«Ассаламу алейкум», или Трагедия Мьянмы

За прошедшую неделю в Республике Союза Мьянма, расположенной в Юго-Восточной Азии, подожгли дома более 2,6 тыс. мусульман-рохинджа. Причина – религиозные конфликты, вследствие чего зверски были убиты тысячи невинных людей. 
Из Интернет-новостей

Из Мьянмы тогда бежали 123 тысячи человек на границу с Бангладеш, где до сих пор продолжается невежество и без крыши над головой остаются люди, которые страдают от голода, расизма, религиозных конфликтов, национальной дискриминации. Их судьба все ещё висит на волоске!
– Ассаламу алейкум!
– Ассаламу алейкум!
– Ассаламу алейкум!
Каждое утро, когда над Бирмой [1] встаёт рассвет, протирая сонные глаза маленькими кулачками, просыпаются дети мусульман-рохинджа, коренные жители территории современного штата Ракхайн. Когда золотистые лучи солнца начинают ослеплять глаза, они, согласно традициям, передающимся по крови, приветствуют Всевышнего, сияющее солнце и лёгкий ветерок Бенгальского залива, который нежно гладит их по щекам.
Маленькие девчушки с плетёными корзинками на голове, перед тем, как идти на поле собирать фасоль, сладким детским голоском приветствуют Бога, который без сомнения слышит их слова за белыми облаками, солнце, слепящее глаза, и ветер залива, стремящийся сорвать платок с головы.
– Ассаламу алейкум!
Ни внезапные кровавые бойни, ни страшные гонения, обиды и унижения, ни плач и жалобные стоны девственниц, ни превращение их домов в пепел, ни безжизненные тела близких, ни горький запах человеческого мяса, горящего на костре, ни ужасная картина расчленённых тел не могли бы заставить детей перестать с надеждой приветствовать новый день.
– Ассаламу алейкум!
– Ассалому алейкум!
– Ассалому алейкум!
Восьмидесятидвухлетняя старушка из мусульман-рохинджа, проживавшая на территории близ границы с Бенгалией, выжив после внезапного полуночного нападения, бежала на запад с четырёхлетним внуком на руках. Ибо она хорошо знала (если ей память не изменяет), что стоит им только прямиком пересечь пастбище, как наутро они окажутся в Читтагонгском [2] районе. На концах палки на плече старушки висели два узла, напоминающие чаши весов, в одном из них сопел сонный внучок, а в другом – провизия, которой хватит, чтобы продержаться неделю. 
Босыми ногами она семенила по глиняному полю в сторону Бенгалии, не отрывая глаз от горизонта. В течение всей своей жизни она видела немало таких гонений и выживала по воле судьбы, а ещё благодаря подвижным ногам своим. Её родители в начале прошлого века с большими надеждами когда-то перебрались сюда, но никогда в жизни им не довелось увидеть настоящую светлую жизнь. Старушке не посчастливилось пожить по-человечески ни во времена английской колонизации, ни в период свободной Республики Мьянмы. Вся её жизнь прошла под угрозой нападения. Она и ей подобные нищенствовали и были лишними на той земле, которую считали своей родиной. Вот почему она никогда не теряла бдительности и каждую минуту была готова к внезапному побегу, спокойствие ей даже не снилось. Таким образом, не успела она оглянуться, как пролетела вся её жизнь как одно мгновенье. 
Мусульмане-рохинджа, исповедующие ислам, были простыми людьми – обычными землепашцами, пастухами и строителями. Они не мечтали о красивой жизни, путешествиях и комфортных условиях. Каждое утро они просыпались, готовые на любой труд. Их желание состояло только в том, чтобы после каждой ночи проснуться живыми и спокойно поприветствовать и поблагодарить Всевышнего. Они были лишены избирательных прав и права быть избранным, им не разрешалось ездить на городском общественном транспорте, они не получали социальную помощь в больницах, не имели право отдыхать и не могли учиться за границей. И вообще, у них не было всех тех благ и удобств, которыми в ХХI веке пользуются миллионы людей. Мусульмане-рохинджа мечтали только об одном – жить мирно и спокойно на своей земле, а главное, чтобы их дети были живы и здоровы. Для этого они трудились в поте лица в самых тяжёлых условиях, терпели унижения и оскорбления, и, несмотря на это, находили в себе новые силы, чтобы каждое утро с надеждой будить своих детей. 
– Ассалому алейкум!

