"Я слушал пространство и воздух задумчивый пил..."

***

…И повянуло сочное, пряное, солнцем вспоённое зелье.
С мёртвым скрежетом ржавым горчичные травы под ветром шуршат.
Что осталось мне? Разве что поздняя, в звёздных царапинах келья
Да окошко на блёклый и стылый опустошённый закат.

Может быть, я напрасный последних времён соглядатай,
Или просто зевакой бессмысленным в небо пустое смотрю.
Жизнь прошла как прошла на блаженной земле, на проклятой,
Чтоб душой напоследок взлететь в беспредельную эту зарю,

И ловить что-то в воздухе, в сумерках, в отзвуках, где-то –
Уходящее в не-для-меня-уж-бытьё-и-житьё -
Нечто… смысл, или образ какой, или просто скольжение света,
Где зачем-то затеплилось сирой лампадкой дыханье твоё.

***

От забвенья до забвенья
Только морок, только дым,
Сучьев треск, огня шипенье,
Листьев головокруженье
Над потоком мировым.

Как не помнится рожденье,
Так забудется и смерть,
Крови глупое кипенье,
То ли хрипы, то ли пенье,
Дней слепая круговерть.

И душа летит незримо,
Пронизая, как звезда,
Насквозь, неостановимо
Облак морока и дыма,
Ниоткуда в никуда.

***

Может быть эта, а может быть та,
Может, ни та, ни другая…
В мае оно, как ни кинь, маята,
Жгучая зелень, и синь, и мечта,
И ни конца и ни края.

А в сентябре-октябре-ноябре
Небо всё дальше и выше…
Пепел рассеянный на серебре…
Легче земля, безнадёжней и тише.
Незачем, даром что ближе.

***

Так живо горелось, так яростно жглось –
Ни песни не спелось, ни слов не нашлось.
Одна только лава глухого огня –
И жизни потрава, и нету меня.

Но лишь отпустила земли маята,
Как в сердце заныла небес пустота,
И что-то бормочет, и что-то поёт…
И смерти не хочет – и жить не даёт.

***

Я слушал пространство и воздух задумчивый пил,
Ничейные песни душой опустевшей ловил,
Как будто сачком, и вдыхал в них простые слова,
Что словно бы ждали меня и светились едва.

По шаткой дороге кривой ли, а то вдруг прямой
Я брёл с невесомою, песнями полной сумой
Не знамо куда… хоть и чудилось, что на огни.
Бывало и так, что совсем пропадали они.

Родимые души меня согревали в пути,
Я им забывал даже слово промолвить «прости»,
Чтоб ныне его словно Спаса молитву творить, -
А только ведь этой молитвой осталось мне жить…

***

За пределами сердца и трепета
Зеленым ли упьёшься вином…
Всё что пито – как будто бы не пито.
Птичьи флейты небесного лепета
Льются тихие в свете ином.

И чуть плещется неупиваема
Чаша сумрачная бытия.
Всё что познано – вовсе незнаемо,
Что порушено – непорушаемо,
И душа твоя – разве твоя?

Созерцая незримые сполохи
Прикровенного зренью огня,
Ворошить ли мне прошлого ворохи,
Драгоценные слушая шорохи?
Нет! И это уж не для меня.

К незабвенному освобождению,
В нерасслышанной прежде тиши,
Поплыву лучше я по течению,
По волнистому по влечению
Уплывающей в небо души.

***

Когда на острой, как клинок, заре
Очнёшься одинок,
И никого не будет на Земле,
Лишь ты да Бог, -

Забудь тогда иную красоту
И ни о чём не вспоминай,
Пустынную приемля полноту,
По край души,
По самый край.

***

По берегам Есень-реки туманы длинные,
А в них горят, как светляки, огни рябинные,
В горниле стылом октября темнеет золото,
Об эти солнышки моя душа исколота.

Чуть слышно плещется во мгле вода холодная,
Светлым-светла, темным-темна, как кровь свободная,
И кто-то из ладони пьёт судьбой единственной
То ли черемуховый лёт, то ль мрак таинственный.

***

Небо вечернее тонко-жемчужно…
И ничего-то уже и не нужно.
В чистом рассеянном свете высоком
И одинокому не одиноко.

Эта пространная даль неземная,
Эта краса несказанно сквозная
Словно бы отблеск превыспренней воли
И отпущение смуты и боли.

***

На жизнь растянулось прощание с жизнью земной.
Ты только лишь просверк, ты только лишь просверк сквозной,
Царапина света на чёрном граните времён,
Как песня немого пространства и сбывшийся сон.

Смолистые кедры под ветром поют на горе,
Несметные иглы трепещут в живом серебре,
И ночь осыпает их звёздами, светом полна,
И песнью единой насквозь пронзена глубина.

·

Валерий Фёдорович МИХАЙЛОВ – поэт, прозаик, публицист, автор шестнадцати книг стихов, изданных в Казахстане и России, документальной повести «Великий джут» («Хроника Великого джута»), книги «Лермонтов» (серия ЖЗЛ). Главный редактор литературно-художественного журнала «Простор» (Казахстан, г. Алматы).

5
1
Средняя оценка: 2.82659
Проголосовало: 173