Сибиряков: служить России своими богатствами

340 0 Юрий НОСОВСКИЙ - 04 ноября 2018 A A+

85 лет назад, 3 ноября 1933 года, во французской Ницце было предано земле тело Александра Сибирякова – богатого российского купца, а также известного путешественника, исследователя, мецената. Стратегическая важность его наследия стала окончательно ясной только сейчас…

Родился Александр Михайлович в семье богатого иркутского купца  1-й гильдии, золотопромышленника, владельца пароходных и железнодорожных компаний, Михаила Сибирякова в 1849 году. В 1874 году Александр после смерти отца стал наследником гигантского по теме временам состояния в 4 миллиона рублей (корова тогда стоила около 20 рублей). 
Не сам, правда – вместе с братьями и сестрами, формально получившими равные доли отцовского наследства. Но так уж получилось, что именно старший сын стал реальным управляющим немаленькой промышленной «империи» – младшие братья были еще слишком молоды, им надо было еще учиться. Да и интересы братьев Сибирякова не слишком соответствовали таковым для добропорядочных бизнесменов.
Так, средний брат, Константин, уехал в столицу, затем увлекся революционной деятельностью. Не в плане спонсирования каких-нибудь «бомбистов», конечно. Он видел свою задачу в способствовании постепенного усовершенствования России – путем ее просвещения, в понимании, близком к тогдашним «народникам», внедрения прогрессивных технологий. Что и пытался осуществить лично – правда, без особого успеха.
Так, например, на деньги мецената-просветителя в Самарской губернии было организовано образцовое сельскохозяйственное предприятие – во многом предвосхитившее собой самые передовые колхозы и совхозы советских времен. С мощным парком механизированой сельскохозяйственной техники, земледелием «по науке», только здание сельскохозяйственного училища (фактически, по уровню равному не самым крупным ВУЗам соответствующего профиля) обошлось в миллион рублей.
Увы, технику не самые радивые работники очень быстро сломали, а обучение, даже узкоспециализированное, запретил местный губернатор, опасаясь (впрочем, не без оснований), что оное станет еще и рассадником революционных идей.

***

Младший брат, Иннокентий, долгое время учился на физико-математическом и юридическом факультете университета, затем посвятил свою жизнь и богатства преимущественно благотворительности. Не просто раздаче денег нищим – но финансировании множества личных стипендиатов, помощи множеству учебных заведений, среди которых, например, Томский университет, Высшие бестужевские женские курсы, Петербургский женский медицинский институт, институт физической культуры Лесгафта.
Впрочем, своим рабочим сын крупного купца помогал тоже – выделив для помощи им фонд с капиталом в 420 тысяч рублей. Весьма яркий контраст с поведением многих его коллег-предпринимателей – безжалостной эксплуатацией рабочего люда доведшего его до революционного брожения, что и закончилось в конце концов революциями 1905 и 1917 годов.  
По достижению 30-летнего возраста Иннокентий погрузился в глубокую религиозную жизнь, принял монашество, уехал жить на Афон, где и умер в 1901 году, в 40-летнем возрасте. До сих пор, построенный на его средства в организованном им монашеском поселении на Святой Горе Андреевский собор, способный вместить 6 тысяч верующих, является самым крупным храмом не только на Афоне, но и во всей Греции. 
Общая сумма пожертвований инока в тогдашних деньгах составила несколько миллионов рублей – несколько миллиардов по нынешнему курсу российской валюты. Недаром ныне все чаще возникают разговоры о будущей канонизации этого исполненного любви к ближним богача, добровольно отрекшегося от своего богатства и ушедшего в монахи.