Старушка, одиноко шагая по грязному мокрому полю, старалась не вспоминать недавнюю трагедию, произошедшую у неё на глазах. Она считала своим высшим долгом сберечь свою кровинушку, единственного близкого человечка, который остался ей в память от мужа и детей. В это время её пугал не столько переход через границу, сколько пробуждение ребёнка. Потому что, если он проснётся, солдаты их непременно заметят. Более того, она боялась, что ребёнок позовёт маму, и что же она ему тогда ответит. Для старушки легче было умереть, чем рассказать ребёнку, что отца его застрелили, а мать изнасиловали солдаты. Как бы она ни старалась отогнать от себя воспоминания о событиях вчерашнего дня, всё равно каждая деталь напоминала о страшной боли, которую ей довелось испытать. И даже звёзды, сверкавшие на небе, будто излучали кроваво-красные лучи, напоминая сына и невестку. Мьянмийские военные, убившие её сына, теперь с туповатыми лицами молча проходили мимо странной старушки с сумасшедшими выпученными глазами, с дергающимся языком, который высовывался из беззубого рта, с чёрным как смоль, высохшим и впалым лицом и согнутым телом. В эти моменты она думала только об одном – нет, не выжить, а скорее, защитить своего внука. И даже если её застрелят, падая, она должна накрыть своим телом ребёнка от пуль. Когда вооружённые солдаты насиловали её беззащитную невестку, старушка незаметно положила ребёнка в мешок и скрылась в подвале. Через заранее приготовленный подземный ход она вышла в сад. Быстро семеня, по пути она старалась не оборачиваться назад и не слышать жалобный стон своей красавицы-невестки и неестественный смех военных, нервно курящих сигареты. Старушка думала только о том, как бы поскорее добежать до безопасного места, чтобы сохранить жизнь невинного дитя. 
Старушка, вся жизнь которой прошла за выращиванием и сбором фасоли и сахарного тростника, даже не знала, где были похоронены её родители и две дочери. А теперь не будет могил сына и невестки. Вот так несправедливо и бесцельно прошла целая жизнь, перед глазами промелькнуло несколько поколений… Менялись века… Но тут всё как было, так и осталось… Тем не менее, маленькие рохинджцы не переставали с надеждой встречать новый день… 
– Ассалому алейкум!
– Ассаламу алейкум!
– Ассаламу алейкум!

Старушка была опытной беженкой. За всю ночь она ни разу не остановилась на отдых, даже не споткнулась и продолжала путь, потихоньку напевая без умолку колыбельную. Чтобы ребёнок во сне мог чувствовать присутствие матери, старушка даже специально прихватила кусок платья невестки, которое разорвали военные. Она привязала этот лоскуток к шее ребёнка, чтобы он спокойно спал. Старушка всё время смотрела под ноги, чтобы не провалиться в болото или не наступить на ядовитых змей и насекомых. Шла она, не останавливаясь даже тогда, когда уже не было сил, чтобы продолжить путь, когда старческие её глаза отказывались видеть во тьме, но она всё равно шла как черепаха, тяжело дыша, и как зеницу ока берегла внука, который уже как бы слился с её телом воедино. 
Рано утром на рассвете, когда старушка уже почти дошла до границы соседней страны, откуда-то послышался рёв движущейся машины. В тот момент она уже вся выдохлась и не в состоянии была что-либо различать. Но у неё была твёрдая цель – отнести ребёнка в безопасное место, поэтому она, собрав последние силы, зашагала ещё быстрей. Она даже не вытирала грязный пот, струившийся по лицу, потому что могла потерять драгоценное время, а ещё сильно и спешно молилась только об одном, чтобы её сердце преждевременно не остановилось. 
И вот, наконец она увидела колючие холодные провода, которые безжалостно царапали тело. Но старушка об этом не думала и больше всего опасалась, что её заметят снующие в окрестностях военные, и тогда конец… она умрёт, не достигнув заветной цели, до которой рукой подать. Получается, тогда придёт конец и её потомству? 
Старушка не стала рисковать при виде колючих прутьев на границе. 
Бросив в сторону палку с едой, она открыла мешок и в очередной раз взглянула в упитанное личико ребёнка. «Копия сына – внук обязательно вырастет большим и будет благодарить свою бабушку». Но внук ничего не слышал. Он спал крепким сном, как и миллионы других невинных малышей по всему свету. Со спины медленно восходило солнце. С Бенгальского залива веял лёгкий ветер. Старушка должна была торопиться. Закинув мешок на спину, она медленно начала ползти. 
Таким образом, не переводя дух, она доползла до преграды. Сзади светились фары машин, голоса пограничников слышались всё ближе и ближе. 
Высокие заросли камыша скрывали старушку с внуком. И вот когда она ухватилась за колючие прутья, на небе Бирмы взошло солнце.
Но в тот момент, в тот момент лучи солнца, отражаясь в водах Бенгальского залива, ослепили глаза малыша. Вдруг ребёнок прекратил сопеть носом и, не успев открыть глаза, подобно тысячам детей мусульман-рохинджа, воскликнул, приветствуя весь мир:
– Ассаламу алейкум!
Случилось то, чего больше всего боялась старушка. Казалось, его приветствие услышали не только солдаты, но и солнце, освещавшее землю, бросая лучи издалека. В это время даже Бенгальский залив словно вспенился и поднял волны. Старушка пала лицом вниз. Пока к ним бежали злые, сонные, заскучавшие пограничники Мьянмы, мальчишка сладким, невинным детским голоском продолжал приветствовать всех людей на земле, независимо от нации и религии. В этом приветствии была надежда и вера всех детей мусульман-рохинджа. Оно звучало очень трогательно, нежно и было направлено ко всему разумному человечеству.
– Ассаламу алейкум!
– Ассаламу алейкум!
– Ассаламу алейкум!

Примечания:
[1] Старинное название государства Мьянма, которое оно получило в период, когда страна считалась вассалом Великобритании (1824–1948).
[2] Район Бангладеш, граничащий с Республикой Союза Мьянма.

Перевод Лиры Пиржановой

5
1
Средняя оценка: 3.88889
Проголосовало: 9