Слова

Слова
Стихотворения Светланы Коппел-Ковтун
Читаю знаки...
Читаю знаки — весточки свободы
в любви Твоей, Господь. Фрагменты
ликов, что хранят сердца простые
и лица. В них судьба взрастает
и расцветает ликами — цветами
родного дальнего.
Туманом даль одета,
и письмена Твои как млечный почерк
сокрыты — не согреты.
Кто согреет?
Пути Господни —
млечные пути —
написаны в сердцах,
но не согреты.
Согреет кто?
Чудо
Чудо долго не длится:
если в дом постучится
чудно,
помни, что чудо —
это просто причуда.
Прихоть неба, и только:
не законна нисколько.
Чудо
жаждет случиться,
а не впустишь —
умчится,
птицей в небо умчится
и с тобой не случится.
Я словам доверяю больше...
Я  словам доверяю больше, чем людям —
слова не подводят.
Слова — верны себе, мне,
истине...
Слова — бескорыстны,
правдивы,
а люди — лживы.
Люди ищут способы обмануть слова
и людей.
И находят. Но при этом теряют
истину,
себя,
и меня.
Антипрокруст
* * *
Господи,
он — слишком взрослый,
а я — слишком ребёнок.
Наше общение —
сплошное недоразумение.
А вдруг он тот самый Инквизитор?
* * *
Я боюсь прокрустовых кроватей,
мягко застеленных и не очень.
Я боюсь нимбов, царапающих
Твои Небеса и моё небко.
Я боюсь тех, кто знает, но не думает,
кто верит, но не чувствует.
Я боюсь друзей, которые не отличаются от врагов,
и рабов, которые не свободны.
Я боюсь говорящих краденными словами,
особенно правильными.
Но в любви нет страха...
Прости мне, Господи!
* * *
Между формой и бесформенностью — я.
Узкий путь — не узкоколейка...
Форма всё время стремится к Прокрусту.
Поиграй со мной, Господи!
Смысл, как кролик
Смысл, как кролик
между букв и  слогов
прошмыгнул
в открытое окно
слóва.
И опять,
и снова...
Блеск в глаза,
и пелена упала:
я всегда,
всегда
про это знала.
Облаком
распушена печаль:
ничего не жаль.
Песней или птицей
вознесусь...
Господи,
я слишком многим снюсь!
Я, наверное,
когда-нибудь вернусь
громом...
Подари мне глоток красоты
Подари мне глоток красоты —
слишком грустно вблизи предзакатья.
Жизнь похожа порой на цветы
на чужом плохо скроенном платье.
Отразиться бы в зеркале грёз,
рассмотреть всё, что было и будет,
побродить средь подружек-берёз
по дорогам неведомых судеб.
Забытья непростая строка
заплутала в чужих предголосьях.
Ей неведома песня — пока,
не по голосу многоголосье.
Слова — легкие, как облака....
Слова — легкие, как облака,
и тяжелые, как горе, —
падают на мои плечи
и укрывают голову,
словно шалью...
Слова притворяются птицами,
чтобы парить в моём небе,
не привлекая внимания
посторонних.
Слова становятся воздухом,
чтобы я дышала ими,
когда задыхаюсь
от недостатка
чистоты.
Слова — мои друзья,
прикрывающие меня в опасности,
поющие со мной — в радости,
плачущие — в страдании.
Слова говорят за меня,
когда я молчу —
чтобы жизнь звучала,
несмотря ни на что,
вопреки всему.
Слова, которые не хотят говорить,
сидят тихонечко рядом, насупившись,
и молчат. Или прячутся
под одеялом, столом, в стакане —
они умеют прятаться.
Они могут даже уйти, хлопнув дверью,
чтобы потом пролиться дождём
и напитать чью-то землю, превратив её в чернозём,
и вырастить на ней подсолнухи.
А чем подсолнухи хуже стихов?
Да ничем,
стихи — те же подсолнухи...
Небесная река
1
Крикливою вороною на ветке
я вам пою, когда себя не слышу,
когда мелодий дождевые струи
не поливают ноты жизни свыше.
Волшебной музыки изысканные звуки,
как демиурги, шум не мой нарушив,
талантами дарят мечты и руки,
воссоздают расстроенную душу.
Как будто небо вдруг сошло напиться —
небесная река во мне струится.
2
Слушай голос,
не слушай шторм —
ветер шумный пусть учится петь.
