Третья попытка

Будь осторожен в своих желаниях, они могут осуществиться.

 

Андрей блаженно откинулся в кресле. Сопрано пела прекрасно. Жалоба умирающей Виолетты сладко надрывала сердце. Если бы родители с детства учили его музыке, он стал бы хорошим музыкантом. Может быть, даже очень хорошим. Он любил музыку, обожал оперу. Преклонялся перед хорошими певцами. Как много значил для него голос! Голос – это душа человека. Человек меняется внешне, стареет, дряхлеет, превращается в полную развалину, а голос остается прежним.

 

Андрей был хорош собой, молод, чуть за тридцать, успешен, но…одинок. Нет, не подумайте, что он не имел успеха у женщин. Какое там. Прекрасные дамы готовы были вешаться ему на шею… если б он позволил. Не позволял. Хотя временных подруг было достаточно, вполне достаточно, что бы понять, что, ах, увы, это не те. Андрей был влюблен в красоту и искал женщину исключительной внешности. Красоток были сотни, красавиц – десятки, даже попадались девушки выдающейся красоты. Но интересовались красавицы отнюдь не оперой или балетом, а исключительно собой. А те, которых он в изобилии наблюдал в концертах и театрах являли тип старой девы в очках.

 

Неожиданно до него донесся нежный аромат цветов. Он повернул голову. Она сидела справа, через одну ложу от него. Лебединая шея, волна густых вьющихся волос, нежный очерк щеки. Он с восхищением увидел, как она прекрасной рукой смахнула слезинку.

 

«Она любит музыку, истинно любит, чувствует».

 

«Ну, обернись, обернись», – молил он, пытаясь угадать её лицо. Незнакомка, почувствовав его пристальный взгляд, повернула голову и укоряющее посмотрела ему прямо в глаза Изумительное лицо с картин Боттичелли.

 

„ Она, это она. Моя единственная, долгожданная“, – возликовал Андрей.

 

Он проталкивался к выходу, забыв о вежливости. Почему, почему он не вышел в антракте в фойе, почему упустил шанс её увидеть, заговорить, познакомиться. Он расталкивал дам. Отпихнул седовласого господина, без очереди ткнул номерок гардеробщику, выхватил пальто и скатился с лестницы. Народ, поёживаясь от холодного тумана, набивался в автобус. Незнакомка исчезла за чмокнувшей дверью. Андрей яростно замахал руками:

 

– Такси, такси.

 

– Скорей за автобусом! – сипло приказал он ухмыляющемуся частнику.

 

Она вышла на пятой остановке и горестно покачала головой, попав тонкими туфельками в расползающуюся снеговую жижу.

 

Андрей, рискуя растянуться на льду, бросился к красавице, лихо подхватил на руки и вынес из лужи.

 

– Простите… я так счастлив, вы.. я..

 

Он, обычно легкий в общении, способный вести непринужденные беседы со знакомыми и незнакомыми, сбился с дыхания и не мог связать двух слов. С трудом, заикаясь и мекая, сумел выдавить. Что…

 

…он её искал всю жизнь, что только она – его судьба. Что он заставит её его полюбить – ведь его любви хватит на двоих.

 

А она смотрела на него сияющими глазами, недоверчиво улыбаясь, и молчала.

 

– Когда можно вас увидеть? – Молил он, – как вас зовут, где живете, кто вы?

 

По прекрасному лицу пробежала тень печали. Девушка грустно покачала головой, показала рукой на свой рот и попыталась уйти. Андрей умоляюще прижал руки к груди.

 

– Только одно слово, как вас зовут?

 

Она беспомощно пошевелила губами.

 

Страшная догадка ударила ему в голову. Она немая!

 

 

 

Она немая! Но какое это имело значение! Андрей был счастлив. Чудо. Его настоящая любовь. Единственна и неповторимая женщина. Он прекрасно понимал её и без слов. Летящие движения пальцев, мимика, её говорящие глаза. Как она умела слушать! Поощряя собеседника лёгким касанием руки, чуть заметным кивком. Ей изливали сердца , с ней советовались. Она была душой общества.

