Американское признание: оружие уже в Космосе…
Американское признание: оружие уже в Космосе…
ОКОНЧАНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ
На этом фоне особенно показательно прозвучало заявление, сделанное в США 14 сентября текущего года. На конференции Ассоциации военно-воздушных и космических сил министр ВВС США Трой Мейнк официально сообщил, что американские Космические силы уже располагают действующими системами орбитального космического контроля...
Формулировка выглядела достаточно осторожной: речь шла о вооружениях, предназначенных для защиты американских объединённых сил от враждебных действий. Однако американские журналисты и специалисты справедливо обратили внимание на принципиальный характер заявления. Вашингтон впервые столь открыто признал наличие действующих вооружений, непосредственно размещённых на орбите. При этом ни технические характеристики, ни конкретные принципы их работы публично раскрыты не были. Получалась довольно своеобразная картина...
Генералы США предупреждали об угрозе со стороны российских спутников-инспекторов, а спустя несколько месяцев американское руководство публично подтвердило наличие собственных космических вооружений. Разумеется, это не означает, что американско-российские разработки технически идентичны. Более того, характер американских систем остаётся недостаточно раскрытым, дабы делать выводы об их конкретных возможностях. Тем не менее политический смысл происходящего очевиден. Космос окончательно перестаёт восприниматься только как пространство научных исследований, связи и наблюдения. Он становится самостоятельной областью стратегического противоборства. Российский МИД, комментируя американское признание, выступил с критикой действий Вашингтона, предупредив об угрозах дальнейшей милитаризации космического пространства и последствиях возможного вооружённого конфликта на орбите. И здесь возникает характерный для международной политики парадокс: практически каждая сторона объясняет собственные действия необходимостью обороны, аналогичные же действия противника объявляет угрозой безопасности. История холодной войны показывает, насколько опасным может оказаться подобное взаимное недоверие.
Один выстрел — тысячи новых опасностей, и почему война в космосе касается каждого
В отличие от традиционных вооружений космические системы обладают особенностью, которая делает их применение особенно рискованным. Уничтоженный спутник не исчезает бесследно. Он превращается в облако обломков, продолжающих двигаться вокруг Земли с огромными скоростями. В 2007 г. Китай испытал противоспутниковую ракету, уничтожив собственный метеорологический аппарат «Фэнъюнь-1C». В результате образовались тысячи отслеживаемых фрагментов космического мусора. Причём значительная их часть оказалась на достаточно высоких орбитах, где обломки могут сохраняться десятилетиями. 15 ноября 2021 года Россия провела испытание противоспутникового комплекса, в ходе которого был уничтожен старый советский аппарат «Космос-1408». По оценке NASA, образовалось не менее полутора тысяч отслеживаемых обломков. Экипажу Международной космической станции пришлось принять дополнительные меры предосторожности.
И здесь уместно вспомнить о теории, предложенной американским учёным Дональдом Кесслером ещё в 1978 году. Предположившим, что при определённой плотности космических объектов столкновения начнут порождать всё новые облака обломков. Те, в свою очередь, станут сталкиваться с другими спутниками, создавая ещё больше мусора. Возникнет своеобразная цепная реакция. Сегодня подобный сценарий известен под названием «синдром Кесслера». Его наиболее опасный вариант предполагает настолько сильное загрязнение отдельных орбит, что их использование окажется серьёзно затруднено на длительное время. Таким образом, космический конфликт может закончиться весьма неожиданным образом: победитель получит не господство над орбитой, а пространство, заполненное опасными обломками. И пострадают от этого не только военные.
Современная цивилизация практически незаметно для себя стала зависимой от спутниковых систем. С помощью орбитальной группировки обеспечиваются навигация, глобальная связь, прогнозирование погоды, наблюдение за земной поверхностью, контроль стихийных бедствий и множество других задач. Спутниковое время используется для синхронизации телекоммуникационной и финансовой инфраструктуры. Космические снимки помогают отслеживать пожары, паводки, состояние сельскохозяйственных угодий и транспортных коммуникаций. Достаточно представить, что крупная группировка навигационных спутников внезапно перестанет функционировать. Проблемы возникнут далеко не только у военных самолётов или ракетных комплексов. Нарушится работа множества гражданских систем, зависящих от точного времени и координат.
Именно поэтому разрушение космической инфраструктуры способно вызвать последствия, не ограничивающиеся территорией непосредственного военного конфликта. Впрочем, для нарушения работы спутника совсем не обязательно превращать его в облако металлических обломков. Современные противоспутниковые технологии включают различные средства воздействия: радиоэлектронное подавление, создание помех навигационным сигналам, кибератаки на наземные сегменты управления и другие способы временного или длительного нарушения работы космических систем. Такие средства нередко оказываются более привлекательными, чем физическое уничтожение цели. Они могут не создавать космического мусора и при определённых обстоятельствах позволяют ограничивать масштаб воздействия. Однако у подобного оружия есть собственный недостаток: установить источник воздействия, особенно в сложной обстановке, бывает весьма непросто. А значит, возрастает вероятность ошибочных обвинений и ответных действий.
