«Что русскому – доблесть, то немцу – смерть»

В медиасфере продолжается волна обсуждений нашумевшей статьи в немецком издании Süddeutsche Zeitung, где подвергаются критике праздничные мероприятия в связи со 75-летием окончательного снятия блокады Ленинграда. Дескать, как можно праздновать геноцид как победу? Что же стоит за очередной идеологической диверсией против России? Да в первую очередь – безнадежный «диагноз» «благословенному Западу». Уже забывшему, что означают такие слова, как «подвиг», «героизм», «самопожертвование», а потому обрекающему себя на скорый и бесславный конец.  

Вообще, иногда складывается впечатление, что многие россияне, справедливо критикующие статью «Заблокированные воспоминания» авторства Зильке Бигальке (Silke Bigalke) https://inosmi.ru/social/20190126/244458907.html ограничились лишь избранными цитатами из нее, приведенными в наиболее оперативном отклике на эту публикацию РИА Новости. Соответственно, восприняв ее содержание почти исключительно в духе «ходульных штампов» отдельных представителей малообразованной либеральной молодежи: «Если бы Гитлер победил, мы бы пили сейчас баварское пиво».
То бишь надо было побыстрее сдаться «великому фюреру», и все было бы окей. Кстати сказать, куда опаснее, что кроме пресловутого «молодняка», схожих взглядов придерживаются и ряд куда более взрослых людей, всерьез считающих, что «победа Германии над кровавым диктатором Сталиным помогла бы построить новую, хорошую Россию». 
Видимо, руками «сборной команды» предателей Родины, начиная с ее «первой волны» образца казачков атамана Краснова сотоварищи, присягнувших бесноватому фюреру еще в начале Великой Отечественной. И заканчивая волной «второй», «власовцами» и прочим отребьем. Впрочем, речь сейчас не о них.

***

Так вот, при всех недостатках упоминаемой немецкой статьи, ее автор до такого откровенного убожества все же не опускается. И даже признает: 

«В течение почти 900 дней Второй мировой войны немецкий вермахт осаждал Ленинград. Цель состояла не в том, чтобы сломить сопротивление жителей. Цель была уморить их голодом. Погибло более одного миллиона человек. Блокада была геноцидом».

И этот, во многом справедливый, тезис госпожи Зильке полностью выхолащивает практически все остальные «линии» статьи, направленные на попытку побольнее «заклеймить» пресловутый «сталинский режим». А также современные российские власти – за недостаточную, по мнению автора, «критику сталинизма».
Ну вот, например, журналистка возмущается:

«Кому-то хочется, чтобы все выглядело так, как будто жертвы блокады отдали свои жизни ради победы русского народа. Как будто таким образом можно оправдать их смерти, как будто они добровольно умерли от голода».

И ведь несколькими абзацами выше сия же «акула пера» признает, что реального выбора у ленинградцев практически не было! Даже в случае гипотетической сдачи города немцам. По многим причинам. 
Действительно, для начала Гитлеру с его сумасшедшей расовой теорией в принципе не нужны были «неполноценные народы», включая славян, в сколь-нибудь заметном количестве. Понятно, что несколько десятков миллионов человек максимум этот «людоед» готов был оставить – в качестве рабов для будущих немецких помещиков из числа его воинства, завоевавшего новые земли, пресловутый «лебенсраум» (жизненное пространство). 
Но такое рабство предполагало в первую очередь сельскохозяйственный труд, от силы – мелкое ремесленничество и кустарное производство. Все мало-мальски квалифицированное, выпуск товаров с высокой добавленной стоимостью планировался исключительно в самом «фатерлянде», ну и на современных заводах в оккупированной Европе. 
Ну а какая польза была бы гитлеровцам от двух с половиной миллионов ленинградцев – квалифицированных рабочих? А особенно служащих, преподавателей ВУЗов, ученых, советских и партийных работников? Последних, впрочем, фашисты и так, в случае захвата обычно расстреливали, как членов ненавистной Коммунистической партии. Та же участь ожидала и большинство комсомольцев (а в таком крупном городе – это большая часть юношей и девушек) – и, без вариантов, всех без исключения евреев.