 

Андрей был счастлив. Одно лишь мучило – она, она, его красавица, богиня, она не была счастлива. Страдала от своей ущербности. Неизлечимый паралич голосовых связок. Осложнение после давней, детской простуды

 

Что только он ни делал. Десятки докторов, гипнотизеры, травники, экстрасенсы, колдуньи. Ничего не помогало. Он даже заказывал молебны. Ходил на поклон к старцу. Всё напрасно.

 

 

 

В тот день он сидел в офисе и грустно смотрел на фото своей красавицы-жены.

 

» Да я душу дьяволу продам, лишь бы она могла говорить!» – со страстью произнес вслух.

 

Секретарша осторожно просунула голову в дверь.

 

– Андрей Васильевич, пришел господин…э-э… Нечистых с договором.

 

А пришедший уже мягко ввинтился в кабинет и тянул стопочку листов к столу. Был он чист, ухожен, дорого и модно одет. И чертовски обаятелен.

 

Андрей посмотрел вопросительно.

 

–Простите?

 

– Вот договорчик, как пожелали.

 

–М-м?

 

– Как же, как же. На предмет продажи Души на оговорённых условиях.

 

– Что?

 

– Минуту назад Вы, Андрей Васильевич, громко вслух выразили желание продать Душу Дьяволу. За Душу вы просите наградить супругу свою способностью говорить. Так? Мы не жулики, цена хороша, Душа, то есть, и наше предложение, – он постучал пальцем по густо исписанному листу, – значительно превышает ожидаемое. Мы, например, гарантируем защиту от, – он указал тяжелым золотым паркером, – вот читайте, пункт 3, 5, 6. Вот тут:

 

…защиту от разбойных нападений.

 

… от несчастных случает на транспорте, на дорогах,

 

…от онкологических заболеваний, тяжелых травм, и недугов.

 

…способствование карьерному продвижению, заложенному в природных способностях…

 

– Это как понять: «заложенному в способностях»?- глумливо поинтересовался Андрей.

 

– Да очень просто: желание ваше, к примеру, стать во главе корпорации вполне реально, хотя и сомнительно. Своими силами вы справитесь, – он прищурился, – лет в пятнадцать-двадцать, если вообще справитесь. С нашей помощью всё осуществится быстро, легко и значительно комфортнее. Без необходимости совершать компромиссы и мелкие подлости. Захоти вы стать президентом, увы, не получится. Потенциал не тот.

 

Андрей хмыкнул и откинулся в кресле. Посетитель начал его забавлять. Тихий сумасшедший. На всякий случай пальцем нащупал кнопку вызова охраны. Вдруг разбушуется.

 

– Да не тревожьте вы молодцев своих. С нечистой силой им не справиться.

 

– Вы кто? Сатана, Мефистофель, Люцифер?

 

– Эко загнули, не по себе. Я представитель среднего звена. Как и вы.

 

– А те, значит, по президентам.

 

Господин Нечистых только бровью дернул загадочно.

 

– Вернёмся к нашим проблемам. Таким образом, мы гарантируем счастливую, здоровую жизнь до глубокой старости. Плюс исполнение трёх желаний по выбору.

 

Андрей посмотрел пристально. Звучит настолько абсурдно, что…, что может быть правдой.

 

– До глубокой старости?

 

– Естественно, у нас в распоряжении Вечность.

 

– А потом гореть в Геенне огненной, – вдруг всплыло откуда не весть.

 

– Наша вина, недооценили влияние многовековой пропаганды, – засокрушался нечистый. – Вот и вы, атеист, а сказки о Геенне огненной и прочей чепухе угнездились прочно. Только у нас и дел, что грешников поджаривать. А если вы уж так верите данной классификации – прикиньте, куда по своим делам попадете после далеко неправедной жизни? А? В Рай надеетесь?

 

Он лукаво-вопросительно наклонился через стол к Андрею.

 

Тот задумчиво смотрел на красавца нечистого.

