Камертон

«Получается, отдельные редакторы просто лишают авторов возможности общаться со своим белорусским читателем. Русскоязычная литература просто блокируется, а белорусскоязычная мало кому нужна»…

…Осталось только решить малое – отрегулировать естественный «человеческий фактор» в не естественном процессе современной литературы.

В этой статье не назову ни одной фамилии поэта. Не потому, что нет имен в отечественной поэзии. Они есть, и немало – ярких и талантливых. Подталкивают к обобщениям некоторые проблемные тенденции…

Испокон веку на землях Беларуси рядом с белорусами уживались поляки, русские, евреи, немцы, цыгане, татары и другие народы….

Есть у писателей такая вредная, неистребимая привычка – записывать в дневники некоторые мысли-наброски, наблюдения, фиксировать жизнь. Там мало найдется чего-нибудь общественно значимого, все больше какие-то житейские мелочи, разговоры, новое услышанное словечко. Вот и я достала тетради двадцатилетней давности, захотелось освежить память, окунуться в прошлое, иногда это полезно. Как же все это было давно, почти начисто стерлись плохие, тягостные минуты, и наоборот, радостное и хорошее вдруг стало мифологизироваться, покрываясь лакированным блеском…

Сегодня миром правят новейшие информационные технологии, порой пугающие даже своих вдохновителей и родоначальников сверхрационализмом, нечеловеческими скоростями и отстраненным бездушием. Нам все труднее адаптироваться в техногенном обществе. Времена самобытных, могучих титанов литературы с их ярким темпераментом и волей художника, прораставших когда-то великими творениями на незабвенной творческой территории, дух и силу которых закаляли жестокосердные времена, невероятное сопротивление труднейшим обстоятельствам, стойкость характера, нелицеприятная, порой смертельная критика, прошли…

Мои многие предки и прадеды захоронены на Смоленских, Орловских, Подмосковных, Херсонских деревенских погостах. Я родилась и выросла в Беларуси, но мое сердце плачет, тоскует, отзываясь на безрадостное уныние Псковских и Ленинградских земель, давно не обработанных людскими руками, теплыми и заботливыми. Сначала умирает земля, потом идет отторжение людей, они забывают, откуда пошел их род, и не возвращаются в родные пределы…

…Куда ни глянь, гористая местность и все лежит под высоким слоем снега. Снега было много. Празднично-розового, голубого, с блестящей сахаристой корочкой днем, и накрахмаленного, темно-белого, как свежие больничные бинты, рассеченного черными мрачными деревьями во дворе ночью. Снег плотно накрыл в ту зиму низенький заборчик, плоские крыши, ближайший сосновый лес. В низу, в спускающейся широкой долине хорошо просматривался маленький поселок, над пологими крышами домиков густо дымились вертикальными столбами трубы…