Столетний юбилей братской Белоруссии

360 0 Юрий НОСОВСКИЙ - 01 января 2019 A A+

Нынешнее 1 января – не просто очередной веселый праздник. В этом году исполняется еще и ровно 100 лет с момента образования Белорусской ССР – первого действительно белорусского государства в обозримом временном промежутке. Как сложатся его дальнейшие судьбы?

Действительно, если хорошо подумать – до 1 января 1919 года никакой вменяемой государственности у белорусов просто не существовало. Княжество Полоцкое, как и остальные регионы Руси, сохранявшее относительную независимость в 9-10 веке? Так оно, во-первых, даже большую часть территории современной Белоруссии не занимало. Во-вторых, после разгрома, учиненного там Владимиром Великим, крестившим Русь (впрочем, в бытность его еще язычником), о реальной независимости этого образования можно было забыть на долгие столетия. 
Хотя, конечно, «капитуляция» полочан была в некотором смысле вполне «почетной» – полоцкую княжну Рогнеду князь Владимир взял себе в жены. И именно их общий сын Ярослав, в трудной борьбе с братьями-конкурентами, выборол себе великокняжеский престол. Позже будучи назван по итогам своего, действительно незаурядного правления, Ярославом Мудрым. В этом смысле, Киевской Русью после Ярослава стала править единая общерусская династия – на условиях «семейной унии».
Потом, конечно, в Киевской Руси наступила эпоха феодальной раздробленности, и практически каждый князь начал вести себя как почти независимый от киевского «стола» государь. Не исключением стали и владетели белорусских княжеств. 
Но опять же, называть конгломерат последних некой «пра-Белоруссией» будет явной натяжкой. Это все равно, что русские, такие же политически раздробленные монголо-татарским игом княжества рядить в «московское государство».
А потом, в 14 веке, белорусские земли стали… литовскими! Не в одночасье, конечно, так сказать, «методом ползучей экспансии». Впрочем, по большей части полу-добровольной, без кровавых эксцессов. Сначала в том же Полоцком княжестве утвердилась династия с литовскими корнями, затем остальные княжества на территории современных Белоруссии, Украины и даже части России (Смоленск) предпочли поменять «протекторат» Золотой Орды на подданство Великого Литовского Князя.
Вообще-то, с культурной точки зрения, еще неизвестно, кто для кого стал «гегемоном». Ведь литовцы до 16 века даже не имели собственной письменности, используя в качестве государственного языка древне-белорусский (или древнеукраинский) язык, а, проще говоря, западный диалект языка древнерусского. 
Но все-таки правящей элитой тогдашней Великой Литвы были именно литовцы. Русские же князья, независимо от уточнения их территориального происхождения, могли выступать в качестве, в лучшем случае, «младших партнеров», хотя, порой, и достаточно влиятельных. Тем не менее, называть такое вассальное «партнерство» неким «прообразом белорусской государственности», как это пытаются представить современные белорусские националисты, представляется ну очень большой натяжкой.
К слову сказать, в белорусской средневековой истории не было даже какой-то кратковременной относительно заметной государственности, как, скажем, на Украине во времена Богдана Хмельницкого. Конечно, наследники великого гетмана своими дрязгами довели Правобережную Украину до снижения численности населения в 10 раз (за неполные четверть века). А Левобережье избежало этой кошмарной участи лишь благодаря реальному патронату Московского царства, не всегда в согласии со своевольными «полковниками» и «гетманами», желавшими «пановати в своей хате». 
Но так или иначе, украинцы в 17 веке хоть с некоторым подобием государственности были знакомы, в отличии от белорусов. Которые в ходе долгих и кровопролитных столкновений между Польшей, Швецией, Россией чаще выступали в качестве «объекта», а не «субъекта».

