«Испытание долгой зимы пережили…»

***

Хотелось бы уехать в Польшу,
А может, даже в Парагвай!
Но мне милей Руси пороша,
Москвы заснеженный трамвай.

Привычны наледи просёлка,
Села глухого огоньки.
Мертвее мёртвого осока
На берегу немой реки.

Простые, вроде бы приметы,
Неброской скромной стороны…
Провинциальные поэты,
Солдаты нынешней войны… 

Тамбовский волк, убогий странник –
Все дорогие земляки…
…И дребезжащий подстаканник
В плацкарте на краю тайги.

 

***

Зёрна в замёрзшей земле,
Мёртвые, но не навеки…
Так застывают во мгле
Люди, растения, реки.

Так повелела зима:
Жить не спеша и на ощупь…
Пусть прохудилась сума,
Стынут нетленные рощи.

Разве возможно истлеть
В нашей студёной России?
Хлещет метельная плеть,
Мы и метели простили.

Свет Вифлеемской звезды –
Лучшее нынче лекарство…
Шёпот приречной лозы,
Блеск перламутровый наста.

 

***

Как-то видел я: вдруг во сне прилетала птаха,
Только стоит ли злато мира земного праха?
Ни к чему корить благодетельных слишком строго,
Ведь у них своя колея и своя дорога.

Сколько зим прошло, да и будет ещё полстолько,
В серебре окно, а в холстине торчит иголка.
Уколи себя, пробудись от земной печали,
В Рождество, дружок, мы, наверное, все в начале.

Протопчи тропу от калитки, и дальше – в поле,
Нагреби в мешок ветра, инея, снега, воли.
Зачерпни тоски, а потом всё пусти по ветру,
На Руси тоска так сладка и горька от веку.

 

***

Кто видел Господа, тому не страшен снег,
Сомненья, пересуды и упрёки.
Живи как жил, не торопи успех,
Всему свой срок, как ложка для сороки.

Серебряная ложечка блестит,
Приманивает простодушных пташек.
Не торопись, рассеянный пиит,
Среди листвы шершавых промокашек.

Иди домой, но не прямым путём,
Ещё успеешь в скромные пенаты…
И нацарапай что-нибудь гвоздём –
Бессмертное, что мы не виноваты.

Расплатимся за горькие грехи,
За пресные бессмысленные речи…
Поют лениво третьи петухи,
Порхает снег – нездешний пух овечий.

 

***

Не раз случалось наступать на грабли,
На перекрёстках шишки набивать.
Вороны мёрзли, улетели цапли,
Но сквозь снега светилась благодать.

На Рождество скитаться мне отрадно,
Искать следы волхвов среди равнин.
Не просто так на кладбище ограда
Хранит рубины редкие рябин. 

Они для снегирей и свиристелей
Необходимы в наши холода.
Пусть в январе неласковы метели,
Зато прозрачна первая звезда. 

Не раз случалось и не два случится
На русских весях горе горевать.
Но в сельском храме скрипнет половица
И свет лампады будет согревать.

 

*** 

В театре погашена рампа,
Окончен неласковый год…
Сияние русского ямба
Поэту пропасть не даёт.

Он бродит по улице льдистой
И не замечает хулу…
И звёзд серебристых мониста
Рассыпаны в пыльном углу. 

Знакомые с детства гирлянды,
Шаров невесомых овал.
Камзолы, лорнеты и банты, –
Не жизнь, а сплошной карнавал.

И мачеха злая игрива,
И Золушка чудно мила!
Так что же душа молчалива
И петельку вьюга сплела? 

 

***

Крещение не просто так зимой,
Суровость не в диковинку в России…
Над прорубью склонился клён хромой,
Хотя его об этом не просили.

Пуста сума, но тяжелы снега,
И посох есть, но льдистая дорога.
Сковал мороз глухие берега,
Немного в горку, а потом – полого.

Кресты погоста. Ржавчина оград.
Исклёванная снегирём рябина.
Конечно же, не Гефсиманский сад,
И свежих комьев вымерзшая глина.

 

***

Шумит заснеженный камыш
Под стылым ветром незлобивым.
А ты на берегу стоишь,
Печали разбавляешь пивом.

Напиток, в общем, не ахти,
Но нет живой воды в округе…
И перекрещены пути, –
Просёлков ледяные дуги.

И нет надежды на приют,
Хотя пристанище готово…
Ветра то стонут, то поют,
И жизнь не то, чтобы сурова.

И всё понятно наперёд –
Надрезы, ледяные спилы…
Зима округу отпоёт
И к ночи заметёт могилы.

 

***

Пытаюсь жить под Божьей дланью,
Хранить смиренье простоты,
Учусь на русской Иордани
Сквозь слёзы различать кресты.

Войти в священные глубины,
Увидеть истину на дне,
Где свет струится голубиный
И тьма бессильна в Божьем дне.

 

***

Зима приходит в город без приказа,
Она самодостаточна вполне.
Замёрзший пруд – в морщинках трещин ваза,
Особенно прекрасна при луне.

Скользит во мгле случайный конькобежец,
Спешит домой угрюмый пешеход.
У каждого достаточно убежищ,
А снег идёт, конечно же, идёт.

И не смущают лешие и ведьмы,
Которых возле рынка пруд пруди…
И повторяю аз и буки, веди;
Виток позёмки, будто бигуди. 

 

***

Испытание долгой зимы пережили,
Отворили окно лучезарной весне.
А когда между будничных дел ворожили,
Удивлялись подснежниковой тишине.

Белизна завораживала и летела
Далеко-далеко, за суглинок полей.
И с улыбкой обычное делалось дело,
И ручьи прорезали тоску пустырей.

Из сараев несли заржавевшие грабли,
Чтобы выгрести сор, что остался с зимы.
А синицы на флейтах волшебных играли,
А сосед вновь просил на чекушку взаймы.

И тоска отступала, пока понемногу,
И по капле копился берёзовый сок,
И, казалось, душа собиралась в дорогу
Под прощальную песнь прошлогодних осок.

5
1
Средняя оценка: 2.73333
Проголосовало: 75