Сильный голос —
то дар ветров;
перекрикнуть их — перепеть.
Пересилить — как перекинуть
мост над пропастью
на века.
Полноводная, ярко-синяя
в сером небе поёт река.
Голос-логос
Целясь в цель,
обретаю слог,
голос-логос.
Как будто Бог
слово дарит
и цельность вмиг.
Ветхий днями
меня настиг.
Целое,
белое —
пелена.
Проступает
пути
вина.
Логос — суть,
голос — путь:
не
свернуть.
Тише...
Кормилице небесным молоком
О.С.
Сердце моё разрывается
от горя и счастья,
но побеждается нежностью.
Ты говоришь мне:
«Тише, тише...»
И крик становится тишиной,
а тишина — птицей,
чтобы подпевать тебе:
«Тише, тише...»
Громко, очень громко
звучит твоя тишина —
громче страха.
Я прорастаю в тебя,
как в небо:
тихо-тихо.
Песня
О хрупкость бытия,
о хрупкость песни,
как не разбить тебя
о глупость жизни?
Как не солгать
ни словом,
ни движеньем,
ни жаждою?
Томлюсь воспоминаньем.
Мне голос тайны
слышится яснее
как впечатленье Бога.
Миг и вечность —
всего лишь шаг навстречу.
Песня длится
как Слово,
как Любовь Его —
предвечно.
Когда слова, свои утратив смыслы...
Когда слова, свои утратив смыслы,
сравняются с землёй, —
словами станем мы.
Иль чернозёмом...
Всё равно — траве,
трава равна сама себе,
и только.
Вонзится боль копьем
в траву и небо,
и в слово, что срослось
с забытым завтра.
Не вспомнить:
не рыдать,
не рыть нам землю,
вонзая пальцы в тело.
Нет, не вспомнить!
Забыто всё,
печаль теряет слёзы.
Утрата эта —
худшее из зол.
Если голос есть...
Если голос есть,
значит есть и весть:
голос — для говорения.
Кто сумел неска́занное
прочесть,
примет благословение.
Если длится слог —
вслух читает Бог:
в слове ищут прозрения.
Разъедает губы
солоность строк:
правда слова — спасение.
Читаю знаки...
.
Читаю знаки — весточки свободы
в любви Твоей, Господь. Фрагменты
ликов, что хранят сердца простые
и лица. В них судьба взрастает
и расцветает ликами — цветами
родного дальнего.
Туманом даль одета,
и письмена Твои как млечный почерк
сокрыты — не согреты.
Кто согреет?
Пути Господни —
млечные пути —
написаны в сердцах,
но не согреты.
Согреет кто?
.
Чудо
.
Чудо долго не длится:
если в дом постучится
чудно,
помни, что чудо —
это просто причуда.
Прихоть неба, и только:
не законна нисколько.
Чудо
жаждет случиться,
а не впустишь —
умчится,
птицей в небо умчится
и с тобой не случится.
.
Я словам доверяю больше...
.
Я  словам доверяю больше, чем людям —
слова не подводят.
Слова — верны себе, мне,
истине...
Слова — бескорыстны,
правдивы,
а люди — лживы.
Люди ищут способы обмануть слова
и людей.
И находят. Но при этом теряют
истину,
себя,
и меня.
.
Антипрокруст
.
* * *
.
Господи,
он — слишком взрослый,
а я — слишком ребёнок.
Наше общение —
сплошное недоразумение.
А вдруг он тот самый Инквизитор?
.
* * *
.
Я боюсь прокрустовых кроватей,
мягко застеленных и не очень.
Я боюсь нимбов, царапающих
Твои Небеса и моё небко.
Я боюсь тех, кто знает, но не думает,
кто верит, но не чувствует.
Я боюсь друзей, которые не отличаются от врагов,
и рабов, которые не свободны.
Я боюсь говорящих краденными словами,
особенно правильными.
Но в любви нет страха...
Прости мне, Господи!
.
* * *
.
Между формой и бесформенностью — я.
Узкий путь — не узкоколейка...
Форма всё время стремится к Прокрусту.
Поиграй со мной, Господи!
.
Смысл, как кролик
.
Смысл, как кролик
между букв и  слогов
прошмыгнул
в открытое окно
слóва.
И опять,
и снова...
Блеск в глаза,
и пелена упала:
я всегда,
всегда
про это знала.
Облаком
распушена печаль:
ничего не жаль.
Песней или птицей
вознесусь...
Господи,
я слишком многим снюсь!
