Камертон

Очи — слёзы, зубы — жемчуг, — где любимая моя?
Светлый разум, лик прекрасный, — где любимая моя?
О, душа — источник скорби, — где любимая моя?
« — Эй, язык мой, дай ответ мне — где любимая моя?
Свет души, цветок расцветший — где любимая моя?»…

…От того сумеем ли мы увидеть Н.С. Лескова в его подлинную величину, зависит не только судьба его великих книг, но и наша судьба, но и судьба всей России. Для возрождения нашей страны нам крайне необходимо заново прочесть его книги…

Юрий Кузнецов к концу XX века по праву считался самым значительным и авторитетным русским национальным поэтом. В его творчестве нашли отражение все признаки выдающегося литературного явления… Сегодня, когда перед Россией с особой силой встаёт необходимость поиска действенных форм национальной и духовной идентификации в условиях стремительно меняющегося мира, творческое наследие великого русского поэта Юрия Кузнецова приобретает особую актуальность…

…«Реставратор всея Руси» – книга о долге и призвании человека, о святом деле подвижника, об историке, исследователе, общественном деятеле, пропагандисте и защитнике художественного культурного наследия. Словом, о человеке, редкого характера, убежденного в своей миссии…

Звезда полей, во мгле заледенелой
Остановившись, смотрит в полынью.
Уж на часах двенадцать прозвенело,
И сон окутал родину мою…

Исполнилось 75 лет со дня рождения русского поэта Николая Рубцова (1936-1971)… Его взгляд на богемную среду впервые нашел отражение в стихотворении «В гостях», написанном в 1962 году. Именно здесь – единственный раз у Рубцова – встречаем мы само слово «богема». И здесь же – его развёрнутое определение богемности как стиля жизни…

Ольга Заботкина – потрясающий образ: беспредельная нескрываемая любовь, беспредельная верность. Ее Катя Татаринова – один из самых привлекательных женских образов советского кино. В моем любимом фильме «Два капитана» Ольга Заботкина и Александр Ал. Михайлов были неподражаемы, они не играли, а прожили жизнь своих героев…

8 января исполнилось 85 лет со дня рождения владыки Питирима, митрополита Волоколамского и Юрьевского. В истории Русской Православной Церкви есть своя «эпоха Возрождения», и митрополит Волоколамский и Юрьевский Питирим из числа крупнейших деятелей этой эпохи. Впервые после долгих гонений голос Церкви зазвучал явственно как для граждан нашей страны, так и для всего мира…

Известно мне: доступен гений
Для гласа искренних сердец.
К тебе, возвышенный певец,
Взываю с жаром песнопений.
Рассей на миг восторг святой,
Раздумье творческого духа
И снисходительного слуха
Младую музу удостой…

Успех у читателей сказки о деревянном человечке, наметившийся уже при газетной публикации, перешел в настоящий бум, когда в 1936 г. появилась книга, вышедшая с посвящением супруге писателя Людмиле Ильиничне Толстой (урожденной Крестинской). С тех пор, новые издания «Приключений Буратино» стали печататься ежегодно, а вскоре: и дети, и взрослые увидели героев этой сказки на театральной сцене и киноэкране…

И вот я, высокий, красивый, весь такой ухоженный, небрежно сунув руку в карман, беру другой трубку и роняю на французский манер “Алео”. Собой я доволен: вчера, можно сказать, из деревни, но успел навсегда избавиться от участи пастуха — мне не придется корчиться под хлестким градом и маяться суставными болями, у меня крыша над головой, и вполне надежная, я достаточно нужный человек, чтобы иметь телефон, и друзья у меня, как на подбор, люди значительные, стало быть, и я из значительных. Итак: “Алео”…

Уже пятнадцать лет нет с нами владыки Иоанна. С годами всё яснее и четче понимаешь, что, вероятно, никто не смог сказать о нашем времени так глубоко и так четко, как он. Несколько лет назад я обратил внимание, что статьи и книги митрополита Иоанна дают более полные и исчерпывающие ответы на вопросы современной, текущей жизни, чем многие, самые добросовестные разработки сегодняшних политологов. И с каждым годом это ощущение становится все сильнее…

Много лет в нашей семье ощущалась недосказанность и даже тайна, когда заходил разговор о дедушках и бабушках моих родителей, о том, как они попали в Туркестан. В семейном альбоме я видела несколько странных фотографий – овалы с аккуратно вырезанными мужскими головами или фотографии – половинки, на которых сидели только женщины. На мои вопросы мама и бабушка отвечали, что срезаны эполеты, по которым можно узнать чин военных, но рассказывать об этом нельзя никому…