***

И все же, пожалуй, главная заслуга в столь знаковой благотворительности принадлежит старшему брату – Александру. Ведь когда его младшие родичи тратили на благие дела миллионы рублей, получив в наследство каждый всего по 800 тысяч – стало быть, кто-то должен был наследственный капитал приумножать. И этим человеком был именно Александр Сибиряков. Не чуждавшимся оказывать безвозмездную помощь самым разным проектам – но при этом являвшимся и талантливым бизнесменом, умеющим получать высокие прибыли.
Другое дело, что даже эти прибыли не были для Александра Михайловича самоцелью. Не секрет ведь, что наибольшие барыши, при условии опыта и везения, можно получить на биржевых спекуляциях – для этого совсем не обязательно заниматься практическими торговыми и промышленными занятиями.
Но Сибиряков был не из таких – его проекты были направлены на обоюдную пользу, не только ему лично, но и множеству сограждан. Так, например, постройка им дороги из европейской части России через северный Урал в Западную Сибирь позволила уменьшить цены на доставляемый туда хлеб втрое!
Ему же принадлежит заслуга организации регулярного судоходства по Ангаре, к сожалению, не доведенная до конца из-за порожистости великой реки, речной торговли по Амуру. И, конечно же – попытки покорения Северного морского пути, от Баренцева моря до Берингового пролива между Сибирью и Аляской, вдоль побережья Сибири.    
Вообще, этот удачливый купец и в зрелом возрасте остался в душе мальчишкой, грезящим о романтике дальних странствий, особенно морских. У него была и собственная небольшая флотилия – и желание помогать тем, кто готов был рисковать жизнью, идя непроторенными путями. Как, например, шведскому путешественнику Норденшельду, в 1878-1881 годах прошедшим на своем судне по Северному морскому пути с запада на восток. За это благодарные шведы произвели Сибирякова в Командора 1-го класса почетного ордена Полярной звезды.
Чуть позже Александр Михайлович принимал горячее участие в экспедиции француза Де Лонга – на американском паруснике «Жанетта», пытавшегося пройти Северный морской путь уже с запада на восток, а также, при возможности, добраться до Северного полюса. Увы, эта экспедиция завершилась трагически – корабль был раздавлен льдами, и при попытке добраться до обитаемых мест треть команды, включая Де Лонга и почти всех офицеров, погибла от голода, так и не сумев дойти до берегов Сибири… 
Сибиряков искал храброго моряка лично, на собственном пароходе, сам рискуя жизнью. Но враждебная людям ледяная стихия оказалась сильнее… Тем не менее, купца-путешественника французы наградили Пальмовой ветвью.
Позже, когда путешественник систематизировал свои наблюдения от открытия, в вышеуказанных экспедициях, а также при исследовании покрытого девственной тайгой междуречья Оби и Енисея – его наградили еще и Серебряной медалью Русского географического общества, тем самым, однозначно признав и его статус ученого.

***

На рубеже 20-го века браться Сибиряковы отошли от прежней широкой, как благотворительной, так и предпринимательской деятельности. Младший, Иннокентий, удалился на Афон, монашествовать, и вскоре умер; средний, Константин, после смерти любимой дочери уехал в свое поместье на черноморском побережье Кавказа, после чего его следы в истории теряются.
Отошел от активной деятельности и Александр Михайлович. Возможно, ему просто надоело одному «бросаться на амбразуру» - наблюдая почти полное безразличие к исследованиям Сибири, ее речных и морских путей, так важных для освоения этого обширного края россиянами, высокими чиновниками из Петербурга. Возможно, Сибиряков просто устал – и «ушел на заслуженный отдых». Это ведь сейчас 50 лет – чуть не «расцвет сил», как минимум, для топ-менеджеров и просто интеллектуалов. А в то время Достоевский не раз употреблял в своих романах выражение «старик лет 45»…
Ну и, наконец, братья Сибиряковы к началу нового века и так раздали на самые разные благотворительные проекты почти все свои капиталы. Остатки активов были проданы, вложены в ценные бумаги – на доход от них братья и жили. Достаточно зажиточно, хотя, конечно, не с такой безумной роскошью, как могли бы, подражая своим коллегам по купеческому сословию. Когда какой-нибудь хвалящийся своими барышами купчина мог приготовить понравившейся ему балерине или актрисе кофе, используя вместо плиты костер из сторублевых бумажек.
Но с началом в России революции 1917 года и последующей Гражданской войны с сопутствующей разрухой, «реквизициями» и прочими эксцессами, живший уже пару десятков лет в Европе Александр Сибиряков оказался почти в полной нищете. Французы, когда-то наградившие его Пальмовой Ветвью за помощь в спасении земляка, предпочли «не заметить» бедственного положения человека, оказавшего услугу их стране. 
Американцы, которым принадлежала когда-то «Жанетта» Де Лонга – тоже предпочли остаться в стороне. Несмотря на то, что кто-кто – но уж США, которые, как обычно, грандиозно «наварились» на поставках воюющим сторонам в Первую Мировую – вполне могли бы вспомнить о русском эмигранте, когда-то помогавшего спасению американских же моряков-полярников. Но не зря же среди циников-бизнесменов популярна поговорка – «оказанная услуга – уже не услуга», благодарить за нее не обязательно.
К счастью, к вышеописанному откровенному «жлобству» оказались непричастны шведы. Чей консул в Ницце, узнав о бедственном положении Командора Ордена Полярной Звезды, немедленно сообщил об этом в Стокгольм – и там Сибирякову назначили пожизненную пенсию. Не такую уж большую, конечно – 3 тысячи крон в год, около 900 долларов. Но, с учетом того, что за тогдашний доллар можно было купить в 12 раз больше, чем за доллар нынешний – итоговая сумма выходила достаточно осязаемой. Во всяком случае, для пусть не роскошной – но безбедной жизни.

