История одного похищения, которое привело к падению республики

157 0 Сергей МИРКИН (ДНР) - 14 декабря 2018 A A+

В ночь с 24 на 25 апреля 1918 года из своей квартиры в Киеве насильно был увезен известный финансист, глава киевского отделения Русского для внешней торговли банка, а также член финансовой комиссии Центральной Рады Абрам Добрый. Трое мужчин – двое в военной форме и один в гражданской одежде – зашли в жилище банкира и объявили Доброму, что он арестован. На требование супруги финансиста показать ордер предъявили какую-то бумажку без печати и подписи. При этом один из мужчин размахивал пистолетом. Банкира почти силой вытащили из квартиры, при этом «арестовавшие» финансиста лица забыли в доме Абрама Доброго портфель, правда, через несколько минут один из мужчин вернулся за ним. Но этого времени хватило, чтобы жена банкира успела бегло просмотреть бумаги находящиеся в портфеле и поняла, что ее мужа похители сотрудники Министерства внутренних дел Украинской народной республики. 
Далее Доброго посадили в автомобиль и увезли на вокзал, где переместили в специальный вагон, после чего вывезли в Харьков. Потом немецкие следователи установят несколько интересных деталей. Автомобиль, который использовался для транспортировки банкира, принадлежал МВД, а самого Доброго намеривались сначала вести в Полтаву, но почему-то доставили в Харьков. Далее в столице Слобожанщины чиновники МВД попытались посадить банкира в Холодногорский централ, но начальник тюрьмы отказался принимать арестанта без надлежащих документов. В результате финансист и «арестовавшие» его лица поселились в харьковском «Гранд отеле». Там похитители потребовали у Доброго выкуп за свободу. Банкир выписал чек на 100 тысяч рублей. После чего один из похитителей финансиста уехал в Киев, чтобы обналичить деньги, остальные пошли праздновать удачную «сделку» в ресторан отеля. А самого Доброго, по одной версии, отправили в спецвагон, который все еще стоял на харьковском вокзале, по другой, – вывезли на территорию военной части УНР, которая располагалась в городе. Как бы там ни было, банкиру удалось подкупить охранявших его солдат, и те сообщили германскому командованию о месте нахождения банкира. После чего немецкие военные освободили Абрама Доброго.

 

Почти комедия

Такова краткая история криминального происшествия столетней давности. До сих пор идут споры, что это было – тайный арест или похищение? Учитывая, что у людей, забравших банкира из квартиры, не было никаких законных документов для ареста. Это, безусловно, было похищение. А то, что нужные бумаги отсутствовали, подтверждает и тот факт, что банкира отказался «принять» начальник Холодногорского централа. И не важно, кто отдавал приказ и исполнял. «Арест» без ордера трактуется однозначно в уголовном праве как незаконное лишение свободы. Значит, преступление имело место быть. В остальном вся эта история напоминает даже не авантюрный детектив, а «грошовую» комедию, причем бездарно написанную. Зачем пред носом банкира и его жены было размахивать пистолетом? Что от пожилых людей можно было ждать силового сопротивления? Конечно, нет. А похитители, которые забывают портфель в квартире похищенного, это вообще из области фарса. 

Ну, ладно, спишем сей факт на то, что люди, которые производили незаконный арест, сами сильно нервничали, в результате чего забыли портфель с документами. Но вот нюанс с автомобилем, на котором увезли Доброго, вообще ни в какие «рамки не лезет». Производить похищение при помощи машины, которая принадлежит Министерству внутренних дел, это было равнозначно тому, что написать на стене в подъезде у финансиста: «Абрама Доброго похитили чиновники МВД». Тем более что Киев начала 20-го века – это не Париж, Берлин или Петербург. Это небольшой город бывшей Российской империи, и автомобили тут, пусть уже и не диковинка, но и не норма жизни, и, конечно, машина, которая ночью подъехала к дому, не могла не привлечь внимания соседей Доброго. Куда логичней было приехать за Добрым на бричке или тарантасе, это бы куда меньше привлекло внимание, так как этот транспорт в 1918 году доминировал в Киеве. Зачем, чтобы вывести банкира из города, использовали целый спецвагон? Даже если сами похитители считали свои деяния тайным арестом, то зачем было транспортировать Доброго в специальном вагоне, ведь на самом деле этим похитители только привлекали внимание немецких спецслужб. Подвижных составов у УНР было мало, для их перераспределения требовалось личное разрешение министра путей, а, значит, выделение целого вагона для нужд МВД не могло пройти мимо внимания военной разведки Германии, ее агенты были повсюду, и уж, конечно, на таком важном объекте как железная дорога. Почему банкира повезли не в Полтаву, как изначально планировалось, а в Харьков? Есть версия, что Добрый дал взятку конвоировавшим, и они отвезли его в столицу Слобожанщины. Кстати, вспомним, что банкир так же подкупил солдат, которые его охраняли, чтобы те сообщили немцам о его месте нахождения. 

