О среднеазиатской многовекторности

Республики Средней Азии постоянно подчёркивают два основополагающих принципа своей государственности – сохранение суверенитета и сохранение территориальной целостности. 

В некоторой степени их можно понять. Между Узбекистаном и Казахстаном, Таджикистаном и Киргизией существуют взаимные территориальные претензии, а Казахстан вдобавок боится, что население северных, преимущественно славянских регионов захочет назад в Россию, в составе которой они всегда жили. До прихода к власти большевиков не было никакого Казахстана или КазССР. Узбекско-казахстанские споры не выходят за пределы бытовых разговоров, таджикско-киргизские переросли в 2022 в прямые столкновения. В таких условиях республики спешат закрепить на уровне идеологии существующие границы, поскольку каждая считает спорный кусок земли своим.

Но закономерен вопрос: зачем нужно было создавать в 1990-х собственную государственность, зная наперёд, что она приведёт к долгоиграющим конфликтам с соседями? Тогдашняя партийная верхушка рвалась к богатству и не обращала внимания на такие «мелочи».

Живя теперь в условиях подобных «мелочей», нынешняя среднеазиатская политическая элита спешит заручиться помощью союзников в решении экономических и иных проблем. Чтобы союзников было много, за государственную идеологию принята концепция многовекторности. На практике это означает: дружим со всеми вокруг, но ни с кем особо не сближаемся. Такой подход тормозит любые интеграционные настроения в среднеазиатском обществе, ибо элиты не хотят жить в едином интеграционном политическом, экономическом, военном и идеологическом пространстве с самой главным двигателем евразийской интеграции – Россией.

С одной стороны, республики Средней Азии сохраняют с Москвой добрососедские отношения. С другой, как только уровень этих отношений переходит критическую, по мнению среднеазиатских элит, черту, элиты выпускают из будки демона русофобии, чтобы создать в обществе идеологический противовес идее сближения с Россией.

В последнее время в этом часто замечен Казахстан. Даже многие пророссийские казахи считают, что Казахстан должен быть многовекторным, т.е. соглашаются, что иногда можно на международной арене сыграть против России для сохранения геополитического статуса-кво. Но на прямой вопрос «В чём конкретная ценность казахстанской независимости?» они не могут внятно ответить. Как правило, отвечают «Чтобы у нас было своё государство». На последующий вопрос «Зачем?» отвечают: «Чтобы мы были независимыми». На повторный вопрос «Зачем?» говорят: «Чтобы иметь своё государство». Круг замкнулся, логики нет.

Казахи и Казахстан веками жили в составе Российской империи, затем СССР. И ничего, не исчезли. Почему же казахи и Казахстан должны исчезнуть, если бы история поместила их в состав, например, Союзного государства России и Белоруссии в качестве третьего равноправного участника? 

Идея независимости и государственности не должна противоречить геополитическим реалиям. В Средней Азии всё наоборот. И ослу понятно, что многовекторные Казахстан, Узбекистан, Таджикистан, Киргизия, Туркмения будут использованы недругами евразийской интеграции для атак против интеграционного ядра – России. 

Если это не происходит сейчас, не факт, что не произойдёт через десять, двадцать или сорок лет. Украина, объявив в 1992 г. многовекторную политику, дошла в 2008 до соучастия в нападении с такой же многовекторной Грузией на российских миротворцев в Южной Осетии, а в 2014 – до превращения в плацдарм для войны против России. Вот вам итог тридцатилетней многовекторности в исполнении двух постсоветских республик – Украины и Грузии. Кто даст гарантию, что в будущем такого не случится с какой-нибудь из республик Средней Азии? Политика – это стратегия возможного, а значит, возможно всё.

Критерии для той или иной государственности просты. Если новообразованное государство создаётся в соответствии с геополитическими законами, оно будет долговечно и его появление на карте мира оправданно. Если оно появляется вопреки законам геополитики, оно будет нестабильно, а его существование – проблематичным, как только сильные мира сего поменяют правила политической игры.

Пример – Украина. Как только США и ЕС поменяли правила политической игры и плотно взялись за превращение Украины в антироссийский плацдарм, Украину залихорадило и довело до состояния, в котором она сейчас находится. Стоило тридцать лет талдычить о многовекторности, чтобы её так быстро потерять и в миг стать пешкой в руках Запада? 

Гости из Казахстана, Узбекистана и др. среднеазиатских республик, приезжая в Россию на конференции и «круглые столы», как огня боятся темы СВО на Украине и прячутся от вопросов на эту тему. Знают, что на родине им за положительную оценку действий России дадут по шапке, а то и уволят с работы. 

Некоторые под надуманными предлогами отказываются от приглашения на такие мероприятия. Наедине они могут высказать пророссийские настроения относительно происходящего на Украине, но просят нигде это не озвучивать. Это ли не свидетельство давления, оказываемого властями среднеазиатских республик на своих интеллектуалов? 

Многовекторность не должна быть божеством и на неё не надо молиться. Любая идея, как и вещь, полезна, если она полезна. Сказать о многовекторности, что она полезна всегда, везде и в любое время, нельзя. Тот из политических лидеров, кто это вовремя поймёт, поведёт свой народ правильным путём.

 

Художник: Р. Кульбатыров.

5
1
Средняя оценка: 3.16505
Проголосовало: 103