Хулиган и отличники

П. Павленский «Столкновение»; М., «Городец», 2021

Этот текст – ни в коем случае не рецензия. Рецензировать тут категорически нечего: изданная Вадимом Левенталем книжка Петра Павленского – сборник полицейских и судебных протоколов о нем, любимом. Отсутствует предмет для разговора, то бишь литература. Ничего, и без того найдем о чем потолковать.
Нутром чую: порвут меня как Тузик грелку – ведь на святое покусился. Павленский, он вообще кто? Человек-монумент (литовцы в 2016-м отлили – жаль, не в граните). Икона российского либерализма – со мученики в чин, со апостолы в полк. Идеал Дмитрия Быкова: «Мне кажется, это мужественный человек. У меня лично Павленский вызывает восхищение и гордость – при том, что я совершенно никого не призываю следовать его примеру». Кумир Виктора Шендеровича: «Как много вокруг психически здоровых людей. Слава Петру Павленскому». Герой Артемия Троицкого: «Это великий художник, причем без всяких кавычек. И я просто горд тем, что я знаю этого человека». Властитель дум Оксаны Васякиной: «Я в Москве, прибитой к яичкам художника».

Что озадачивает во всех этих приторных акафистах – железобетонный инфантилизм российского креативного класса: ни крестом, ни пестом. Точно так же отличники-третьеклашки восхищаются хулиганом. Ровно до тех пор, пока у них деньги не отберет. Наивные буржуины тоже восторгались плохишом, записали его в свое Буржуинство – и тут же получили от плохиша ихним же салом по буржуинским сусалам: два окна в банке подпалил во имя Liberté, Égalité et Fraternité.
В наших широтах, похоже, это никого не впечатлило. Что у товарища Ленина бесспорно, так это его определение интеллигенции: она и впрямь мыслит с чисто детским паралогизмом.
Впору снова вспомнить Шендеровича: «Я твердо поддерживаю Петра Павленского. Он поджег не “дверь в центре Москвы”, а дверь лубянского офиса, – символа беззакония и ужаса, одолевшего Россию. Он возвратил нашу мысль к необходимости самим судить своих преступников». Виктор Анатольевич, а у вас часом руки не чешутся линчевать вашего любимца за историю со Слониной? – мало ли что там Следственный комитет себе думает, мы же судим не по закону, а по совести, так? Попутный вопрос Васякиной: Оксана Юрьевна, а как же #MeToo, #яНеБоюсьСказать и прочие фем-заморочки?
Не дают ответа. Гвозди бы делать из этих людей.

Впрочем, другого и не ждал. Тут ведь и юриспруденция, и этика – материи для младших школьников непостижимые. Гораздо смешнее, что наши мастера культуры и на своем поле проиграли всухую.
Не взыщите, придется прочесть небольшую лекцию по теории вопроса.
Так называемая контркультура – вовсе не альтернатива поп-культуре. Это две стороны одной медали, подробности у Хиза и Поттера. Вообще, их «Бунт на продажу» – книжка куда как не глупая, от души рекомендую. Если лень вгрызаться в социологический трактат, полистайте на досуге лимоновского «Палача» – там контркультурный философ и садист легко и без боли становится глянцевым персонажем. Или прилепинское эссе «Мещанство приятное и последовательное» – даже не скажешь, что писал нижегородский гечевара образца 2008 года.
Все дальнейшее – мои вариации на заданную тему. Контркультура, как и поп-культура, в основе своей до оскомины буржуазна. Обе они стоят на фундаменте лютого, на разрыв аорты, самоутверждения. Каковое есть прерогатива третьего сословия: аристократу оно на фиг не нужно, а люмпену не по зубам. Быть круче соседа – вот цель и форма бюргерского бытия. Если говорить о культуре, то вся разница во внешних проявлениях: одному для самоутверждения надо нарядиться в стразы и перья, другому – яичницу на Вечном огне пожарить. Или яйца к брусчатке прибить.

Вернемся к нашему пламенному революционеру. Внимание, вопрос: чем отличается Павленский от Волочковой? Да ничем, в сущности. Волочкова вроде как балерина, хоть и освистана при вручении приза Benois de la Danse. Павленский вроде как художник, хотя всего-то слепил по молодости несколько коллажей – у Sotheby's, сколько помню, они не продавались. Оба склонны к эксгибиционизму: Волочкова при всякой возможности заголяет обвислые телеса, Павленский – мослы, похожие на советский суповой набор. Оба при этом крушат к чертовой матери эстетические конвенции: любоваться обрюзгшей Кипридой и рахитичным Аполлоном можно лишь по приговору суда. Мне наверняка возразят: так Павленский – он же за нашу и вашу свободу. Но Волочкова – тоже за свободу. Полное единство глянца и андеграунда, мир-дружба-жвачка: все за свободу самообожания, самообнажения и самовыражения.
Хотя выражать-то особо нечего. Выражает то лицо, чем садятся на крыльцо – помните частушку?..

