Девушка из «Грозы»

Виленчанка Татьяна Исаевна Архипова – очень известная в Литве женщина. Одним – как отличный журналист, другим – как крепкий редактор, третьим – как супруга доктора медицинских наук, заслуженного врача, хирурга высшей категории Бориса Израилевича Эфроса. Он знаменит тем, что первым в Литве в середине марта 1958 года успешно провёл операцию на сердце. А кто-то знает Архипову, как зафронтовую разведчицу, радистку, старшину и кавалера боевых орденов. Но прежде чем рассказывать об этой милой и обаятельной красавице, необходимо сделать экскурс в малоизвестную страничку истории минувшей Отечественной войны. 

Думаю, мало кто даже из профессионалов (о непрофессионалах и говорить не приходится) знает об авантюрной и трагичной судьбе полковника Красной Армии Владимира Гиля, больше известного под псевдонимом «Родионов». Кстати, Гиль – земляк Архиповой-Эфрос, родился в 1906 году в Виленской губернии. Если кратко, Гиль был пленён 16 июля 1941 года в Белоруссии и отправлен в офицерский лагерь № 68 (Oflag-68) в польских Сувалках. Осенью 1941 года полковник инициировал создание «Национальной партии русского народа». Членами этой антибольшевистской группы стали 25 бывших офицеров РККА, предварительно отфильтрованные комиссиями СД (Служба безопасности рейхсфюрера СС, нем. – Sicherheitsdienst des Reichsführers SS) как лица, заслуживавшие доверия и представлявшие интерес для диверсионной работы в советской прифронтовой полосе и в глубине территории СССР.. 20 апреля 1942 года Владимир Гиль создал «Боевой союз русских националистов». Этот отряд немцы использовали для уничтожения евреев и охоты на партизан в Томашевском, Замостьвском, Рава-Русском и Парчевском уездах оккупированной Польши. Её земля до сей день помнит преступления живодёров Гиля. Если, например, на автомобиле ехать из Люблина во Львов через Раву-Русскую, на окраине Замости проезжаешь вплотную к огромному еврейскому кладбищу. А на подъёме к Томашув-Любельскому в глаза бросается указатель направо «Место массовых расстрелов евреев». 
Наверное, заплечных дел мастера предателя Гиля славно справлялись с грязной работёнкой, если к концу лета 1942 года на базе отряда был развёрнут карательный батальон, сформированный за счёт сброда, собранного в разных лагерях для военнопленных. Уже в августе карателей перебросили в Белоруссию для борьбы против советских партизан. Бывшие красноармейцы и офицеры РККА принимали участие во многих усмирительных операциях, обильно сея смерть после себя. За счёт регулярных пополнений батальон вырос в полк, и неизвестно, какой оказалась бы его судьба, не случись в ходе войны победы советского оружия сначала под Сталинградом, а затем – под Орлом, Курском и Белгородом.

К концу лета 1943 года стало понятно, что маятник в руках бога войны качнулся в обратную сторону. Пришло время даже негодяям думать о спасении шкуры. Стремление выжить в мясорубке оказалось сильнее гитлеровской и антисоветской идеологии. 16 августа 1943 года полк «Родионова» перешёл на сторону СССР и стал именоваться «1-ой Антифашистской партизанской бригадой». Приказом комполка Гиля «каждому бойцу вменялось беспощадно истреблять фрицев до последнего их изгнания с русской земли».

Исключительно из пропагандистских соображений всему личному составу без исключений была дарована жизнь, прощена сдача в плен (к слову, никто не разбирался, была она добровольной или вынужденной), сохранено штатное и личное оружие, офицеров и сержантов восстановили в прежних воинских званиях. Самому Гилю вручили погоны подполковника, так сказать, на вырост. Свидетели тех событий в своих воспоминаниях отмечали: Владимир Гиль отдавал себе отчёт, что такая фигура, как он, нужна лишь до тех пор, пока нужна. Что касается возмездия, оно рано или поздно придёт. Смерти не искал, но и не боялся её, воевал с отчаянной храбростью и мог бы смягчить вину за прежние преступления в глазах военного трибунала. Да, видно, не судьба – погиб в открытом бою на глазах подчинённых, давая им возможность отойти. 

Для чего написана эта часть очерка? Дело в том, что у подполковника «Родионова» не было радистов. К нему в штаб и была направлена Таня Архипова, 1922 года рождения, уроженка деревни Стомятское Стодолищенского района Смоленской области, в Красной Армии с 15 мая 1942-го (добровольно), комсомолка. К описываемому времени Татьяна Исаевна уже стала сержантом, повоевала в Смоленском партизанском полку особого назначения (ППОсНаз, командир – полковник Иван Садчиков). Любопытная деталь: не считая командира, чаще, чем с другими партизанами, Архипова имела дело с командиром взвода партизанской разведки Михаилом Егоровым, выросшим в Рудненском районе. Это тот самый Герой Советского Союза сержант Егоров, который в 1945 году вместе с младшим сержантом Мелитоном Кантария водрузил Знамя Победы над рейхстагом. А в 1942-1943 годах будущий герой был для нашей Татьяны Архиповны просто «непутёвым и отчаянным Мишкой».

