Не будет преувеличением сказать, что история Венесуэлы в последние четверть века читается как авантюрно-приключенческий роман. И все же за всеми этими кризисами, интригами, попытками переворотов и их срывами не стоит забывать и об идейно-экономической основе происходящего…

В прошлом сентябре почти одновременно сошлись три сюжета: публикация досье Менгеле, новая швейцарская работа о помощи бывшим эсэсовцам и — референдум 27 сентября о более жёстком понимании нейтралитета. Притом обязательно нужно уточнить один журналистский момент: документально подтверждён отдых Менгеле в Энгельберге в 1956 г.; пребывание же его в Швейцарии 1961-го — пока не доказано.

На демонстрации выходили главным образом студенты, причем как либерального, так и социалистического толка. Выдвигались требования о немедленном разрыве с Германией и странами Оси и заключении союза с Великобританией и Советским Союзом. Думается, что протестующими, которые были, конечно, сербами в подавляющем большинстве, двигал некий патриотический порыв.

Сорок лет назад, в октябре 1986-го далеко в Атлантике разыгралась трагедия, о которой долгие годы знали гораздо меньше, чем она заслуживала. После взрыва в ракетной шахте советской атомной подлодки К-219 возникла угроза тяжёлой аварии реактора. В раскалённый отсек, где температура доходила до 70 градусов, один за другим вошли старший лейтенант Николай Беликов и двадцатилетний матрос Сергей Преминин.

В истории больших войн есть один парадокс. Катастрофические решения далеко не всегда начинаются с грандиозного заговора, сознательной провокации или тщательно продуманного плана. Иногда в самом начале находится нечто гораздо менее впечатляющее: неверно прочитанная радиограмма, плохо истолкованный сигнал радара, сомнительный агент, которому слишком сильно захотели поверить, или доклад, выглядящий убедительнее, чем содержащаяся в нём информация.