Калашников: зачем пытаются унизить советского оружейного гения?

10 ноября исполняется 100 лет со дня рождения Михаила Тимофеевича Калашникова, изобретателя самого массового и знаменитого автомата в мире. Одновременно последние четверть века «лучшие друзья России», из-за рубежа и из числа местной «пятой колонны», распространяют мерзкие слухи о талантливом конструкторе. В чем причина? Да просто эти персонажи не могут спокойно спать от мысли, что советская система по взращиванию талантов была не менее совершенной, чем якобы общепризнанная в этом отношении американская…

Родился будущий талант в селе Курья Алтайского края в 1919 году – кстати, 17-м по счету ребенком в семье из 19 родившихся (при 8 выживших). Впрочем, родословная Михаила Калашникова почти что в духе старой задорной песни 70-х годов «Наш адрес не дом и не улица – наш адрес Советский Союз». Действительно, дед Михаила был латышом из Лиепаи, отец – уроженцем Ахтырки Сумской области нынешней Украины, мать – родом из Орловской области. 
С детства парень интересовался оружейной тематикой, физикой, геометрией, литературой. После окончания 7-летки некоторое время работал на железной дороге, в 1938 году был призван в армию, где стал автором нескольких изобретений, одно из которых (счетчик моторесурса танка) заинтересовало даже будущего маршала Победы Георгия Константиновича Жукова и было рекомендовано к серийному производству.
В октябре 1941 года старший сержант Калашников был тяжело ранен. О создании компактного автомата для танкистов с их вечным недостатком места в тесных башнях он задумался еще тогда, когда раненым выходил из окружения. Размышления продолжились в госпитале и во время полугодового отпуска после ранения, где в кустарных условиях мастерской железнодорожного депо на станции Матай близ Алма-Аты им был создан его самый первый образец автоматического оружия.
Конечно, он, как говорится, и близко не напоминал всем известный «Калашников» (разве что слегка похожими некоторыми обводами и изгибами) хотя бы потому, что «промежуточный патрон» к АК-47 появился лишь в 1943 году. Но талантливого самоучку заметили и отправлять в действующую армию не стали, резонно предпочтя использовать его для создания нового оружия. Сначала в мастерских Московского авиационного института, затем на Научно-исследовательском полигоне стрелкового вооружения, фактически главную испытательную площадку с функциями оружейного НИИ. 

***

Небольшая историческая справка. Автоматическое (то есть – самозарядное или, точнее, самоперезаряжающееся) оружие стало появляться еще в середине 19 века. Правда, первые его образцы, 6-ствольные, громоздкие и не очень надежные картечницы Гатлинга были применимы разве что для стрельбы по сомкнутым шеренгам противника – ввиду низкой точности. 
К концу столетия начали появляться и первые образцы настоящих пулеметов таких изобретателей как Максим (ударение на первом слоге фамилии) и Браунинг. Правда вес этих изделий («Максим» первоначально весил четверть тонны – как автоматическая пушка середины 20-го века!) не позволял сделать их по-настоящему мобильными. Разве что с помощью разных хитростей, вроде знаменитых пулеметных тачанок времен Гражданской войны.
Однако уже в начале 20-го века стало появляться и ручное оружие, позволяющее вести стрельбу очередями. Впрочем, даже самые компактные ручные пулеметы (датский «Мадсен» или советский «Дегтярев») имели вес около 9-10 кг – с таким оружием долго в атаки не побегаешь.
Так что к Первой мировой войне автоматическое оружие разделилось на два больших класса – просто пулеметы и «пистолеты-пулеметы». В первых использовался винтовочный патрон с энергией пули около 4 тысяч Джоулей, позволявшей сохранять ей убойную силу на расстояниях до 5 км (дальность эффективного огня того же «Максима»). 
А «пистолет-пулеметы», чаще именуемые просто «автоматами», стреляли именно пистолетным патроном, с энергией до 500-600 Дж от силы. И хотя их прицельная дальность за счет более длинного, чем у обычного пистолета, ствола составляла (теоретически, во всяком случае) около 200 метров, но все же это было маловато для, скажем, отражения вражеской атаки с самого ее начала, на дистанциях до километра. Разве что для схватки вблизи или уже непосредственно в окопах или в условиях городской застройки
Именно поэтому, вопреки расхожим мифам о том, что «немцы в  начале войны, все как один, были вооружены скорострельными «Шмайссерами», а несчастные красноармейцы – лишь устаревшими «трехлинейками», а потому и терпели поражение за поражением», среди бойцов Вермахта автоматчиков тоже было заметное меньшинство. Именно в связи с более выигрышной дальностью винтовочной стрельбы на дальних дистанциях боестолкновения.