И вот возникает вопрос – откуда у него на это были средства? Добрый что, во время похищения вынес из дома чемодан денег? Сомнительно. Предположим, у него с собой был туго набитый банкнотами кошелек, золотые часы, перстни на пальцах. Допустим, этих ресурсов хватило бы для раздачи взяток. Но почему руководители похищения не изъяли все у банкира сразу? Ведь понятно, что имея драгоценности или деньги, он может кого-нибудь подкупить и сбежать. Кроме того, конвоиры банкира были далеко не альтруистами, раз истребовали у него чек на 100 тысяч рублей. А, значит, все ценное, что было у Доброго, они должны были отобрать сразу после похищения. Так откуда у банкира деньги на взятки? Непонятно. Странно выглядит ситуация с выкупом, который Добрый заплатил за свое освобождение. Дело в том, что похитители никогда не принимают от жертвы в виде выкупа банковский чек. Наличные деньги, золото, но не чек. Явиться в банк с чеком на крупную сумму, подписанным лицом, которое в розыске, это равнозначно, что прийти в полицию с запиской: «Я похититель». 

Конвоиры Доброго не могли не знать, что немецкие оккупационные власти очень активно ищут банкира, что принято решение об открытии в УНР немецких полевых судов. А уж похитители это точно должны были учитывать. Как вспоминал адвокат Алексей Гольденвейзер, афиши с этим приказом были расклеены по всему Киеву, а, значит, о нем должны были знать и в Харькове. Между тем, один из похитителей едет в Киев, чтобы обналичить деньги, а остальные гуляют в ресторане гостиницы. Зачем? Чтобы привлечь к себе внимание немецкой агентуры, которая активно действовала не только в Киеве, но и во всех крупных городах УНР? Это уже вообще выглядит как откровенный бред. 
Похитили Доброго всеми своими деяниями демонстрировали некое театральное позерство, которое априори несовместимо ни с тайным арестом, ни, тем более, с похищением человека. Либо они были откровенными болванами, либо марионетками в руках опытных кукловодов. А, возможно, и то и другое.

 

Министры преступники

Однако вышеописанная история, несмотря на всю ее комедийность, имела далеко идущие политические последствия, ведь за похищением Абрама Доброго стояли министры правительства УНР. Непосредственно руководил арестом Александр Осипов, чиновник по особым поручениям украинского Министерства внутренних дел. Именно он в Харькове потребовал у банкира выкуп в 100 тысяч рублей. Но организатором похищения был не Осипов, он всего лишь исполнитель. Как установили немецкие следователи, организатором похищения был глава украинского МВД Михаил Ткаченко, также ему активно содействовали военный министр УНР Александр Жуковский и премьер-министр Всеволод Голубович. Но если причастность Ткаченко к «делу Доброго» никаких сомнений не вызывает: его непосредственный подчиненный руководил похищением, а после разгона Центральной Рады господин Ткаченко бежал из Киева, чтобы не попасть в руки немцев, то вот с Жуковским и Голубовичем не все так просто. Находясь в тюрьме, бывший военный министр утверждал, что не знал о планах Ткаченко в отношении Абрама Доброго. Однако факты говорят об ином. 
В непосредственном похищении банкира из его квартиры были замешаны как сотрудники МВД, так и военные. Правда, последние выполняли приказы Осипова. Сам Жуковский утверждал, что выделил Ткаченко солдат для конвоя, но не знал, для какой цели. Хотя такое объяснения выглядит крайне наивным. Может, министр всем давал солдат, кто попросит, и не спрашивал, для чего? Мало верится. К тому же на суде по «делу Доброго» «всплыла» интересная деталь. 27 апреля к Жуковскому на прием пришел директор Административно-политического департамента Министерства внутренних дел Юрий Гаевский, во время беседы он сообщил военному министру, что Доброго хорошо спрятали. В ответ Жуковский засмеялся. Примечательно то, что Гаевский был непосредственным руководителем Осипова. Так что можно смело предположить, что Александр Жуковский был в курсе похищения Абрама Доброго с самого начала. 

