Неоколониальная трагедия ЮАР: уроки для России
Неоколониальная трагедия ЮАР: уроки для России
![](/sites/default/files/wp-content/thumbnails/eslibytransvaalbylryboy.jpg)
ЮАР сегодня связывает с Россией не только членство в БРИКС. Многое из того, что делалось Западом против СССР во время т.н. «Перестройки», в те же годы предварительно обкатывалось именно на ЮАР. Подобно СССР, ЮАР вынуждали надрываться как от внутреннего закручивания «гаек стабильности», так и от спровоцированного извне «своего Афгана» — вдоль северных границ с Анголой и Мозамбиком.
Тогда, в ходе исполнения режимом апартеида своего южноафриканского «интернационального долга», погибло около миллиона человек, в основном гражданского населения. Вдобавок страна прожила 30 лет под санкциями. Сегодня уже как-то подзабылось, что ЮАР была обладателем ядерного оружия. Поражение ЮАР в 1991 г. обставили как неоколониальную «Перестройку наоборот» — это когда видимую власть от белого меньшинства с шумной помпезностью передают чёрному большинству. А под этот шумок англосаксонские неоколонизаторы тихо отбирают у страны ядерное оружие и усиливают свой контроль над сырьевыми и прочими богатствами. Почему лишение ядерного щита не вызвало в ЮАР никаких внутренних протестов? Чем санкции против ЮАР напоминают санкции против РФ, вводимые с 2014 года? Как и где ЮАР находила обходные пути для получения высоких технологий? Почему Западу выгодно видеть будущее современной России как «второе издание ЮАР времен апартеида»? И с какого времени борьба против колониального диктата англосаксов исторически объединяет уроженцев России и ЮАР? Попробуем разобраться...
1899 год. Вторая Англо-Бурская война становится последней войной XIX и первой войной наступающего ХХ в. На помощь южноафриканским республикам буров-африканеров — потомков белых переселенцев из Голландии, Франции и других стран континентальной Европы — отправляются тысячи добровольцев, в том числе более двухсот человек из России. Наибольшую известность среди них приобретает Евгений Яковлевич Максимов, уже отличившийся к тому моменту в целом ряде войн и сражений против английских и прочих западных колонизаторов. Благодаря событиям англо-бурского военного противостояния, с самого начала ХХ века в России обретает необычайную популярность песня с очень прочувствованными строчками: «Трансвааль, Трансвааль, страна моя, / Ты вся горишь в огне». А на пароходах и в поездах полиция вылавливает гимназистов, отправляющихся в Южную Африку сражаться вместе с потомками европейских переселенцев, родину которых Трансвааль — которую тогда именовали Южно-Африканской республикой — и союзные ей соседние бурские республики стремятся захватить британские империалисты.
1899 год. Хотя войну Британской империи объявили именно буры, в глазах мировой общественности они были обороняющейся стороной, отстаивавшей свою независимость. Причем делавшей это очень эффективно. Их армии были микроскопическими, зато бурские командующие показали себя прекрасными организаторами и полководцами. К тому же все мужчины-буры обладали отличной стрелковой подготовкой. Но подполковник из далекой России Евгений Максимов сумел впечатлить даже их. В начале войны бурам удалось добиться серьезных успехов благодаря именно таким людям как этот русский доброволец. О том, что буры и сами истребляли и порабощали коренное африканское население, не знали не только гимназисты, но и вся тогдашняя «прогрессивная» общественность России. Впрочем, и англичанами руководили совсем не гуманистические идеи, а желание расширить свои владения на юге Африки за счет территорий, богатых месторождениями золота и алмазов.
![](/sites/default/files/imce/images/Yevgeny_Maximov.jpg)
Максимов Е.Я.
1899 год. По приезде в Южную Африку, Евгений Яковлевич Максимов сразу же записался в добровольческий европейский отряд. После гибели командира-француза, сам встал во главе этого Иностранного легиона в миниатюре. Максимов несколько изменил тактику и впервые для буров начал применять методы систематической разведки. Преимущества внедренной военспецом хитрой рекогносцировки были по достоинству оценены и бурами, и их противниками. Под началом русского офицера компактный добровольческий отряд стал не только совершать эффективные партизанские рейды на англичан, но и успешно участвовать в крупномасштабных боевых операциях против британцев. Англичане в Южной Африке изначально выше всех несли факел колониализма, подожженный имперскими амбициями Британии и коммерческими интересами Ост-Индской компании. Буры, в отличие от англосаксов, фанатично следовали не столько колониально-шкурному интересу, сколько морально-религиозным принципам и предрассудкам кальвинизма — крайнему индивидуализму, религиозному фанатизму, аскетизму, расовой замкнутости и — главное! — представлению о своей новой родине как Божьем заповеднике, в котором им, бурам, сам Господь доверил контроль и заботу о братьях меньших — дикарях-аборигенах.
