Свойства крыла

О новой книге стихов поэта Любови Сердечной «Быть счастливой. Песни о любви». Серия: Лауреаты национальной литературной премии «Поэт года». ООО «Издательство РСП»; – М; 2019.

Любовь Сердечная – поэт с голосом широкого диапазона и внутренней напряжённости. В её стихах есть стремительность и прицельная скорость мысли, имеющей оформленную осознанную глубину. На столь ощутимой скорости не всегда удаётся остановиться, педантично выровнять рифму... – надо лететь, это гораздо важнее. Действительно, это важнее, - успеть точно сказать, что уловила, поняла, пережила, и донести до тех, кто ждёт этих слов. И сколько Любовь ни критикуй, её не перехвалить. 

Крылья совсем запылились: стирать и сушить! 
Можно погладить, да ладно (была – не была!), 
Гладкость крыла не влияет на свойства полета – 
Свойства полета влияют на гладкость крыла!..
(Крылья)

Известность, которая настигает поэтов, поющих свои стихи, закономерна. Известность песен Окуджавы значительно превышает известность его же стихов, не положенных на музыку, хотя это замечательные стихи: «На белый бал берёз не соберу. / Холодный хор хвои хранит молчание. / Кукушки крик, как камешек отчаянья…» Но их знают единицы. Тогда как песни – миллионы. Поэзия легче прозы проникает в сознание и быстрее запоминается, а спетое стихотворение удесятеряет свою привлекательность и вызывает искреннее к себе расположение. В новой книге Любови Сердечной «Быть счастливой» примерно 160 стихотворений, и хотя не указано специально, какие из них являются песнями, песни легко узнаются.

…Звезды, как яблоки, тоже созрели:
Падают прямо на нас.
Кружатся, кружатся звезд карусели. 
Яблочный Спас…
(Яблочный Спас)

К авторскому исполнительству можно идти двумя путями – от стихов к музыке и от музыки к стихам. Любовь идёт от стихов к музыке. То есть не музыка провоцирует написание стихов, а музыкальные стихи подталкивают пропеть их. Известны и противоположные примеры. Стихи Гена Шангина-Березовского (автор песен «В Звенигород идём», «Несмеяна», «Парус» и др.), по словам знавших его, появлялись как приложение к написанной мелодии. И совмещаются две музыкальности – поэтическая и инструментального сопровождения. Но что-то непременно превалирует в творческом процессе. Любопытное явление. Вызывает размышления о том, не являются ли две музыкальности взаимоисключающими? 

«А хочешь, я с неба достану Луну?
Подпрыгну, сорву, словно с вешалки шапку?
А хочешь, тихонько тебя обниму?
А хочешь, меня ты поймаешь в охапку?»
(Волшебная ночь)

Желание людей петь любимые стихи существовало во все времена. Но есть множество стихов, написанных без мысли превратить их в песню. И если им дают мелодию, они страдают от её давления, их собственная музыкальность разрушается внешней, привнесённой. Так представляются спорными романсы, написанные на стихи Ахмадуллиной, Цветаевой. Внутри этих тянитолкаев сохраняется столкновение равноценных стихий. Но в авторской песне, задуманной как единство музыки и слова, такого столкновения нет. Стихи Любови Сердечной изначально обладают внутренней энергией и структурой, подталкивающей к песенному будущему.

Скажи мне три слова,
Всего лишь три слова,
С которыми жизнь хороша,
Я снова и снова их слушать готова,
Волнуясь и еле дыша,
Скажи мне три слова, 
всего лишь три слова. 
Которыми держится свет,
Скажи мне три слова,
Всего лишь три слова,
И знай, что услышишь в ответ
Всего лишь три слова…
(Три слова)

Поэтический мир Любови Сердечной, – своеобразная брамфатура – система слоёв. Внутри заповедная зона, тайник личности. Вокруг – пространство, куда допущен внимательный чуткий читатель. И есть ещё внешний слой – куда допущены все остальные. Там возможно и непонимание, и неприятие. Но автор отчаянно открыт. Он не прячется за маской лирического героя и прямо говорит от первого лица.
Я больна
Я решила
Я устала
Я влюбилась
Я скучаю
Я б оставила дома мороз и дела, / Я бы камнем лежала на галечном пляже…
Я! А это не слишком? Не слишком. И только о себе – не слишком. «Как будто в стихах есть что-нибудь не про себя», – как сказала замечательная поэтесса Наталья Аришина. Любовь Сердечная широким жестом приглашает читателя в свой мир, вежливо пропуская вперёд, а сама остаётся на месте, наблюдая умными глазами. Входя в её стихи, постоянно чувствуешь на себе этот взгляд, следящий пристально и с одобрением. 

Мы ходим в горы лето зимовать… 
Мы ходим в лес, чтобы найти себя…
(Мы ходим в горы)

Узел практически каждого стихотворения – какой-либо ловкий штрих. Стихотворение не только яркая энергичная зарисовка, но и головоломка, внутри которой всегда есть неожиданный поворот, выверт, пируэт, жизнеутверждающая нота. Стихи могут быть разные по настроению, даже с признаками безысходности, но в какой-то момент неусыпное чувство юмора находит выход, и всё начинает играть блеском улыбки. На этом контрасте построены многие стихи. 

