«Я обязуюсь быть счастливой…»

23 0 Елена КОНСТАНТИНОВА - 15 июня 2018 A A+

На обложке — рисунок Алисы Минаевой (Детская школа искусств, с. Шарлык, Оренбургская обл.).

Литературный конкурс «Рукописная книга», который регулярно проходит в Оренбургском крае с 1995 года для школьников, — инициатива областного Дворца творчества детей и молодёжи им. В. П. Поляничко. Издавать сборники по его итогам — идея В. Н. Свиненко. Их немало: «Небо детства», «Ручейки», «Там, где я живу», «Им памятью платит горячее сердце», «Под небом голубым», «Сохрани счастливые мгновенья», «Каждый день благодаря», «Шкатулка счастья»…

Очередной — «Каждый час красив на Руси».
Секрет долгожительства конкурса, уже хорошо известного за пределами Оренбуржья, составитель сборника Г. Ф. Хомутов объясняет в предисловии так: «Именно в середине девяностых обнаружилось массовое желание лирической исповеди, неизъяснимое желание всенародно рассказать и лично о себе, и о своей семье, и о своих предках, и о своём времени».
Конкурс — это не только публикация лучших работ в региональных и столичных изданиях. Но и областные семинары «Формула творчества», «Багрова внуки», «Творческая лаборатория», которыми руководят писатели, фестивали, литературные встречи, литературно-краеведческие экспедиции в музее-заповеднике в селе Аксаково, где жил создатель «Аленького цветочка». То есть — возможность, по словам Хомутова, «проходить начальную школу литературного ученичества».
Фамилии более ста конкурсантов — из сёл и городов Оренбургского края, где есть литературные кружки и объединения, — расположены по алфавиту, что исключает предвзятое отношение составителя к кому-либо из них. Критерий выбора — талант, чувство слова, свежесть взгляда, искренность, настрой на созидание.
Отметим и разнообразие жанров: сказки, рассказы, стихи, очерки, краеведческие зарисовки.
О чём рассказывают юные авторы? О своей родословной, семейных реликвиях и традициях, родных местах (Кирилл Гончаров, Ирина Кузьмина, Надежда Пудовкина, Виктория Слепушкина, Александр Ясюкевич).

Кирилл Гончаров, Акбулакская СОШ № 1. «Частичка памяти»:

«Дорогой фотография является не только тогда, когда на ней изображён ты <…> Для меня дорогой была и будет фотография моего дедушки — пограничника Ивана Андреевича Гончарова <…>
У меня есть ещё одна фотография <…> На ней дедушка играет на белом баяне. Бабушка говорила, что дед был мастером в игре на баяне <…>
Во время службы в армии дедушка с товарищами часто ходил на рыбалку. Однажды солдаты поймали огромного сома, длина его более двух метров. Рыбу держали впятером, но часть хвоста всё равно свисала! <…>
Мой дед работал <…> электроэнергетиком <…> Работники хорошо отзывались о дедушке <…> Кроме этого, дедушка работал комбайнёром на поле. Его уважали и в Акбулаке. Он построил хороший дом, сарай, баню <…> посадил в огороде множество слив, яблонь, вишен. Всегда помогал соседям.
Кто-то спросит: “Чем дорога для тебя фотография твоего дедушки зачем её хранить?” Дедушка умер в 2005 году, когда мне было три года. С того времени прошло двенадцать лет, я постепенно забывал о дедушке. Но я смог вспомнить всё о нём с помощью частички памяти — фотографии, узнал, кем он был и чем занимался.
Я буду хранить фотографии дедушки, чтобы о нём знали мои дети и внуки».

Александр Ясюкевич, л/о «Расцветающий сад». «Мишка-Турист»:

