Моя печальная Отчизна

Ровесники в военном поколенье,
О вас идет сегодня разговор:
Кем были вы в том детском отдаленье,
Весёлом и бессмертном до сих пор.
Когда еще во всю гремели пушки
И дым пожарищ стлался над страной,
Вы жили в незабвенной деревушке
Иль на окраине фабрично-заводской.
Был детский почерк неуклюж и робок,
И на газетах, траурных подчас,
Вы между строк скупых военных сводок
Писали слоги первые, учась.
Отцам под материнскую диктовку
Писали вы, мечтая подрасти
Хотя бы с трехлинейную винтовку,
Чтоб поскорее воевать уйти.
Ваш труд стране был верною опорой.
Пусть не хватало роста и годков,
На лошадей садились вы с забора,
На ящики вставали у станков.
И верно прирастали пуповиной
К скупой земле и черному труду,
Живя, как все, заботою единой –
Перебороть военную беду.
К вам знанья приходили не заочно,
Птенцы тогдашних небогатых школ,
Вы сами постигали их досрочно
И не держась за маменькин подол
В те годы потрясений и разлома
Вам – рано повзрослевшие сыны –
Жизнь выдала особые дипломы,
Которым нет замены и цены.
Полотнянко Николай Алексеевич.
Родился 30 мая 1943 г. в  г. Тальменка Алтайского края. Окончил  Литературный  институт им. Горького. Поэт и автор трёх исторических романов. За один из них («Государев наместник») удостоен Всероссийской премии им. И. Гончарова Книги стихов выходили в Ульяновске, Саратове, Москве (1982). Член Союза Писателей России. С 2006 г. главный редактор журнала «Литературный Ульяновск».
.
Всё уходило прочь и навсегда
.
Я видел сон, что улетаю прочь
Из жизни человеческой куда-то
Во тьму, из коей поднималась ночь
Над пламенем последнего заката.
.
Внизу сияла русская земля,
Неся забот и огорчений бремя.
Там навсегда остались жизнь моя
И в суете растраченное время.
.
Всё уходило прочь и навсегда.
И в миг последний вспомнились родные.
Из времени, как будто изо льда,
Вдруг вытаяли тени их живые.
.
Как ты была прекрасна и чиста,
Любимая! Я видел миг разлуки.
Ты навсегда осталась у моста,
Застыв в немом и трепетном испуге.
.
Стояла на краю перрона мать,
Беззвучно над судьбой моей рыдая.
Я к ней тянусь, хочу её обнять…
И вечность ледяную обнимаю.
.
Моя печальная Отчизна
.
Моя печальная Отчизна,
Твоей судьбы туманна даль.
И я, иной не мысля жизни,
Тобой дышал, тобой страдал.
.
Ты знала мирный  труд и войны.
Но нынче пробил час беды.
Мы оказались недостойны
Твоей державной высоты.
.
Объединившая народы
По доброй воле, ты сама
Дала им правду и свободу,
Но не достало нам ума
.
Хранить тебя надёжней ока
Всегда, с зари и до зари,
Ведь рать врагов твоих премнога,
Они извне и изнутри.
.
И наверху они и снизу,
За океаном и в Москве.
Убить стараются Отчизну
Навечно в русской голове.
.
Ты четверть века на распутье
В бесовском кружишься кольце.
Коль ложь -- начало русской смуте,
То правде быть в её конце.
.
Народ
.
Пока Россия проморгается,
Чтоб видеть жёсткой правды свет,
Народ до рвоты нахлебается
И горьких слёз, и чёрных бед.
.
Но поумнеет он, едва ли,
Мы будем долго – дураки.
Гнались за счастьем, а достали
Со всех сторон одни плевки.
.
Страна как скатерть самобраная:
Любой заезжий ест и пьёт.
И рабья доля окаянная
Народу душу мщеньем жжёт.
.
Он жаждет жить по справедливости,
Что потерял и не найдёт.
Ему не надо властной милости,
Он только Божию возьмёт.
.
Над ним опасно насмехается
Тот, кто его не хочет знать.
Он как медведь: и улыбается,
И может в клочья разорвать.
.
Ополченец
.
Журавлиной тропой невесомой,
Навсегда став свободным от пут,
Ухожу без оглядки из дома,
Где воруют, дерутся и лгут.
.
Всё испортилось в нём в четверть века:
Вместо совести – правит обман.
Дом, что Ленин воздвиг человеку,
Превратили в притон и шалман.
.
Я всю жизнь был простой работяга.
Верил в правду и даже в любовь.
Мой завод растащила ватага
К грабежам толерантных воров.
.
При Советах я жил небогато,
Но вскормил, воспитал двух детей.
А в России буржуйского лада
Стало много забытых людей.
.
Я из тех, что молчат, миллионов,
Чей удел – нищета навсегда.
И никто не услышит их стонов,
Не поможет ни чем, никогда.
.
Мне дорога заказана к дому,
Где воруют, дерутся и лгут.
Ухожу навсегда к Мозговому,
Навсегда став свободным от пут.
.
Ликуй, Солдат!
.