По «Столкновению» это очень даже заметно. В интервью «Эху Москвы» П.П. вещал: «Книга называется “Столкновение”, и в ней рассказывается о столкновении искусства и власти». Вы, Петр Андреевич, воля ваша, нескладное что-то придумали, над вами потешаться будут. О противостоянии искусства и власти рассказывает «Белая книга по делу Синявского и Даниэля». А «Столкновение» – оно немного о другом. 270 страниц бесконвойного нарциссизма: и менты – про меня, и чекисты – про меня, и судьи – про меня, и зэки малявы пишут – тоже про меня! Остановись, мгновенье!
Павленскому, ясен пень, оно только в радость. Но я при всем желании не могу вообразить себе камикадзе, который выложит кровные четыре сотни, чтобы читать вот это: «На момент времени 0:15:55 Павленский П. А. продолжает стоять на тротуаре, на заднем плане виден мужчина в форме сотрудника ГИБДД, бегущий в сторону Павленского П.А. На момент времени 0:15:53 Павленского П. А. задерживает мужчина в форме сотрудника ГИБДД. В руках у Павленского П.А. видна металлическая канистра. На момент времени 0:15:34 сотрудник, держащий Павленского П.А., валит его на тротуар. На момент времени 0:13:17 сотрудники при помощи огнетушителя начинают тушить дверь. На момент времени 0:08:28 Павленского П.А. сажают в автомобиль и увозят с места происшествия».
Впрочем, книга определенно полезна как психотропное оружие массового поражения. Сбросьте сотню экземпляров на вражьи окопы, и кататонический ступор супостатам гарантирован. 
Хотя г-н издатель наверняка другого мнения.

Опять-таки сошлюсь на Хиза и Поттера: протестная культура лишь создает новые рынки потребления. «Книжная полка Вадима Левенталя» – лишнее тому подтверждение. Вадим Андреевич назначил андеграунд дойной коровой. А уж команду авторов для этого собрал такую, что сделает честь любому психдиспансеру. Одна воображает себя суровым геем и говорит о себе исключительно в мужском роде. Второй публично дрочил в бассейне «Москва» и навалил кучу под полотном Ван Гога в Пушкинском музее. Башибузуки. Янычары. Спецназ. И Павленский с его дырявой мошонкой и отрезанным ухом тут что яичко ко Христову дню.

Проблема в том, что образы русского трэша не менялись со времен Баркова, а язык – со времен государя Петра I Алексеевича; Большой и Малый загибы помните? В последние 30 лет ветхие активы эксплуатировали на износ. При таких вводных гарантирован скорый и тяжелый кризис жанра. Живо представляю, как Левенталь судорожно соображает, из чего бы смастерить новую пощечинку общественному вкусику. Гомосятина? – блин, было: и у Ленки, и у Влада. Олька вон вообще трилогию изваяла. Инцест? – Ромка с Артемкой постарались… По матюгам Сашка пятилетку за год перевыполнил, – стахановец, мать его. Чего делать-то? Петьку, что ли, из нафталина достать? – сойдет, пожалуй…
Вадим Андреевич, я вам как родному: скандал – не лучшая редакционная политика. Пример Зоберна, что точно таким же манером угробил в «КоЛибри» серию «Уроки русского», не впечатляет? Понял, не впечатляет. И допустим, что минула вас чаша сия. Ну, поскандалите вы еще год-другой, а потом ваши кудри примелькаются, и вас начнут бить за дурной вкус. Возможно, даже ногами. Пока-то я один этим занимаюсь, но со временем желающие найдутся, уж будьте благонадежны.

Свидетельством тому – арестантская малява из «Столкновения»:
«Вот моё субъективное мнение по этой теме: это вред своему здоровью и способ привлечь к себе внимания. Искусством это явно апазецианирывать не стоит. Согласен искусство проявляться может по-разному и в разных направлениях, но не эти действия. Ну и в аканцовки этой марганцовки, я скажу что это способ привлечь к себе внимания общественности, либо это выполнения чьих либо указаний. Один из способов срубить лаве. Прошу не огорчаться на данное мнения, вы поинтересовались я ответил, кстати ребятня разделяет со мной эту точку зрения».
Взгляд, конечно, очень варварский, но верный. И перспективный. Прошу отличников принять к сведению. 

5
1
Средняя оценка: 3.41727
Проголосовало: 139