Русские не сдаются: шестая десантная рота

14 лет назад, в марте 2000 года исполнявший обязанности президента Российской Федерации В.В.Путин заявил: «Глубоко скорблю вместе с родными, близкими, боевыми друзьями и соратниками погибших воинов 6-й роты 2-го батальона 104-го гвардейского парашютно-десантного полка Псковской воздушно-десантной дивизии. Боль утраты неизмеримо велика. Россия потеряла своих верных сынов, настоящих солдат, защитников Отечества. Несмотря на многократное численное превосходство бандитов, они не оставили боевых позиций. Каждый из погибших героев с честью исполнил свой долг перед Родиной, мужественно сражался за российскую землю. Личный героизм десантников, их воля и самоотверженность еще раз подтвердили славу Воздушно-десантных войск. Это действительно наша гвардия. Это - гордость армии. Еще раз выражаю искреннее соболезнование родным и близким погибших. Разделяю боль и справедливый гнев их боевых товарищей, десантников 104-го полка, всех воинов России. Слава героям. Вечная память павшим».
.
А начиналось все так. К 1 марта 2000 года бандформирования чеченских полевых командиров оказались в стратегическом мешке. Командующий ОГВ Г.Трошев заявил "со взятием Шатоя контртеррористическая операция в Чечне завершена ". Произошло это после высадки тактического десанта перерезавшего горную дорогу Итум-Кале-Шатили, построенную рабами «свободной Ичкерии». Десантники 6-й роты должны были занять господствующую высоту, чтобы не допустить прорыва бандгрупп в направлении населенных пунктов Мехкеты, Киров-Юрт, Элистанжи, Ведено.
В 12.30 в двух километрах южнее Улус-Керта разведдозор десантников наткнулся на две бандгруппы по 20-30 человек каждая, которые, в свою очередь, были разведдозорами бандитов. Противников разделяли десятки метров. За считанные секунды при помощи гранат авангард бандитов был уничтожен. Но завязавшаяся перестрелка не прерывалась ни на минуту - к месту боя стягивалось все больше боевиков. Разведчики докладывали, что боевиков полторы сотни. Оказалось в 20 раз больше. Позже выяснится, что в районе Улус-Керта сосредоточились оказавшиеся под угрозой окружения бандформирования Хаттаба и Басаева, общей численностью свыше двух тысяч боевиков. Противостояло им менее сотни десантников 6-й роты …
Комбат приказал бойцам отойти и закрепиться на господствующей высоте 776.0, где к этому времени расположилось управление батальона. Прикрывать отход остались разведчики под командованием лейтенанта Алексея Воробьева. При отходе не удалось избежать потерь. Вынося из-под обстрела раненого гвардии сержанта контрактной службы С.Иванова, смертельное ранение получил майор С.Молодов. Командование ротой взял на себя гвардии капитан Роман Соколов.
Со стороны боевиков прорывом руководил полевой командир Бали Балуев, при поддержке бандформирований Идриса и Абу Валида. Общее руководство осуществлял Хаттаб. Идрис и Абу Валид вышли по рации на комбата и предложили пропустить «моджахедов»:
– Нас тут раз в десять больше. Подумай, командир, стоит ли рисковать людьми? Ночь, туман – никто не заметит…
После отказа русских сдаться бой возобновился с новой силой. Уже тогда десантникам было ясно: они столкнулись не с какой-то отдельной бандой, а с целым потоком движущихся от Улус-Керта к Сельментаузену бандгрупп. Об отступлении не могло быть и речи - позади тыловая зона.
Атаки не прекращались. Хаттаб каждые 20 минут бросал в бой по 50-40 человек, но прорвать оборону не мог.
К 17 часам боевики, которых стало еще больше, не считаясь с потерями, пред-приняли попытку атаковать высоту с западного и северо-западного направлений.
Командир батальона гвардии подполковник Марк Николаевич Евтюхин лично руководил огнем своих подчиненных, корректировал огонь артиллерии и постоянно выдвигался на самые опасные направления. В ходе непрерывного обстрела он сумел вынести из-под огня противника пятерых раненых.
Примерно в 22.50 бандиты притащили с помощью лошадей минометы и установили их на соседней высоте.
Рота попала под яростный минометный обстрел. Бойцы стали гибнуть один за другим либо выбывать из боя из-за тяжелых ранений - к сожалению, десантники не успели толком укрепиться на высоте, сделать окопы и установить защищенные огневые точки.
В 23.25 бандиты, подтянув подкрепление, начали массированную атаку «волнами». Используя русла рек и открытые фланги, они попытались обойти позицию роты с левого фланга.
Чтобы не допустить окружения, на наиболее опасный участок выдвинулся взвод гвардии лейтенанта Дмитрия Кожемякина, который в течение нескольких часов отбивал яростные атаки.
Час за часом бандиты пытались опрокинуть роту с высоты, но все их атаки были отражены. «Черный араб» бросил в бой свой элитный отряд «Джамар» численностью более четырехсот человек во главе с Бакуевым. Но и эта волна разбилась о мужество псковских десантников.