***

Естественно, военно-конструкторская мысль самых разных стран занялась вопросом: нельзя ли совместить преимущества легких и скорострельных пистолет-пулеметов и эффективную дальность стрельбы пулеметов полноценных? По большому счету, решить проблему на имевшихся до середины Второй мировой войны «4-тысячеджоульных» патронах не удалось решить никому до сих пор. 
В СССР, например, попытка вести полностью автоматический огонь на довольно неплохой самой по себе самозарядной винтовке СВТ-40 приводила к быстрому выходу из строя ее критических узлов. Хотя в режиме одиночной стрельбы изделие показывало вполне приличный ресурс. А вооружать – ну если не каждого, то хотя бы многих пехотинцев ручными пулеметами Дегтярева с их ресурсом свыше 22 тысяч выстрелов, но весом в 10 кг – было нерационально.
Да и потом, мощные винтовочные патроны, по большому счету, максимальный урон противнику доставляли только при использовании в пулеметах или во время «залповой» стрельбы целым подразделением. 
Одиночный же стрелок (если он был не талантливый снайпер, конечно, с особо качественными стандартизованными патронами) из-за мощной отдачи даже обычной винтовки слишком хорошо прицелиться в противника на дистанции больше нескольких сот метров просто не мог. То есть 5-километровая «убойная» дальность в большинстве реальных боев становилась просто излишней.
Тогда и появился в мире «промежуточный патрон» с уменьшенной (в промежутке между винтовочной и пистолетной) навеской пороха, но и гораздо меньшей отдачей. Позволяющей вести не только одиночную, но даже и автоматическую стрельбу с убойной дальностью до километра, а прицельной – в несколько сот метров.
Справедливости ради стоит заметить, что «ружье-пулемет» известного российского, а затем советского конструктора Федорова, созданное еще в период Первой мировой войны, по сути, тоже было непосредственным «прародителем» современных автоматов под промежуточный патрон, ибо используемый там боеприпас от японской винтовки  Арисаки как раз и имел сниженную до 2 тысяч Джоулей энергию пули. 
Последнее в сочетании с калибром всего в 6,35 мм обеспечивало и возможность стрельбы очередями в рамках относительно легкой (около 4 кг) конструкции, и довольно низкую отдачу, сравнимую с таковой у современного оружия под патрон 5,56 мм (типа американской М-16 или советского АК-74). Правда, качество металла по технологиям первой четверти 20 века тогда подкачало – автомат Федорова оказался не слишком надежным, а потому не пошел в массовое производство.

***

Работы над созданием оружия под промежуточный патрон в СССР начались лишь в конце войны. В принципе, их можно было бы и интенсифицировать, но в итоге советско-германского противостояния уже с середины 1943 года и так уже никто не сомневался. Пускать же в войска «сырое», необкатанное оружие, на ходу перестраивать производственные линии не только под собственно автоматы, но и под патроны для них, в условиях ожесточенных военных действий могло принести больше вреда, чем пользы. 
Тем более что немцы хоть и выпустили свой «Штурмгевер» – штурмовую винтовку под промежуточный патрон уже в 1944 году, доведя его до конца войны до 420 тысяч экземпляров, – но заметного повышения эффективности действий пехоты Вермахта такой шаг все равно не выказал. Хотя те немецкие подразделения, где нового оружия было в достаточном количестве, действительно стали «огрызаться» на наши атаки более серьезно, что было учтено советскими военачальниками на будущее.
Работа же непосредственно Калашникова сотоварищи над автоматом под промежуточный патрон началась в 1945 году. Именно с этой даты и начинаются грязные инсинуации всевозможных «исследователей» и просто «публицистов» либерально-антироссийского направления на тему: «Калашников на самом деле никакого автомата не изобретал!»
Правда, в желании очернить память великого конструктора эти персонажи откровенно «хватают лишку», приводя малосообразующиеся друг с другом «убедительные аргументы». 
Один из главных – «АК-47» был «содран» с вышеупомянутого немецкого «Штурмгевера» - они ж так похожи друг на друга! И вообще, самый популярный в СССР (да и в мире тоже) автомат был создан теми же немцами, трудившимися в «сталинско-бериевских  тюремных шарашках» после захвата их в плен после Победы, а «простого советского паренька» Сталин назначил изобретателем исключительно ради его «пролетарского происхождения». Да и как мог пресловутый «паренек с 7 классами образования» создать такое замечательное оружие?  