***

Шанс к обретению государственности выпал им лишь после краха Российской империи. Первыми его попытались реализовать местные националисты, объявив в 1918 году Белорусскую народную республику. Пусть с литовским гербом «Погоня», но якобы сугубо национальную. Даром, что реальной основой ее существования была лишь немецкая оккупация. Так что когда немцы, после революции в самой Германии, оставили оккупированные земли, сия якобы «белорусская» державность закономерно приказала долго жить. 
А реальная власть в регионе перешла к тем, кто имел под собой и реальную поддержку населения и столь же реальную военную силу. То есть к большевикам.  
Можно заметить, что далеко не все из числа белорусских большевиков в принципе заморачивались необходимостью создания отдельной Белоруссии. Поскольку простому народу она была нужна, как «пятое колесо к телеге». Что показали, например, события 1863 года, когда поднятое пропольски настроенной шляхтой антироссийское восстание практически не было поддержано крестьянством. В отличии от подобных восстаний на территории самой Польши.
Таких коммунистов-интернационалистов вполне устраивал и тогдашний статус белорусских земель – Западной области и фронта РСФСР, похожую по полномочиям на автономию в составе Советской России. Но другая часть белорусских коммунистов, базировавшаяся преимущественно в Москве, под крылышком Наркомата по делам национальностей (кстати, его тогда возглавлял Сталин), ратовала за создание полноценной Советской республики. 
Разумеется, не из-за неких тайных надежд добиться впоследствии полноценной «незалежности». Просто кому ж из бюрократов, даже советских, не хочется повысить свой статус до «цельных наркомов»,  а не начальников управлений какого-то, пусть и важного Облисполкома?

***

В итоге последняя точка зрения победила, и 1 января 1919 года и было провозглашено создание Белорусской Советской Социалистической Республики. С образованием «полагающихся по статусу» Совета Народных Комиссаров, ЦИК и других подобных государственных атрибутов. 
Хотя на деле, конечно, все функционеры этих учреждений оставались верными, без иронии, членами ленинской РКП(б), подчиняясь решениям центральных партийных и государственных органов в Москве. Тем более, что и армия была тоже общегосударственной, воюя под флагом с буквами РСФСР. Собственно, и БССР целый месяц, не только фактически, но и формально, продолжала оставаться в составе Российской Федерации в статусе автономии.
К слову сказать, формально просуществовала та, самая первая, Советская Белоруссия, тоже не долго – всего два месяца. Поскольку в конце февраля 1919 года «пошла на повышение» – была преобразована в Социалистическую Советскую Республику Литвы и Белоруссии (ЛитБел). 
Казалось бы, пусть под красным флагом, но свершилась «реинкарнация» пресловутого Великого Княжества Литовского. Но затем Красную Армию начали преследовать неудачи, закончившиеся катастрофой во время наступления войск Тухачевского на Варшаву. Литовские националисты тоже оказались по «зубастости» не чета белорусским – в общем, вышеупомянутый ЛитБел в июле 1920 года прекратил своей существование, вновь став просто Советской Белоруссией. Которая 30 декабря 1922 года и стала соучредителем Союза Советских Социалистических Республик.
Конечно, БССР в свои первые годы представляла собой всего лишь четверть от своей нынешней территории – чуть больше 50 тысяч квадратных километров против нынешних 207 тысяч. Ее западные области пришлось отдать Польше в ходе заключенного с Варшавой мирного договора, часть северных районов «захапала» буржуазная Литва, ну а некоторые восточные области оказались в составе РСФСР. 
До сих пор еще в высказываниях вроде бы абсолютно не «тронувшихся» на белорусском национализме отдельных жителей современной Белоруссии можно встретить сожалеющие нотки, дескать «а Смоленск ведь тоже был белорусским». Ну да, если не учитывать ма-аленького такого момента, что в то время никакой даже минимально автономной единой Белоруссии не было и в помине…

