Цитадель мужества

745 0 Николай СТАРОДЫМОВ - 23 июня 2018 A A+

Если я неправ, пусть кто-нибудь меня поправит. Но только другого сражения, подобного обороне Брестской крепости в 1941 году, история не знает. А потому этот мемориал у слияния рек Буг и Мухавец должен стать единым всечеловеческим памятником мужеству и любви к Родине простого солдата, защитника Отечества.

Еще не так давно могучая цитадель к середине ХХ века свое оборонное значение практически утратила. Как бы ни сильны были ее двухметровой толщины стены, противостоять современным видам вооружения они не могли. По сути, на момент начала войны это был просто военный городок, пусть и размещенный на территории крепости. Накануне нападения гитлеровцев гарнизон составляли 3,5 тысячи военнослужащих. Причем, это не была единая военная структура, здесь дислоцировалось много разрозненных подразделений разных частей, включая военных музыкантов и конвойную команду войск НКВД. Здесь же проживало примерно 300 семей военнослужащих. 
22 июня, «ровно в четыре часа» на спящую крепость обрушилась лавина огня и раскаленного металла. На этом пятачке границы наступала гитлеровская 45-я пехотная дивизия (17 тысяч человек, командир генерал-майор Фриц Шлипер), которую поддерживали две танковых дивизии группы генерал-полковника Хайнца Вильгельма Гудериана, а также артиллерия и авиация. Использовались здесь и сверхмощные артиллерийские системы – 600- и 211-мм штурмовые мортиры, многоствольные реактивные минометы. Превосходство противника по численности было десятикратное, а о каком-то соотношении сил в тяжелом вооружении не приходится вести речь – его у красноармейцев попросту не было! 
Генерал Гудериан впоследствии признался, что считал артподготовку вообще ненужной, что спящих людей можно было брать голыми руками. Кто знает?.. Быть может, группа умелых диверсантов и в самом деле смогла бы «сработать» здесь с большим успехом, чем артиллерийские залпы… Впрочем, это уже из разряда допущений и предположений.
Историческая легенда гласит, что якобы 45-я дивизия была любимой дивизией Гитлера. Вроде как она формировалась исключительно из земляков фюрера. И по этой самой причине именно ей поручили (доверили!) начать войну на самом прямом направлении на Москву. 

Захватить крепость и город планировалось к 12 часам дня. Да только гладко было на бумаге – позабыли про овраги. Неучтенным оккупантами фактором стала невероятная для их представления стойкость советских солдат. Именно Брестская крепость первой показала гитлеровцам, что легкой прогулки по просторам Советского Союза у них не получится. Наглядный пример: 45-я дивизия вермахта только за первые сутки штурма крепости потеряла убитыми солдат и офицеров в два раза больше, чем на всю польскую кампанию. 

