Грань очевидного. Авторская программа Юрия Селиванова

Выпуск №8. Сколько миллионов русских убили союзники?..

Стратегия англосаксонских стратегических бомбардировок на протяжении всей войны заключалась в создании наиболее благоприятных условий для максимального усиления нацистского вермахта на Восточном фронте с тем, чтобы он убивал как можно больше русских.

22 июня нынешнего года исполнится 80 лет со дня одной из самых трагических дат отечественной истории – нападения гитлеровской Германии на Советский Союз. Даже сегодня мы не знаем полностью масштабов той катастрофы, притом, что они были в любом случае чудовищными и небывалыми в истории человечества. 

Но мы не знаем и многого другого. А точнее, наше внимание на этом в разные времена по разным причинам не заостряли. 
Вот такой, например, вопрос, который наверняка покажется вам совершенно диким. Но не спешите бросаться в меня камнями. Успеете ещё. Если будет желание, когда разберёмся. 
Итак, вопрос: сколько советских людей стало жертвами политики и военной стратегии наших англосаксонских союзников в период второй мировой войны? 
Нет, я не об отдельных печальных эпизодах, вроде уничтожения немецкого транспорта с советскими военнопленными в Любекской бухте 3 мая 1945 года. На войне такие кровавые инциденты случаются и по причине элементарной ошибки. 
И даже не обо всем известном факте бессовестного затягивания с открытием второго фронта в Европе, что стоило нашей стране миллионов дополнительных жертв. 
Речь о вещах не менее серьёзных и действиях наших союзников, которые непосредственно привели к гибели многих сотен тысяч наших солдат, тысячам сожжённых единиц боевой техники, огромному количеству уничтоженных немцами на оккупированных территориях и при отступлении заводов, фабрик, жилой инфраструктуры и тому подобного. 
Всё это является, в значительно мере, результатом совершенно сознательных и тщательно спланированных действий англо-американских вооружённых сил. Наши союзники почти всю войну занимались тем, что оказывали гитлеровской Германии, пускай косвенную и непрямую, но, тем не менее, весьма эффективную помощь в наращивании её военного потенциала. Причём именно такого, который был необходим прежде всего для ведения более эффективной войны на огромном Восточном (советско-германском) фронте, который был, как известно, в основном сухопутным. 
Напомню, что Советский Союз с 22 июня 1941 года вплоть до открытия второго фронта в Нормандии 6 июня 1944 года, то есть без нескольких суток ровно три года, воевал со всем гитлеровским Еврорейхом фактически один на один. Другого стратегически значимого сухопутного фронта в Европе вcё это время не существовало. Да, были операции югославских партизан, да была высадка союзных войск в Италии летом 1943 года, где они так и застряли до конца войны. Но всё это не шло ни в какое сравнение с масштабом боёв на Востоке, где в одной только Сталинградской битве участвовало два миллиона солдат и офицеров. 
Сейчас вы поймёте, почему я так дотошно об этом напоминаю. Итак, сухопутный фронт этой войны, главный и, по сути, единственный, был фронтом между Германией и СССР. А что было главной ударной силой сухопутных войск в то время и обеспечивало решающий перевес на полях сражений? Разумеется, это бронетанковые и мотомеханизированные войска. К чему я клоню? А вот к чему.
Посмотрите на эту табличку

Это статистика производства бронетанковой техники в нацистской Германии, в том числе, во время войны. Неполная, конечно же, потому что танки и бронемашины для Гитлера в то время клепали по всей Европе. Но, тем не менее, тенденция очевидна. И она такова, что выходит следующее – на протяжении всех лет войны производство танков в рейхе неуклонно росло. Причём довольно приличными темпами. Вы скажете, что это же естественно – война всё-таки шла. Да, конечно, согласен полностью. 
Но вот какая неувязочка получается! Все эти годы, начиная с 1941 и до самого конца войны, наши англосаксонские союзники, как известно, бомбили Германию. И чем ближе к концу войны, тем бомбили больше и беспощадней. 
А производство танков и прочих стреляющих желязяк тем не менее неуклонно росло! И это притом, что уничтожение германской военной промышленности было официально объявлено одной из главных целей этих бомбардировок! 
Как прикажете это понимать? Союзники тупо мазали и элементарно не попадали своими бомбами в немецкие танковые заводы? Ну да, конечно, свежо предание! Представляете картину – летит тысяча бомбардировщиков, сбрасывает 5 тысяч тонн бомб в одном налёте, а «тигры» и «пантеры», как ни в чём не бывало, сходят с конвейеров и невозбранно едут на Восточный фронт «защищать европейские ценности от русской агрессии». 
Так вот, имею все основания утверждать, что ничего и никуда они не мазали. Туда, куда им на самом деле надо было попасть, они попадали очень даже метко и регулярно. В результате этих бомбёжек была, например, практически в хлам развалена немецкая портовая инфраструктура. А заодно с ней и судостроительная промышленность. Причём до такой степени развалена, что с 1942 года немецкая подводная война против союзников на Атлантике практически захлебнулась. Примерно то же самое случилось и с немецкой авиапромышленностью, которую вдребезги разносили в ходе тех же стратегических бомбардировок. Чего стоил один только налёт на центры немецкого авиапрома в Швайнфурте и Регенсбурге в августе 1943 года, в ходе которого союзники, не считаясь ни с какими потерями, уничтожали заводы, производившие истребители для сильно мешавшей им ПВО Германии. 

