«Светят звёзды над родимым кровом…»

Редакция журнала КАМЕРТОН поздравляет Татьяну Анатольевну Реброву с Юбилеем! Здоровья Вам, дорогая Татьяна Анатольевна, творческой радости, всех благ и, конечно, новых ярких духоподъёмных, стихов!

 

***

Ты превратишь в истерику, в тряпьё
Твой траурный убор, его бунтарство
В тот час,
Когда отечество своё
На чуждое сменяешь государство.

И вечером отмыв лохмотья крыл
От пепла, копоти и сала,
Тебя прогонят женщины с могил,
Чтоб ты им петь и плакать не мешала.

Ну можно ли их мёртвым соловьям
Поверить в оскорбительные слёзы
Той, что ушла, подкинув соловьям
Кладбищенские русские берёзы.

И всё ж крестьянка вышлет мужа в бой,
Чтоб из шелома дону смог напиться.
Мне совестно, сбежав с тобой,
Потом во всеуслышанье молиться.

 

***

Смотри!
      На лице моём копоть
Сожжённых дотла городищ.
Там князь протянул мне заштопать
Рубаху.
      Настолько был нищ.

Он был уязвлён и сконфужен,
Что дать за работу не мог
Не то, что заморских жемчужин,
А даже и медных серёг.

Идут, невзирая на вкусы,
К лицу моему с этих пор
Из ягод рябиновых бусы
И косо бегущий пробор.

И я
   на себе
          убиенных
Тащила к разбитым церквам.
Со щепок икон сокровенных
Сам бог подпевал соловьям.

И слёзы великой обиды,
Взывая к мужскому уму,
Со времени той панихиды
Текут по лицу моему!

 

Европейские ценности

Какой психологический изгиб -
Плевать в могилы тех,
                кто за тебя погиб.

 

***

                Рать собирается неисчислимая,
                Сила в ней скажется несокрушимая.
                                              Николай Некрасов

Заводские цеха – рукава
Наспех скроенной спецодежды
На плечах всенародной надежды
В грозный праздник её покрова.

От станка до карьера
И до товарняка,
И до доменной печи, и наверняка
До прокатного стана, и вновь до станка.
Глянуть с неба – так просто премьера
Хоровода.
(Про все репетиции после.)
А цветы?
В это время их возле
жениховских  и мужних могил
Пол-Европы кладёт.
Так что можешь, Тагил,
Писем больше не ждать от сынка.

Сжав плотинами русла рек,
Словно пальцами ножки чарок,
Экономя шпагат и огарок,
Мы озёра плеснём в зарукавья,
Бросим дерево с лесосек,
И распаханные острова...
Всё туда!
Не на наши обеды.
Вот и вылетел из рукава
Белый лебедь Победы.

 

***

Не ум всё постигал во мне,
А память, что вздохнёт у окон,
И лунный луч, как будто локон
Поправит в юной седине.

В минуты грешной ворожбы
Ей,
   как бобы,
           бросать не ново
Бородино иль Куликово -
Биополя моей судьбы.

 

***

Светят звёзды над родимым кровом.
Тучи рваные,
             как дым,
                быстры.
Будто бы на поле Куликовом
Наше войско разожгло костры.

Обтрепался мой подол холщовый.
Потускнело серебро серёг.
Их до свадьбы муж мой непутёвый
У себя за пазухой берёг.

Да откликнись, друг ты мой любезный!
То не у твоих ли впалых щёк
Освещён костром,
                как адской бездной,
Беззащитный поздний василёк?!

Господи,
          спаси их и помилуй!
Думает о пахоте отец,
Чуя,
     как впотьмах с весёлой силой
Роет землю жаркий жеребец.

И  отцу,  и милому –  обоим
Песню колыбельную в ту ночь
Я
  хоть напоследок,
                перед боем,
Спеть успела как жена и дочь.

А потом,
        как только сшиблись рати,
Сразу – и вдова, и сирота.
Жаль,
      что не оставил мне дитяти
Мой мужик в те горькие лета.

Выращу берёзу —
                как затеплю
Перед ликом родины свечу.
И соседского мальца
                за нашу землю
С недругами драться научу.

 

***

Великим был народ иль пошлым
Решит вопрос, впитавший пот и кровь,
А не грешно ль, достойно ль общим прошлым
Сегодня руководствоваться вновь.

Победы наши – братские могилы
Для тех, чьи души ранены смертельно
Лишь помыслом необозримой силы,
Чтоб чудо жизни было беспредельно.

И сын руками женскими протянут,
Чтоб жертвой, искупителем, провидцем
Он стал у мужиков и баб, что вянут
В трудах под сдвинутым на брови ситцем.

И главное, что каждая поступит
Здесь только так, а помолись попробуй
На лик её, она глаза потупит -
Ей совестно быть божеской особой.

И зачерпнув созвездие из кадки,
Даст нищему и хлеб к звезде приложит.
Кто занят лишь собою, тот загадки
Моей вовек понять не сможет.

Как воет пёс, хотя еды до чёрта.
Он видел небо, и ему приснилось
В нём столько звёзд, как будто сердце чьё-то
Опять от одиночества разбилось.

 

***

Ты мне хоть свистульку распиши,
Словно храм Блаженного.
                Мне, дуре,
Кажется, что не в архитектуре
Дело здесь,
            а в синих, из глуши,
Колокольчиках моей души

Видишь, плачу всю ночь от росы и
Васильков...
              Ты меня отпусти
После смерти берёзкой в России
Где-нибудь на церквушке расти.

 

Художник: Б. Ольшанский.

5
1
Средняя оценка: 3
Проголосовало: 197