В июне 1943-го наша героиня в составе группы из 5 человек (командир – майор Владимир Максимов) парашютным способом была десантирована в Витебскую область в немецкий тыл с задачей вступить в контакт с «родионовцами», обеспечивать Гиля радиосвязью с «Большой землёй», а разведотдел штаба Западного фронта – свежей информацией разведывательного характера. 

Почти год работала Архипова бок о бок с «Родионовым». Весной 1944-го 1-я Антифашистская партизанская бригада дислоцировалась на территории Полоцко-Лепельской партизанской зоны, где располагались 16 бригад численностью более 17 тысяч человек. Это была настоящая партизанская республика. «Мы совершенно не скрывались, жили в деревнях открыто, передвигались открыто и представляли для немцев страшную силу», – вспоминает Татьяна Исаевна. 11 апреля подразделения СС, вермахта, жандармерии, полиции из немецких холуёв приступили к крупномасштабной антипартизанской операции «Весенний праздник». 27 апреля партизан окружили и загнали в болота. В этих изматывавших непрерывных боях наша героиня 9 мая была тяжело ранена при прорыве немецкой блокады под Бегомлем. Только на третьи сутки она пришла в сознание, а случайно найдена была через 10 суток и при первой возможности специальным самолётом вывезена на «Большую Землю» – вот так, на вес золота ценило большое командование опытных радистов. 

На секунду отвлечемся. Хирурга Бориса Эфроса, это медицинское светило мирового уровня, всегда удивляло: по его мнению, супруга просто не должна была выжить в тех болотных антисанитарных условиях при столь тяжёлых ранениях в грудную клетку и лёгкие. Выжила, однако. О таких счастливчиках в народе говорят: боженька при рождении поцеловал в темечко. А командование по итогам операции сержанта Архипову наградило орденом «Красного Знамени». 

И ещё два слова о ценности зафронтового радиста. Пока Татьяна умирала под Бегомлем, пока лежала на госпитальной койке в Подмосковье, Западный фронт был переименован в 3-й Белорусский. Судьбой разведчицы занимался лично начальник разведотдела, а курировал процесс лично начальник штаба фронта генерал-лейтенант (с августа 1944 года – генерал-полковник) Александр Петрович Покровский. Так что наши слова о Боге и его поцелуе в темечко – далеко не метафора.

Как иначе объяснишь невероятную удачу, выпавшую во второй половине 1944 года на долю старшины Архиповой, включённой в разведывательную группу «Гроза» для выполнения заданий в тылу врага на территории Восточной Пруссии? «Грозу» в разведывательном отделе 3-го Белорусского фронта сформировали 22 июля, а уже через два дня на парашютах сбросили в районе города Шиббен (ныне это литовский Шилуте) Мемельской области, в 6 километрах от железнодорожной станции Кукоряйтен (ныне ст. Кукоряй). Боевым районом был определён тыл Восточно-Прусской группировки немецко-фашистских войск между городами Шиббен и Тильзит (ныне Советск Калининградской области РФ). В задачу «Грозы» входила разведка дислокации частей и соединений противника и наблюдение за перемещениями вражеских войск и техники. Разведгруппа «Гроза» продержалась в тылу немцев два с половиной месяца, с 24 июля по 9 октября 1944 года.

Если кто-то из читателей помнит кинофильм «Майор Вихрь», для сравнения скажем: РГ «Гроза» мало чем уступала легендарным разведчикам Вихря. Уму непостижимо: как удалось продержаться в совершенно агрессивной среде 75 суток!? Это не Витебская область, где можно напроситься практически в любую хату, отоспаться на сеновале, отпиться парным молоком или впрок попариться в бане. Здесь всё было чужим. В малолесистой Восточной Пруссии самая ничтожная ошибка стоила жизни. «Разведчикам (об этом Татьяна Исаевна говорит без всякой помпы, обыденно) не страшно погибнуть, страшно – не выполнить задание и пропасть без вести. И ещё очень хотелось вернуться домой живыми, но об этом вслух не говорили. Просто вели тщательную разведку севернее реки Неман вдоль железной дороги Шиббен – Тильзит, отслеживая передвижение воинских эшелонов, и движение на шоссе в направлении Тильзит-Кёнигсберг». Дважды удачливой «Грозе» с транспортных самолётов сбрасывали боеприпасы, продовольствие и питание для двух радиостанций «Северок». 