***

Получив уже полную государственную независимость с распадом СССР, белорусы, тем не менее, не стали спешить ожесточенно «порывать с проклятым коммунистическим наследием». Не только на уровне простого народа (собственно, и в России, и на Украине обычные люди тоже довольно быстро «взвыли» от «гайдаровских» и им подобных горе-реформ), но и на уровне элиты. Избрание президентом страны Александра Лукашенко расставило все точки над «i». 
Либеральные писаки после этого еще долго изгалялись в своих мрачных пророчествах: «экономику командно-административными методами работать не заставишь, во всяком случае, надолго – необходим свободный рынок», но вскоре были вынуждены заткнуться. Экономика заработала и продолжает работать до сего дня, более или менее успешно.
Да, важным залогом успеха стали дешевые российские энергоносители, возможность их реэкспорта с получением прибыли в республиканский бюджет. Только ведь та же Украина, скажем, имела на протяжении 22 лет ровно такие же преференции, если не лучше! 
Даже после прихода к власти по итогам путча на Майдане-2004 русофоба Ющенко, соратники последнего лихо перепродавали российское «голубое топливо» на Запад по схемам спешно образованного концерна «Росукрэнерго». Получая его, правда, несколько подороже, чем прежние смехотворные 50 долларов за тысячу кубометров, но все равно имея свой немаленький «гешефт».
Просто все эти деньги шли не в украинский бюджет, а оседали в «кубышках» олигархов, щедро делящихся денежками с политиками. Последние, собственно, являлись всего лишь обычной «олигархической надстройкой» – марионетками на ниточках у не сильно и скрывающихся «кукловодов».

***

В Белоруссии такой вариант невозможен в принципе – по причине контроля государства над всем мало-мальски крупным бизнесом и отсутствием олигархата, как класса. Нет, рыночные механизмы в республике действуют – никто не разрешит предприятиям «работать на склад», выпуская продукцию, не пользующуюся спросом. И владеть частным лицам мелким и средним бизнесом, той же торговлей, например, никто не запрещает. Как во времена НЭПа в 20-х годах.
Но все равно, отсутствие огромной массы «паразитов», претендующих на неадекватно высокую долю «общественного пирога» за свои «таланты организаторов производства» очень благотворно сказываются на уровне жизни простых белорусов. Формально среднедушевой ВВП по паритету покупательной способности у них – около 17 тысяч долларов в год. 
Это, конечно, поменьше, чем у россиян (27,5 тысяч), но, например, вдвое больше, чем у жителей «великой, незалежной и европейской» Украины. И почти вдвое больше, чем у таких же «европейских и рыночно-реформированных» грузинов. 
А еще надо учесть, что эти «усредненные» 17 тысяч долларов в Белоруссии действительно относятся к каждому из большинства отдельно взятых белорусов. А не как в некоторых формально более богатых странах, где эта цифра сродни «средней нормальной температура по больнице, где у одного под 40, а другой уже остыл», когда кучка «элиты» купается в роскоши, а немало людей находится на грани нищеты. 
Так что в последние годы даже не склонные к панегирикам «последнему диктатору Европы» (как называют на Западе Лукашенко) западные экономические фонды нередко ставят Беларусь по уровню социально-экономического развития даже немножко выше России. Что, в общем, видно даже невооруженным глазом, начиная с качества белорусских дорог, сравнимыми с немецкими «автобанами». И заканчивая не менее высочайшим качеством белорусской медицины, образования и дешевизны (и качества!) местной молочной продукции, да и многих других моментов, заставляющих ностальгически вспомнить времена «проклятого советского тоталитаризма».

