Атлантида Ходжакули Нарлиева, или Поэтический мир его картин

21 января выдающемуся туркменскому кинорежиссёру, сценаристу и кинооператору, народному артисту Туркменистана, лауреату Государственных премий СССР, Туркменской ССР и Международной премии Туркменистана имени Махтумкули Ходжакули Нарлиеву исполняется 85 лет

Ходжакули Нарлиев принадлежит к тем знаковым фигурам XX века, которые, знаменуя собой ветер перемен, внесли в искусство своё новое и весомое слово. 
Его кино – поэтическое кино. Поэзию он видит во всём. 
«В руках поэта поэзией становится песчинка в пустыне и капля воды из одинокого колодца. Ветка саксаула и ожерелье на шее женщины», – говорит Ходжакули Нарлиев.


Народный художник Туркменистана Дурды Байрамов. Ходжакули Нарлиев и его фильмы

…Увлёкшись с юности кино, Ходжакули Нарлиев решил ехать в Москву и поступает на операторский факультет ВГИКа. 
Учился в мастерской известного мастера Бориса Волчека, постоянного оператора знаменитого кинорежиссёра Михаила Ромма. 
Окончив в 1960 году ВГИК, стал вторым профессиональным оператором из туркмен. Начинал с крохотных сюжетов для киножурнала «Советский Туркменистан». А вскоре, намётанным глазом угадав в нём незаурядный талант, режиссёры Владимир Лавров – сам замечательный оператор, Марк Мэй, Николай Копысов стали приманивать жадного до работы Нарлиева интересными замыслами. Так, с этими мастерами он снял свои первые киноочерки «Карабогаз», «Хозяева земли», «В стране горячего солнца». 
Именно Ходжакули Нарлиева пригласил режиссёр Хангельды Агаханов на свою короткометражную игровую картину «Последняя дорога», которая явилась для молодого оператора добрым началом его большого пути в кино. 
Посмотрев её, Булат Мансуров понял, что именно этот оператор нужен ему. Острым чутьём художника он почувствовал: только Нарлиев с его тяготением к ясности психологического портрета, к выразительности пластики, к игре светотени сумеет найти верный и точный изобразительный эквивалент поэтико-философскому замыслу фильма о великом национальном музыканте Шукур-бахши. 

Всё не случайно в этом мире. Судьбе было угодно свести этих двух человек. Киноведы писали: на фильме «Состязание» встретились не только представители одного поколения, встретились два мощных таланта, два очень разных человека – с одинаковой силой увлечённости искусством. Исповедующие одни и те же истины нравственности и духовной культуры. Эта удивительно органическая слиянность столь разных характеров и полярных темпераментов в главном – в отношении к искусству, к кинематографу, несомненно, стала основой блестящего успеха «Состязания» (1963). Недаром в Каннах туркменский фильм был отмечен специальным призом «За лучший фильм внеконкурсной программы».
Чингиз Айтматов, говоря об этом фильме как о выдающемся явлении национального искусства, о том, как через сугубо национальное авторы поднялись к теме общечеловеческой значимости, писал: «Подобного произведения в среднеазиатском драматургическом искусстве, по-моему, ещё не было. Оно стоит рядом с творениями мирового искусства. После этого фильма многим надо пересмотреть своё творчество в кино и на сцене, работать по-прежнему уже нельзя, критерии резко подскочили вверх». 
Дав высокую оценку картине в своей статье «Музыка, перековавшая мечи на орала», великий писатель скажет: 
«Оператор Ходжа Нарлиев тоже молодой и тоже снял первую свою картину. Его заслуга в успехе фильма, по-моему, равна заслуге режиссёра». 


