Русский украинец Кобзарь Дармограй

История моей жизни составляет часть истории моей Родины. Шевченко

Сраженья были, распри — всё бывало;
Галаганы́, и Кисели, и Кочубеи-ногаи́, —
Видали мы добра немало.
Минуло всё, да не пропало, —
Остались червяки: грызут,
Сверля́т и точат сердце дуба…

«Кобзарь»

В нём издетства жила неукротимая воля к свободе. Что выразилось потом в творчестве. 

Десятилетним мальчонкой Шевченко восстал против злого притеснителя, жестокого учителя-дьяка. Отомстив тому за все побои и надругательства. 

Подкараулив однажды мертвецки пьяного, Тарас отмутузил дьячка что есть мочи, связав по рукам и ногам. Затем убёг в порубежную деревню. Захватив с собой лишь книжку с иллюстрациями — единственное богатство. Там были рисунки казаков, шашками изгоняющих французских солдат с Украины в 1812-м. Там были его первые эскизы-перерисовки: картонками меж страниц. 

Их не счесть — русских хохлов, — которые даже помыслить не могли в своей жизни, что кто-то когда-то будет отделять их от российской идентичности: Сковорода, Капнисты, Шевченко, Гоголь, Украинка, Булгаков, им нет счёту…

Вообще если взять чисто хронологически, то сегодня мы отмечали бы 365-й юбилей воссоединения Украины с Россией. Речь, конечно, о тринадцатилетней войне с Речью Посполитой за утерянные в смутное время земли. 

Январская Рада 1654 г. подтвердила державный переход под русского царя Алексея Михайловича. Коему присягнул Богдан Хмельницкий. И вот эти-то гены социально-национального избавления от иноземщины. Также родства, политого обильной военной кровью, — никуда ни деть, как ни старайся. Ни русским, ни тем более украинцам. Это ж не шутка, согласитесь: — пять веков вместе.

Сочинил и нарисовал, — будучи неплохим художником: — очень немного. Что неудивительно: недолгие годы жизни, десятилетняя оренбуржская ссылка без права заниматься творчеством — тому горькая, печальная порука. 

Личность, писания Шевченко всегда овевал некий националистический ореол: космополиты тащат поэта в отряд мужицких бунтарей; реакционеры — лепят из него народного страдальца от русского ига; «Современник» Белинского — хает за местничество, провинциализм; «Современник» Чернышевского-Добролюбова — привечает за демократизм.

Любопытно, что термин «либерализм», «либеральный реформизм» в середине XIX в. соседствовал с идеологемами «мракобесия» — сиречь крепостничества-обскурантизма (Юркевич, Катков, Дудышкин). Воюя в журнально-публицистических сферах с материалистической философией революционных демократов (Писарев, Шелгунов, Антонович). Так же как понятие «пролетария», «пролетариата» означало не «передовой-направляющий», а — обыкновенный нищеброд-христарадник: тёмный затюканный бедный попрошайка. 

Полжизни провёл Шевченко в России. Посему видел как бы сверху довольно-таки объёмное эпическое полотно. Эксплицированное в свои отнюдь и отнюдь не «провинциальные» писания. Повлиявшие в дальнейшем на становление народного самосознания-мировоззрения в нарративе неотделимости от великороссов. В нарративе абсолютной неотъемлемости друг от друга надежд и чаяний двух ближайших родственных цивилизаций.

Для более ясной картины скажем пару слов непосредственно об эпохе. Чрезвычайно интересной, напряжённо-переломной. [Хотя какие эпохи в судьбе России не переломные?.. — риторический вопрос.] 

Сначала галопом по Европам. Sub conditione

Первая половина XIX в. стала, как известно, периодом больших потрясений.
Испания с колониями — революция 1820—1823 гг.
Греция — национально-освободительное движение 1821—1823 гг.
Италия — приснопамятное движение карбонариев. 
Франция-Германия — июльский бунт 1830. Также повсеместное развитие тайных революционных обществ. Далее — громыхнуло в 1848 г.
Англия — чартистское движение.
Всё это оказало колоссальное воздействие на развитие прогрессивной мысли в России: как порождения конкретно-исторических условий освободительной борьбы Западной Европы — в трансформации-приспособлении к условиям русской действительности. 