«У нас в семье есть свои традиции, одна из которых — каждый год 9 Мая возлагать цветы <…> к памятнику Неизвестного Солдата <…> На памятнике написаны фамилии всех погибших из ближайших деревень. Потом мы собираемся у бабушки <…> самое интересное — это когда дед достаёт вещи, привезённые его отцом с фронта, — гармошку, бинокль и фронтовые письма. Среди них есть одно, которое меня очень трогает. И я прошу бабушку читать его ещё и ещё. Это письмо написано на бумажной салфетке очень красивым каллиграфическим почерком, каждая буква будто <…> нарисована.
“Здравствуйте, многоуважаемая Паша!
Прежде всего, с первых же строк выражаю большую благодарность вам за открытку ‘Мы тоже воюем’. Очень большое спасибо. Пишу эти слова и держу Ваш подарок перед собой. Очень интересный подарок: девочка бинтует медвежонка, приговаривая: ‘Что вы рычите, как медведь?’ Ваш подарок очень напоминает мне моё прошлое <…> Ведь я до ухода в армию всю свою памятную жизнь провёл скучное время в одиночестве, забавляясь аккуратно вышитым из хороших материалов, набитым соломой медвежонком — детской игрушкой. Звал я своего медвежонка Мишка-Турист <…> Уходя из дома в армию, я расставался со своим Мишкой, обещав ему вернуться с ПОБЕДОЙ НАД ВРАГОМ <…> Я уже позабыл было о Мишке-Туристе, но Вы <…> напомнили мне о друге и о прошлом, моей прошлой, молодой, крайне интересной, беззаботной жизни. Нет границ радости.
Большое спасибо за подарок. Сохраню его как зеницу ока”.
Дальше ещё есть продолжение о жизни, песнях, но меня трогает только эта история, когда я её читаю, хочется плакать. Представляю эту открытку с девочкой и медвежонком и солдата Илью Тарасова, который пишет это письмо <…> Мне кажется, что у него тоже слёзы на глазах, но это добрые слёзы, которые согревают его душу <…> представляю, как он кладёт эту открытку в карман своей гимнастёрки, ближе к сердцу…»

Диляра Хабибуллина, Бакаевская СОШ. «Семейные реликвии»:

«В нашей семье есть одна нить, связующая все поколения рода. Это — моя мама! Именно по её инициативе мы изучили вою Родословную до седьмого колена. Мама с гордостью хранит все семейные реликвии, которые передала ей моя прабабушка. Это пожелтевшие фотографии, льняная скатерть, вышитое полотенце, салфетки… Они передавались от матери к дочери, от бабушки — внучке <…>
Вот старинная тюбетейка <…> передавали её из поколения в поколение родственники по линии отца. Моё родословное древо напоминает узор на этой вышитой тюбетейке — такое же затейливое переплетение судеб, ярких событий, сёл, дорог…
Вот саратовская гармонь с колокольчиками. Мой прадед и мой дед играли на ней… <…>
Представилось старое село. Узкие улочки, по которым грациозно идут девушки — татарочки в национальной одежде, к роднику за водой. И именно у родника влюблённые прабабушка и прадедушка клялись в верности и чистоте своих чувств, смотрели на звёздное небо, слушая трели соловья… Прабабушка Нурлыхаят, проводив мужа на войну, ходила к роднику развеять тоску и печаль <…>
Книга — главная ценность в нашей семье <…> Мы с бабушкой любим поспорить, высказываем своё мнение по поводу прочитанного. Интересные мысли, понравившиеся строчки бабушка выписывает в специальные блокнотики. Я тоже ими пользуюсь при подготовке к сочинениям <…>
Ещё одно моё наблюдение: дети, которые живут с бабушками и дедушками, — счастливые <…> Бабушка вкладывает в нас самое лучшее и доброе. Её сказки лучше всякой книги по воспитанию. Моя бабушка живёт по законам ислама <…> Она пять раз в день совершает главный ритуал — намаз. Люблю смотреть на неё, когда она надевает своё любимое бархатное платье, белый батистовый платок и молится. Бабушка читает молитву и плачет. Из её глаз текут слёзы… Это от искренности, её молитвы идут из глубины сердца. Она просит у Аллаха для всех мира, счастья, здоровья. Я тоже прошу для своей бабушки долголетия, спокойной, счастливой старости. Хочу, чтобы она с нами долго-долго была рядом. Нас у бабушки восемь внуков <…> Мы её главная, самая большая радость.
Моя мама с папой — участники фольклорного ансамбля “Асылъяр”. Отец — пример для подражания для нас с сестрой <…>
Но самое главное, я поняла, что, если мы забудем свои корни, глубоко ушедшие в родную почву, грош нам цена. Мы, как песчинки малые, потеряемся во Вселенной, и некому будет о нас вспоминать».

В рассказах Ильи Мыскина, Дарьи Умышевой, Татьяны Филипповой, одинаково интересных и взрослым, и детям, органично соединились исторические факты и сегодняшние переживания героев.