Булат Мансуров и Ходжакули Нарлиев

С Мансуровым Ходжакули Нарлиев снял ещё две картины – историко-психологическую драму «Рабыня» (по повести Андрея Платонова «Такыр») и двухсерийную эпопею о строительстве Каракумского канала «Утоление жажды». В 1968 году на Всесоюзном фестивале эта картина получила премию за операторское мастерство. 
Они, вероятно, никогда бы и не расстались, эти два талантливых художника, с намека, с полуслова понимавшие друг друга и идеально дополнявшие друг друга. Но случилось непредвиденное: из-за творческой несостоятельности производство фильма «Спокойный берег» было приостановлено. 
Директор «Туркменфильма» Ходжакгаев предложил Ходжакули Нарлиеву доснять фильм на оставшиеся мизерные деньги и в те же календарные сроки. Нарлиев блестяще справился с заданием – с пятью-шестью актёрами снял острую психологическую драму «Человек за бортом». В эпизодической роли снялась Маягозель Аймедова, 
На этом фильме произошло знаменательное событие: режиссёр в Маягозель увидел Огулькейик – героиню будущего своего фильма, сценарий которого уже зрел в его душе. И не только. Он встретил её, свою Музу. Судьба свяжет их имена навеки.

 
Ходжакули Нарлиев и Маягозель Аймедова                             Маягозель Аймедова и Ходжакули Нарлиев в кругу семьи

Известный кинокритик И. Кокорева писала о фильме в московском журнале: 
«Картина обнаружила в молодом режиссёре художника серьёзного, пытливого, тяготеющего к крупным изобразительным формам». 
Слова оказались пророческими.


Афиша художественного фильма «Невестка» (1971)

Второй фильм Нарлиева, но по сути первый, – «Невестка». В основе – подлинный факт, свидетелями которого были братья Ходжакули и Ходжадурды Нарлиевы (авторы сценария). 
На железнодорожном разъезде Сарп, где они провели детство, жили два человека – старый чабан и его невестка – её муж погиб на фронте. Но она не хотела верить в его гибель, и смыслом её жизни была надежда на его возвращение. 
История любви и верности одинокой женщины предельно просто рассказана режиссёром, что свойственно подлинному искусству. 
Практические уроки Мансурова не прошли даром. Ведь не случайно Нарлиев называет его своим учителем. 
Вероятно, пришла пора, и у художника наступил важный рубеж – состояние внутренней готовности видеть вещи с точки зрения мифического, вечно-человеческого, что одухотворило его творческое самосознание. 
Обычный сюжет был из реальной жизни, из его детских лет. Предстоял сложный и интимный процесс работы над фильмом. 
Режиссёр, как и все творческие люди, одинок. Он как приёмник, чувствуя, принимая волны от других, транслирует свои. И не с кем посоветоваться, разве что со своим сердцем. И оно ему подсказало: для такой картины нужна особая актриса. Очень эмоциональная и в то же время умеющая скупо, сдержанно донести свои эмоции. Чтобы была подлинность во всём, её потаённая грусть, её надежда, вспыхивающая внезапно в глазах. Нужен был отблеск скрытой поэтичности её души. И он нашёл её, свою Огулькейик в Маягозель Аймедовой. А на роль свёкра взял Ходжома Овезгеленова, открытого Мансуровым в «Состязании».


Во время съёмок фильма «Невестка». Актриса Маягозель Аймедова, актёр Хорджадурды Нарлиев (второй справа) и режиссёр Ходжакули Нарлиев (слева)

Фильм «Невестка» – самая светлая и самая печальная лента туркменского кино. Поэтичная по глубине чувств и тонкости их экранного воплощения. Язык фильма при всей его эмоциональной и психологической экспрессивности аскетически сдержан. 
Вся картина снята в удивительно чистом и ясном свете и мягком колорите переливающихся полутонов.
В картине мало слов. Пустыня не располагает к праздности и болтливости. И живущие здесь люди несуетны, молчаливы. 
По «диалогам» взглядов, по едва уловимым мимическим движениям, чуть приметным жестам, которые несут информацию, гораздо более достоверную, чем слово, мы видим и ощущаем любовь и боль, печаль и радость, заботу и нежность. Восхитительная «говорящая» музыка Реджепа Реджепова, композитора всех его фильмов, наполненная светом любви, позволяет нам почувствовать, понять душевный мир главной героини и сопереживать ей. 
В основе всякого стремления выражать свои мысли и чувства лежит любовь. Любовь к родной земле, к своему народу, к своему делу. 
На этой любви построено творчество художника Нарлиева, чуждое риторике. Мастерски сняты кадры фильма, рисующие величественный дух пустыни, генетически связанный с судьбой человека, унаследованный и впитанный с молоком матери, безбрежность уходящих к горизонту барханов, переменчивость красок ландшафта – то в снежном покрове, то в алых лепестках мака, и над всем – мирное, чистое небо. 
Прекрасны белобородый старик, чье раскалённое лицо сливается с пустыней, Огулькейик в ярких одеждах на фоне скудной природы, как волшебный цветок.
Фильм «Невестка» – несомненная удача туркменского кино. Вот как центральная газета Советского Союза «Правда» писала об этой картине: 
«Какие прекрасные человеческие лица! Как одухотворены они мыслью, чувством! Как чутки к национальным особенностям народа и тому новому, что появилось в его жизни, это молодая и уже такая зрелая кинематография, показавшая нам своих героев крупным планом во всей сложности их связей с действительностью».
Психологическое кино, поэтическое кино, повесть без слов, энциклопедия туркменской жизни – какие только восторженные эпитеты не звучали в адрес «Невестки». 
Но стало ясно всем – и ценителям киноискусства, и зрителям, – что в кинематограф пришёл художник со своим образным, поэтическим, метафорическим, но таким искренним и таким редким киноязыком чувств. В его картинах создаётся особый мир. Мир художника – режиссёра Ходжакули Нарлиева. И сердце этого мира раскрывается в незабываемых образах великолепной Маягозель Аймедовой, играющей главные роли во всех фильмах Ходжакули Нарлиева.