***

Развенчивание этих злобных мифов начнем, пожалуй, с «назначения» и «происхождения».
Маленькая такая деталь: «первый блин» в виде изделия АК-46 у Калашникова, как говорится, «вышел комом», заняв в конкурсе одно из самых последних мест. Интересно, могло ли бы такое случиться, если бы назначение «простого рабочего паренька» было предопределено заранее, в силу курирования лично Сталиным или кем-то из высших руководителей СССР? 
Да и согласно догмам той же либерально-антисоветской мифологии, «истинных конструкторов» изделия, безымянных немецких пленных инженеров, за такую неудачу точно обязаны были бы если не расстрелять, то уж точно отправить из относительно уютной «шарашки» куда-нибудь на Колыму или в Магадан валить лес. И кто же тогда создал бы вместо этих «безвестных гениев» к 1947 году, с учетом указанных недостатков, самый лучших автомат всех времен и народов? 
И потом, ну какой из Михаила Тимофеевича «рабочий паренек»?! Он же был сыном зажиточного крестьянина, признанного в 1930 году «кулаком» и высланного из Алтайского края в Томскую область! 
Да, сам будущий конструктор этот факт, как мог, скрывал, но разве можно было скрыть такое от «кровавой гебни» в статусе уже изобретателя основного стрелкового оружия Советской Армии?! А раз на «непролетарское происхождение», грубо говоря, при этом наплевали, значит, для этого были веские причины? 
Например, реальный талант. Что, кстати, всегда было решающим фактором в советское время, при прочих равных условиях, конечно. Недаром большая половина офицеров царской армии в Гражданскую войну и после нее служили в Красной Армии, а такие царские полковники и генералы, как начальник Генштаба РККА маршал Шапошникова и создатель Суворовских училищ граф Игнатьев были личными друзьями Сталина. 

***

А что с 7 классами нельзя создать новое оружие, помилуйте, а у изобретателя лучшего ручного пулемета СССР 20-х-40-х годов Дегтярева вообще, за плечами лишь 4 класса церковно-приходской школы имелось! Просто после того, как паренек с 11 лет подался в слесари, ему посчастливилось работать в оружейных мастерских, позже – даже под руководством уже упоминавшегося знаменитого оружейника Федорова. Вот и научился. Просто при этом надо понимать, что слесарей у Федорова работало «вагон и маленькая тележка», а вот по стопам корифея русской оружейной мысли пошел лишь Дегтярев.
И ведь на Западе, особенно в «цитадели демократии» и «обществе равных возможностей» США, дела обстояли практически так же! Относительно не то, что университетского, но даже школьного образования, пожалуй, самого известного американского оружейника Джона Мозеса Браунинга – создателя, в том числе, и одного из самых первых пулеметов – данных просто нет.
Создатель штатной «стрелковки» израильской армии – автоматической винтовки «Галил» и автомата «Узи» – Узи Галиль тоже, как говорится, «академиев не кончал», с 15 лет воюя за независимость Израиля сначала против англичан, затем – арабов. Создавая свое оружие в перерыве между боями, даже не в отпуске после ранения, как Калашников.
Примеры из «неоружейной» сферы: один из самых известных изобретателей американец Томас Эдисон, автор первой электролампочки длительного применения, звукозаписи, телефона – в целом больше 4 тысяч патентов – вообще был изгнан из школы по обвинению в «неспособности учиться». Мальчика, чему могла, учила лишь мама, после чего он стал тем, кем стал.
Ну и, пожалуй, хрестоматийный пример, должный быть самым убедительным для либералов – насчет того, что мультимиллиардер и создатель самой успешной IT-компании «Майкрософт» Билл Гейтс окончил аж первый курс университета да на том и остановился. Что почему-то ничуть не мешает заметному доминированию «Виндоуз» и многих других программных продуктов этой фирмы во всем мире. 
В общем, ни в одной школе и ВУЗе мира «на изобретателей не учат». Изобретатель – это творец, а последнее – следствие не столько объема полученных знаний, сколько именно «харизмы», благодатного дара, данного от рождения таланта. Плюс, конечно, упорства и хоть какого-то практического опыта. 
Но главное, конечно, это среда, в которой развивается тот или иной талант. Современная глобалистская идеология внушает, что настоящим «раем земным» для развития таких талантов является США. Ну, действительно, надо ж дополнительно стимулировать условия для «выкачивания мозгов» – специалистов, подготовленных на денежки налогоплательщиков вне «земли обетованной» для работы на американские корпорации.
Остальным же странам, особенно постсоциалистическим, усиленно внушается: «Держите равнение на Америку, и будет вам счастье!» И тут вдруг оказывается, что при «преступной тирании Сталина» какой-то там паренек из народа смог реализовать свой талант создателя уникального оружия – не хуже, чем знаменитые американские изобретатели?! 
Понятно, что для проамериканских либералов такой факт – как нож острый. И они делают все, чтобы ошельмовать не столько даже Михаила Калашникова, сколько ненавидимую ими «тоталитарную советскую систему», как оказалось, вполне способную конкурировать по поддержке талантов с признанным «гегемоном золотого миллиарда»