Всеволод Голубович сначала проходил по делу как свидетель, однако во время судебного процесса его статус изменился на обвиняемого. С бывшим премьером случилась истерика, после чего он со слезами на глазах обещал немецкому прокурору, что больше так делать не будет. То есть признался, что имел отношение к похищению банкира. Но, может быть, Голубович оговорил себя под давлением немецких следователей? Вероятность такая есть, однако, скорей всего, он был, как минимум, информирован о «тайном аресте» Доброго. 
Николай Ковалевский, министр по земельным делам в правительстве Голубовича, в своих мемуарах писал, что в ночь, когда похитили банкира, в доме премьер-министра состоялось заседание правительства. Ткаченко опоздал, когда же пришел, то вызвал Голубовича в соседнюю комнату и что-то ему нервно рассказывал. После чего премьер вернулся к министрам и сообщил об «аресте» Доброго. То есть не только Голубович, но весь кабмин УНР были проинформированы о похищении. Как утверждает Ковалевский, все министры понимали, насколько это опасный шаг и может вызвать гнев немцев. Однако они ничего не сделали, хотя вагон с Добрым еще находился на Киевском вокзале, его еще не прицепили к пассажирскому поезду. 

Вообще поведение украинских руководителей после похищения Абрама Доброго отличается пассивностью и иррационализмом. Так, на все запросы немцев и членов Центральной Рады (ЦР) о судьбе Доброго министры правительства Голубовича отвечали, что им ничего не известно, а банкира ищут. Хотя до разгона ЦР немцами у них была возможность попробовать «отыграть» все назад и сделать крайним Осипова. Но даже такая попытка предпринята не была, хотя паны министры не могли не понимать, что «тучи над их головами сгущаются». 
28 апреля 1918 года Владимир Виниченко на заседании ЦР более часа говорил о судьбе украинского национального движения. Вроде бы более насущных тем не было! Другие «ораторы» возмущались приказом немецкого командования об учреждении полевых судов на Украине. Некоторые выступающие даже угрожали немцам и австрийцам. А учитывая, что у тех на Украине была армия в четыреста пятьдесят тысяч человек, угрожать представителям центральных держав было, как минимум, глупо. Как максимум, это было безумием. Конец этой демагогии положил отряд немецких солдат, который ворвался в помещение, где проходило заседание ЦР, и офицер германской тайной полиции заявил, что этот орган распущен, а депутаты могут идти по домам. Также немцы намеревались арестовать министров, причастных к «делу Доброго», Ткаченко и Жуковского. Но первый бежал из Киева, а второй оказался в руках немцев через несколько часов и предстал перед судом. Также был арестован Гаевский. Голубович, как уже писалось выше, был привлечен как обвиняемый уже в процессе суда. 
Разгон ЦР по факту положил конец существованию Украинской народной республики, ей на смену пришла Украинская держава с монархической формой правления.

 

Мотив

В любом преступлении важно понять мотив. Зачем Ткаченко, Жуковский и их сторонники похитили Доброго? Может, все дело в тех 100 тысячах рублей, которые потребовал у банкира Осипов? Думается, нет. Если бы дело было в деньгах, то похитили придумали бы какой-то другой способ получить выкуп, а не банковским чеком. Да и зачем тогда Доброго было увозить так далеко в Харьков, можно было спрятать в каком-нибудь селе под Киевом. Очень вероятно, что получить с Доброго деньги Осипов решил уже в Харькове, когда понял, что все идет не так, как изначально запланировали министры. Есть в уголовном праве такое понятие как эксцесс исполнителя, когда непосредственный исполнитель преступления предпринимает деяния, которые не были заранее обговорены с организатором и другими подельниками. Очень возможно, что идея получить с банкира деньги пришла Осипову, когда он понял, что ЦР приходит конец, и чиновник решил позаботиться о своем будущем. В пользу этой версии говорит форма получения выкупа. Как уже писалось выше, нет ничего глупее, чем попытаться обналичить чек, подписанный похищенным. А, значит, решение Осипов и другие конвоиры принимали спонтанно, у них не было времени получить выкуп за банкира более безопасным способом.