Во время съёмок фильма «Невестка». Ходжакули Нарлиев и Маягозель Аймедова

У поклонников таланта Ходжакули Нарлиева на памяти триумфальное шествие «Невестки» по экранам мира. 
«Невестка» удостоилась самых престижных международных наград. Начало было положено в Локарно на юбилейном, XXV Международном фестивале: Специальный приз за поэтическое воплощение антивоенной темы. Специальный приз «Серебряный Орфей» в Сорренто. 
Потом были кинофестивали в Венеции и Австралии, Алжире и Японии, во Франции и США, Германии, Болгарии, Египте…
«Невестка», удостоенная 14 наград авторитетных международных и региональных кинофестивалей и Государственной премии СССР, вошла, как и мансуровский фильм «Состязание», в Золотой фонд киноклассики. 


Афиша художественного фильма «Когда женщина оседлает коня» (1974)


Афиша художественного фильма «Умей сказать “нет!”» (1976)

За «Невесткой» последовали одна за другой не менее значительные, разные по тематике, но единые в своей нравственной основе режиссёрские работы Ходжакули Нарлиева: «Когда женщина оседлает коня», «Умей сказать “нет!”», «Дерево Джамал», «Каракумы, 45 в тени», «Фраги – разлученный со счастьем» и другие. Не будет преувеличением сказать, что именно картины Нарлиева открыли зрителям всего мира удивительную, хранящую древние традиции, интересную, самобытную культуру туркменской земли, населенной красивыми и мудрыми людьми. Туркменистан стал ассоциироваться с именами Ходжакули Нарлиева и Маягозель Аймедовой.
Главными героями почти всех картин выступают женщины. Это сильные, мужественные женщины, символ нравственной чистоты, любви и верности. Вместе с «Невесткой» они сложились во вдохновенную Сагу о туркменке – возлюбленной, верной супруге, матери, хранительнице домашнего очага. Сложились в пронзительную, божественную поэму о красоте туркменских женщин, о богатстве и величии их духа. 
В картинах Нарлиева нет вымышленных героев, есть конкретные судьбы, на основе которых создаётся образ-обобщение. Жизненная проза чаще всего предстаёт романтико-возвышенной притчей. 
Так, он снимал «Невестку», где прототипом Огулькейик явилась односельчанка Нарлиева, он сохранил имя этой реальной туркменки, вдовы всего мира узнавали в ней самих себя. Огулькейик была как легенда, которую он хотел поведать людям. Простой, безыскусный рассказ о старике и его невестке возвысился до эпической высоты, до библейского сказания. 