***  

А так, для расчета размеров, качества материалов, технологий изготовления всегда найдутся просто толковые специалисты с дипломами инженеров, знающие и металлургию, и сопромат, и другие премудрости своей профессии. Дело конструктора, координатора – видеть общую задачу, и решить ее грамотным сочетанием (или даже просто складыванием) отдельных деталей. В конце концов, и космическую ракету «отец» советской космонавтики Королев ну никак не мог рассчитать единолично без тысяч добросовестных помощников своего КБ…
Насчет же того, что АК-47 похож на немецкий «Штурмгевер», так на них обоих похожи и та же упомянутая израильская автоматическая винтовка «Галиль», и отдельные изделия чешских оружейников (но с абсолютно другим принципом работы автоматики), и, скажем, современный американский автомат Barrett REC7. Да и вообще, перезаряжание за счет использования части пороховых газов была разработана и успешно применена еще все тем же Джоном Браунингом в конце 19 века. 
В оружейной мысли число работоспособных схем автоматического оружия можно посчитать на пальцах одной руки, все остальное является лишь модификациями этого «фундамента». Так что искать по этому признаку некую «абсолютную революционность решений», что в немецких, что советских, что американских изделиях, – пустая трата времени.
Вся соль заключается во вроде бы мелких частностях. Простоте изготовления, его дешевизне, надежности использования даже в экстремальных условиях. А вот по этим показателям автомату Калашникова действительно равных нет. 
Поэтому он, пожалуй, единственный из своих «коллег по классу», удостоился быть изображенным даже на государственном гербе сразу трех стран – Мозамбика, Зимбабве и Восточного Тимора. В завоевании независимости которых гражданам этих государств кардинально помогло как раз изделие советского оружейника. 
А в Мозамбике, Эфиопии и Сомали имя Калаш для мальчиков стало одним из самых популярных и приобрело воистину «сакральное» значение, как бы сообщающее его носителю грозные боевые качества легендарного оружия.
Вообще, 70 миллионов «Калашниковых», выпущенных только официально («черных» реплик никто не считает, есть мнение, что их выпущено в разы больше), состоявших (и состоящих!) на вооружении 50 государств мира – это точно первое место. Американская М-16 занимает второе место в этом рейтинге с очень большим отрывом – всего 10 миллионов экземпляров. 
Так что, думается, рекорд нашего оружия навсегда останется непревзойденным. Так же, как и заслуженная слава его создателя – талантливого советского оружейника-самородка Михаила Тимофеевича Калашникова.

5
1
Средняя оценка: 2.9386
Проголосовало: 114
  • Star
  • Star
  • Star
  • Star
  • Star