояли в едином строю. Уже на следующий день ветераны войны, которую сегодня называют детонатором развала СССР, разъехались по городам и весям страны, оказавшись по разные стороны нарождающихся границ – географических, политических, моральных… Начиналась другая страница истории. Но мы тогда об этом еще не знали.