***

Но даже и тех из ленинградцев, кому посчастливилось бы избежать немедленного расстрела оккупантами, за вычетом кучки коллаборационистов (всяких там «опереточных» бургомистов, работников управ, полицаев и проч.) и считанных работников коммунальной сферы, все равно ожидала бы смерть от голода.
Ярким примером тому можно привести, например, судьбу жителей оккупированного немцами в сентябре 1941 года Киева. Из 800 с лишним тысяч довоенных жителей которого часть, конечно, успели вывезти в эвакуацию, но 200 тысяч из оставшихся расстреляли в Бабьем Яру и других подобных местах. А те, кому повезло спастись от карателей, в лучшем случае, бежал к родственникам в села Киевской области – помогать в хозяйстве и кормиться за счет него. 
Ведь оккупанты однозначно не желали платить зарплаты-пенсии подавляющему большинству киевлян, имевших эти выплаты при Советской власти. Ну а бесплатная раздача хотя бы хлеба для «неполноценных славян» – ха-ха три раза, продовольствие и «Великой Германии» нужно, и ее «непобедимой армии». 
Это ж «истинные арийцы», «европейская элита» – а не «страшные советские варвары», с первых дней после освобождения немецких городов от фашистов организовывавшие питание местного населения из полевых кухонь. А потом быстро налаживавшие работу местной экономики для возможности немцам заработать на жизнь. 
Конечно, сколько именно только киевлян умерло от голода за годы оккупации, доподлинно, наверное, никто не знает. Но встречало воинов Советской Армии, в ноябре 1943 освобождавших столицу Советской Украины, от силы сотня тысяч жителей из прежних восьмисот. 
Так в Киеве же, как бы там ни было, но гитлеровцы разрешили подсуетиться с марионеточным «самоуправлением» местным националистам, которые все же хоть как-то пытались избежать начала слишком уж откровенного голода. Грезили, понимаешь, о «великой незалежной Украине» под патронатом «великого фюрера», естественно. 
А в 1941 году, сдай фашистам Ленинград, даже «власовцев» просто физически еще не было, потому как пресловутый генерал-иуда еще не успел перебежать к врагу. Стало быть, минимально влиятельной коллаборационистской тусовки при оккупантах еще не существовало. Соответственно, проблемами жителей оккупированного города занимались бы только немецкие офицеры – хорошо еще, если не из СС.

***

И что, эта публика смогла бы накормить, обогреть, дать работу двум с половиной миллионам ленинградцев? Да гитлеровцы даже сотням тысяч попавших в плен в первые месяцы войны солдатам Красной Армии не смогли обеспечить мало-мальски сносные условия содержания в лагерях для военнопленных. Несмотря, кстати, на сладкие обещания этого в разбрасываемых над советскими позициями пропагандистских листовках. 
Казалось бы, хотя бы с целью склонить к сдаче в плен колеблющихся, чтобы уменьшить потери среди своих войск, командование Вермахта могло бы «поддержать красивую пропагандистскую картинку». Но не смогли, просто не было у оккупантов ресурсов даже для этого. А уж для «гражданских», хоть из Ленинграда, хоть из других оккупированных советских городов, тем более. 
Так что не было выбора у ленинградцев: блокада – или спасение жизни ценой сдачи города, и жизни под оккупацией, тем самым пресловутым «баварским пивом». Большую часть из них, согласно планам Гитлера, все равно ожидало уничтожение. С чем, в общем, пусть несколько завуалировано, соглашается автор статьи в Süddeutsche Zeitung.
Другое дело, что это вовсе не означает отсутствие нравственного права выбора у оказавшихся в блокаде. Они-то доподлинно не знали, что враг цинично лжет в разбрасываемых над городом листовках. Желающие, в принципе, могли бы и попробовать «поискать лучшей доли», покинув город.
 Абсолютно сплошной линии фронта вокруг города с пригородами не было – весной 1942-го года в Ленинград даже пробрался партизанский обоз с продовольствием. Понятно, что сделать такие поставки регулярными было затруднительно – все-таки подводы или машины довольно легко обнаруживаются противником. 
Но отдельные лица, думается, при желании могли бы покинуть голодающий город без особого труда. Что они в результате сменяли бы шило на мыло – другой вопрос, но принципиальная возможность у них была. 
Только вот подавляющее большинство советских людей ей так и не воспользовалось. Что и означает свободный выбор, а значит, и героизм, подвиг, в котором немецкая журналистка отказывает ленинградцам. 