…Крепость мгновенно оказалась полностью блокированной. Более того, даже сообщить командованию о происходившем она не могла! Накануне на пограничную железнодорожную станцию прибыл товарный эшелон, в вагонах которого затаились диверсанты – ночью они покинули укрытие и приступили к захвату города, перерезали провода, лишив оборонявшихся связи. 
Оборону крепости возглавили майор Петр Гаврилов, капитан Иван Зубачёв и полковой комиссар Ефим Фомин. Гримасы судьбы: накануне войны на 27 июня назначили слушание персонального дела Гаврилова за распространение им слухов о скором нападении фашистов… 
У защитников не хватало продуктов, боеприпасов, медикаментов. В цитадели, окруженной реками и рвами, не было даже воды – каждую ночь защитники ползком пробирались к освещаемому ракетами и пламенем пожаров берегу, чтобы наполнить фляжки, и каждая такая вылазка становилась подвигом! Горстка бойцов засела в бывших конюшнях. Чтобы добыть воду, они начали копать колодец. Добрались до воды, однако пить ее было невозможно, она оказалась насыщенной многолетними лошадиными испражнениями. 
Защитников бомбили, обстреливали артиллерией, жгли огнеметами… А они стояли! Целый месяц стояли, оттягивая на себя значительные силы вермахта, не давая им возможности устремиться дальше на восток. Погибли почти все, оставив выцарапанные штыком на стене облетевшие весь мир слова: «Умираю, но не сдаюсь. Прощай, Родина! 20.11.41». 
К слову, эти слова были выцарапаны на стене помещения, где располагался личный состав 132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД. Бойцы тюрьмы, располагавшейся на территории крепости, вместе с красноармейцами и пограничниками приняли участие в отражении агрессии. 
В это трудно поверить, но о героической обороне Брестской крепости в Москве ничего не знали. Об этом подвиге стране стало известно лишь в 1944 году, когда Красная армия вышла на Государственную границу СССР.  Вернее, даже не так – страна и тогда ничего не узнала. Чтобы об этом подвиге действительно узнала страна, узнал народ, понадобились настойчивость и принципиальность журналиста и писателя Сергея Смирнова, который по крупицам собирал свидетельства беспримерного подвига, разыскивал уцелевших защитников крепости. За что ему – низкий поклон! 
Об эпопее создания книги «Брестская крепость» можно было бы рассказывать долго. Но это отдельная история, а потому скажем коротко: она увидела свет. И только тогда страна узнала о беспримерной защите цитадели на Буге. Я прочитал книгу от корки до корки ещё мальчишкой – этот томик имелся в библиотеке моего отца… Однако второе издание книги состоялось лишь через полтора десятилетия – всё это время автор отбивался от попыток государственных боссов внести свои исправления в нее. Корректировка истории, а правильнее сказать, искажение историографии – это так по-нашему!

…А впервые Брест, под названием Берестье, упоминается в Первой Новгородской (синодальной) летописи под 1017 годом. Впрочем, упоминание – это лишь указание, что он уже существовал. Основал же Брест, судя по всему, Владимир Святославович примерно в 983 году. 
Географическое положение Бреста оказалось исключительно благоприятным. Удобные водные пути тянулись здесь как с севера на юг, так и с востока на запад. Благодаря этому город богател. И благодаря этому же он являлся предметом борьбы между князьями и королями региона. Чьи только войска ни приходили под его стены: русичи, поляки, литовцы, монголо-татары, тевтоны, шведы, крымцы… Поэтому исстари Брест был сильной, хорошо укрепленной крепостью. 
Однако перед могучим ордынским войском не устоял. Сеча здесь произошла лютая. Летопись сообщает, что позднее в районе Берестья невозможно было находиться «смрада ради множьства избьеных» непогребенных воинов. Вскоре разоренная земля среднего течения Буга оказалась под властью Литвы. Сюда не раз приходили крестоносцы, стремившиеся мечом окатоличить литовское государство. Именно в Бресте в декабре 1409 года состоялась встреча польского короля Ягайло и великого князя литовского Витовта, которые разработали план войны с Тевтонским орденом, точку в которой поставила Грюнвальдская битва. 

Чем еще знаменит Брест? С 1380 года здесь проводилась грандиозная ярмарка. Он стал одним из первых городов региона, где действовало так называемое магдебургское право – форма средневекового городского самоуправления. Здесь в 1596 году была принята Брестская уния – попытка объединения западной и восточной ветвей христианства, которая реально привела к результату обратному, а именно еще более жесткому их противостоянию. 
В 1795 году Брест-Литовск отошел к России. Казалось бы, покой снизошел на благодатную прибугскую землю. Ан не тут-то было. Наступил 1812 год. Основные силы Наполеона наступали севернее Бреста. Однако город был захвачен едва ли не в первый день войны. И стал первым городом России, который удалось отбить у захватчиков – это произошло уже 25 июля войсками 3-й армии генерала Александра Тормасова. Боевые действия в районе города продолжались до самого конца нашествия «двунадесяти языков». 