 

« А чем, я собственно, рискую? Что придаст огласке идиотский договор. Пусть розыгрыш, а опять же на руку: Андрей Воскресенский так влюблен в свою жену, что готов на сделку с Сатаной. Налет жертвенности, привлекательный имидж».

 

А в глубине крутилась-вилась мыслишка, а вдруг взаправду, вдруг действительно?

 

– А почему три желания? Как в сказках про добрых волшебников?

 

– Люди спонтанны. Не способны просчитывать события. Мы не пользуемся слабостями. Даём шанс.

 

А сам всё подпихивал, подпихивал листы договора.

 

– Ну, как, подпишем?

 

–Андрей рассмеялся:

 

– Подписывать, разумеется, кровью?

 

– Фу, какой кич. Насмотрелись дурных постановок. По мне достаточно по рукам ударить, но верхние…, – он ткнул пальцем в потолок, – такие бюрократы. Подписать в трех экземплярах – нам, вам и им.

 

– А им, – Андрей с откровенной улыбкой тоже ткнул пальцем вверх, – зачем?

 

– Для статистики, чтоб иллюзий не строили.

 

– Ну, давайте, давайте.

 

Нечистых посмотрел внимательно.

 

– Вы точно уверены? Мы не торопим.

 

– Знаю. У вас в запасе вечность. А у меня её нет. И у неё, – он посмотрел на фотографию, – тоже.

 

– Очень благородно. Подписывайте.

 

Андрей, качая головой и улыбаясь, трижды начертал кудрявую подпись.

 

– Готово. Вот вам три таблетки. На три желания. Интервалы между желаниями не меньше полугода. На обдумывание следующего. Держать под языком до рассасывания. Желаю удачи, адью. Если что не понятно, призовите, всегда поможем. Всегда к услугам клиентам.

 

И он исчез.

 

Произошло Чудо. Она заговорила. Сперва осторожно, словно пробуя слова на вкус, складывала первые фразы. Потом мелодичный ручеёк её речи полился веселее, быстрее, превратился в полноводную реку. Она была счастлива. Наконец-то, она может сказать Андрею, как она его любит, какая радость – каждый день его видеть, как она….. Она, словно, старалась выговориться за годы молчания. И говорила, говорила. Подробно рассказывала, что произошло за день, пересказывала разговоры подруг и прохожих. Излагала Андрею содержание прочитанных книг, фильмов, которые они смотрели рядом у телевизора. Громко шептала в кино и в театре, даже в опере, заглушая певцов. По нескольку раз в день звонила на работу и подолгу говорила, смеялась, что-то рассказывала, не требуя ответов.

 

Она говорила даже ночью. Словно комментируя проносящиеся сны.

 

Андрей поначалу радостно умилялся на её безудержные речи. Потом улыбки пропали. Потом стала дергаться верхняя губа.

 

Он стал задерживаться на службе, чтобы спрятаться от непрерывного шума дома. Начал беспричинно вздрагивать, страдать бессонницей.

 

Их перестали приглашать в гости – очаровательная супруга никому не давала рта открыть, говорила и говорила.

 

Праздники стали пыткой, выходные катастрофой. Пронзительный голос проникал в мозг, царапал нервные клетки. Зубы ныли как от воя бормашины.

 

Андрей сидел в ванной на стиральной машине, зажав уши руками. Нет, нет, он не выдержит. Сойдет с ума. Её невозможно остановить. Телевизор можно выключить, её – нет. Использовать второе желание? Заставить жену, любимую жену, замолчать? Не такой уж он тиран, чтобы сделать её несчастной! Она наслаждается своим голосом. Обретенным даром речи.

 

« Но я не могу больше этого слышать! Я не вынесу!»

 

И в отчаянье бросил волшебную таблетку в рот.

 

Блаженная тишина окутала плотным туманом. Андрей от неожиданности качнулся к стене, неловко взмахнув руками . Баночки и скляночки резво посыпались на плиточный пол.

 

Звука он не услышал. Он оглох.

 

« Но я же не это имел в виду, – заорал он, потрясая кулаками, – я хотел совсем другого!