Другой фильм «Дерево Джамал» (1980) имел не меньший общественный и художественный резонанс, чем «Невестка». 
В этом фильме Нарлиев рассказал вновь о жителях родного Сарпа, самого безводного участка, где вода привозная, и только огромной любовью и терпением можно вырастить зелёный побег; о муже, вернувшемся с войны без ноги, о вечном свете материнского сердца. 
Режиссёр изображает людей исключительно в сложных ситуациях. Он поднимает вечные темы: свет и тьма, добро и зло, жизнь и смерть, война и мир. Рассказывая обычную, вроде бы ничем не примечательную историю человека, насыщает её поэзией чувств. 
Фильмы Ходжакули Нарлиева – это не сиюминутное кино. Оно пронизывает зрителя с первых кадров, наполняет его сердце, заставляя вместе с героями страдать и плакать, проживая жизнь, полную драматизма и в то же время не лишенную прекрасности. 
«Истоки моего мироощущения в Сарпе, – говорит режиссёр. – Именно там я осознал, что жизнь, красота, любовь имеют женское, материнское начало. Я самый старший в семье из детей и порой говорил младшим: вы уже мясо кушаете, а от матери вас не оторвать. На что мама отвечала: пусть согреются материнским теплом. Я не знаю ничего целебнее материнского сердца и щедрее материнской любви».

Эту материнскую любовь, эту Атлантиду, которая хранилась на дне памяти, он поднял и отразил в своём творчестве. 
Образ героини фильма «Дерево Джамал» был написан в память о матери, трагически погибшей под колёсами поезда. 
Она, жалея приблудного верблюда, всегда поила его вопреки недовольству многих. И однажды, когда глупое животное лизало лужицу воды, что вылилась из привозных цистерн на шпалы, а поезд был уже близко, она ценой своей жизни спасла его. 
Тело завернули в её платок. Верблюд увидел знакомый платок и пошёл вслед за людьми. На кладбище, когда, совершив необходимый обряд, воткнули в землю палку и намотали на неё платок матери, верблюд подошёл к могиле и, нюхая платок, так сильно затрубил, что сердца мужчин дрогнули, и они заплакали. 
Проблема выбора между добром и злом, проблема личного мужества, личной жертвенности, поступка вообще, ответственность за других, за семью, за близкого – это главные основополагающие вопросы, которые решают герои Нарлиева. 
Они невероятно реалистичны. Но если в реальности они не очень заметны, то в картинах этого режиссёра именно им отводится ведущая роль.
Режиссёр утверждает: героические души никогда не думают о подвиге. Сама природа их героична. Героизм – норма там, где привозят воду раз в день, где дуют палящие ветра, где негде спрятаться от испепеляющего зноя, где день и ночь гремят поезда, и в таких невыносимых условиях люди живут и верят в светлое начало.
Две награды получили создатели фильма «Дерево Джамал»: на Всесоюзном кинофестивале в Вильнюсе (1981) – специальный приз жюри режиссеру «За правдивое и яркое воплощение на экране народного характера» и Маягозель Аймедовой за лучшее исполнение женской роли, в том же году на международном кинофестивале в Москве вторично актрисе Маягозель Аймедовой был вручён приз – за лучшее исполнение женской роли. А фильму присуждена Государственная премия ТССР имени Махтумкули. 
Ходжакули Нарлиев скажет потом, что более высокой награды трудно ожидать художнику, чья сокровенная мечта поведать миру о родном крае, о своих земляках.

Почти все фильмы Ходжакули Нарлиева сняты в советское время, в них показана реальная жизнь и жизненные истории того периода и во многом, вероятно, они не современны сегодня, сюжеты и события смотрятся непривычно, да и страна стала другой, обрела независимость, выросло новое поколение людей, не знающих той, ушедшей эпохи. Но тем не менее согласитесь, никогда не устареют простые истины человеческих взаимоотношений: верности и предательства, преданности и измены, честности и лицемерия, коварства и справедливости, благородства и отчаяния – эти извечные темы добра и зла. И об этом фильмы Ходжакули Нарлиева. 
Он говорит: 
«Пустыня не располагает к праздности и болтливости. И живущие здесь люди несуетны, молчаливы. Возможно, причина тому и в определённых чертах национального характера, в сдержанности и немногословии туркмен. Словолюбие у туркмен не в чести. Это суета, неуважение к людям. 
Я не исключаю ценности слова, но молчание, пауза все-таки сродни поэтической образности. Прямая передача смысла, происходящего в слове, кажется мне слишком очевидной, декларативной, что противопоказано природе поэзии».
Неотъемлемым качеством любой картины Нарлиева является чувственность. Чувственность для этого режиссёра – это поле душевных страданий, мучений и жертвенности. 