Апрель 1900 года. Селение Табанчу. Здесь Максимов провёл свой главный бой в Южной Африке. В ходе его отважный офицер захватил и долгое время удерживал стратегическую высоту. Его отряд, несмотря на артудары прямой наводкой, выбил оттуда шестикратно больший английский гарнизон и удерживал позиции до глубокой ночи. В этом сражении Евгений Яковлевич получил жуткие ранения: височное с повреждением черепа, раздробившее ключицу и пулю в лопатку. Однако поля боя не покинул и, несмотря на большую потерю крови, продолжил сражаться. Англичане же поспешили распространить слух о смерти отважного русского, а их капитан стрелявший в Максимова и сам получивший от него тяжелейшую рану, приведшую к полной слепоте, получил высшую военную награду Британской империи — Крест Виктории. Значительно позже, во второй половине ХХ века, самой большой ошибкой (связанной с анализом режима апартеида) станет предположение, что угнетение негров в Южной Африке — это изобретение буров. На самом же деле — задолго до практик апартеида и на протяжении столетий — «эталонное» колониальное государство на этой многострадальной земле выстраивали именно британцы. Главное их отличие от буров было в том, что англичане не разменивались на мелочи религиозных и расовых предрассудков. Негров они особо не отселяли и не отделяли, младшими неразумными братьями в Господе не считали, а просто высасывали из них последние соки — по-хозяйски и со знанием дела. Точно также, как высасывали они соки из коренного населения Индии, Бирмы, Малайзии и прочих колоний Британской империи.
1900 год. Так и не залечив толком раны, пренебрегая увещеваниями врачей, Максимов вскоре вновь появился на передовых позициях. Принял участие в обороне города Кронстадт — временной столицы бурской Оранжевой республики. Однако подорванное здоровье дало о себе знать. Под конец боя, дойдя до полного изнеможения, герой рухнул с лошади без сознания. Тем не менее, когда оборона города потеряет смысл, он проскачет верхом более ста километров и доберется до Претории — тогдашней столицы Трансвааля. Здесь отвага и заслуги русского офицера будут оценены по достоинству. Буры провозгласят его фехт-генералом, то есть произведут в генеральское звание в боевых условиях, в обход обычного порядка присвоения чинов. Подобной чести удостоились только двое из нескольких тысяч европейцев, сражавшихся добровольцами в Южной Африке против британских колонизаторов. История ЮАР могла бы сложиться совершенно иначе, если бы в 1870 году в Кимберли не обнаружилось громадное месторождение алмазов, мимо чего британские «сожители» буров по Южной Африке не могли пройти мимо ни при каких обстоятельствах. Две англо-бурских войны (1880—1881 и 1899—1902) за контроль над этими и прочими богатствами региона отмечены не только блеском мужества буров и помогавших им добровольцев, но и самыми мрачными для ХХ века изобретениями британских колонизаторов — концентрационными лагерями с колючей проволокой и тактикой выжженной земли.
Лето 1900 года. Из-за толком не залеченных ран фехт-генералу Максимову приходится отбыть в Россию, передав командование своим отрядом другому бурскому генералу Блинхоту. Еще одной причиной отбытия становится приказ с родины: слишком уж заметной в масштабах англо-бурской войны фигурой стал этот русский, что создает угрозу больших дипломатических проблем. Менее чем за год Максимов превратился в самого известного в Европе и Африке добровольца, сражающегося за свободу буров. Его стойкость и храбрость отмечают лично главнокомандующие буров — генералы Коос де ла Рей и Луис Бота, который вдобавок заявляет, что, хотя он и сам не трус, но никого подобного русскому офицеру не только не видел, но и не мог даже представить. Отъезд героя в Россию стал большой и непоправимой потерей как для его отряда, так и для всего дела обороны Южной Африки от британского империализма. Тактика, разработанная британской армией для борьбы против буров, состояла в поджогах урожаев и фермерских домов, поголовном забое скота, отравлении рек и колодцев и первых экспериментах по применению биологического оружия. Создание первых в истории человечества лагерей смерти также дело Туманного Альбиона: за три года второй Англо-Бурской войны в них уморили голодом и болезнями более 26 тысяч буров, из которых свыше 24 тысяч были детьми. Все это случилось задолго до Второй мировой войны. Женщин и детей отделяли от мужчин. Мужчин ссылали в отдаленные места заключения, расположенные в других британских колониях, — в Индии и на Цейлоне.