 

«Некорректно сформулированная задача», – четко раздалось под черепом.

 

Полгода – необходимый срок до третьего желания, Андрей мучился сомнениями. Вернуть себе слух? Жена своими разговорами доведет его до сумасшествия. Она даже не заметила, что он оглох – говорит, говорит, ей достаточно, что он кивает. Значит, он разбазарил два желания, Как обидно. Продал Душу за зря. Почему то стало ужасно жаль Души, как потерянного сокровища… Как бы так сформулировать, чтобы…. Ничего в голову не приходило!

 

Запутавшись окончательно, Андрей скрипнул зубами и четко артикулируя, произнес: » Призываю тебя, вас, то есть, господин Нечистых, для консультации».

 

Нечистый возник тут же. Сочувственно поджал губы.

 

– Можете не рассказывать, нам всё известно. Да, дилемма. Желание одно, – а проблем много. Но мы даем вам ещё один шанс. Улучшенный.

 

Сопрано пела прекрасно. Жалоба умирающей Виолетты сладко надрывала сердце. Андрей откинулся в кресле.

 

«Дьявольщина! Что это было? Задремал? Привидится такое».

 

Нежный аромат весенних цветов пробился сквозь темноту зала. Он повернул голову. Девушка сидела справа, через одну ложу от него. Лебединая шея, волна густых вьющихся волос, нежный очерк щеки. Сердце гулко стукнуло. Она. Его мечта Он впился глазами в тонкий профиль. Девушка повернула голову, и её глаза радостно засветились навстречу. Да. Это она, Женщина, которую он ждал. Андрей вскочил, заспешил, чтобы перехватить её у двери ложи.

 

И вдруг, как странно. Словно всё уже происходило. Дежа вю.

 

Какое- то неприятное чувство, в памяти заскрежетал настырный голос, как наждачная бумага по ушам. Андрей остановил движение. Он вспоминал свой сон. Сон или видение? И воспоминания отбили охоту бежать за незнакомкой.

 

А та помедлила, выходя из ложи, и посмотрела чуть вопросительно.

 

Андрей медленно вышел в фойе, стал в очередь в гардероб. Девушка, подхватив свою шубку, медленно спускалась по лестнице.

 

«Хорошая девушка, уважительная, – произнёс гардеробщих в след серой шубке, – на чай дала и говорит, мол хорошая работа, все оперы переслушаете. А я ей…

 

– Как, – завопил Андрей, роняя пальто, – она говорит, она может говорить?

 

Гардеробщик посмотрел на него, как на умалишенного.

 

А Андрей уже мчался вниз по лестнице, расталкивая людей .

 

Скорей, скорей, догнать, Эта она, его Единственная. Его Второй Шанс!

 

В сыром тумане пропадали красные огоньки автобуса.

 

Догнать, догнать.

 

– Такси, такси, – истошно закричал он. Улица была пуста. Он кинулся к остановке. Шесть автобусов по разным маршрутам. Куда же она уехала? На каком номере?

 

– Да я душу дьяволу продам, лишь бы её найти,

 

– Хе-хе, – раздалось в ответ, – уже продано.

 

Из тумана возник до боли знакомый тип.

 

– Что продано? – Ошалело спросил Андрей.

 

– Как что? Душа. Вот договорчик.

 

Молния промелькнула в сознании. Это был не сон, не фантазии. Это было на самом деле!

 

– Но у меня была еще одна попытка, – вскричал он вырывая листы – Вы гарантировали!

 

– Вы получили второй шанс – снова её встретили. В улучшенном варианте. Мы всё делаем для клиента. Но профукали свой шанс. Поезд ушел.

 

Посланец тьмы растворился .

 

– Я найду её, найду.

 

С тех пор он ездит по всем шести маршрутам автобусов, проходящих мимо театра, выходит на остановках, осматривается и снова едет. Пытается поймать Третий Шанс. Ищет свою Великую Любовь. Ищет и не находит.

5
1
Средняя оценка: 2.78689
Проголосовало: 61