Украина

Технический прогресс шагал на Украине даже быстрее, чем в России. Шёл непрерывный рост предприятий (около 2 500 в 1860). Уменьшалась доля помещичьих, росла доля купеческих, — одномоментно сбавляя количество крепостных рабочих в угоду вольнонаёмным. [Это ещё не пролетариат в марксистском изводе: будучи вольнонаёмными по отношению к мануфактуре, трудящиеся оставались у помещиков в оброке.]

Украинские города превращаются в крупные торговые центры — хабы, как бы сейчас изрекли. Приобретая значение всероссийских рынков сырья и сбыта мануфактур. В центр идёт — хлеб. Обратно — продукция обрабатывающей промышленности. 

Европейский экспорт и вовсе почти весь шёл через черноморские порты: шерсть, меха; особенно пшеница (95 % всего экспорта Европейской России).

Тем не менее, органически плотно связанная с имперской, украинская экономика так же неимоверно страдала от крепостничества. 

Помещики зверствовали. Чувствуя приближающийся, зреющий не по дням, а по часам неминуемый кризис феодальной системы, — чрезмерно поднимали оброк, барщину, повинности. Постоянно сокращая хлебопашеские наделы. 

В отличие от общих (относительно благоприятных) статистических данных по промышленности, положение украинских крестьян — намного тяжелее российских: за счёт безраздельного и неконтролируемого (из-за удалённости от центра) господства барщины. [В России — превалировали оброчные отношения.] Отчего скобари превращались в безземельных и бездомных. Что смерти было подобно.

Например, в родном селе Шевченко — Кирилловке (Правобережная Украина) — более 70 % безземельных и даже безлошадных. Отчего с увертюры столетия там не прекращались буйные крестьянские волнения. 
Процветала практически работорговля крестьянским людом на рынках: их выставляли на показ будто скот, закованный в цепи. Замученных, измождённых.

В повести «Музыкант» Т. Шевченко обрисовал крайне бедственное положение галаганских подневольных начала 1840-х. Также в стихотворении, данном во вступлении к тексту «Сраженья были…» из канонического сборника «Кобзарь».

Мало того, вдобавок ко своим «ро́дным панам» Галаганам, скажем, на Правобережной Украине — к угнетателям добавлялись польские шляхтичи: уничтожая к тому же собственно национальную украинскую культуру. Насильственно насаждая католицизм. 

Будто галки чёрной стаей,
Ляхи, езуиты
Налетают — ниоткуда
Не видно защиты!

«Тарасова ночь»

Царское правительство держало народ в состоянии почти поголовной неграмотности. В первой половине XIX в. на всю Украину было всего лишь два университета, десять гимназий. Малейшее проявление свободной мысли — беспощадно каралось.

Процветал произвол полицейщины. Именем бога — благоденствовал произвол «жандармов в рясе»: охранявших-освящавших крепостной гнёт и самодержавную деспотию. Всё это потрясающе выразил Шевченко в поэме «Гайдамаки». Вплоть до народной расправы с притеснителями-ляхами.

Кавказ, Прибалтика, Польша (Волынские восстания), Украина (Киевщина — «Колиивщина») — тучно покрыты пожарами крестьянских восстаний. Усиленные апокалиптикой мятежей промышленных трудящихся. 

Забастовки на Черниговщине. На Дону. В Харьковской губернии — Чугуев. Херсон. Полтава. Урал — Берёзовские рудники. Екатеринбург. Владимирская губерния — заводы Баташёвых. К середине века число волнений возрастает кратно.

Всё детство и юность поэта овеяны грозовыми всполохами непрекращающихся крестьянских бунтов. А в песнях, — колыбельных и героических: — бережно хранилась память событий Отечественной войны 1812 года. В которой украинцы рука об руку с русскими сражались с Наполеоном.

Известно, что французский фланг вторгся в пределы Волынской губернии. Для отпора врагу сформированы на Левобережной Украине 15. На Правобережье — четыре конных казацких полка. Вошедших в армию А. Тормасова. Плюс ополчение. Всё это Шевченко воплотил потом в рисунках-портретах-натюрмортах. Первыми художественническими опытами были как раз изображения Кутузова и Платова. 

«Как жертва всесожжения вспыхнула святая белокаменная, и из конца в конец по всему царству раздался клич, чтобы выходили и стар и млад заливать вражескою кровью великий пожар московский», — колокольной звонницей откликается героика в повести «Близнецы». Обнажая незабвенные детские восприятия Шевченко. 