***

Так и жил Александр Михайлович во французской Ницце. За год до смерти он получил возможность еще раз испытать триумф – в 1932 году советский ледокол «Сибиряков» всего за одну навигацию прошел Северный морской путь с запада на восток, установив тем самым, новый мировой рекорд!
Вообще, сам факт того, что этот ледокол, купленный еще при царе в 1916 году, новые власти не переименовали в какой-нибудь «Беспощадный боец с контрреволюцией товарищ Троцкий», тоже свидетельствует о многом. Более того, после гибели заслуженного корабля, именем полярного исследователя, несмотря на его «непролетарское происхождение», в 1947 году назвали другой ледокол, полученный по репарациям от побежденной во Второй Мировой войне Финляндии. 
А когда и второй «Сибиряков» был списан в 1975 году из флота (50 лет стажа для корабля такого типа – это очень много), в 1991 году именем заслуженного россиянина назвали уже третье, современное гидрографическое судно, и поныне входящее в состав Балтийского флота России.
Кстати сказать, тот, самый первый, «Сибиряков» покрыл себя бессмертной славой еще раз, в 1942 году, вступив в неравный бой с гитлеровским тяжелым крейсером «Адмирал Шеер». Со своими двумя 75-мм пушками, способными разве что поцарапать борта бронированного монстра – против его 6 тяжелых 280-мм орудий только главного калибра, чьи снаряды при попадании на сушу оставляют после себя воронки, размером в небольшой стадион, не считая артиллерии помельче. Советский корабль затонул с поднятым флагом – так и не сдавшись врагу…  
Именем Александра Сибирякова назван и остров в Карском море. Но, пожалуй, наибольшим признанием заслуг промышленника, ученого, путешественника стало нынешнее признание важности его титанических трудов. Ведь плавание по Северному морскому пути перестало быть уделом отважных полярников – но превратилось почти что в рутинные транспортные перевозки. Их объем к 2022 году ожидается в пределах 40 млн тонн в год – что составляет около трети нынешнего грузопотока по Трансибирской магистрали. 
Но ведь перевозки морским транспортом традиционно намного дешевле, чем железнодорожным – а расстояние между азиатскими, в первую очередь, китайскими и европейскими портами даже через Суэцкий канал, не говоря уже о маршруте вокруг Африки, намного длиннее, чем вдоль берегов Сибири. Да, там холодно и льды – но ведь российский ледокольный флот насчитывает уже больше 40 судов, что в разы превышает совокупные показатели остальных приполярных государств вместе взятых. 
А все это – очень весомый «козырь» в организации «нового Великого Шелкового Пути», из Азии в Европу, интенсивной торговли. Неподконтрольной США и другим англо-саксонским «заклятым друзьям» России – что делает нашу страну важнейшим транзитным государством мировой торговли.
Так что, спустя 85 лет после смерти Сибирякова, можно однозначно сказать – он прожил свою жизнь недаром. А его труды приносят России огромную пользу до сих пор – причем, их значение увеличивается с каждым годом…