1812 год подсказал русскому правительству необходимость укрепления западных границ империи. Одним из звеньев реализации плана стало превращение Бреста в мощную современную крепость. И она была построена по самым передовым фортификационным технологиям первой половины XIX века. Ради этого сам город перенесли на пять километров восточнее, а на его месте начали возводить форты, казематы, бастионы. Первый камень в фундамент фортеции был заложен 1 июня 1836 года. Открытие ее состоялось в апреле 1842 года.  Могучий комплекс укреплений был обнесен земляным валом высотой 10 метров и длиной шесть с половиной километров. В пятистах казематах здесь мог располагаться 12-тысячный гарнизон, склады позволяли хранить необходимый для такого числа военнослужащих припас.  При обустройстве крепости использовались некоторые постройки, которые имелись здесь ранее. Помимо собственно гарнизона, некоторое время здесь размещался кадетский корпус, позднее военный госпиталь.
Ускорение прогресса вообще и его военной составляющей в частности – данность, не вызывающая сомнения. Крепость, построенная, скажем, в XI веке, не теряла своего значения на протяжении столетий. Самая современная и могучая цитадель, возведенная в середине XIX – устарела тотчас, едва на свет появились фугасные артиллерийские боеприпасы. 

Крымская война дала новый импульс развитию фортификационного искусства. Именно она позволила расцвести таланту знаменитого российского инженера генерала Эдуарда Тотлебена. Решительно ломая шаблоны строительства оборонительных сооружений, Эдуард Иванович заслужил оценку адмирала Нахимова «А без Тотлебена мы бы пропали-с». Став после войны директором Инженерного департамента, генерал-адъютант Тотлебен в 1862 году представил записку «Общий обзор состояния крепостей Империи и Царства Польского, с приблизительным исчислением расходов, потребных на приведение как фортификационных сооружений, так и артиллерийского вооружения их в такое состояние, чтобы крепости при современном усовершенствовании военного искусства соответствовали своему назначению». Согласно документу началась реконструкция ряда крепостей, в том числе и Брестской. Хотя средств на реализацию задуманного казна отпустила значительно меньше затребованных 48 миллионов целковых, работы начались. В крепости устроили два пороховых погреба на 5 тысяч пудов каждый, усилили валы, начали наращивать систему оборонительных сооружений. Здесь установили 757 артиллерийских орудий различного назначения.
В дальнейшем наращивание мускулатуры крепости продолжалось, то активизируясь, то едва тлея, вплоть до Первой мировой войны. Напомним, что в те времена значительная часть Польши входила в состав Российской империи, а потому Брестская крепость отнюдь не считалась пограничной. Тем не менее, она стала самой мощной во всей Российской империи. Собственно Цитадель окружили сложной системой фортов и других сооружений, образующих исполинский укрепленный район радиусом до 10 км. 

В 1911 году сюда прибыл молодой выпускник Николаевской военно-инженерной академии Дмитрий Карбышев. 
О Дмитрии Михайловиче Карбышеве можно говорить много. Участник Русско-японской войны. Уволен из армии за революционные взгляды. Возвращён в армию в связи с нехваткой опытных инженеров, окончил академию. В Первую мировую участвовал в знаменитом Брусиловском прорыве. В 1917 году принял сторону Советской власти и с тех пор верой и правдой ей служил. В начале Великой Отечественной войны, будучи контуженным, попал в плен. Гитлеровцы всячески старались переманить выдающегося фортификатора на свою сторону – преследуя при этом, впрочем, в первую очередь идеологические цели. Чтобы достичь этого, они в одном из лагерей создали для военнопленных вполне комфортные условия, назначили начальником его офицера, который когда-то, будучи еще офицером царской армии, служил вместе с Дмитрием Михайловичем всё в той же Брестской крепости. Всё было тщетно, советский генерал оставался верен Родине. Тогда гитлеровцы отбросили лицемерие и отправили его в каменоломню. Именно оттуда до нас дошли его слова, что увеличение задания на изготовление могильных плит свидетельствует о плачевном положении фашистов на фронте. 18 февраля 1945 года, за несколько дней до прихода Красной армии, генерал Карбышев был казнен в австрийском лагере смерти Маутхаузен – его на морозе обливали водой, пока он не замерз. 16 августа 1946 года ему было присвоено звание Героя Советского Союза – есть еще оказавшиеся в плену генералы, которым Сталин присвоил это звание?