Афиша художественного фильма «Манкурт» (1990)

В основе другого фильма Ходжакули Нарлиева «Манкурт» (1990), снятого на киностудии «Туркменфильм» по мотивам романа выдающегося киргизского писателя Чингиза Айтматова «И дольше века длится день» (кстати, по просьбе самого писателя), лежит древнее философское сказание о беспамятстве. Человек, лишённый памяти, этого божественного дара, становится безвольным рабом. 
Молодой житель мирного аула Еломан захвачен в плен воинственными кочевниками-жуаньжуанами и в результате жестокой пытки лишается памяти. 
Мать Айим (её роль, как всегда, талантливо сыграла Маягозель Аймедова) отправляется на поиски единственного сына и находит его вдали от родной земли. 
Превратившись в раба-манкурта, раба чужой, недоброй воли. Еломан не узнаёт свою мать, а все её попытки пробудить память сына, оказываются напрасными. Еломан по наущению жуаньжуаней убивает свою мать. 
Кажется, что содрогнулись не только небо и земля, даже каменные идолы, оказавшиеся невольными свидетелями этого невероятного убийства. И как символичен эпизод: Еломан по приказу хозяина втаптывает в землю бубенчик, который принесла ему мать, чтобы напомнить сыну о его детстве. Их нашивали для того, чтобы ребёнок не заблудился. 
Память в фильме предстала категорией нравственности: у кого нет прошлого – у того нет ни матери, ни Родины.
Ходжакули Нарлиев не случайно снимал сцену убийства матери в амфитеатре. 
«Я сказал Чингизу Айтматову, что последнюю сцену думаю снять в Турции. 
В амфитеатре, где когда-то поэты читали стихи, давались театрализованные представления, пели хоры, и там же происходит сцена убийства. Разве это не символично?! Разве это не показатель обыденности зла?! Сносившего с лица земли целые цивилизации?!»


Чингиз Айтматов, Маягозель Аймедова и Ходжакули Нарлиев

Можно бесконечно долго рассказывать о нём и о его прекрасных поэтических фильмах, о той же «Невестке», о «Дереве Джамал», о «Манкурте», о других, снятых в конце прошлого столетия, это – «Умей сказать “нет!”», «Каракумы 45 градусов в тени», «Фраги, разлучённый со счастьем» и картина 2010 года «Голос матери». 


Ходжакули Нарлиев, режиссёр и сценарист, заслуженный деятель искусств Туркменистана Лора Степанская и режиссёр, народный артист Туркменистана Усман Сапаров в Московском Доме Национальностей

Как-то один московский журналист спросил режиссера, смог бы он снять фильм не о Туркменистане? 
Ходжакули Нарлиев, подумав, ответил, смог бы. Но не стал бы. 
Истинный талант принадлежит миру. Но сердце художника – только своей Родине.

 
У памятника Махтумкули в Ашхабаде. Ноябрь 2021                       В сквере Махтумкули в Ашхабаде. Ноябрь 2021

Кино должно пробуждать в людях чувство сострадания, сказал Ходжакули Нарлиев. Принадлежащий к когорте последних рыцарей – романтиков минувшего мира. Мира, воспетого им в поэтических кинолентах, объединённых одним стремлением автора утвердить красоту и самоценность человеческой личности. Возвысить доброе и светлое. Уберечь от всяческой скверны, унижающей достоинство человека. Чтобы не втаптывались в землю детские бубенчики. Чтобы всегда звонко и радостно звенели они, а молчание, как поэзия, сближало людей, рождая подлинное уважение между людьми. Кино должно помочь увидеть то лучшее, что в них есть, чтобы они продолжали узнавать свою истинную природу – свое настоящее «я».


Ходжакули Нарлиев и Маягозель Аймедова

Каждый выбирает для себя женщину, религию, дорогу. Ходжакули Нарлиев выбрал свой путь – киноискусство. Стал классиком XX века. Любимая женщина рядом. Что еще нужно для счастья?!

 

Фото из семейного архива Ходжакули Нарлиева и Маягозель Аймедовой (из открытых источников). 

5
1
Средняя оценка: 2.8
Проголосовало: 55