Но если у Ткаченко и Жуковского был не корыстный мотив для совершения преступления, то какой? Политический. Николай Ковалевский в своих мемуарах утверждал, что Абрам Добрый был участником антиреспубликанского, прогетьманского заговора и поэтому Ткаченко решил убрать его из Киева, чтобы лишить заговорщиков могущественного и богатого сторонника. Об этом же пишет современник тех событий политик и публицист Дмитрий Дорошенко: «Правительство ЦР предчувствовало, что над его головой сгущаются тучи, но не смогло решиться на какие-то серьезные меры, чтобы себя защитить. Уже с самого начала апреля по Киеву ходили слухи, что готовится какой-то переворот, все об этом знали и говорили. Правительство смогло решиться только на странную и загадочную авантюру с арестом и тайным вывозом из Киева в Харьков киевского банкира А.Ю. Доброго, который принадлежал к финансовой комиссии, которая вела переговоры с немцами о торговом договоре». 

Итак, и Дорошенко, и Ткаченко пишут о существовании заговора с целью свержения власти, к которому, по всей видимости, был причастен Добрый. Но был ли заговор до похищения банкира? Думается, да. Генерал Борис Стеллецкий, который был начальником штаба при гетмане Павле Скоропадском, в своих мемуарах вспоминал, что задолго до похищения Доброго немцы решили ликвидировать ЦР, а вместо нее установить на Украине монархическое правления. Будущего главу Украинской державы немцы выбирали из трех возможных кандидатов – Павла Скоропадского, Ивана Луценко и Ивана Полтавца. Вполне вероятно, что с кем-то из троих от имени немцев переговоры вел Абрам Добрый. А, может, он имел беседу со всеми тремя, и действительно принимал самое активное участие в подготовке государственного переворота. Но почему можно предположить, что Абрам Добрый работал на немцев? Дело в том, что до 1915 года военная контрразведка Российской империи подозревала Абрама Доброго в работе на немецкую разведку. А в 1916 году банкир был арестован за подрывную деятельность: «Союз сахарозаводчиков», одним из руководителей которого был Добрый, искусственно создавал дефицит сахара на рынке империи и раздувал спекулятивные цены. Вышел банкир на свободу благодаря заступничеству могущественных покровителей, включая Григория Распутина. В этой связи весьма вероятно, что Добрый был немецким шпионом задолго до 18-го года. И на 100% известно, что в уставном фонде его банка были немецкие деньги, а сам финансовый институт активно работал с немецким бизнесом. Поэтому можно смело предположить, что Добрый действительно активно «работал» над свержением власти ЦР.

 

Теория 

Но почему Ткаченко и Жуковский решили похитить именно Доброго? Да, он был богат, да, у него были обширные связи в финансовых кругах и среди сахарных олигархов Украины, да он, по всей видимости, был немецким шпионом. Но изоляция одного человека, даже очень могущественного, не могла остановить политические процессы, запущенные немцами. Ведь реальная власть была сосредоточена в их руках. Кроме того, в Киеве были и более влиятельные люди, которые желали падения ЦР. Есть версия, что «арест» Доброго должен был быть лишь первым из многих, и должны были быть взяты под стражу все известные сторонники немцев в Киеве, а на немецких командиров готовились покушения. По крайней мере, такой сценарий озвучил немецкий прокурор на суде по «делу Доброго». По мнению немецкого следствия, Ткаченко, Жуковский и Голубович были членами тайной организации "Комитет спасения Украины", которая ставила своей целью изгнать немцев из УНР. Может быть, оно так и было, мы уже могли выше убедиться, что руководители УНР отличались иррационализмом мышления. Более того, господин Жуковский, когда еще был заместителем военного министра, предлагал создать федерацию с Румынией и Болгарией. Это было за несколько дней до того, как войска Муравьева взяли Киев. Так что эти люди действительно отличались не только иррационализмом, но и утопизмом мышления. Они действительно могли создать тайную организацию и придумывать бредовые планы, чем только ускорили падение своего режима. Но это все не объясняет, почему в первую очередь решили похитить именно Абрама Доброго.

