"Она прилетает с рассветом..."

Фауст

.

Я свечки фитиль поправлю,

Ты слышишь? Мне скучно, бес!

Давай сыграем без правил?

Давай – совсем-совсем – без?

.

Нет, в знаниях лишь печали:

Написано – я читал.

Давай, начинай сначала.

Мне – крылья? Уже летал.

.

И сбит был в юдоли печали…

Какой был замшелый век!

Они там еще кричали:

Не должен летать человек.

.

Известность? И это было –

Я был уж властителем дум.

Ну, что ж ты? С твоей-то силой –

И вот, опять наобум.

.

Мне скучно, бес! Ты халтурщик,

Ты сам предложил игру.

А фреска на штукатурке,

Как раны засохший струп,

.

И это – моё творенье?

Не помню, хвала Творцу!

Опять юность плоти бренной,

А юным тоска к лицу.

.

Мне скучно, бес! Ты не слышишь,

Ты спишь, вздымая бока.

В амбаре скребутся мыши,

И полон вином бокал.

.

Я выйду утром погожим

К дорогам в плену теней…

Мне скучно, бес! Ну, так что же?

Тебе-то скучно вдвойне…

.

26.03.2014

.

* * *

.

Она прилетает с рассветом, снимает потертые крылья

И, осторожно разгладив, до вечера прячет их в шкаф,

И в комнате снова пахнет малиною и ванилью,

Она на минуту приляжет, конечно же, за ночь устав.

Но прозвенит будильник, она потянется кошкой

И, улыбаясь, помчится в дымке дневных забот.

К ней совершенно не липнет то, что зовется пошлым,

И больше всего на свете она не любит восход.

Она никогда не расскажет о танцах ночных драконов,

О песнях фей и о сказках, плетущих во тьме узор,

О мокрых кудрях русалок, живущих в лесных затонах,

О тех, кто нас сберегает, чуть ночь, выходя в дозор,

О том, как Луна смеется, кометной боясь щекотки,

О тайных дорогах магов и эльфах в чашах цветов,

О том, как скользят по рекам серебряных листьев лодки,

О тайнах, которые носят коты на концах хвостов.

Короткими зимними днями и летом при солнечном свете

Она среди тысяч многих спешит по людским делам.

Она как разлом граната, как хвост скользящей кометы,

Как время, что в радужных бликах навечно ловит юла.

Она иногда зевает – и ночь пропускает мимо,

И просто спит, не летая, забыв волшебства манок –

Ложатся на лоб морщины столетий минувших гримом,

И припорошены волосы пылью лунных дорог.

А значит, чуть ночь покажет глаза нездешних созданий,

Она приоткроет дверцы, и крылья взметнет к луне,

И где-то мосты сомкнутся, и вновь зацветут каштаны,

И кто-то оставит каплю крови на веретене,

И в летних кафешантанах опять зазвенят гитары,

И розы грозой запахнут, багровые, как закат.

Она ни о чем не просила – ей крылья достались даром.

Она может всё… Вот только не может она не летать.

.

06.07.2014

.

«Living one mind with Alice»

.

1.

.

По дорожке из камушков белых

Вслед за кроличьим белым хвостом

Вновь Алисой бросаюсь я смело,

Оставляя дела на потом.

Снова падаю в тесные норы,

Обдирая с души шелуху,

В эту томную жаркую пору

Так приятно нести чепуху!

Снова дверца, что не по размеру,

Уменьшаешься, после – растёшь,

Слёзы льются, как прежде, без меры,

Я не помню, что всё это ложь.

Снова сказки забавные братьев,

Снова тает, как сахар, Чешир,

Не вопрос, чем сегодня заняться –

Здравый смысл весь изъеден до дыр.

И в полдневье, в жару, в эту пору

Я решаю сто тысяч дилемм.

Приключеньям кончаться нескоро –

Так что, здравствуй, мой друг Абсолем.

.

17.02.2014

.

2.

.

Упала минута. Не вдребезги? Жаль,

Но жало не спрячешь за взмахом ресниц –

Ты ниц упадешь – снова лбом о скрижаль,

Скрипит ось Земли и играется блиц.

Блицкригом о щит, фейерверком в ночи –

Начитанность нынче не в моде, а зря,

И зрячий слепому подобен, ключи –

Ключицей в изломе конца ноября.

Но я Бравнодень отмотаю к концу,

Цунами снесет и обрушит причал,

Причастие предпочитают венцу,

Венозная кровь – и не нужно кричать.