Я, наверное,
когда-нибудь вернусь
громом...
.
Подари мне глоток красоты
.
Подари мне глоток красоты —
слишком грустно вблизи предзакатья.
Жизнь похожа порой на цветы
на чужом плохо скроенном платье.
Отразиться бы в зеркале грёз,
рассмотреть всё, что было и будет,
побродить средь подружек-берёз
по дорогам неведомых судеб.
Забытья непростая строка
заплутала в чужих предголосьях.
Ей неведома песня — пока,
не по голосу многоголосье.
.
Слова — легкие, как облака...
.
Слова — легкие, как облака,
и тяжелые, как горе, —
падают на мои плечи
и укрывают голову,
словно шалью...
Слова притворяются птицами,
чтобы парить в моём небе,
не привлекая внимания
посторонних.
Слова становятся воздухом,
чтобы я дышала ими,
когда задыхаюсь
от недостатка
чистоты.
Слова — мои друзья,
прикрывающие меня в опасности,
поющие со мной — в радости,
плачущие — в страдании.
Слова говорят за меня,
когда я молчу —
чтобы жизнь звучала,
несмотря ни на что,
вопреки всему.
Слова, которые не хотят говорить,
сидят тихонечко рядом, насупившись,
и молчат. Или прячутся
под одеялом, столом, в стакане —
они умеют прятаться.
Они могут даже уйти, хлопнув дверью,
чтобы потом пролиться дождём
и напитать чью-то землю, превратив её в чернозём,
и вырастить на ней подсолнухи.
А чем подсолнухи хуже стихов?
Да ничем,
стихи — те же подсолнухи...
.
Небесная река
.
1
.
Крикливою вороною на ветке
я вам пою, когда себя не слышу,
когда мелодий дождевые струи
не поливают ноты жизни свыше.
Волшебной музыки изысканные звуки,
как демиурги, шум не мой нарушив,
талантами дарят мечты и руки,
воссоздают расстроенную душу.
Как будто небо вдруг сошло напиться —
небесная река во мне струится.
.
2
.
Слушай голос,
не слушай шторм —
ветер шумный пусть учится петь.
Сильный голос —
то дар ветров;
перекрикнуть их — перепеть.
Пересилить — как перекинуть
мост над пропастью
на века.
Полноводная, ярко-синяя
в сером небе поёт река.
.
Голос-логос
.
Целясь в цель,
обретаю слог,
голос-логос.
Как будто Бог
слово дарит
и цельность вмиг.
Ветхий днями
меня настиг.
Целое,
белое —
пелена.
Проступает
пути
вина.
Логос — суть,
голос — путь:
не
свернуть.
.
Тише...
.
Кормилице небесным молоком
О.С.
.
Сердце моё разрывается
от горя и счастья,
но побеждается нежностью.
Ты говоришь мне:
«Тише, тише...»
И крик становится тишиной,
а тишина — птицей,
чтобы подпевать тебе:
«Тише, тише...»
Громко, очень громко
звучит твоя тишина —
громче страха.
Я прорастаю в тебя,
как в небо:
тихо-тихо.
.
Песня
.
О хрупкость бытия,
о хрупкость песни,
как не разбить тебя
о глупость жизни?
Как не солгать
ни словом,
ни движеньем,
ни жаждою?
Томлюсь воспоминаньем.
Мне голос тайны
слышится яснее
как впечатленье Бога.
Миг и вечность —
всего лишь шаг навстречу.
Песня длится
как Слово,
как Любовь Его —
предвечно.
.
Когда слова, свои утратив смыслы...
.
Когда слова, свои утратив смыслы,
сравняются с землёй, —
словами станем мы.
Иль чернозёмом...
Всё равно — траве,
трава равна сама себе,
и только.
Вонзится боль копьем
в траву и небо,
и в слово, что срослось
с забытым завтра.
Не вспомнить:
не рыдать,
не рыть нам землю,
вонзая пальцы в тело.
Нет, не вспомнить!
Забыто всё,
печаль теряет слёзы.
Утрата эта —
худшее из зол.
.
Если голос есть...
.
Если голос есть,
значит есть и весть:
голос — для говорения.
Кто сумел неска́занное
прочесть,
примет благословение.
Если длится слог —
вслух читает Бог:
в слове ищут прозрения.
Разъедает губы
солоность строк:
правда слова — спасение.
5
1
Средняя оценка: 2.83333
Проголосовало: 120