Спящий поток

Спящий поток Инеем вскользь посеребрены скальные лбы. Розовым цветом едва очертило восток. С ревом ворочая глыбы, встает на дыбы, Волей небес пробуждается спящий поток! Скованный льдами, он вечность на склонах дремал. Вечность для смертных – мгновение в мире высот. Выли метели веками  у северных скал, И продолжали орлы свой небесный полет! Молча вершины хранили покой ледника, Белые-белые цепи великих хребтов. Спящий поток – задремавшая в недрах река Силы копила среди безмятежных снегов! И неизбежно из дремы промозглой восстав, Темные русла взревут, и, оковы круша, Спящий поток  пробудится,  и бешеный нрав Миру покажет себя … ледяная душа!!! Так человеческий дух – может спать много лет, Всеми забытый, безмолвный, но дай только срок… Вздрогнет земля и,  сметая,  рванется на свет Волей небес –  пробудившийся спящий поток!!! Обратный билет Черные лошади бродят в тумане, в скалах плутает холодный рассвет. Солнце вот-вот над долинами встанет, жжет сквозь одежду обратный билет. Спящие домики, сосны на склоне, горная речка  в ущелье шумит, Бродят  как призраки черные кони, черные кони вчерашних обид… Первая изморозь тронула травы, за ночь сентябрь пришел в лагеря, Сыро…   От холода ноют суставы. Что же сегодня так медлит заря? Даже не жаль, что закончилось лето, солнечных ливней зыбучий дурман. Странные лошади черного цвета бродят у речки, искрится туман… Дождик срывается взвесью хрустальной, Сыро…  от холода стало трясти… Как же мне хочется, как ненормальной, вдруг заорать во все горло: «ПРОСТИ!!!» Где отыскать мне предельные силы, как растоптать эту блажь без следа? Черные кони над речкой застыли и не хотят уходить никуда!!! Хватит молиться на спящие окна, там не блеснет долгожданный ответ, Только в кармане ветровки намокнет верный мой якорь – обратный билет. Серый рассвет, перемены в сезоне, надо идти… попрощаться… забыть… Только бы эти проклятые кони душу мою перестали дразнить… Картина На горизонте, обманчиво близком, красное солнце в клубящихся  тучах, На перевале, обманчиво низком, сгорбились тени на вздыбленных кручах. На леднике приютились палатки, в сумерках  тонет  Казбекское плато. Ты торопливо снимаешь перчатки, дышишь на пальцы и смотришь куда-то. Взгляд твой уходит все выше и выше. Там, где следы затерялись в разломах, В предштормовом коматозном  затишье все так тревожно и так незнакомо. Ветер со склона сдирает поземку, краешек солнца пылает финально, В дымке морозной, за солнцем вдогонку, вечные льды угасают прощально… Я не художник, и эти пейзажи мне написать  никогда не придется. Может,  закрою глаза, и однажды все, что я видел и прожил – вернется… Реквием песням Гитара заплачет и с грохотом треснет. Я буду следить, как умрут наши песни. Я буду носить только черные платья, как будто бы городом правит проклятье. Он насквозь промок и дождем отравился, портрет на стене… постарел, покосился… Не жаль наши души, а тело воскреснет… но жаль только то, что умрут наши песни… Не жаль тех несчастных, что с нами остались, не жаль, что мечты на осколки распались, Не жалко того, что не будем мы вместе, но точит печаль … ведь умрут наши песни… Не помню, не верю, не жду, не страдаю… разрушенный храм наших дней охраняю, Беззубой собакой сижу на обломках… и слушаю, как умирают негромко Последние песни на старенькой пленке, и кажется – кто-то заплакал в сторонке… Не жалко пропащих, враждебных исходов, не жалко рожденных любовью уродов, Не жалко своих задубевших сомнений… не можешь идти – становись на колени! Не вспенится море из камня и снега, потащится полная счастья телега, Со скрипом туда, где не будем мы вместе… не жаль никого, … только мертвые песни. Я  вернусь, моя радость Даже черные скалы отступили слегка, Затопили долину до краев облака, Будет долгой дорога, будет краткою грусть, Я вернусь моя радость. Если хочешь – вернусь. Я вернусь, если даже, через тысячу лет Ты заботливо скажешь – опоздал  на обед. По нелегким дорогам я с улыбкой пройдусь. Я вернусь, моя радость. Если надо – вернусь. Если хочешь, спущусь я с самых грозных вершин, Расскажу тебе честно, как замерз я один! Ну, а если забудешь обо мне до утра, Я узнаю об этом – дрогнет пламя костра. Мне подскажут потоки ледниковой воды, Что тебе подарили городские цветы. Погрущу, в теплый спальник посильней завернусь, Я вернусь, моя радость, если нужен – вернусь. Если нужен – не тронут ни лавины, ни лед, И не страшен мне будет белый шквал непогод. Покачают вершины на ладонях меня, И тихонечко спустят к пятачку у огня. Ну, а если случится что-нибудь да не так, Я набью посильнее свой бывалый рюкзак. Будет долгой дорога, будет краткою грусть, Если что –  позовете, если что – я вернусь. Старый свитерок Белой Ирине Что с тобой сегодня, взгляд такой холодный, Словно ищет сердце теплый уголок. Надевай скорее, тот, давно не модный, Штопаный небрежно старый свитерок. Как он сохранился, вязаное чудо? После всех скитаний по большим горам! Было с ним не страшно заболеть простудой, Или некрасивой показаться нам… Куцые косички, свитер