Ликуй, Солдат, – закончилась война!
В Берлине с гулом рухнула стена.
И толпы немцев ринулись на Запад,
Учуяв деньги и колбасный запах.
.
Ликуй, Солдат, – Берлин уже не тот,
Что в сорок пятом, в твой победный год.
Забыли немцы вкус пшеничной каши,
Которой щедро потчевали наши.
.
Ликуй, Солдат!.. Чего же ты не рад?..
Свобода там, а здесь кромешный ад.
Здесь нищая и грязная Россия.
И зрячие все там, а здесь одни слепые.
.
Ликуй, Солдат, ведь ты не виноват…
.
Под Орлом в воронке
.
На ощупь по бетонке
Идёт он, слеп и глух.
Под Орлом  в воронке
Зарыт его слух.
.
Под Орлом в воронке
Синие глаза.
- Лучше б похоронка, -
Он жене сказал.
.
Под Орлом в воронке
Громы с облаков
Ловят перепонки
Пыльных лопухов.
.
Под Орлом в воронке,
Где горел песок,
Расцветает тонкий
Вася-василёк…
.
***
.
Десятилетними мальцами
Перед компанией юнцов
О,  как мы хвастались отцами,
Хоть не было уже отцов!..
.
Кем они только не бывали,
Отцы, что на войну ушли.
Они на «ястребках» летали,
Водили в море корабли.
.
И звезды на груди горели,
И звезды на плечах у них,
И признавать мы не хотели
Своих отцов за рядовых,
.
За тех убитых и безвестных,
И неоплаканных солдат,
Которые в могилах тесных
Под общею звездой лежат…
.
Трибуна Мавзолея
.
Державный холод мавзолейных плит.
Курантов бой. Безмолвье караула.
Готов взорваться топотом и гулом
Парад, что недвижим пока стоит.
.
И лишь пуста высокая трибуна
На Мавзолее. Ровно десять бьёт.
И мощь страны, застывшая чугунно,
Явление вождей народу ждёт.
.
Но вот мелькнули шляпы и папахи.
Блюдя согласно должности ранжир,
И делая приветственные взмахи,
Они выходят на люди, на мир.
.
Фанфары. Рапорт. Дружный лязг металла,
И россыпь барабанного дождя.
О, сколько их уже перебывало
На крыше усыпальницы вождя!
.
Какие словеса звучали сверху
От стен Кремля до лагерей немых!
Но временем высокую проверку
Лишь только Сталин выдержал из них.
.
Другим вождям к нему не дотянуться,
И мёртвым, и, тем более, живым.
Народ должен уснуть и не проснуться
Единственное то, что надо им.
.
Но Мавзолей не скроешь под фанерой.
Пора нам всем и честь, и совесть знать.
Победа стала нашей общей верой,
И правду у народа не отнять.
.
Дети войны
.
Ровесники в военном поколенье,
О вас идет сегодня разговор:
Кем были вы в том детском отдаленье,
Весёлом и бессмертном до сих пор.
.
Когда еще во всю гремели пушки
И дым пожарищ стлался над страной,
Вы жили в незабвенной деревушке
Иль на окраине фабрично-заводской.
.
Был детский почерк неуклюж и робок,
И на газетах, траурных подчас,
Вы между строк скупых военных сводок
Писали слоги первые, учась.
.
Отцам под материнскую диктовку
Писали вы, мечтая подрасти
Хотя бы с трехлинейную винтовку,
Чтоб поскорее воевать уйти.
.
Ваш труд стране был верною опорой.
Пусть не хватало роста и годков,
На лошадей садились вы с забора,
На ящики вставали у станков.
.
И верно прирастали пуповиной
К скупой земле и черному труду,
Живя, как все, заботою единой –
Перебороть военную беду.
.
К вам знанья приходили не заочно,
Птенцы тогдашних небогатых школ,
Вы сами постигали их досрочно
И не держась за маменькин подол
.
В те годы потрясений и разлома
Вам – рано повзрослевшие сыны –
Жизнь выдала особые дипломы,
Которым нет замены и цены.
.
Шинель
.
Над Красной площадью метель
Затмила свет стеною вязкой.
По Красной площади шинель
Шагала прямо к башне Спасской.
.
Метель навстречу ей мела,
Но та упрямо шла к воротам.
И с Мавзолея содрала
Муляж фанерный мимоходом.
.
Из урн, что с прахом, под стеной
Герои  встали на поверку.
И встрепенулся часовой:
- Куда шагаешь?
- На примерку!
.
Вся из солдатского сукна,
Пропахла порохом и потом.
Шинель накрыть могла одна
Россию всю, со всем народом.
.
Враг близ порога.
Кто сейчас
Надеть её герой достойный,
Как то бывало, и не раз,
Во все Отечественные войны?
.
К кому сейчас она пришла?..
Про то есть мнение в народе,
Что никому не подошла
И потому ночами бродит.
.
Когда  поднимется метель
Вокруг Кремля стеною вязкой,
По Красной площади шинель
Шагает прямо к башне Спасской.
5
1
Средняя оценка: 2.725
Проголосовало: 160