Я больна... Я болею любовью…
…………………………………..
Я больна... И, возможно, заразна... 
Это данность, проверенный факт.
И инфекция крайне опасна: 
Осложнение — брак!
(Я больна)

Кроме новых стихов в сборник «Быть счастливой» вошли и произведения прежних лет, примкнувшие по смыслу, по тематике или настроению к девяти разделам:
Я пою не по нотам.
Я хочу полетать.
Быть счастливой.
В гармонии с миром.
Мои календари.
Город.
Рубашка с бантиком.
На детской площадке.
Уходим вдаль.

Последний раздел полностью отдан песням, которые поются в походах, у костра, резонируют романтикой. В этой части книги потребность петь нарастает с невиданной силой. 

Котелки 

Как хорошо, когда среди густого леса,
А может быть, в горах, на берегу реки 
Трещат дрова в костре, дым — комарам завеса, 
И варят котелки, и варят котелки.

Сидим плечо к плечу, душа открыта другу, 
Тепло нам от костра и дружеской руки.
Мы все переживем: и засуху, и вьюгу,
Ведь варят котелки, ведь варят котелки!

И пусть нам говорят: «Куда вы от порога?..» 
Всегда ведь над умом смеются дураки...
И пусть себе кричат — у нас своя дорога,
И варят котелки, и варят котелки!

Тут ещё задумаешься, какие котелки имеются в виду и что они варят, - у Любови Сердечной всегда есть в арсенале искра весёлой вариативности. А вот хорошо темперированные строки стихотворения «Байдарочный поход», напевая которые можно легко и слаженно грести:

Тепло. 
Скорее, жарко. 
Светло. 
Скорее, ярко. 
Идём 
В прекрасном месте 
Вдвоём, 
Скорее, вместе… 

Ядром поэтического творчества Любови является неиссякаемый запас любви. Но не желание быть любимой, а желание любить настойчиво проявляется в стихах, – прекрасное желание обрести цель, на которую можно было бы направить своё благодарное чувство. Здесь поразительная особенность любовной лирики, представленной в книге. Здесь трагизм: глубинное желание любить и отсутствие того, на кого готова распространиться любовь. Здесь щедрость, которая не имеет применения. Но здесь и восторг, когда цель обретена.

Не встретился мне, ну и ладно!
Я даже и рада, наверно:
Ты стал бы «уродом» и «гадом».
Я стала бы «дурой» и «стервой»…
……………………..
Не встретился, и не жалею.
Я даже и рада. Наверно...
Ну, встреться, ну встреться скорее! 
Одной в этом мире так скверно.
(Не встретился)

Если нет достойного современника, то есть мир литературы, в который Любовь Сердечная входит с раскрытым сердцем, обращаясь к классикам, как к ровесникам, и вроде говоря правду, и так смело, что можно принять её за шутку. И произнося свой пылкий монолог, направляет взгляд на читателя, тот самый взгляд, испытующий и смеющийся одновременно.

…Знайте, мой милый Пушкин (как я могу, как я смею?),
Я бы любила Вас, Пушкин, не будь между нами веков...
(Пушкину)

Любовь Сердечная – талантливая актриса, умеющая быть в стихах ослепительно разной. В искусстве она выше мелочного желания быть только красивой, показывать себя только с выгодных сторон. Она может обернуться и уверенной красавицей, и жалкой дурнушкой, и юной девчонкой, и хозяйственной старухой, она не стесняется и не боится сыграть первую роль в очередном стихотворении-открытии, какой бы эта роль ни была. Она как никто умеет извлечь золотое зерно из любой будничной ситуации.

Температура

Без тебя температура 
Тридцать пять и пять...
Да, я дура, дура, дура:
Вот, реву опять.
Без тебя замерзли руки, 
Сердце барахлит...
Как ты там вторые сутки? 
Не простыл ли? Сыт?
Да, я дура, дура, дура...
А, какая есть!
Лишь с тобой температура
Тридцать шесть и шесть.

Новая книга Любови Сердечной – живой и живучий сплав «Всё я сумею!», «…Похоронка – ошибка», «Такой неожиданный снег…», «Проверить газ!», «Вы ждали не меня...», «Ну что ты можешь мне сказать…», «Ты меня отогрей…», «Звонко капает со стрех…», «Все равно счастливой буду…» Обыгрываются мотивы русских сказок, поговорок, используются идиомы, – всё идёт в дело, возникают красивые изобретательные схемы.

Ну если ты – камень, то я, мой любимый, бумага…
А если ты, милый, бумага, я – ножницы! Ясно?..
А если ты – ножницы, в камешек я превращусь…
(Камень. Ножницы. Бумага)

Внимание к фольклору привело автора к созданию поэтической сказки (изд. Смоленск, 2019) в традициях Пушкина и Ершова, с классическими героями: Солдатом, Зайцем, Мышкой, Царской дочкой и другими, обеспечивающими Солдату то беды, то удачи. И среди всех перипетий точное замечание автора, которое оглашает Солдат: «Радость жизнь, но не потеха!» 
Давать названия книгам, разделам и стихам – особая способность автора. Если даже смотреть только на содержание – немедленно возникает представление о человеке, который смело может сделать своим девизом слова Блока: «Узнаю тебя, жизнь! Принимаю! И приветствую…» Любовь Сердечная поэт, уверенный в своих силах и благодарный стихиям, на которые опираются его крылья.

5
1
Средняя оценка: 2.94444
Проголосовало: 18