1902 год. Страдания буров завершаются подписанием т.н. Закона об Объединении, по которому бурские республики ликвидируются, а вся территория Южной Африки превращается в доминион Британской колониальной империи. Буры начнут теснить белых конкурентов-англосаксов и вырывать контроль над будущей ЮАР из цепких рук Британской империи только в 1948 году, по результатам выборов в Южной Африке. А вот по отношению к черному населению перед ними сразу же встанет дилемма: продолжать политику колониального подавления, что в свете агрессивного своеобразия местных племен рано или поздно должно было привести к кровопролитной войне, либо — паковать чемоданы и отправляться восвояси. Но вот незадача: буры в отличие от англичан не ощущают прародину в Европе своим отечеством! Они живут в Южной Африке более 300 лет и не знают ничего другого. Даже свой язык — африкаанс — буры полагают не периферийным диалектом голландского, а уникальным и самостоятельным. Непоколебимая вера буров в свою миссию по управлению чернокожими «братьями-дикарями», которая освящена самим Всевышним — ведет их к идее раздельно-совместного существования, на языке африкаанс — apartheid. Юридическую основу апартеида заложил закон 1950 г. о Регионах группового проживания (Group Areas Act № 41), выделивший на территории ЮАР 10 бантустанов или т.н. национальных отечеств, совпадавших с историческими центрами проживания автохтонных народов.
С годами основные объекты инфраструктуры, где работали чернокожие жители ЮАР, стали выводиться из «белых» городов и дислоцироваться непосредственно на границах с бантустанами — для снижения уровня совместных контактов. Апартеид «высокого» порядка дополнялся апартеидом на бытовом уровне, который, собственно, и стал вызывать возмущение общественности во всем мире: сегрегация в ЮАР проводилась на всех срезах жизни общества — раздельные автобусы, раздельные бассейны, раздельные кинотеатры, раздельные рестораны, раздельные пляжи, даже скамейки в парке — и те раздельные! В статусе доминиона Британской империи контролируемая бурами территория просуществовала до марта 1961 г., когда в результате референдума получила статус республики и сразу же вышла из состава Британского содружества наций. Однако Лондон отпускать ее так просто не собирался. ЮАР продолжала быть важной частью глобальной экономики — от ее поставок сильно зависели рынки золота, алмазов, платины, урана и редкоземельных металлов.
Поэтому против ЮАР были сразу же введены многочисленные санкции, которые можно разделить на два периода. Первый, относительно мягкий, — 1962—1982 — можно уподобить санкциям против России в 2014—2021 гг. Эти санкции нанесли мощный удар по плану создания в ЮАР 11 млн. высокотехнологичных рабочих мест, схожему с тем, который имелся не так давно у России и ориентировался на создание 20 млн. таких же рабочих мест. Британцы, официально провозгласившие Холодную войну против СССР и коммунизма, осуществили нечто подобное и против ЮАР, использовав как подходящий предлог и жупел апартеид. При этом Лондон демонизировал в глазах международной общественности не только сам режим апартеида, но и его наиболее бескомпромиссных противников в лице Нельсона Манделы и возглавляемого им Африканского национального конгресса (АНК). Ярая противница бурского апартеида премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер в 1987 году официально квалифицировала АНК как «террористическую организацию». А английские юноши и девушки на ежегодных конференциях Консервативной партии Великобритании дружно разгуливали в майках «Повесьте Нельсона Манделу».
Сам же Мандела в это время был брошен в тюрьму. Но не потому, что написал до заключения брошюру "Как стать хорошим коммунистом", а чтобы не нарушать уходящее корнями в глубь колониальной эпохи управление Южной Африкой семьями Оппенгеймеров и Ротшильдов, в частности, их интересы в области золотодобычи и бриллиантов. Ведь не даром же нынешний глава семьи Оппенгеймер владеет 95 % мировых алмазных рудников… Невзирая на санкции англосаксов, ЮАР сумела найти обходные пути для получения высоких технологий. Например, в стране освоили лицензионное производство итальянских реактивных штурмовиков Aermacchi MB-326 (южноафриканское название — Impala). Был освоен и выпуск французских истребителей Mirage III и Mirage F1 по лицензии. ВПК ЮАР обрел достаточную технологичность, чтобы его продукцию покупали страны Третьего мира.