Есть одна теория, которая объясняет все «шероховатости» в деле Абрама Доброго. Немцев не устраивала власть ЦР. Прежде всего, потому, что ее руководители не могли навести порядок на Украине. Но немецким генералам порядок был нужен не для блага жителей страны. Скорей, наоборот. Немцам и австрийцам железный порядок был нужен для того, чтобы вывозить из Украины продовольствие. В самих Германии и Австро-Венгрии был почти голод из-за блокады, устроенной Великобританией. Желудевый кофе и картошка с маргарином для жителя Вены или Берлина были деликатесом. Немецкое и австрийское правительство хотели решить продовольственную проблему за счет Украины, а, точней, за счет ее жителей. Грубо говоря, они были одержимы идеей накормить свои народы, ограбив чужой. Но при этом Берлин не хотел вводить на территории Украины де-юре оккупационный режим, вместо этого в правительстве Кайзера решили, что на Украине лучше иметь марионеточного правителя, полностью зависимого от Берлина. Но для начала нужно было убрать болтунов из ЦР, и сделать это немцы решили красиво. 

Суть версии в том, что «дело Доброго» изначально было операцией немецкой военной разведки. Так что, Ткаченко, Жуковский, Голубович были немецкими агентами? Нет. Они были просто «марионетками» в умелых руках кукловодов из ведомства Вальтера Николаи (руководителя немецкой военной разведки). Но как это могло быть? Ткаченко могли «подкинуть» информацию из нескольких источников о том, что готовится заговор против ЦР, и его центральной фигурой является Абрам Добрый. Немцы, у которых на тот момент были лучшие психологи в мире, могли просчитать действия министра. Тот решил изолировать банкира и получить от него информацию о других участника заговора. Но сделать открыто он это не мог, потому что, в случае официального ареста, немцы бы освободили финансиста через несколько часов. И Ткаченко решился на похищение и привлек в качестве соучастника Жуковского. То есть паны министры совершили преступление, что и нужно было немецкому командованию для окончательной дискредитации ЦР и громкого судебного процесса. Вот что писал по этому поводу журналист Соломон Каплун (псевдоним С. Сумский): «Немцам удалось не только скомпрометировать «демократическое» правительство, но доказать всю его моральную негодность.

Немцы говорили: «Нас не интересует, какое у вас правительство; пусть будут демократы, социалисты, монархисты, но нельзя допускать мазуриков, невежд и самоуверенно-наглых мальчишек. Мы вмешиваемся не в политические отношения на Украине, а охраняем порядок».
Кроме того, данная теория объясняет такие «странные моменты» при похищение Абрама Доброго, как якобы забытый портфель в квартире банкира, из содержимого которого его жена узнала о том, что мужа увезли сотрудники МВД. Вероятно, что портфель специально «забыл» немецкий агент, чтобы следователи из полевой жандармерии понимали, в каком направление «копать». Дело в том, что немецкие офицеры не очень любили разведку (прусский аристократический гонор) и не факт, что захотели бы участвовать в ее игре. Если все дело Доброго изначально планировалось немцами, то это объясняет, почему спецвагон оказался в Харькове, а не в Полтаве. В Харькове влияние ЦР была куда меньше. Наконец, становится понятным, откуда банкир взял деньги, чтобы подкупить солдат. Их ему передал немецкий агент, который был среди конвоиров. Но, разумеется, это лишь теория, которая многое объясняет, но доказательств, что похищение Доброго было спецоперацией немцев, нет. Хотя слухи такие ходили сразу после ликвидации УНР.
Если бы похищение Абрама Доброго было не историческим происшествием, а литературным произведением, то в нем не было бы положительных героев. Одни отрицательные. Чиновник-похититель и вымогатель, министры-преступники, банкир-шпион и спекулянт, немецкие генералы, которые хотели накормить свои народы, ограбив чужой.