Чат с новыми никами новых Алис –

Листаются карты и книги с конца,

Концерты в наушниках – Моцарт и Лист,

Ириской изжеваны черты лица.

Лицензии на чаепитие нет,

И-нет переполнен – парад двойников.

Коварство кавайно, любовный сонет,

Сон разума – вечный улов дураков.

Бракованный вечер, обмылки от слов:

Слоняться, склоняться, сорваться, остыть…

Остатки – оставьте, не сечь мне голов –

Я сплю. И до лета меня не будить.

.

12-13.02.2014

.

3.

.

Ты знаешь? А это страшно,

Хотя временами смешно:

Все розы давно покрашены,

И настежь открыто окно.

Этаж? Не то, чтобы сотый –

Пятнадцатый – в самый раз:

Гамбит разыгран по нотам

Десятками пошлых фраз.

И ладаном пахнут пальцы,

Хоть живы-здоровы все.

Я просто устала бояться –

И нажимаю reset.

Окно распахнуто в вечность,

Шагнуть – как в Страну Чудес,

И Путь расстелется Млечный,

Обнимет звёздная взвесь.

Но краток миг передышки,

И всё начнётся опять:

С рожденья яростной вспышки –

До дня, когда в окна шагать.

Я так устала крутиться

И ждать от кармы приза…

Но я погну эти спицы

И вырвусь из колеса!

.

18.02.2014

.

4.

.

Опять мгновения повисли каплями на тонких пальцах.

Вы говорили мне: «Не морщи лоб! Не смей смеяться!»

Но в этих толпах лизоблюдов и паяцев

Я помню всё, и я устала притворяться.

Ты улыбаешься и, словно сахар в чае, таешь,

И снова дверь, и нет ключа от этой тайны,

Я снова сплю и о Стране Чудес мечтаю,

И мыслей суетных вокруг роится стая.

Мой добрый друг, я за тобой пройду до плахи,

Не нужно слов: моя душа не знает страха,

Пусть рухнет мир, пускай пойдут надежды прахом –

В обратный путь мне приготовь, дружище, драхму.

Ступай след в след, пусть бьет наотмашь желтый ветер,

Когда уйду, ты улыбнешься, не ответив.

И будет новый день – как день: и тих, и светел,

И за весною город вновь затопит лето.

И белый кролик пробежит, и в путь поманит,

И мне опять легко и очень странно станет,

И повернется мир безумья новой гранью,

И я тебя опять тоскою больно раню…

Но в этом мире ждет меня день Судно-Бравный,

И я люблю тебя почти, и это странно!

.

21.03.2014

.

5.

.

Я говорю себе «раз». Раздвигаю границы,

И зажигаются звезды, и гаснут все свечи,

Пепел сожженных надежд поднимается птицей –

Птицей слепою, навечно лишенною речи,

Мир распадается, словно струя из потока,

Бьет в потолок звездной пылью и вновь оседает,

И замирает трехстрочием мастера хокку,

И постепенно под солнцем сосулькою тает.

.

«Два». И сияет луна ясным полднем в зените,

Ластятся пчелы, пушистые, словно котята,

Я вынимаю актеров, распутаю нити,

И начинаю свой день, как спектакль в театре,

Я надеваю перчатки, улыбки рисую –

То кукловодом прикинусь, то куклой безумной,

Завтра-вчера, словно карты, в колоде тасую,

И на поклон выхожу – как обычно, бесшумно.

.

«Три». И надкушенным яблоком катится лето,

Я закрываю глаза, словно ставни на окнах,

И, как обычно, к вопросам забуду ответы,

И в покрывало тумана укутаюсь плотно,

Дождь обжигает, и падают капли-кинжалы,

Кожа снимается, как кожура с апельсина,

Накрепко в памяти: жалость всегда унижает,

Сердце остыло и стало индигово-синим.

.

Розы окрасятся серым, лишь стукнет «четыре»,

Пеплом осыплются, чтобы наполнились урны,

Месяц оскалится злобной ухмылкой Чешира,

Ночь оторочена мехом песцовым гламурно.

Кошки все серы, а сыр давно съеден мышами,

Камушки-крошки склевали недобрые птицы,

Две королевы и Кролик с большими ушами,

Шляпник и Кот – замелькали знакомые лица.

.

Значит, пора выходить в перекрестье мелодий,

Значит, пора отрекаться от логики вовсе.

«Пять» – я Алиса. «Шесть» – кролик Алису уводит.

«Семь» – просыпаюсь: будильник звонит. Значит, осень.

.

19-20.07.2014

5
1
Средняя оценка: 3.125
Проголосовало: 8