«Что ж, может быть, русские и будут в Баварии. Может, они и доберутся до Фрица и Марты. Но это обойдётся им слишком дорого!» – Нойберт угрюмо смотрел на занесённые снегом поля. Сейчас он хотел только одного – убивать и жечь, жечь и убивать, чтобы потоки алой крови смыли в памяти воспоминания об убитом Паулем русском мальчике… Шёл тысяча девятьсот сорок четвёртый год…
Тогда, в Хэйлунцзяне, Линь Бяо особенно поразили взорванные советскими реактивными установками временные склады с боеприпасами – снега не было совсем, лишь огромное, обледенелое чёрное пространство, усеянное тысячами металлических, обугленных осколков и десятками обгоревших до неузнаваемости трупов. Линь Бяо слишком хорошо помнил вторую мировую и то, чего стоят советские солдаты…