Впрочем, вернемся в Первую мировую войну. Ожидалось, что Брестская крепость сможет надолго сковывать наступающие кайзеровские войска. Однако тактика ведения войны уже изменилась кардинально. Когда возникла реальная угроза окружения крепости, было принято решение о том, чтобы ее оставить. Пять суток из цитадели вывозили имущество, которое завозили сюда в течение многих лет. 26 августа 1915 года крепость была захвачена австрийскими войсками. 
В 1918 году название крепости стало в сознании народов России нарицательным. Брестский мир одни называли спасительным, другие воспринимали как позорный. Между тем, подписали его также на территории крепости, в Белом дворце. Место символическое: так называемый Белый дворец – это здание, в котором некогда располагался монастырь базилиан. Базилианами называли монахов ордена Василия Великого, книатов – сторонников объединения православной и католической церквей под римским верховенством. К этому ордену, к слову, принадлежал и знаменитый Симеон Полоцкий. Так вот, как у униатов не получилось примирить противостоящие ветви христианства, так и заключенный в Белом дворце мир оказался лишь продекларированным. 

Переговоры о мире начались в ноябре 1917 года. В них участвовали Россия в единственном числе, с одной стороны, которой противостоял блок в составе Германии, Австро-Венгрии, Турции и Болгарии. По предложению Ленина в советскую делегацию включили военных экспертов из числа бывших офицеров. В их числе оказался генерал-квартирмейстер при Верховном Главнокомандующем Владимир Скалон, сменивший на этом посту будущего активиста дальневосточного отделения Российского общевоинского союза генерала Михаила Дитерикса. В 15 часов 29 ноября (12 декабря) Владимир Евстафьевич под каким-то предлогом вышел из зала, где проходили переговоры, и застрелился. Руководитель германской делегации генерал Гофман так прокомментировал трагедию: «Не вынес бедняга позора своей страны!»… Тем не менее, 3 марта 1918 года мирный договор был подписан. Согласно его четырнадцати пунктам, Россия теряла 780 тыс. кв. км территории, на которой проживали 56 млн. человек. 
Брест вместе с крепостью остались в составе Польши. Где и пребывали до 1939 года. 

О событиях 39-го года следует, наверное, сказать особо, потому что о них известно не всем. 
14 сентября 1939 года из Восточной Пруссии вдоль Буга ударил гитлеровский 19-й танковый корпус Гудериана. Расстояние там плёвое – в тот же день город был захвачен. Зато крепость отбивалась от врага трое суток. 
Гарнизоном командовал бывший офицер царской армии, а теперь генерал Войска Польского Константин Плисовский. После того, как защитники твердыни отбили несколько яростных штурмов, Гудериан вызвал авиацию. После многочасовых бомбежки и артиллерийского обстрела гитлеровцы вновь пошли на штурм. Однако крепость оказалась пустой – Плисовский сумел увести гарнизон за Буг.  Фальсификаторы истории (или дилетанты от истории), не разобравшись, приписывают эти бои Красной армии. Во-первых, это попросту абсурдно, если только сопоставить даты. А потом верховный главнокомандующий польскими вооруженными силами маршал Эдвард Рыдз-Смигы, узнав о вступлении в войну СССР, отдал приказ: «С Советами в бой не вступать!..».
Только через сутки к городу подошли советские войска. В авангарде шла танковая бригада комбрига Семена Кривошеина.

К слову, в 1944 году город освобождал 1-й Красноградский механизированный корпус, которым командовал тот же Кривошеин, теперь генерал-лейтенант танковых войск. В сентябре 1939-го гитлеровцы любезно передали город и крепость советской стороне. Здесь провели военный парад и установили пограничные столбы. Парад принимал Гудериан. Тот самый, который в 41-м выделит войска для оказания помощи в штурме крепости. 
До начала Великой Отечественной оставалось два года. 

Нынче крепость-герой Брест – заграница. Но разве от этого менее значимыми становятся подвиги, совершённые защитниками этой цитадели? 

 

Изображение: фотореконструкция Сергея Ларенкова