Автор не случайно вспомнил разведгруппу «Вихрь». Ей в какой-то степени было проще. Всё-таки Краков – второй по величине город Польши, в котором легко затеряться среди местного населения. Поляки в 1944 году какие-никакие, но союзники, к тому же – славяне по крови. Вокруг города оперировало немало партизанских отрядов и групп, а совсем недалеко – партизанская армия уже тогда легендарного Сидора Ковпака. На помощь извне особо рассчитывать не приходилось (уж больно специфические задачи решала РГ «Вихрь»), но хотя бы она не чувствовала себя в абсолютной изоляции.

«Грозе» (командир наспех собранной группы старшина Василий Коротков) в этом смысле приходилось туго. Заброшенные самолётами в Восточную Пруссию разведчики гибли буквально в первый день, а многие – в момент десантирования. Памятник погибшим разведгруппам сегодня установлен на полпути между Советском и Калининградом. «Гроза» – исключение из жестоких правил войны. 

Знали немцы о её существовании? Безусловно. Как было не знать, если Тимервая Пулатова, агентурный псевдоним «Муссон», ветер в момент десантирования отнёс прямо на черепичную крышу жилого дома? Парашют, вопреки инструкциям, пришлось бросить, а самому выбираться с фольварка под оглушительный лай сторожевых псов. О русских разведчиках открыто говорили местные жители и немецкие военнослужащие, чьи разговоры удавалось подслушивать из засад. Охотились ли на группу? Вне всяких сомнений и ежеминутно, причём все сразу – жандармерия, подразделения вермахта, лесники, охотники, мальчишки из гитлерюгенда. Впрочем, любой пруссак мог случайно обнаружить группу. «Но благодаря предшествовавшему опыту партизанской борьбы в тесном и постоянном соприкосновении с противником, которым обладал практически каждый разведчик, соблюдению мер скрытности, дисциплине и самоотдаче каждого, группа потерь не имела. За исключением гибели командира», – вспоминает радистка Архипова. 23 сентября старшина Коротков с разведчиками Белоусовым и Пулатовым внезапно столкнулись с немцами. Короткова в огневой стычке ранили. Он приказал подчинённым уходить. Последнее, что слышали Белоусов с Пулатовым – взрыв гранаты. 

По оценке разведотдела штаба 3-го Белорусского фронта и выводам, изложенным в наградных документах, «Гроза» выполнила поставленные задачи. Старшину Архипову наградили орденом «Красной Звезды». Всего же у Татьяны Исаевны пять боевых орденов: Красного Знамени, два ордена Отечественной войны I степени и два «Красной Звезды». Причём вторую «звёздочку» ей вручили совсем недавно, летом 2018 года. Совершенно не исключено, что это был вообще последний боевой орден, вручённый участнику Великой Отечественной войны за боевую работу. К слову, все награды Архиповой вместе с ключом её радиостанции выставлены в постоянно действующей экспозиции Смоленского музея Великой Отечественной войны.

С гордостью за рядовых героев мы перечисляем личный состав разведывательной группы «Гроза» 3-го Белорусского фронта: 

– Коротков Василий Сергеевич («Гроза») – командир группы (КГ), старшина.
– Груздев Николай Дмитриевич – помощник КГ, красноармеец.
– Моисеенко Мария Андреевна («Кама») – сержант, радистка.
– Архипова Татьяна Исаевна – старшина, радистка.
– Кандуралов Григорий Аркадьевич («Бриз») – красноармеец, переводчик.
– Белоусов Илья Иванович («Ветер») – красноармеец, разведчик.
– Бельский Игнатий Кузьмич («Мол») – красноармеец, разведчик.
– Богданов Борис Михайлович («Бор») – красноармеец, разведчик.
– Бутрин Дмитрий Антонович («Циклон») – красноармеец, разведчик.
– Дикович Савелий Дмитриевич – красноармеец, разведчик.
– Пулатов Тимервай Тимерваевич («Муссон») – красноармеец, разведчик.
– Селявин Иван Кириллович – красноармеец, разведчик.
– Ясковец Николай Васильевич («Бук») – красноармеец, разведчик.

Вместо эпилога. Автор этого очерка – сам давно не юноша, кое-что в жизни видел. Даже как-то довелось побывать под пулемётным огнём. Однако не перестаю восхищаться патриотизмом, бесстрашием советской молодежи времён лихолетья, готовностью к самопожертвованию, что подтверждено миллионными примерами из истории минувшей большой войны. Зафронтовые разведчики в моей личной иерархии мужества стоят на самой вершине. Прекрасно отдавать себе отчёт, что высадка в тыл противника может оказаться последней, что самолёт могут сбить, парашют не раскрыться или расстреляют тебя в воздухе, как беспомощную мишень, или приземлиться придётся в чужие окопы… Всё, что угодно, могло приключиться на войне. 
И всё равно сознательно идти на смертельный риск ради Отечества – это высший солдатский подвиг.

5
1
Средняя оценка: 3.64286
Проголосовало: 28