Пейзаж, говорящий о Вечности

Библейские мотивы и образы в творчестве Натальи Глебовой

Есть в искусствоведении понятие – исторический пейзаж, и здесь сразу вспоминаются такие знаменитые работы, как «Аппиева дорога при закате солнца» (1845) Александра Иванова, «Владимирка» (1892) Исаака Левитана. Когда мы смотрим на каждую из этих работ, мы видим пейзаж не только увиденный художником здесь и сейчас, в его современности, а угадываем, вспоминаем прошлое: Древний Рим, легионеров, шагающих завоевывать мир, первых христиан, собирающихся на молитву и агапу – вечерю любви в катакомбах… Или представляем заключённых, которые брели по Владимирке на каторгу в Сибирь – десятилетие за десятилетием (интересно, что к моменту написания картины Левитаном, заключенные уже не шли по Владимирскому тракту). 
Художник Наталья Глебова тоже пишет своего рода «исторические пейзажи». В них – и точные впечатления от конкретного места, от того, что было увидено здесь и сейчас, и одновременно – погружение в историю, а через историю – в Вечность. 

Улица в Хевроне, 2007

Например, в картине «Улица в Хевроне» (2007) показано то место, где, по преданию, рос Мамврийский дуб, а теперь по булыжной мостовой движется овечье стадо. Казалось бы, просто «будничная зарисовка», но это только если пробежать мимо картины, ни на секунду не останавливаясь. А если остановиться, мы увидим само медленное и непрерывное движение стада, так напоминающее движение времени. Это впечатление движения подчеркивается и диагональю, но не остро выраженной, ведь речь не о стремительности, а о поступательности. Интересно, что направление этого движения – сверху вниз, и тут снова возникает образ времени, причем времени, которое однажды должно закончиться, и каждый христианин знает об этом. А мы, зрители, смотрящие на картину, оказываемся также неподвижно стоять, как женщины в правом углы работы, находясь здесь, в нашей точке времени и пространства, хоть как-то пытаясь осмыслить – что было до нас и что будет после… И с этой точки зрения, с оглядкой на Вечность, совсем не случайно то место, которое запечатлела художник.

Вифлеем, 2008

Глебова пишет «Вифлеем» (2008), причем не какую-то часть пейзажа, а пытаясь запечатлеть город целиком, без деталей. Слишком значимо произошедшее здесь более двух тысячелетий назад Событие, чтобы фиксироваться на конкретных деталях, улицах. Хотя они тоже есть, ведь изображается конкретное место – свечи кипарисов, строения, горы. Но при этом пейзаж масштабен, он затягивает зрителя, что тот уже забывает, говоря словами Пастернака, «Какое, милые, у нас /Тысячелетье на дворе». 

Горы - храмы, 2008

Вневременной и одновременно позволяющей почувствовать время в его глобальном, масштабном смысле оказывается и работа «Горы – храмы» (2008). Это каппадокийский пейзаж, но в какой точке времени мы находимся? В той, что художник создавала свою работу или в IV веке от Рождества Христова, а, может быть, в XI? Здесь время спрессовывается в один мощный пласт и в нем начинают звучать как раз мотивы Вечности.

Три путника, 2008

К пейзажам, написанных от впечатлений о Каппадокии можно отнести и работу «Три путника» (2008). Здесь присутствует и любимый русскими художниками мотив дороги – как образ пути, движения, в данном случае – движения не только физического, но и духовного, не случайно путники с котомками за плечами так напоминают паломников. И им предстоит непростой и неблизкий путь. Насколько неблизкий – не известно: дорога не обозначена, она прямая только на переднем плане, а потом – поворачивает и теряется в зарослях зелени, но общее направление показано – туда, к вершинам светлых мощных гор. Три кипариса словно соединяют две части композиции – нижнюю, низинную, и ту, верхнюю, горную. И, глядя на них, понимаешь уместность сравнение со свечами. А значит, путь, восхождение туда, вверх, возможен только с молитвой…

Храм Симеона Столпника на Святой горе, 2009

Казалось, «точное время» начинает звучать в картине «Храм Симеона Столпника на Святой горе» (2009) – мы узнаем руины когда-то великолепной базилики V века. Но композиция строится так, что центральное место в ней занимают проемы окон, за которыми синева неба с белыми облаками, и вот уже снова время теряет конкретику, а фрагмент мужской фигуры справа может читаться и как из сегодня, и – как из далекого прошлого.