Татьяна Филиппова, л/о им. В. И. Даля. «Рыжее племя лесов»:

«Как-то <…> на орском рынке мне покупали зимнюю пушистую шапку из лисички. Ну, оправдывался продавец, “не чернобурка, конечно, зато и цена подходящая, треух из нашего степного корсака сработан” <…> Шапка была тёплой, но, самое главное, она оказалась волшебной. В ней я лихо врала и изворачивалась. Без головного убора я — чистосердечный ребёнок, в корсачьем треухе — хитроумная лисичка!
“Чтобы не ела мороженого!” — предупреждала меня мама <…> Но стоило мне надеть шапочку и выбежать на улицу, как мы с девчонками, не сговариваясь, бежали за мороженым <…> А к вечеру поднималась температура, воспалялось горло <…> я, зло поглядывая на рыжую шапочку, сознавалась, что ела эскимо. Маму уверяла, что шапка <…> толкает плутовать. “Шапка? — смеялась мама. — Да ты сама как лисичка-плутовка, лиса Патрикеевна, волосы рыжие, и ресницы тоже, а глазищи то зелёным, то голубым, то коричневым светятся. Просто мороженого запретного захотелось, да? Как хорошо свалить вину на шапкины проделки”.
Интересно, откуда такое странное отчество у лисы — Патрикеевна <…>
Лиса Патрикеевна — самое распространённое из имён плутовки. Патрикеевной лису назвали, и это одна из версий журнала “Школа жизни”, по имени княжича.
Русь 1383 года. Княжий отпрыск Патрикей, сын Нариманта Туровского, внук знаменитого литовского владыки Гедиминаса, стал наместником Новгорода. Он не вызывал симпатий населения, отличался необычайной хитростью и коварством, ходили слухи, что был причастен к формированию специальных дружин ушкуйников и руководил разбоем как по северным землям, так и за их пределами.
В 1388 году Патрикей лишился земель новгородских, в 1397 был позван на них вновь, а в 1408 году перешёл служить Москве <…> “Лисий характер” навсегда остался эпитетом Патрикея, а затем закрепился и в народных сказках в образе хитрой лисы <…>
С ХIV века лиса в русских народных сказках стала зваться Патрикеевной.
У многих народов сформировалось множество подобных пословиц и поговорок про рыжую плутовку. Вот, например, русские пословицы: “Старую лисицу молодыми собаками не травят”, “И лиса хитра, да шкуру её продают”, “Старую лису дважды не проведёшь”, “Был бы прост, да привязан лисий хвост”, “Всякая лиса свой хвост хвалит”, “Имей лиса побольше брюхо, волк бы с голоду подох”, “Лиса своего хвоста не замарает”, “Старую лису второй раз в капкан не заманишь”, “Старую лису хитростям не учить”, “Лисица — старая льстица” и другие.
Летом поехали в гости к бабушке, она охает:
— Лиса цыплёнка утащила. И как только пролезла под плетнём? Вон какую яму вырыла. Надо капкан поставить, изловить.
Лиса оставила на память рыжие клочья на плетне да куриные пёрышки <…>
Ещё раз приходила рыжая за вкусной молоденькой курочкой. И опять бабушка обещалась и грозилась поставить капкан, да всё не ставила.
А вечером вспоминала скороговорки, песенки-потешки про лис: “Бежит лиса по шесточку: ‘Лизни, Лиса, песочку’”, “Лисята в гости шли к лисе”, “Лиса по лесу шла, лиса лычки драла, лиса лапти плела: мужу двое, себе трое и детишкам по лаптишкам”.
Открыла Интернет. Что там пишут о моей любимице? Понравилась японская хитрюга. Лиса, выросшая в лесу, оборачивается девушкой, заводит семью. И каждую ночь возвращается к своему мужу в образе женщины, уходя наутро лисой. После этого её стали называть кицунэ <…> что <…> означает “всегда приходящая”.
А когда я рассказала <…> легенды и предания (про лису бабушке. — Е. К.) <…> она долго ахала: “Ну и лисичка-сестричка! <…> Что-то мне её очень жалко стало. Уж больно жизнь у неё нелёгкая”. Да так капкан и не поставила…»

Вдумчивым подходом к жизненно важным вопросам отличаются работы Максима Филатова, Екатерины Черненко, Марии Чумановой, Юлии Шошиной, стихи Валерии Пьянковой, Андрея Проскурякова и Кристины Чернышовой.

Екатерина Черненко, Кинделинская СОШ. «Заветный берег»:

«Для человека важно найти то самое место, где он может забыться, помечтать или задуматься над чем-то серьёзным. Это может быть местечко на поляне или в лесу, уютная скамейка в городском парке, в конце концов, кресло с пледом возле окошка… Важно то, что здесь человек может остаться наедине со своими мыслями».