***

Вообще, госпожа Зильке со своим «геноцидом» явно «ломится в открытую дверь» утверждая, что «советские, а позже российские власти избегали ставить вопрос таким образом». 
Да именно таким образом вопрос гитлеровского нашествия на СССР и ставился – с первых дней войны и до настоящего времени! В смысле,  что это не была какая-то обычная захватническая война, так сказать, «большой грабеж государственными средствами». После успеха которой с побежденных, конечно, здорово «остригают шерсть», но, в конце концов, оставляют и жизнь, и какие-то средства для ее поддержания.
Нет – Великая Отечественная война была именно войной на выживание советского народа, который Гитлер хотел уничтожить физически. Если не сразу и не полностью, то в значительно мере, с превращением оставшихся в бесправных рабов без всяких шансов на достойную жизнь даже в далеком будущем.
И это, кстати, не было исключительно каким-то «внешним» тезисом зловредной «большевистской пропаганды». К концу 1941 года, насмотревшись на методы «цивилизованных европейцев», даже самые забитые мужики (или не очень просоветски настроенные интеллигенты), мобилизованные в армию, поняли, что эта война идет не ради формальной победы, а ради спасения своих семей, Родины от тотального уничтожения. 
В немалой мере именно из-за этого почти прекратились и массовые сдачи в плен – бойцы стали сражаться до последнего.  Если требовалось, то и неколебимо идя на смерть.
Но героизм могут проявлять не только люди с оружием. Не только в смысле «трудовых подвигов» – на оборонных заводах в глубоком тылу. «Место подвигу» есть даже и тем «гражданским», кто формально на оборонных предприятиях не занят, но живет в зоне военных действий. 
Вообще, армия и гражданское население во время войны – не что-то раздельное и даже противопоставляемое. Это – единый организм. И не только потому, что мощная экономика является залогом успешного вооружения бойцов, а, значит, залогом их победы.
Важнейший моральный фактор, вдохновляющий на борьбу – это понимание, что на войне ты защищаешь своих родителей, жену, детей. Которые пишут тебе письма, ободряют, просят бить врага и дальше, до полной победы над ним. 
С другой стороны, когда в тылу начинается «брожение», рано или поздно оно доходит и до фронта, деморализуя, разлагая его. Так в 1917 года практически развалился российско-немецкий фронт – вслед за развалом мирной жизни в результате Февральской революции.
И уж в истории есть масса примеров, когда «тыл» становится весьма условным понятием, если враг хочет захватить окруженный город. В Средние Века в таких случаях на стены рядом с мужьями и отцами поднимались и женщины, и даже дети – помогали лить на неприятелей кипящую смолу, собирали попавшие в город вражеские стрелы, тушили пожары и т.д. И если защитники одерживали верх, то радовались все горожане, если крепость терпела поражение, печальная участь также была гарантирована практически всем.
Например, когда поляки в Смутное Время захватили Смоленск после многомесячной осады, в живых там осталось буквально считанное количество жителей. 

***

Так что попытка немецкого издания обвинить россиян что в «недопонимании геноцида ленинградцев», что в якобы неправильной попытке «героизировать» этот геноцид, абсолютно беспочвенны. Мы прекрасно знаем, что Гитлер пытался уничтожить советский народ, и в первую очередь, его «ядро», славян, признанных фюрером «неполноценными».
Но именно поэтому и считаем настоящими героями всех – и тех, кто носил форму, и кто был в гражданской одежде – кто сорвал эти человеконенавистнические планы, особенно ценой своей жизни.
И нечего нас «тыкать» в отдельные ужасающие моменты ленинградской блокады, вроде наличия эпизодических фактов людоедства. Такие случаи описаны еще в Библии, при многочисленных осадах Иерусалима врагами, но это, согласно пророкам, ничуть не лишало израильтян статуса «народа Божьего» в Ветхом Завете. К тому же пойманных каннибалов ожидал скорый и справедливый суд, как и остальных преступников, которые есть во всех странах и в более благополучные времена.
Но в Ленинграде-то каннибализмом занимались лишь отдельные граждане, потерявшие человеческий облик из-за жуткого голода. А вот лощеные «истинные арийцы» и «сверхчеловеки» явно не из-за голода, а просто из-за законченного бесчеловечного рационализма не просто уничтожали миллионы евреев и противников режима в концлагерях, но еще и варили из их жира мыло, а также плели веревки из длинных женских волос, и даже шили сумочки из человеческой кожи. 

