«И в ней горит свеча, не угасая…»

Избранные переводы поэтов разных стран

Кайсын Кулиев (1917-1985)                   
(с балкарского
)

АМО САГИЯНУ

Чиста рука поэта, говорил
Когда-то Тютчев. Свято веря в это,
Я трижды благодарно повторил:
Чиста рука армянского поэта.

Я с совестью сравнить ее хочу
Армянского народа. Не она ли
Поэзии горящую свечу
Несла века,
Несла из дальней дали?

Густела мгла. Глумились палачи.
В пути кромешном не было просвета.
Но вновь и вновь маячил он в ночи –
Упрямый, неподкупный венчик света.

Поэт, скользя и падая, ступал,
Пройдя по всем кровавым перекресткам,
И пот на лбу багровый выступал
И капал, капал вперемежку с воском.

Брели тяжеловесные века,
Как по пескам безлюдным караваны. 
Но жил народ –
Его вела рука
И пламя, что светило сквозь туманы.

Поэт свече угаснуть не давал,
Он видел синеву во мраке этом
И дерево надежды прозревал,
Расцветшее зеленым пышным цветом.

Нет, не стучался у чужих дверей,
А стойкость переняв у Арарата,
Он в молоко армянских матерей
Все так же верил – бережно и свято.

Он сто смертей оставил позади,
Но горького скитальчества дороги
Не породили страх в его груди,
Усталостью не подкосили ноги.

И он однажды встретился с весной.
Она пришла, светла, многоголоса,
Распахнутой над ним голубизной
И розовым цветеньем абрикоса.

Тот абрикос – он пережил века,
В неистовых побегах воскресая…
Мой брат Амо,
Чиста твоя рука,
И в ней горит свеча, не угасая.

 

Алвади Шайхиев (1947-2018)                     
(с чеченского)

ЖУРАВЛИ

«На юг! На юг!» – и горечь, и печаль
Звучат в прощальном кличе журавлином.
За тридевять земель в чужую даль
Уходит в стылом небе клин за клином.

Под крыльями простор родных лугов,
Родные гнезда, рощицы, криницы.
На зов далеких знойных берегов,
Все оставляя, улетают птицы.

Из-под руки смотрю им долго вслед,
Щемящая тоска мне сердце гложет:
В необратимой смене зим и лет
Мелькает жизнь
И нам морщины множит.

Дни все короче. И не побороть
Усталости и зябкости осенней.
И все-таки не приведи Господь
Искать вдали от родины спасенье.

 

Алисия Киракосян (1936-2014)            
(с испанского)

НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬ

Господь,
я знаю, 
ты нам не откроешь
скрытых причин несправедливости,
чтобы мы не проникли
в твои секреты.

Но всей глубиной своей сущности
я, пожалуй, сумею понять и простить
предательство, бесчеловечность 
и постигну закон произвола.

Справедливость приходит
Спустя долгие века.

Не молчи,
Господь,
ты не можешь быть
сообщником
бедствий этого мира.

Ты не можешь нас покинуть,
Не имеешь права.

 

Мухаммед Салих (р. 1949)                  
(с узбекского)

ЗЕМЛЯ – МОРЕ

Мелькают года, обдавая нас брызгами пены,
Трепещет душа и взмывает на каждой волне.
Земля – это море. И мы на поверхности бренны,
Мы временны здесь, на волнах,
Но мы вечны на дне.

Плывут поплавками, плывут тяжело, многотонно
Египетские пирамиды средь далей морских,
А люди, сложившие их, утопали без стона,
А люди, сложившие их, не цеплялись за них.

Плывут минареты Хивы – и вовек не исчезнут.
Плывут Самарканда дворцы. Море глухо шумит.
Великие смертные, мы погружаемся в бездну.
Великие смертные, мы тяжелей пирамид.

 

Арманд Мелналкснис (р. 1943)                        
(с латышского)

ОБОЗНИКИ

В усы ухмыляется черт, ширинка распахнута настежь,
Нос лиловый ныряет в кисет – нюхать табак.
Едут обозники – без вздохов, без страха, без страсти –
В арьергарде глубоком, вдали от лихих рубак.

Черт прыгает в трубку, улюлюкает ветер в ширинке,
Лишь молят о смазке колеса телег-развалюх.
А где-то два войска в смертельном сошлись поединке,
И рокот сраженья доносится, ровен и глух.

В усы ухмыляется черт, кольца дыма над трубками вьются.
Погибают герои, обозники – остаются.

И возвращаться опять – мимо поля и мимо погоста –
Строить, чистить, скрести, резать плугом пласты целины,
Вдов и девок дурить, задирать им подолы
И просто
Жить на свете – 
                              до нового раза, до новой войны…

 

БОГИ, БОГИ

У них Олимп давно уже не в моде,
Они на землю все сошли давно –
Работают, по магазинам ходят
И занимают очередь в кино.

Такие же, как мы, бок о бок с нами
Печалятся, влюбляются, поют.
Они в «Кавказ»* приходят вечерами,
Шашлык, а не амброзию жуют.

Гремит оркестр, усилий не жалея,
Чтоб им приятней елось и пилось.
А в это время печень Прометея
Клюет орел по имени Цирроз.

Тут афродиты, геры, аполлоны –
Земная жизнь их прибрала к рукам.
Но у земли суровые законы,
И умирать приходится богам.

Осталось только, зерна в почву бросив,
Ждать урожаев будущих времен…
Вот человек идет среди колосьев
И сам не знает, сколь бессмертен он…

*«Кавказ» – ресторан в Риге. 

 

Художник: Павел Гузенко.

5
1
Средняя оценка: 3.28571
Проголосовало: 28