Запад мечтает о финно-угорском национализме

Заинтересованность соответствующих зарубежных структур социально-политическими процессами в окраинных регионах России (Северный Кавказ, Калининградская обл.и т.д.) уже давно стала обыденным фактом. Оно и понятно. В приграничных областях легче раздуть сепаратистские настроения и, в случае чего, оказать им помощь из-за границы. Но территории в глубине России тоже не остаются без экспертного внимания Запада.

С некоторых пор объектом усиленной пропагандисткой обработки стало население финно-угорских республик России – мордва, удмурты, марийцы. И здесь вскрываются некоторые закономерности.

Первое. Обработка  ведётся комплексная, и не ограничивается финно-угорским элементом, охватывая соседствующие с финно-уграми тюркские народы Поволжья – татар, башкир и чувашей. Западные пропагандисты стараются взрастить среди российских финно-угров протестные настроения и скрестить их с  идеей создания независимого Идель-Урала. 

Чтобы такое образование было жизнеспособным, его надо присовокупить к территории, богатой полезными ископаемыми и обладающей развитой промышленностью. Татарстан и Башкирия подходят для этого более всего, потому что в Татарстане сохраняется прослойка националистически настроенной интеллигенции, периодически впадающей в радикальный раж, призывая Казань потребовать от Москвы больше автономных прав. А Башкирия отделена от Средней Азии (Казахстана) узкой полоской земли (Оренбургской областью). 

Все знают, что такое внешняя геополитика, когда государство выстраивает свои границы с учётом взаимоотношений с соседними государствами. Но есть ещё и внутрення геополитика, когда государство создаёт на своей территории национально-административные единицы (губернии, республики, провинции, области) с учётом возможных центробежных и центростремительных тенденций. 

Из не очень дружественных к России уст звучали предложения ликвидировать Оренбургскую область, как административную единицу, поделить её территорию между Татарстаном, Башкирией и Самарской областью, чтобы получить общую границу тюркской и мусульманской Башкирии и с тюркским и мусульманским Казахстаном. 

Для Запада это было бы заделом на будущее. Им уже давно ведётся работа по дестабилизации Средней Азии (потому и с «Талибаном» США и НАТО в Афганистане воюют так вяло), и экспортировать террористов и их идеологию через общую границу Казахстана и Башкирии, под лозунгом тюркско-мусульманского джихада, было бы легче. 

Автор позволит высказать теоретическую мысль, что наличие национальных республик – не самый лучший способ административного устройства огромной территории Российской Федерации. СССР распадался как раз вдоль границ национальных республик. Не лучше ли вместо республик создать области и краи, обеспечив одновременно населению этих республик возможности изучения и сохранения родной культуры и языка? Не лучше ли вместо поволжских республик иметь, например, один большой Поволжский край, присоединив к нему другие области – Самарскую, Ульяновскую или часть Пермского края? 

Второе. Финно-угорские республики Поволжья нужны Западу в этой игре потому, что являются чуть ли не околицей Большой Москвы. От Москвы до Саранска – всего 650 км. В Поволжье сосредоточены конструкторские мощности российского ВПК (тот же концерн «Калашников») и прочие экономические активы. Поволжье отделяет центральную Россию от Урала и Сибири, и парад независимостей здесь был бы лучшим геополитическим подарком Западу. Это было бы похлеще победы США в холодной войне. 

Третье. Западные и прозападные агитаторы стараются ловко использовать статус-кво, сложившийся в республиках Поволжья. Мордва, например, это бинарный народ, сложившийся из двух этносов – эрзя и мокша. У каждого свой язык, и в Мордовии изучаются оба. Среди этнографов и филологов нет единого мнения о том, одним ли народом являются мокша и эрзя, или все же разными. 

Вместо того, чтобы оставить решать этот культурологический вопрос учёным, местные радикально настроенные интеллигенты принялись его политизировать. Дескать, эрзя и мокша – разные народы с разной историей, насильно соединённые в один народ, мордву, коварной Москвой. Сторонники подобных взглядов утверждают, будто мокша притесняет эрзю и т.д. 

Четвёртое. Главный упор западной пропагандой делается не на национальный, а на региональный контекст. Речь не о борьбе татар против Москвы, чувашей против Москвы, башкир против Москвы, а о экономических и исторических несправедливостях, которыми будто бы только и насыщена история отношений Москвы с провинциями. 

Западу надо, чтобы от России откалывались целые куски в виде экономических регионов с развитой промышленностью. Иначе они их самостийное плавание не будет долговечным. Они должны держаться на плаву, выполняя роль конфликтных очагов по периметру российских границ. Богатыми в полном смысле слова они быть не в состоянии, ибо невозможно разбогатеть на разрыве кооперационных связей с остальной Россией. Но Западу это как раз и нужно. Главная функция таких региональных самостийников – продержаться на плаву, а не превращаться во второй Сингапур.

Пятое. Идея самостийного Идель-Урала стала визитной карточкой радио «Свобода». Не случайно в России признали его иностранным агентом. Вы представляете, чтобы на США вещала радиостанция, подстрекающая к антиамерикански выступлениям население Техаса, Невады или Нью-Мексико? Или чтобы в Великобритании кто-то вещал северным ирландцам о необходимости добывать свободу от Лондона? Такому вещанию американские и британские спецслужбы положили бы конец очень быстро и решительно.   

У нас же радио «Свобода» продолжает убеждать чувашей, марийцев, татар и башкир, будто все зло в этом мире – из-за Москвы, нещадно уничтожавшей чувашскую, татарскую, марийскую и т.д.интеллигенцию по национальному признаку. Особое внимания «Свобода» уделяет попыткам националистов Поволжья создать свои самостийные огороды на развалинах Российской империи в 1917-1919 гг. На Западе надеются, что неудачный сценарий 1917-1919 гг.когда-нибудь все же удастся реализовать.