Космическое право: договор, которому почти шестьдесят лет
Есть в этой истории и юридическая сторона. В 1967 г. вступил в силу Договор о принципах деятельности государств по исследованию, также использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела. Документ стал одним из важнейших результатов международных переговоров времён холодной войны. СССР и США, несмотря на политическое противостояние, сумели договориться об основных принципах освоения космоса. В частности, представители форума обязались не размещать на орбите вокруг Земли объекты с ядерным оружием или другими видами оружия массового уничтожения. Однако часто упускают одну существенную деталь: договор не устанавливает всеобъемлющего запрета на размещение обычных вооружений на околоземной орбите. При этом на Луне и других небесных телах действуют более строгие ограничения в отношении военной деятельности. В результате возникла своеобразная правовая ситуация…
Международное сообщество сумело запретить наиболее опасные категории космических вооружений, но не создало столь же универсальных правил, охватывающих весь спектр современных противоспутниковых технологий. Шесть десятилетий назад подобная проблема казалась преимущественно теоретической. Сегодня же спутники способны приближаться друг к другу, выполнять сложные манёвры и нести оборудование двойного назначения. Поэтому вопрос, какой аппарат считать оружием, становится предметом не только технических, но и политических споров. Один из путей решения проблемы — международные договорённости о безопасных расстояниях сближения, предупреждении об опасных манёврах, обмене орбитальной информацией и отказе от разрушительных испытаний. Но для таких соглашений необходим хотя бы минимальный уровень доверия между ведущими космическими державами. А именно его сегодня особенно не хватает.
Нынешнее противостояние России и США в космосе имеет важное отличие от гонки времён Королёва и фон Брауна. В 1960-е ведущие державы боролись прежде всего за научно-техническое первенство, стратегические преимущества и престиж. Сегодня же речь всё больше идёт об обеспечении устойчивости целых инфраструктурных систем. Притом что Россия обладает собственными традициями создания маневрирующих космических аппаратов, уходящими корнями ещё в советские разработки. Американская сторона располагает не менее продолжительной историей противоспутниковых программ и огромными ресурсами для развития современных орбитальных группировок. Обе страны имеют основания беспокоиться о безопасности своей космической инфраструктуры. Но каждое новое средство её защиты неизбежно может рассматриваться другой стороной как средство потенциального нападения.
Так постепенно возникает классическая дилемма безопасности: действия одного государства, направленные на укрепление обороны, вызывают ответные действия другого и в итоге увеличивают общую напряжённость. Собственно, именно так развивалась значительная часть военно-технического соперничества XX в. Особенность нынешней ситуации заключается в том, что поле потенциального противостояния находится уже не только на суше, на море или в атмосфере, но и в пространстве, от которого зависит функционирование огромного количества земных систем. И дело здесь не в том, кто первым разместил на орбите аппарат, который можно считать оружием. Подобные разработки появились ещё в прошлом столетии. Важнее другое: космические вооружения постепенно становятся публично признаваемым элементом военного планирования крупнейших держав. Это принципиально меняет представления о будущих конфликтах.
Вспомним снова октябрь 1957 года… Когда советский «Спутник-1» передавал свои простые радиосигналы, люди по всему миру поднимали головы к звёздному небу с ощущением, что человечество вступает в новую эпоху. Для советских людей полёт спутника стал символом огромных возможностей отечественной науки и промышленности, свидетельством того, что ещё недавно разрушенная войной страна сумела выйти на передовые рубежи технического прогресса. Трудно представить, чтобы тогда кто-нибудь всерьёз предполагал, насколько сильно повседневная жизнь будущих поколений будет зависеть от автоматических аппаратов, обращающихся вокруг планеты.
За прошедшие десятилетия космос подарил человечеству спутниковую связь, глобальную навигацию, совершенно новые методы изучения Земли и возможность проведения международных научных экспериментов. Он же стал пространством, в котором государства продолжили своё военно-политическое соперничество. И всё-таки опыт прошлого даёт основания не только для тревоги.
В 1975 году советский «Союз» и американский «Аполлон» состыковались на орбите. Алексей Леонов и Томас Стаффорд пожали друг другу руки в космическом пространстве, несмотря на то что их страны оставались идеологическими и стратегическими противниками. Сей исторический эпизод не отменил холодную войну. Не исчезли ракеты, военные спутники и противоспутниковые разработки. Однако он продемонстрировал, что даже в условиях острого соперничества сотрудничество возможно. Сегодня, когда Россия и США вновь обмениваются заявлениями о космических вооружениях, об этом стоит помнить.
Ведь главный парадокс орбитальной войны заключается в том, что разрушить спутник зачастую значительно легче, чем восстановить безопасное космическое пространство после масштабного конфликта. И если в прошлом столетии борьба за космос была прежде всего соревнованием за право первым добраться до звёзд, то в XXI веке перед ведущими державами встаёт куда более сложная задача. Не допустить, чтобы пространство, открытое человечеством для будущего, превратилось в ещё одно поле разрушительного противостояния.