***

Пожалуй, наверное, именно в этом моменте и заключается основная причина просто-таки «черепашьих» темпов построения Союзного государства России и Белоруссии, «декларации о намерениях» которого были подписаны аккурат еще 20 лет назад. Часть российских публицистов, конечно, склонны винить во всем нежелание Лукашенко поступиться собственной властью после образования гипотетического нового единого государства, но только лишь во властолюбии дело?
Независимость ведь не только для Александр Григорьевича, но и для большинства белорусов – это гарантии сохранения и «квази-советского» образа жизни. При котором у людей, может, и чуть меньше возможностей быстро заработать на статусные импортные «цацки», вроде «Айфонов», иномарок, и прочей ерунды. Но зато нет риска «оказаться на обочине», а то и в «либерал-рыночном раю», образца России в «лихие-90е» или современной Украины.
С другой стороны, желание сохранить независимую социально-экономическую модель (а не просто формальную «незалежность» любой ценой) путем шантажа России – это тоже, однозначно, не лучшее решение. Подыгрыванием белорусскому национализму, части устраивающих Запад политических мер на просторах СНГ (в частности – по Украине), чем в последние годы засветился официальный Минск.
Не лучшее, кстати, не только для Москвы, но и для самих же вменяемых белорусов. Потому что «игра понарошку» в «многовекторность» рано или поздно грозит превратиться в многовекторность реальную. А ее исход всегда один – сдача страны «душой и телом» в объятия «благословенного Запада» путем очередной «цветной революции». 
Кстати, в этом году Лукашенко предстоят очередные президентские выборы. Результат которых, конечно, особой загадки не представляет, но ведь реакция Запада на них тоже известна заранее – полная обструкция. А стоит Минску дать слабину, разрешить местным «свидомитам» («змагарам») побузить без риска быть задержанным правоохранителями – в любой момент может вспыхнуть новая «васильковая» революция. Как однажды уже назвали свою, к счастью, неудачную попытку мятежа, прозападные силы.
Судя по всему, именно поэтому сейчас со стороны Москвы вновь широко начал будироваться вопрос «почему затягивается процесс создания Союзного Государства?» От ответа на который зависит получение Минском ряда важных экономических преференций – в основном, в плане все той же льготной цены на нефть и газ. 
Официально, по крайней мере, переговоры на высшем уровне пока никакими конкретными договоренностями не завершились. Но, думается, некий если не «прорыв», то хотя бы «рывок» в этом направлении все же будет. 
Хотя, конечно, для полноценной интеграции России и Белоруссии необходимо удовлетворительное решение сосуществования двух, пока еще слишком разных, социально-экономических систем в обоих странах. Без чего о создании «обновленного Союза» можно мечтать лишь подобно, скажем, насчет «объединения двух Корей» – ортодоксально-социалистической Северной и радикально-либерал-рыночной Южной.

***

Все же ситуация на этот счет не столь безнадежна, как кажется на первый взгляд. Причем, что интересно, не только Белоруссия понемножку интегрирует свою экономику (хотя бы в плане согласия на российские инвестиции ряда важных отраслей, типа газовой), но и Россия «дивергирует» хотя бы к элементам «белорусской модели». 
В частности, российский «олигархат», кроме функции организации производства, больше служит в качестве «громоотвода» для критики в прессе и возмущения населения, а не осуществляет реальную власть. На самом же деле представляя собой прослойку всего лишь высокооплачиваемых (хотя, порой уж и слишком «высоко») топ-менеджеров фактически госпредприятий. 
Доля последних в российской экономике, по разным подсчетам, за последние годы дошла уже от 55 до 70%. А если какой-нибудь так называемый «олигарх» вдруг возомнит себя действительно «самовластным нуворишем» – на такой случай есть очень показательные примеры Гусинского, Березовского, Ходорковского – не считая «сошек» помельче.
Все вышесказанное не означает, конечно, что полноценное объединение России и Белоруссии произойдет прямо-таки через считанные месяцы. Но все же, фундаментально-экономические основания для него за последние годы стали намного более удобными, чем в те же «лихие 90-е», когда российская «семибанкирщина» имела не только экономическую, но и реальную политическую власть. Между тем, именно тогда элиты двух братских народов заявили о желании вновь жить вместе, как это и было на протяжении тысячелетий, лишь изредка нарушаясь из-за недоброй воли властолюбивых соседей.