Кристина Чернышова, л/о «Расцветающий сад»:

Все просто неспешно куда-то бредут,
Скрывая лицо от рассвета,
Пустой взгляд опускают они на тропу,
Тихо жизнь коротая свою.

Ну разве увидят они красоту,
Не бросив свой взгляд в синеву?
Не видя, как птицы летают в саду,
Ну, разве увидят они красоту?

Чем как не ностальгией по детству можно назвать эссе Полины Карачёвой, Амины Фаизовой, Галины Яковлевой и стихи Екатерины Кривобок?..

Амина Фаизова, Мухамедьяровская СОШ. «Детство живёт здесь»:

«У моего детства есть родина <…>
Если ехать на электричке «Оренбург — Орск», то есть такая остановка — 163-й километр. Это моё любимое село — Мухамедьярово. Оно расположилось в живописной долине между горами Ащитау и Чумакай, а на северной окраине граничит с рекой Сакмарой.
Моё детство живёт здесь…
Здесь — на речке Сакмаре, которая научила меня плавать. В которой вода особенная: тугая, упругая и чистая-чистая <...>
Помню, какое испытание преодолела здесь — переплыла в шестилетнем возрасте на другой берег. До этого никто из детей моего возраста не плавал <…> Страшно. Боялись. Устали. Но доплыли! Туда и обратно! Это была победа! <…>
Детство живёт и здесь, в лесу. Детство научило меня любить лес, заставило понять, что я в нём не одна. Что есть зайцы, лисы, которые перебегают дорогу, когда утром, часов в шесть, иду в лес. Есть лоси, которые стремглав убегают прочь, когда мы с братом катаемся зимой на лыжах…
Детство — на сеновале. Там можно рыть ходы в свежем сене, настоящие лабиринты. Кувыркаться, прыгать. А ночью пугать друг друга какими-то неправдоподобными страшными историями, которые становятся невыносимо реальными в сеновальной темноте, когда смотришь на молчаливую луну через единственное крошечное окно под потоком, а сквозь расщелины в старой крыше мигают звёзды.
Я помню ещё яблоки, которыми мы объедались ночью, нарвав их у соседей <…>
Детство — в коровьем молоке. Жирном. Пью его с бабушкиным румяным хлебом, намазанным домашними сливками — каймаком, и густо посыпанным сахаром <…>
Детство — деревенские собаки. Знаю каждую, каждая знает меня, подкармливаю их косточками из маминого супа.
Детство — на деревьях. На клёне во дворе, на вершину которого мы умудрились затащить доску и приколотить там, чтобы сидеть и читать или следить за <…> мальчишками, с которыми играем в казаки-разбойники <…>
Здесь, в деревне, с детства я узнавала, как живут люди, я научилась жить вместе с ними, я полюбила людей. Любых: молодых, старых, деревенских, городских, сердитых и добрых…
Я узнала здесь, как можно быть свободным и что такое чувство свободы <…>
Пока стоит ещё моя деревня.
И пусть даже стареет домик моей бабушки, соседки Асии абийки, соседей Ислама бабая и Зухры абийки, соседки Минзады абийки… Стареет моя улица Набережная, Кленовая, Мостовая, но мне спокойно на душе. Потому что я знаю, что у моего детства есть хранитель. Это тихая моя Родина, вечная моя Родина — село Мухамедьярово».

Екатерина Кривобок, л/о им. В. И. Даля. «Под клёном»:

Моё детство — под клёном
У тихой реки,
Под Андреевским склоном,
Где ромашки росли.

У крутого обрыва,
Где рыбы не видно,
У соседской крапивы,
Что ранит обидно.

Моё детство — под небом,
Безоблачно-чистым,
Моё детство — под снегом
И солнцем лучистым.

Наблюдательность и сердечная теплота характерны для зарисовок о всякой живности Фёдора Бархатова, Бауржана Бурамбаева, Валентина Сараева, Даниила Филимонова, Елизаветы Шехтман.