Устелив телами подступы к неприступной высоте, в районе двух часов ночи боевики отошли. С трех до пяти утра 1 марта для бойцов шестой роты наступила «передышка» - атак не было, но минометы и снайперы не прекращали обстрел. Комбат доложил обстановку комполка. Тот приказал держаться, так как «помощь следует».
Но никто не пришел. Кроме 3-го взвода (командир - гвардии лейтенант Олег Ермаков) 4-й роты во главе с заместителем комбата гвардии майором Александром Доставаловым (с 1994-го по 1999-й именно он командовал 6-й ротой), который базировался на соседней высотке, в полутора километрах от погибающей роты.
Вспоминает Василий Васильевич Доставалов, отец: «Сынок родился в 1963 году, в Уфе, я там служил. Сразу назвал Александром. Чтобы был Александр Васильевич, как Суворов... Мы звали его Суворик. «Сам погибай, а товарища выручай»... В 1987-м он закончил знаменитое Рязанское училище. Приехал сияющий, в лейтенантских погонах. Никогда этот день не забуду. Мы плакали с женой от счастья. Потом - Бендеры, Приднестровье, бои. Я уже в отставке. Писем нет. Оказывается, ранили в плечо. Три месяца провалялся в госпитале: «Папа, пока не приезжай, я худой совсем, потом приедешь». А потом – Чечня...». Не дождавшись помощи от главных сил, Евтюхин вышел на связь с Доставаловым и передал только одно слово: «Выручай!».
.
Майор Александр Васильевич Доставалов мог отсидеться. На высоте 787.0, которую он перед этим захватил и где окопался, майор и его люди находились в полной безопасности. Кроме того, у него был приказ: «Высоту не оставлять!». Несмотря на это, майор, еще в первую чеченскую награжденный орденом Мужества, пошел на помощь другу и своим бойцам.
Несмотря на отчаянное сопротивление бандитов, к 03.40 Доставалов с которым было 14 человек сумел прорваться к шестой роте. При прорыве командир взвода Олег Ермаков был тяжело ранен в живот. Осознавая, что полученная рана смертельна, отважный офицер до последнего дыхания прикрывал товарищей. Гвардии лейтенант Ермаков выполнил обещание, данное матери одного из своих подчиненных, закрыв двух солдат своим телом от осколков гранаты. В ходе прорыва был ранен и гвардии майор Доставалов. Однако, превозмогая боль, офицер остался в строю. Хотя взвод пробился на высоту с огромным трудом, для роты это был мощнейший эмоциональный заряд. Люди поверили, что их не бросили, что о них помнят, что им придут на помощь. Они ошиблись.
Понимая, что дальнейший бой с десантниками грозит ему пирровой победой, Хаттаб в очередной раз предложил псковичам оставить высоту и, пропустив его людей, остаться в живых. Его «послали». Вспоминает один из выживших десантников Андрей Поршнев: «В какой-то момент они стеной на нас пошли. Одна волна пройдет, мы их перестреляем, полчаса передышки — и еще одна волна... Много их было. Просто шли на нас — глаза выпученные, орут: «Аллах акбар»... Потом уже, когда они отступили после рукопашной, они нам предлагали по рации деньги, чтоб мы их пропустили...».
Пропагандисты из ведомства «чеченского Геббельса» Удугова, на одном из сепаратистских сайтов 28 февраля 2004 года утверждали: «По воспоминаниям участников того боя, во время штурма высоты моджахеды слышали по трофейной рации, как псковские десантники проклинали продавших их генералов, называя их крысами и проститутками». Однако, по словам выжившего десантника Александра Супонинского: «Ну, так, конечно, мы генералов не называли... Но были моменты, когда кричали: «Ну, где же вы, мудаки?!» Я уверен, что если бы к нам на подмогу пришли, то можно было бы все переломить... и столько пацанов точно не погибло бы...».
В 5 утра 1 марта боевики всеми силами пошли в атаку сразу со всех направлений. К сожалению, ночного подкрепления десантникам хватило не на долго. На некоторых участках бандитам удалось приблизиться к позициям 6-й роты вплотную.
Командование поддерживало роту только огнем артиллерии. По мере приближения боевиков разрывы снарядов приближались на 50-60 метров к переднему краю обороны десантников. Огонь полковых пушкарей корректировал командир самоходной батареи гвардии капитан Виктор Романов. Взрывом мины Романову оторвало обе ноги, но, тем не менее, он до последней минуты корректировал огонь артиллерии. После гибели В. Романова корректировку огня осуществлял гвардии лейтенант А. Рязанцев, который давал необходимые координаты артиллеристам, пока его не сразила вражеская пуля.
Примерно в 05.20 основные усилия боевиков сосредоточились на северном направлении. Им удалось захватить высоту Безымянную. Видя, что отряды оборонявшихся заметно поредели, бандиты устремились и на высоту с отметкой 776.0, однако гвардии старший лейтенант А. Колгатин под огнем боевиков успел установить на этом участке две управляемые мины МОН-60. Раненый в грудь молодой офицер успел привести мины в действие – как только боевики пошли в атаку. Взрывы положили на землю более десятка корчившихся бандитов. Но это остановило их лишь на короткое время. Придя в себя, они опять пошли на штурм.