Отец и дочь (Лаван и Рахиль), 2010

Если долго всматриваться в пейзаж, можно увидеть (попытаться угадать) события, произошедшие тысячелетия назад. Создается впечатление, что именно это делает Наталья Глебова, когда на некоторых ее полотнах появляются герои Библейской истории. Иногда действительность сама дает подсказки. При этом порой даже не важна географическая точность, потому что идет движение дальше и глубже временных и географических привязок, и, например, в сирийском пейзаже она угадывает историю Лавана и Рахили. Однажды в сирийском Сергиополе – опустевшем городе, где можно встретить лишь руины, Наталья Глебова стояла на возвышенности и сверху видела, как мужчина гонит овец. К нему подбежала девочка, взяла за руку, и они вместе пошли домой. А уже в Москве художник написала картину «Отец и дочь (Лаван и Рахиль)» «2010). И вот впечатление от увиденного превращается в картину, в пространстве которой соединились настоящее, прошлое, и даже будущее, глядя на девочку и ее отца, вспоминаем историю знакомства Рахиль с Иаковом, те семь лет, которые Иаков будет отрабатывать за нее Лавану…

Все знают слова Алеши Карамазова из романа «Братья Карамазовы» Достоевского: «…а вот какое-нибудь этакое прекрасное, святое воспоминание, сохраненное с детства, может быть, самое лучшее воспитание и есть. Если много набрать таких воспоминаний с собою в жизнь, то спасен человек на всю жизнь. И даже если и одно только хорошее воспоминание при нас останется в нашем сердце, то и то может послужить когда-нибудь нам во спасение». А тем более – если это воспоминание связанно с верой. Акилина Васильевна, прабабушка Натальи Васильевны Глебовой умерла, когда той было шесть лет. Но за это короткое время общения она успела пересказать правнучке Евангелие, рассказать о Боге, да так, что это осталось в Глебовой навсегда, задало правильное направление. Крестилась она гораздо позднее, в 35 лет, в 1987 году, после почти случайного посещения Пюхтицкого монастыря, просто поняла, что ей это необходимо. И, вернувшись в Москву, буквально через три дня крестилась вместе с детьми. Но, благодаря прабабушке даже до крещения, она все равно была верующим человеком, просто не осознавала, куда нужно идти (время то было советское). Об этом говорят ее работы, наполненные приятием Богом созданного мира, благодарностью за него. Но эти работы – за рамками этой небольшой статьи. 

 

Тяжко бремя на сынах Адамовых. Фрагменты  

Есть у Глебовой работа, в которой она рассуждает и глобально об истории человечества, и – о каждом конкретном человеке – «Тяжко бремя на сынах Адамовых», 1994 год. По своему цветовому строю, по манере написания она напоминает древнерусские фрески, вспоминаются композиции Страшного суда или Воскресения Христова, где обозначаются грехи, за которые люди могут быть осуждены, и добродетели, которые помогут избежать осуждения, но здесь они уже разделены. А на картине – человек при жизни несет груз борьбы добродетелей и грехов. Кстати, не случайно Смирение изображено в центре, оно уравновешивает композицию, позволяет удерживать ношу. Не будь его, возможно, та часть, где грехи, оказалась бы более тяжелой… 

Тяжко бремя на сынах Адамовых

Интересно, что человек написан хоть и согбенным под тем грузом, который он несет, но его тело – не безобразно, а, наоборот, показано крепким, красивым. И в этом как раз христианское отношение к человеку – как творению Божьему: «И сказал Бог: “Сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему” (Бытие 1:26) Да, потом человеческая история пошла иначе, и на людей упало то самое бремя, но это совсем не отменило того, что случилось изначально. Более того, Господь воплотился именно в человеческом образе, только без груза обозначенной борьбы. И вот потому согбенная фигура выглядит драматично, но не трагично и безысходно, тем более наверху – виднеется голубизна неба, а еще в работе много красного, в иконописной традиции – пасхального цвета. 
Наталья Глебова – глубокий художник, умеющая ценить и наш, здешний, Богом созданный мир, его красоту, но она может заглядывать и за внешность, вещность видимого мира. То, о чем говорится в статье – лишь небольшая часть ее интересного творчества. 

Справка: 

.

Наталья Васильевна Глебова, художник. Родилась 12 августа 1951г. Живет и работает в Москве.
Член-корреспондент Российской академии художеств (Отделение живописи, с 2012г.)
Член Московского союза художников (1984г.)
Член Союза художников России (с 2015г.)
Образование: Московский Государственный Институт им. Сурикова, монументальная мастерская проф. К. А. Тутеволь (1980г.)
Произведения представлены в Государственной Третьяковской Галерее, Новосибирской картинной галерее, Вологодской картинной галерее, Кемеровском Областном Музее, Оренбургском Областном музее, Кировской Картинной Галерее им братьев Васнецовых.

5
1
Средняя оценка: 3.14394
Проголосовало: 132