Бауржан Бурамбаев, Коскульская СОШ. «Страж степей»:

«Весна. Май. Родной Коскуль. Повсюду расстилается ковёр из разнотравья, в воздухе держится аромат полевых цветов.
Я люблю гулять по степи, когда видишь птиц, животных, растения, цветы, которые вместе с тобой радуются приходу весны.
В этот раз моё внимание привлекло семейство сурков на небольшом холмике. Их было пятеро. Как только они увидели меня, тут же скрылись в норе. Но один остался снаружи. Я думаю, что это был глава семейства.
Он, будто степной страж, стоял на защите своего дома и пристально смотрел на меня, готовый сделать всё, чтобы защитить семью от незваных гостей. Я постоял, восхищаясь его мужеством, и пошёл дальше. Когда оглянулся, вся сурчиная семья снова стояла на том же самом холмике, провожая меня.
И я подумал, как же живётся суркам в степи? <…> К сожалению, сейчас сурок-байбак находится на грани исчезновения, именно поэтому он занесён в Красную книгу животных Оренбургской области.
Без сурка Ащищайская степь не была бы степью <…> этот постоянный житель — главное украшение местности, воин и страж края. И когда степь просыпается от долгого зимнего сна, сурок уже стоит столбиком у норы и оберегает её от тех, кто приходит с мечом.
Так давайте приходить с миром! Чтобы любоваться и радоваться степью, благодарить сурка за то, что он сохранил для нас такую красоту! Спасибо тебе, что ты есть, страж степей!»

Валентин Сараев, Кутушинская ООШ. «Встреча с бобром»:

«Однажды холодным осенним днём мы с папой поехали на лесоповал за дровами для бани <…> Подъехав к речке, мы остановили машину <…>
Папа присматривал деревья, а я присел на пенёк. Вдруг услышал непонятный шорох. Испугался, стал осматриваться <…> из-под поваленного дерева выскочил какой-то пёстрый зверёк.
Он был толстым, во рту торчали два белых блестящих клыка. На гладкой коричневой спинке чётко выделялись чёрные пятнышки. Длинный чёрный хвост мирно расстилался по земле. Это был бобёр.
Задрав кверху носик, он с удивлением смотрел на меня тёмными, как бусинки, глазками. И при этом с аппетитом продолжал чем-то хрустеть. “Видно, не из пугливых, — подумал я, — если трапезу свою не хочет прерывать”.
Мысленно я назвал его Федей. Подойдя ближе к зверьку, стал я его приманивать: “Федя, Федя!” То ли моему знакомцу кличка не понравилась, то ли он что-то заподозрил, только кинулся мой Федя вихрем к реке. Лишь чёрный хвостик замелькал в траве.
Я последовал за ним и увидел плотину бобров. Разглядывая строение, удивлялся мастерству хозяев. Сами зверьки теснились здесь же. Их было много, все они были разные, но своего Федю я узнал сразу. Он сидел в кучке своих собратьев и, сверкая глазами, что-то им бурчал. Видимо, рассказывал про меня. Наблюдать за бобрами было очень интересно, ведь я видел их в первый раз. Но папа позвал меня в машину.
Мне было грустно, ведь я даже “до свидания” Феде не сказал…»

«Общую атмосферу сборника, — пишет в предисловии Хомутов, — можно выразить словами: “радость, доброта, благодарность, забота, соучастие”. Всё хорошее, что есть в молодом человеке нашего времени, есть в этой книге. И это ценно».
С таким суждением трудно не согласиться. Подтверждением тому — и эти лирические строки ещё двух участниц сборника.

Анастасия Ханафеева, ЦТР Соль-Илецкого городского округа. «Осенний вальс»:

Уходит лето, мне ладонью машет…
«Пожалуйста, вернись», — шепчу тихонько вслед,
Но вот уж осень на пороге нашем
На бал вручает пригласительный билет.

А с ней и верный кавалер — свободный ветер,
Он в вальсе с осенью и мчится, и кружит.
Раскинет красок маскарадный веер —
И на земле — ковёр диковинный лежит.

Я с осенью кружусь, и ноги утопают
В великолепье красок ярких и цветных…

Айгуль Хамидуллина, Старокутлумбетьевская СОШ. «Летнее утро»:

Меня разбудил петух на заре.
Взглянула в окно —
Всё небо в огне.
То солнышко всходит,
На пост свой идёт,
Тепло за собою всем людям несёт.
По улицам бабы скотину ведут,
На пастбище гонят, болтают, идут.
Торопится мама с парным молоком.
И так хорошо стало мне на душе,
Как будто приснилось всё это во сне.


«Я обязуюсь быть счастливой…» - строка из стихотворения «Когда исполнится семнадцать…» Валерии Пьянковой, СОШ № 8.

Раздел