Остановить натиск боевиков не северном направлении комбат направил группу гвардии старшего лейтенанта А. Панова. Отважный офицер с десятью десантниками сдерживали атаки в своем направлении еще в течение 40 минут.
Сражался до последней секунды и ефрейтор Александр Лебедев.   Володя — сержант в оцеплении вспоминает: "Мы с ним должны были дембельнуться вместе. В эту командировку меня не взяли. А его вот взяли. Мы думали, вместе погуляем после службы. Офигеть можно! Какой был парень! Ты знаешь, что он сделал? Он был в разведке. Перед передним краем "шестерки" Их там всего было несколько пацанов и летеха молодой. На них напали сотни две "духов". Долбились жестко. Дозор мешал "чечам" развернуться для штурма высотки. Но с ходу смести разведку боевикам так и не удалось. Они там хренову гору “чечей” положили на склоне. Дрались до упора. Почти все пацаны уже полегли под пулями, под гранатами. Командир разведвзвода ранен был тяжело. Упал. А Сашка схватил раненого офицера и потащил его на горбу из-под обстрела. Тут его самого тоже ранило. Но лейтенанта все равно волок к траншее, и все продолжал отстреливаться. Так они вдвоем одни и остались на позиции. Патроны кончились. "Чечи" ему говорят, мол, сдавайся, мы тебя домой отпустим к маме, а командира нам отдай, мы с ним за все поквитаемся. А Сашка в ответ им гранату бросил. Потом обнялся с лейтенантом и взорвал себя с ним последней гранатой вместе с "духами"...».
Около шести утра боевики вновь подтянули подкрепление. Не добившись успеха на северном направлении, бандиты на этот раз сосредоточили свои усилия на южном, где со своей группой стоял насмерть всего полгода прослуживший в дивизии гвардии лейтенант Дмитрий Кожемякин (летом 1999-го он только окончил училище и получил офицерские погоны). Под его руководством прикрывавшие фланг роты разведчики отбили 4 лавинные атаки. Бандиты надеялись смять группу Кожемякина, ударить во фланг роте, сбросить с высоты. Но десантники стояли на смерть, а бандиты откатывались вниз, усыпая своими телами склоны. Но бандитов было так много, что даже ценой жизни десантники уже не могли их остановить. Последняя атака боевиков оказалась последней и для офицера. Уже раненный гвардии лейтенант Дмитрий Сергеевич Кожемякин (до своего 24-го в жизни дня рождения он не доживет ровно месяц) вытащил из-под пуль раненого разведчика, прикрыл его собой и принял в себя пулю.
В самой роте уже собирали боеприпасы у погибших и раненых. Донесения от комбата командованию следовали одно за другим: бандиты вышли на бросок гранаты, прорвана единая линия огня, бой в некоторых местах превратился в рукопашную схватку. Оставшаяся в живых не¬многочисленная группа во главе с комбатом Евтюхиным сосредоточилась у треугольной вершины. Здесь 6-й ротой был принят последний бой.
В 6 утра бой уже принял очаговый характер. В 6.50 бандиты с криками «Аллах, акбар!» пошли в решающую атаку. Бой перерос в рукопашную схватку, в которой героически приняли смерть два десятка еще способных держать оружие псковских десантника...
Но последние выстрелы слышны были до пяти часов вечера. Связь же с комбатом прекратилась в 6 часов 11 минут. Это был его последний доклад. Евтюхин приказал передать в штаб полка: сосредоточить огонь артиллерии по высоте 776.0. Последними словами комбата были: «Вызываю огонь на себя».
Сын умершего от ран фронтовика, бывший суворовец, гвардии подполковник Марк Николаевич Евтюхин, правнук бравого кубанского казака, про храбрость которого ходили легенды, отстреливался до последнего и был сражен пулей снайпера в голову.
По данным радиоперехвата, агентурной разведки, свидетельствам очевидцев и местных жителей, а также сдавшихся в плен боевиков, бандиты в этом бою потеряли около 600 человек только убитыми. Практически прекратили существование отряды Абу Валида и Идриса. Сам Идрис также был уничтожен командиром разведывательного взвода гвардии старшим лейтенантом Алексеем Воробьевым.
После 19-часового боя погибли 84 десантника. 18 из них получили звание Героев России, остальные - ордена Мужества.
14 апреля 2001 года президент России В.В.Путин посетил место гибели роты псковских десантников под Улус-Кертом и счёл себя обязанным возложить цветы на то место, где приняли свой последний бой русские солдаты и офицеры. Во время встречи с семьями погибших ребят президент был вынужден признать вину «за грубые просчеты, которыми приходится оплачивать жизнь русских солдат». Тем не менее, ни одна фамилия тех, кто допустил эти «грубые просчеты», до сих пор не названа.

5
1
Средняя оценка: 2.68354
Проголосовало: 79