не по росту, Акварель в глазищах, удивленный смех… Кто сказал, что время удержать не просто, Ты для нас навечно – будешь лучше всех! Свитерок надень-ка  в этот день осенний. Зеркало послушно отразит в ответ, Горы за спиною вспыхнут на мгновенье, В зеркале девчонка, ей семнадцать лет… Конец сезона Конец сезона в сентябре, погода корчит недотрогу, То  нежелательный сюрприз, то неожиданный отказ. То ветер хлещет на ребре, то  валит снег  в долине сонной. Конец сезона в сентябре, начало осени у нас. Нам доведется,  может быть, друг другу в чем-нибудь  признаться. И  победить, назло штормам, твой разрушительный каприз…. Поверь, мне хочется к тебе в разгаре осени спускаться, И прямо с гор тащить в руках охапкой спелый барбарис! Конец сезона, в сентябре – на перевалах воют грозы. Искрится иней на заре, седеют желтые хребты. А мне так хочется домой, долой от снега и мороза! Глядеть, как щиплешь барбарис и встрече радуешься ты! Надлом Ну,  вот и кончилась война погодных яростных фронтов, И белый флаг над цитаделью рвут ветра. Мы не сумели подобрать всего лишь пару нужных слов, И время вышло… По машинам, нам пора! Одно мгновенье до потерь, вот-вот дадут сигнал на сбор, И разлетимся мы по краешку разлук. Седая изморозь ресниц, а ты несешь какой-то вздор, Про сигаретку из моих замерзших рук… А там, за гранью ледяной, мы будем прошлое листать, Как зимним вечером истрепанный альбом… Ну как же струсить мы могли? Ну как посмели промолчать? Проходит время, но не лечится надлом… Нет выразительнее слов, чем холодок уставших глаз… Наверно, горло перемкнуло немотой. Как будто снежные мосты однажды рухнули меж нас, И оборвались взгляды нитью ледяной… Мы докурили, разошлись, белели майские хребты, Взревел мотор, качаясь, борт пополз на склон, И души, срезанные в ноль алмазной гранью высоты, С тоской глядели вслед,  и таяли, как сон. Застыли южные ветра на перекрестке непогод, В рассветном сумраке чуть-чуть искрилась мгла… Гора укрылась в облака, в висках сжимался черный лед. Душа не плакала  и телу не лгала… Секрет Ночь расправилась со светом, привела туманов стаю, Что ты думаешь об этом, никогда я не узнаю. Никогда я не узнаю, отчего не стали ближе, Если вечный лед растает, если горы станут ниже. Алым жемчугом рябины осень дразнит уходящих. Пройден путь наполовину, грусть отложим в долгий ящик. Оброненную случайно на неведомых дорожках, Мы укроем нашу тайну теплотой твоих ладошек. От неведомых зверушек, от насмешливых петрушек, От любых нескромных взглядов, от лавины грозных лет. Только льдам и черным скалам, только снежным перевалам, Только белому Казбеку мы расскажем наш секрет. Нас спросила весна И может быть, меня не зря тревожат сны? Четвертый день на склонах северных пурга. Но мы опять уходим от весны, Чтобы вернуться к ней сквозь многие снега. Я всегда говорил, что ничто не сравнится с седыми, Обрамленными солнцем, ледяными легендами гор! Незамеченной вечность оставит всегда молодыми И позволит продолжить оборвавшийся в ночь разговор… Разговор оборвался на злой, неуверенной ноте. Раскололся на части,  разлетелся уютный мирок. Нас  спросила  весна, для чего вы на свете живете Без вершин и сомнений, без потерь и рифмованных строк? Сдури и сгоряча  наболтали ей кучу упреков, Что, мол, нам без нее будет проще и праведней жить, Что в ненужных страстях мы сердца истрепали жестоко И пора осадить бесшабашную майскую прыть. Отмахнулась, ушла, ни словечка, ни взгляда, ни вздоха, Прямо в ночь, по дождю, не прощаясь, без слез и зонта. И не думал никто, как нам будет отчаянно плохо Наблюдать без нее, как съедает года суета… Среди нужных забот  мы встречаемся изредка вместе Посидеть-отдохнуть, рассказать про дела и житьё. Да, мы стали умней,  повзрослели и прожили с честью Все, что выпало нам – и вполне обошлись без нее. Но зачем же теперь, потревожив прощальным аккордом, Вдруг стреляет в висок…  разудалое то забытьё? Потому что  весна оказалась избыточно гордой, И неведомо ей,  как нам плохо сейчас без неё… Мы  бредем по судьбе, доказали, что жить можно проще, Что в заботах земных  мы забудем тревожные сны. Незаметно зима… забрела в наши тихие рощи. Но так остро сейчас не хватает немного  весны… ·

О. В. Неподоба –  автор нескольких книг, изданных  в  Краснодаре. Это  повесть «Периметр зверя» (1998 г.),   два  поэтических  сборника «Перевал оставшихся дома» (1999г.) и  «Зимний марш» (2004г.).  Первая публикация произведений автора  была в 1989 г.  в альманахе «Кубань». Печаталась в разные  годы  в сборнике  молодых  литераторов Кубани «Благослови»,  в альманахах   «Глагол Кавказа»  и «Новый Карфаген», в  сборнике «Барды Кубани». О. Неподоба  – член Союза Российских писателей,  лауреат  краевой молодежной премии  им. Н. Островского. Организатор и руководитель множества спортивных путешествий и экспедиций по горным районам нашей страны  и зарубежья.  Работы автора публиковались   в газете «Вольный  ветер» (Москва), на туристических и альпинистских  сайтах в Интернете.

5
1
Средняя оценка: 2.68868
Проголосовало: 212