Главным другом и партнером режима апартеида стал Израиль. Вместе с израильскими учёными специалисты ЮАР создали атомную бомбу и даже провели её испытания в океане. Другими друзьями, через которые ЮАР обходила санкции, особенно финансовые — стали британский Гонконг и Тайвань. Дошло до того, что именуемая британцами «расистской» ЮАР присвоила всем жителям Тайваня статус «почетных белых» (honorary whites). Он давал гражданам Тайваня и эмигрировавшим оттуда все права на территории ЮАР, которые были у белых жителей страны. Плохие времена для ЮАР наступили тогда же, когда и для СССР — с начала 1980-х, когда к власти в США пришёл Рейган, в Англии укрепилась Тэтчер, а в Европе левые вынудили правительства ряда стран принять очень жёсткие экономические санкции против режима апартеида. Особенно значимы были эти процессы в Голландии, Франции и Германии — выходцами из которых были предки буров Южной Африки.
Одновременно сама ЮАР, подобно СССР, была втянута в аналог войны в Афганистане — против Анголы и Мозамбика. Она растянулась тоже на 12 лет. Реализация «интернационального долга» в одной только Анголе унесла жизни более полумиллиона человек. В Мозамбике — более 150 тыс. человек. А ведь были еще Намибия, Зимбабве и другие страны, в которых страна вела идеологические войны. За их жертвы и неудачу построения своего «Южноафриканского мира» в ЮАР до сих пор никто так и не ответил. В 1986 году США приняли «Всеобщий закон против апартеида», введший полный запрет на любые финансовые и экономические связи с ЮАР. Вслед за этим в течение двух лет из страны ушли все ведущие компании Америки и Европы. В ЮАР начала бушевать инфляция, экономика стала рушиться, успехи в уподобленной афганской войне на территориях «Южноафриканского мира» сменились поражениями.
В условиях очень жёстких санкций (подобных тем, которые англосаксы стремятся ввести против России с февраля 2022 года), ЮАР продержался почти десять лет. Но в 1989-91 годах власти вынужденно пошли на отмену апартеида, назвав этот процесс «демократизацией». Поражение ЮАР по времени совпали с исчезновением с карты мира СССР. Война в «южноафриканском Афганистане» прекратилась. Власть от белого меньшинства большие дяди из Вашингтона и Лондона передали чёрному большинству, обставив это как южноафриканскую «Перестройку». Заодно, под шумок тамошней «гласности», США тихо отобрали у страны ядерное оружие. Его лишение никаких внутренних протестов в ЮАР не вызвало. Этому поспособствовало то, что все делали постепенно, без настоящей революции. Старались менять не суть, а декорации. Никто из верхушки апартеида наказания за свои деяния не понёс. Ни одно из минеральных богатств, контролируемых подставными лицами Ротшильдов, семьей Оппенгеймеров и прочими дельцами, привечаемыми в Лондонском Сити, чернокожему населению возвращено не было. Вместо этого в Южной Африке произошло резкое снижение уровня жизни чернокожих, а обстановка в стране стала жестко криминогенной.
***
Правящая сегодня в ЮАР партия Африканский национальный конгресс (АНК) пользовалась широкой поддержкой Москвы еще в годы существования СССР и борьбы с проводившим политику апартеида режимом. Однако смена этого режима и приход к власти АНК совпали по времени с развалом Советского Союза. Поэтому в начале 1990-х прорыва в отношениях Претории с Москвой не получилось. Зато он стал реальностью в 2006 году, после первого визита в Южную Африку российского лидера и вхождения ЮАР в блок БРИКС. Именно тогда президента РФ Владимир Путин и президент ЮАР Табо Мбеки — проходивший в 1970-е годы военную подготовку в СССР, где учились и многие члены его правительства — договорились по всему комплексу двусторонних торгово-экономических связей с целью вывода их на качественно более высокий уровень. Благодаря этому, а также развитию отношений с партнерами по БРИКС, сегодня [в 2024 году] ЮАР все активнее превращается в экономику номер 1 в Африке.
На обложке: русская карикатура из газеты "Новое время", 1899 г.: "Если бы Трансвааль был рыбой…"