Ему исполнилось 11, когда залпы на Сенатской площади покончили с восстанием декабристов. Киев — один из средоточия движения либертарианцев. 

Как и все передовые деятели Украины (кружок академика Срезневского), Шевченко испытал на себе пользительное влияние воззрений первого поколения русских революционеров: первых «благовестителей свободы». 

В муках, в каторге — не плачет,
Взор с мольбой не кинет!
Раз добром согрето сердце —
Ввек оно не стынет!

«Сон»

Выходец из низов, он прекрасно понимал декабристские ошибки. Соединив впоследствии в творчестве рылеевскую лирику («Наливайка» и др.), украинскую мечту о бескрайней вольнице. Также авангардные веяния русской идеологии — навроде «Кто виноват?» Герцена. 

Императорская Академия художеств. «Отечественные записки» с Белинским. Кружок Струговщикова (Витали, Щедрин, Брюллов, Глинка), плавно перетекающий и перманентно перемещающийся по квартирам графа Виельгорского, князя Одоевского etc. Михаил Петрашевский, в конце концов. [Буквально десяти годами раньше «Великий Карл» Брюллов с Жуковским, Гребёнкой, Григоровичем выкупили юношу-Шевченко у помещика Энгельгардта.]

Дружба с левыми петрашевцами Спешневым, Момбелли. Воззвания, призывы к бунту в России, Малороссии. Знаменитое запрещённое письмо Белинского к Гоголю. Сближение с Костомаровым, участие в его Кирилло-Мефодиевском обществе-братстве. Разгром последнего. По итогу — ссылка: «Отцвели мы…// Я в неволе.// Ты вдовой: мы не живём,// Только бродим, вспоминая,//Как живалось нам в былом!»

Годы творческой зрелости как поэта, философа и политического деятеля относятся к самой мрачной поре дореформенной Империи. 

Под мертвящим прессом николаевского деспотизма, под гнётом «внешнего рабства» (Герцен) шёл процесс внутреннего отстранения, «внутренней эмиграции» (Жирарден). Всюду росло недовольство. И острые революционные тезисы за эти страшные годы «владычества прапорщика» разлетелись быстрее и сильнее, чем за целое предшествующее им столетие. 

1830—40-е… Как ни странно, это были величайшие годы в истории России. И на эту тему написаны сонмы диссертаций под условным названием типа «Расцвет культуры под жесточайшим прессом цензуры» (название — моя придумка, — авт.).

Литература. Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Кольцов, Тургенв, Достоевский, Григорович, Гончаров, Островский.
Театр. Мочалов, Каратыгин, Щепкин, П. Садовский, Мартынов.
Музыка. Глинка, Даргомыжский, А. Серов, Одоевский.
Живопись. Брюллов, Венецианов, Федотов, Тропинин, Кипренский, Иванов. 
Наука. Осиповский, Филомафитский, Рулье, Максимович, Пирогов. Математик Лобачевский. Химик Зинин. Физики Петров и Якоби. Географы Лазарев, Головин.
Гуманитарии. Грановский, Заболотский, Милютин, В. Одоевский.
Естествознание. Куторга, Буяльский, опять же Одоевский (он везде, и таких отечественных энциклопедистов-полигистров в Империи — немало). 

Невероятно умножилось влияние литературы — мощной, мощнейшей пропагандистской трибуны. С которой, — вопреки свирепому диктату цензуры, — распространялись в социуме прогрессивные идеи. В авангарде коих, среди многих и многих, стоял питомец блестящего соцветья национальных культур. Ставший выдающимся деятелем передовой демократической мысли. Ведущей непримиримую борьбу с самодержавно-крепостническим строем. Русским украинцем «Кобзарём Дармограем» — Тарасом Григорьевичем Шевченко.  

Вот что делают на свете
Людям сами ж люди…
А за что? Господь их знает!
Глянешь — свет широкий,
Только негде приютиться
Горьким, одиноким.
Одному даны просторы
От края до края,
А другому — три аршина,
Могила сырая.

«Кобзарь»
 

Похожие публикации

.

Борис Васильев: писатель, прошедший войну

Лазарь МОДЕЛЬ
.

Дважды героиня СССР

Юрий НОСОВСКИЙ
.

Порвать «Дон Кихота» к чёртовой матери!

Игорь ФУНТ