***

Ах да – совсем забыл – немцы же «покаялись» за преступления Гитлера, они ж теперь – все сплошь гуманисты. Ага, «покаялись» – держи карман шире! 
Вся разница между «Третьим Рейхом» Адольфа Азоизовича и «Четвертым Рейхом» госпожи Меркель лишь в том, что последний предпочитает выкачивать средства из фактических колоний Евросоюза в целом и Германии в частности с помощью не примитивного военного разбоя, а изящных наработок неоколониализма. 
Яркий пример тому – подписание пресловутой Ассоциации с ЕС Украиной. Благодаря чему она уже скатилась с 12-го места по ВВП в 1990 году до 124-го. А украинских «гастарбайтеров» уже не то, что не надо вывозить в Германию эшелонами под охраной эсесовцев, они сами туда стремятся всеми правдами и неправдами. 
Кстати, еще одной задумке Гитлера, вывозу в тех же эшелонах в Германию украинских черноземов, современные немцы тоже могут лишь снисходительно улыбнуться. Зачем, если скоро в «незалежной» снимут мораторий на продажу земли, и знаменитые черноземы без всяких архаичных вывозов окажутся в полном распоряжении новых владельцев из той же ФРГ. 
Последним, опять же, не надо будет даже заботиться о привлечении «украинских рабов» на свои плантации под дулами автоматов «Вермахта», безработные украинцы сами будут выстраиваться в очередь к новым хозяевам их якобы «великой и незалежной европейской державы».

***

Собственно, именно исходя из желания совершить новый, неоколониалистский «дранг нах Остен» (не только, конечно, со стороны Германии, но и Запада в целом) на этой раз уже на саму Россию и пишутся статьи, подобные рассматриваемой. 
Да, творение Зильке Бигальке состоит из противоречащих друг другу тезисов, пытается выдать за некое «замалчиваемой откровение» давным-давно широко известные вещи – насчет попытки геноцида советского народа, например. Но основной его задачей является желание «дегероизировать» подвиг ленинградцев, да, в общем, и остальных мирных советских граждан в годы войны.
И причина этому, в общем, не только и не столько в исторической плоскости. Нет, поле битвы здесь – наше настоящее. Запад со своим НАТО ведь классический «молодец против овец». «Геройствует» лишь против тех, кто не может дать полноценной «сдачи» его вооруженным до зубов самым современным оружием армиям. Югославия, Ливия, Ирак, Афганистан… С Россией же, как и раньше с СССР, напрямую он связываться боится.
Тут главное западное оружие – пресловутые «санкции». Но как ни ждут «западоиды», когда «российская экономика, порванная в клочья» рухнет окончательно, а «измученный народ восстанет и свергнет тиранию» (чтобы заменить ее на «свободолюбивых» марионеток, конечно же, рядом с которыми и Ельцин с Гайдаром покажутся супер-патриотами), а этот момент все никак не наступает. Более того, рейтинги лидера России по-прежнему являются лишь предметом дикой зависти всех его западных коллег без исключения.
А все как раз потому, что санкции на россиян не действуют. Точнее, действуют, наоборот, сплачивая, а не настраивая на попытку очередного на постсоветском пространстве самоубийственного Майдана.
Просто в России не только воины, давая присягу, обещают «стойко переносить тяготы и лишения военной службы», но и большинство обычных граждан не склонны считать трагедией отсутствие в магазинах хамона с пармезаном. И даже возможности менять смартфон на более новый не ежегодно, как до кризиса, а чуть реже. 
И на Западе догадываются, что истоки такого терпеливого отношения к временным трудностям, в том числе, и в почтительном отношении к подвигам предков. Терпевших куда большие лишения во время войны, особенно в период ленинградской блокады. 
Как было бы заманчиво доказать нам, что это никакой и не подвиг вовсе, а так, «совместное преступление Гитлера и Сталина, вылившееся в геноцид мирных ленинградцев». Которые, на самом деле, о приближении нашей победы и не думали и ничего в этом направлении не делали. А так, жили «по течению», пока не умерли от голода.

***

Понятно, что такая алогичная белиберда достигнет в среде российских патриотов того же эффекта, что и прочие «перлы» западной и доморощенно-либерастической пропаганды подобного пошиба. То есть никакого, чтобы не сказать – противоположного от задумок организаторов.
Но закрадывается мысль: а вдруг немецкая журналистка пишет вполне искренне, исходя из собственных убеждений, а не выполняя пропагандистско-антироссийский заказ? И теперь, оказывается, в немецком общественном мнении (а Süddeutsche Zeitung выходит все-таки для внутренней, а не российской аудитории) всерьез обыгрывается новый, потрясающий тезис. 
Что готовность терпеть все лишения в осажденном городе, голод, обстрелы, болезни, с готовностью умереть, но не сдаться, для мирных жителей – вовсе не заслуживающий всеобщего уважением героизм. А так – едва ли не «мазохистки-самоубийственное» способствование врагу в собственном «геноциде». 
Кто как думает – долго ли может продержаться государство, даже с очень большим экономическим могуществом и деньгами, но с таким извращенным пониманием героизма и патриотизма? 
Ответ, думается, очевиден. И что немцев, что многих из их соседей по «благословенной Европе» в этом смысле можно только пожалеть…

5
1
Средняя оценка: 3.25
Проголосовало: 4