  

Но как-то так вышло, что германские танковые заводы наши доблестные «партнёры» практически не трогали и те неуклонно наращивали своё производство. И если Германию хотя бы бомбили, то протекторат Богемию и Моравию (так в то время называлась нынешняя Чехия) союзная авиация вообще обходила десятой дорогой. При том, что именно там, на заводах «Шкода», ЧКД, «Польди», «Зброевка» и других было собрано 25 процентов всех немецких танков, 26 процентов грузовиков и 40 процентов винтовок, пистолетов и пулемётов. 
Думаю, что вы уже начинаете понимать, «где собака порылась», как говорил один большой знаток этого предмета. Главная причина такой странной избирательности англосаксонских стратегических бомбардировок, в результате которых уцелела основная масса заводов и фабрик, производивших по всей Европе танки, бронетехнику, оружие и амуницию, заключается в том, что всё это добро было крайне необходимо Германии для ведения войны на суше. А единственным полноценным сухопутным фронтом в Европе на протяжении почти всей войны был советско-германский фронт. 
Таким образом получается, что в планы союзного англо-американского военно-политического руководства отнюдь не входило уничтожение того военно-промышленного потенциала, который обеспечивал Германии возможность полноценно воевать с Советским Союзом. И они неукоснительно следовали поставленной цели. Несмотря на поистине адские бомбёжки третьего рейха, особенно в последние годы войны, его военная промышленность исправно и в постоянно растущем объёме снабжала Восточный фронт всем необходимым для оказания немцами самого упорного сопротивления советским армиям. 
Иначе говоря, вполне очевидная и потому неопровержимая логика свидетельствует о том, что мера ожесточённости и смертоносности сражений на Востоке Европы в огромной степени определялась способностью Германии иметь там максимально возможный военный потенциал. 
То есть, то самое, что было обеспечено англосаксами в ходе их весьма хитро задуманного и тщательно реализованного плана выборочного уничтожения только тех объектов германской промышленной инфраструктуры, которые не устраивали, прежде всего, их самих – те же судостроительные и авиастроительные предприятия. Что же касается всего остального, что потреблял гигантский немецкий Восточный фронт, они делали всё возможное для того, чтобы эти производства пострадали как можно меньше.
В результате такой чудовищной по своему коварству военной стратегии наших союзников Германия имела возможность воевать на Востоке с предельным напряжением, растягивая во времени ход военной борьбы и убивая при этом дополнительно многие сотни тысяч, если не миллионы советских военнослужащих. Которые вполне могли остаться в живых и закончить войну в Берлине гораздо раньше, если бы наши союзники так упорно и годы подряд не воздерживались от ударов по немецким танковым заводам и другим важным для войны с Советами предприятиям. 
Фактически эти дополнительные колоссальные жертвы Советского Союза и стали прямым следствием выполнения дьявольского англосаксонского плана, от которого если и пахло союзническими обязательствами, то скорее перед Гитлером и нацистами, чем перед СССР. Вот ещё одна красноречивая табличка, которая раскрывает наличие танков в войсках третьего рейха: 

Обратите внимание! С начала 1942 г. по начало 1945 г., то есть за три года непрерывных «ковровых» бомбардировок Германии, количество танков в частях вермахта, единовременно воевавших в основном на Восточном фронте, не уменьшилось, а увеличилось с 2694 до 4664. Цифра неполная, но вполне красноречивая. Притом, что Красная армия уничтожила массу немецкой бронетехники, её потери не только удавалось восполнять, но ещё и серьёзно наращивать численность «панцерваффе». 

А теперь, для полной ясности, подведём общий итог. Огромное количество потерь Красной армии на фронтах Великой Отечественной войны объясняется именно тем, что наши так называемые союзники совершенно сознательно не бомбили те военно-промышленные объекты Германии, которые снабжали оружием главным образом Восточный фронт. Думаю, что не менее двух миллионов советских солдат расстались с жизнью, а война в Европе не закончилась на полтора-два года раньше именно по причине политически мотивированного неприцельного бомбометания англо-американской авиации по бронетанковым арсеналам и другим смежным заводам рейха и его сателлитов.
Вы скажете – а как же тогда второй фронт? Ведь немецкие танки и там воевали. Ну да, воевали, спору нет. И некоторые немецкие асы, тот же Михаэль Виттман, очень даже попортили кровь союзникам. Но это не более чем отдельные эпизоды, не имевшие никакого стратегического значения. А что касается реальной большой стратегии, то Западный фронт был практически целиком сдан немецким высшим генералитетом сразу же после высадки союзников в Нормандии. Ибо практически все генерал-фельдмаршалы вермахта, в том числе всё высшее командование Западного фронта, были участниками заговора против Гитлера. Так что союзники могли не слишком опасаться немецких танков и вообще германского сопротивления на Западе просто потому, что это была, в сущности, договорная война.
А вот немецкие танки на Востоке им были очень даже нужны. Причём, как можно больше и лучше. Сначала для реализации их первоначального плана, который предусматривал взаимное уничтожение Германии и СССР. А затем, когда стало ясно, что немцы с этой задачей не справились, для того, чтобы как можно дольше удерживать Красную армию как можно дальше на Востоке. Чтобы сам Запад успел победоносно прибрать к рукам всю Европу. 
Вот почему они так старательно избегали бомбить немецкие танковые заводы. Ничуть не смущаясь тем, что результатом такой подлой «стратегии» станут огромные дополнительные потери и разрушения Советского Союза. Потому, что именно в этом и заключалась их настоящая и главная цель. «Ничего личного, только бизнес!», как любят в таких случаях выражаться эти кровожадные джентльмены. Те самые, с прямыми потомками которых сегодня имеет дело Россия.

 

Художник: А. Семёнов.

5
1
Средняя оценка: 3.73913
Проголосовало: 46